Рогатая

Мидзуно заглядывала к Бакуго каждый вечер. Сначала было немного неловко вот так просто начать целоваться. Но позже они совершенно привыкли к такому виду контакта. Лишь сухие безэмоциональные касания губ, не более. Амая многое успела для себя отметить. Если они оба готовы к передаче причуды, то одно прикосновение, и Бакуго мгновенно становился марионеткой. Если же белобрысый изо всех сил сопротивляется ее причуде, то есть необходимость в более длительном поцелуе. Но он все-равно достаточно быстро переходит под ее контроль...через секунд 5-10. Кстати, если разорвать связь, не завершив процесс его подчинения, то он придет в себя. И много чего еще полезного удалось выяснить. Сегодня у Мидзуно другая цель: - Хочу выяснить подействует ли моя причуда, если мы оба будем ей сопротивляться. Нужно проверить насколько долго мы можем целовать друг друга без препятствий. - Подольше сосаться захотела, рогатая? - издевательски скалил зубы Бакуго. - Ох уж эти твои шутки за 300, - закатила глаза Амая, - ты знаешь, что я к тебе по делу прихожу, а не слюнями обмениваться. - Знаю, тащи свою жопу сюда, - он сел на кровать, где они обычно "тренировались", - меньше болтовни. Амая забралась с ногами на заправленную постель. Села как можно удобнее придвинувшись ближе к парню, затем произнесла: - Сопротивляйся. - Да, понял я, - на выдохе ответил парень и дотронулся до ее губ своими. Амая пыталась сосредоточиться на исходящих энергетических потоках. Контролировать силы было слишком сложно, а процесс нельзя назвать стабильным. Кацуки то поддавался ее причуде, то вновь приходил в себя, оповещая об этом недовольным рычанием ей в губы. Как ни старайся, но сущность Повелителя сдерживать до конца не получается. Это ее бесило. Амая: "С какой стати я не могу без последствий поцеловать кого-то по-настоящему? Стоит соприкоснуться губами и любой будет послушен как пес, а я не заводчик собак. Я всего лишь хочу быть обычной девушкой! Любить, целоваться. Кто вообще захочет встречаться с девчонкой, у которой такая долбанутая особенность..." - девушка уже давно размышляла о поцелуях вне причуды. Что будет, когда у нее появится парень? Может ей и не целоваться вовсе? Нужна она такая кому-нибудь...? Бакуго почувствовал то напряжение, которое испытывала Мидзуно. Даже ее хрупкое тело будто окаменело. Как известно слишком натянутая струна рано или поздно лопается. Чтобы рогатая совсем не загнулась, Кацуки решил отвлечь ее, напомнив о своем присутствии. Он выбил ее из собственных мыслей нагло углубив поцелуй. "Какого черта он творит?" - Амая распахнула глаза и попыталась вырваться, но парень придержал ее за затылок, и впился еще сильнее. "Какой сильный, мне нечем дышать, Кацуки" - девушка толкала его в грудь и мычала нечто невнятное. Она собиралась применить силу Повелителя, чтобы остановить его, но он вовремя прервался, дав ей время отдышаться. Мидзуно только приоткрыла рот, чтобы высказать свое возмущение по поводу его поведения, как он властно схватил за волосы и запрокинул ее голову назад. - Не дергайся, кое-что проверю, - приказал Бакуго и нацелился на тонкую шею. - Что ты...ах! - не успела договорить Амая, как с ее губ вырвался стон. Она почувствовала чужие прикосновения на своих плечах и настойчивые поцелуи в шею. Бакуго оставлял засосы на нежной коже, затем старательно обводил их влажным языком. Это больно, но... хотя это и больно Амая непроизвольно стала ерзать на кровати от накатывающего удовольствия. Изначально в планах Кацуки было лишь обратить на себя внимание, подразнить и отвлечь. Но Амая так соблазнительно выгибается, когда он скользит языком по оставленным фиолетовым отметинам. Зачем она издает такие развратные звуки, когда он покусывает мочку маленького ушка? Это сводит с ума. Хватит с него. Который вечер эта наглая девка приходила, использовала его в качестве тренажера. Поздоровались, пососались, разошлись. Ему уже давно лезут в голову непристойные мысли, только он не мог допустить, чтобы Амая догадалась, что он питает к ее телу некую...слабость. Притворялся, что его не волнует ее присутствие. Ни капельки. Именно потому, он и сжимал губы, когда она целовала его. Потому демонстрировал наигранное равнодушие к происходящему. Чтобы не сорвало башню. Но сейчас это так или иначе произошло, и Бакуго сменил поверхностные поцелуи на жаркие ласки. Парень подхватил ее за талию и вернулся к желанным губам. Свой язык бесцеремонно запустил в ее влажный ротик и изучал неисследованное ранее пространство. Спустя время пришло осознание, что ему отвечают взаимностью, руки девушки больше не отталкивали его. Лишь иногда Амая впивалась в него ноготочками, если он в порыве сильно оттягивал ее язык или прикусывал губы. Бакуго был в восторге. Тонкие лямочки на оголенных плечах так и манили спустить их вниз. Глаза жаждали увидеть рогатую без одежды. Какая же она горячая. Во всех смыслах. Его большая ладонь переместилась под ее свободную маечку. Настойчивые поглаживания талии, затем животика были лишь отвлекающим маневром, чтобы подобраться к упругим сладким булочкам. Рука поднималась выше, поцелуи становились интенсивнее и... Тук-тук-тук - Баку-бро, ты в комнате? Двое отстранились друг от друга будто их шибануло током. "Как же ебтвоюжмать ты не вовремя, Киришима!!!". Бакуго резво повернулся в сторону двери и хотел было заорать, но на свое удивление смог притормозить. - Дорогой Киришима, - максимально устрашающим и взрывоопасным тоном начал отвечать другу, - я надеюсь, что у тебя...Очень. Очень. И ОЧЕНЬ веская причина, по которой ты пришел сюда. - Черт, я не посмотрел на часы, ты наверное с-сейчас занят. Я зайду позже. Через час, нет, два, - бормотал друг, после чего до него дошел запах нитроглицерина прямо из комнаты, - Или давай я зайду к тебе завтра, дружище, хах. А в целом могу и послезавтра. Киришима: "Ай-яй, я видимо настолько не вовремя, что сейчас всей общаге нельзя будет использовать ничего огненно-зажигательного. Иначе будет бабах. На всякий случай предупрежу Тодороки, если он еще не почуял." До ушей сидящих в комнате доносился звук отдаляющихся шагов незваного гостя. В коридоре стало тихо. Бакуго все еще смотрел на дверь, не в силах перевести взгляд на одноклассницу. Он ждал, что ему сейчас определенно влетит. Пощечина как минимум, а вообще он был готов дать ей отпор, если она полезет драться. Замкнутое пространство не давало ему преимущества, да и с этой вертлявой будет сложно справиться, не разъеб*в стены, но... - Козел ты, - Амая издала нервный смешок и принялась поправлять одежду. Парень не ожидал такой скромной реакции. Это максимально странно, он был готов махаться насмерть. - Что хотел я проверил, кхм, - как бы обосновывая свое поведение начал Бакуго, - эффект причуды зависит от того, на чем ты концентрируешься. Когда много думаешь о причуде, то выходит полная лажа. У тебя брови почти в одну сплошную превратились, пока ты силой пыталась ее контролировать. Но если тебя отвлечь (что я и сделал), то эта херня не активируется. На мне по крайней мере. Мидзуно: "Он чертовски прав. Вначале как бы я не сдерживалась, причуда поглощала его разум. Но Боже. Как только он стал вытворять со мной такие вещи я..." - Ты забыла о своей причуде, верно? - Я, кажется, забыла все, что только можно, - засмеялась девушка. Мидзуно потупила взгляд и сминала край покрывала. Сердце отбивает чечетку, ведь она желает сделать с ним это еще раз. И прямо сейчас. Она порхнула к нему в объятья, и нетерпеливо коснулась уголка его рта своими пухленькими губами. - Специально нарываешься на неприятности? - он пристально посмотрел в ее глаза, и без смущения произнес, - если ты сейчас же не уберешься из моей комнаты, то я тебя трахну. - Ха, звучит как угроза. - Это она и есть, - Бакуго повел горячие ладони по ее бедрам, схватил за мягкую попку и одним движением придвинул ее ближе, усадив на себя, - эй, хочу потрогать тебя, - вполголоса произнес ей на ухо, - и даже если ты против, мне как-то похер. Более не в силах сдерживать свои желания, Кацуки принялся изучать аппетитное тело одноклассницы. После прогулок по бедрам, руки нацелились оценивать грудь. Мягкая и объемная. И как оказалось, при всем желании не сможет целиком поместиться в его ладонь. Восхитительно. - Эти тряпки на тебе. Они меня бесят! Одежда девушки моментально полетела на пол, оставив ее в одних трусиках. Они тоже явно были лишними, но хорошего понемножку. Амая так соблазнительна и невинна, когда прикрывается. От этого еще больше хочется прикоснуться. - От меня прячешься? - Бакуго крепко ухватил тонкие запястья и насильно развел ее руки в стороны. В его жадный обзор попали розовенькие соски, которые успели предательски затвердеть. - Ха, а это интересно, - веселился взрывокиллер. - Х-холодно, - оправдывалась добыча. - Тебя согреть? - вопрос был скорее риторический. Конечно "да". Других вариантов предлагать он не собирается. Бакуго навалился сверху и вжал сочное тело в кровать. Горячим языком сначала игриво водил кругами возле сладкой бусинки, затем безжалостно покусывал чувствительное местечко. "Чтобы не расслаблялась, сучка." Девушка и не смела расслабиться. Сегодня ее тренер по поцелуям проявил необычайную настойчивость, и ее тело все охотнее откликалось на ласки. Разум плавится от перегрева. Амая издала стон разочарования, когда он прервался, чтобы снять футболку. В одно движение он стянул мешающий элемент одежды и бросил куда-то в темноту. Лунный свет из окна красиво падал на невъебенно шикарного мужчину. Как же сильно возбуждает осматривать его идеальное тело... эти мускулистые руки, сильные плечи, крепкий торс. Бакуго стоял на коленях между ее непристойно раздвинутых ног и пошло скользил взглядом по ее телу: "Я сейчас вытянул счастливый билет, да? У меня на кровати лежит развратная рогатая и просит большего". Когда она стала гладить внутреннюю сторону его бедра и дразнить, играя рукой совсем рядом с пахом, то его шарики закатились за ролики, а кукуха помахала ручкой и куда-то поехала. - Дотронься уже, - он накрыл ее руку своей и переместил на горячий стояк. Жаркие мысли одна за другой стали одолевать Амаю. Он слишком твердый и большой. Как нечто столь внушительное помещается в его штанах? И как поместится в ней...? "К чертям целомудрие, хочу потрогать его... не через одежду". Спустив шорты Бакуго, она наконец добралась до горячего сокровища. Амая водила рукой вверх и вниз, соблазнительно прогибаясь, и постанывала в поцелуй. Ему ведь приятно? Их взгляды пересеклись, на губах у парня появилась довольная ухмылка. - Дрочить руками я могу и сам, - Бакуго сделал небольшую паузу, разговаривая с ней в полтона, - хотел спросить, рогатая, ты случайно не голодная? - он медленно провел большим пальцем по пухленьким губам, недвусмысленно заправляя ее локоны за уши. Быть нежным не входило в его планы, однако приходится ненадолго притвориться лапочкой, чтобы усыпить ее бдительность. - Не голодна ли я? - осознав, что именно ей предлагают сегодня отведать, девушка бросила взгляд на его твердый член и невольно закусила губу, - да...пожалуйста, накорми меня. Долго уговаривать взрывоопасного парня не пришлось, мысль напихать ей в рот сидела в нем уже давно. Каждый раз, когда она говорила ему колкости, он боролся с желанием занять ее говорилку чем-то более полезным. И вот теперь она жарко отсасывает ему и влажные звуки вперемешку с ее недовольным мычанием ласкают слух, разлетаясь по комнате. Иногда она захлебывалась, вбирая все глубже, и тогда Кацуки не упускал возможность придержать ее за затылок, не давая отстраниться. Руками она упиралась ему в бедра и беспомощно вертела головой. Ее попытки вырваться из плена доставляли ему нереальное наслаждение. После глубоких горловых пыток она откашливалась и стонала, а затем с еще большем усердием принималась его обслуживать. Мидзуно пошло вылизывала возбужденную плоть от основания до головки, пока сильные руки не хватали ее за волосы и вновь не заставляли ее грязный рот работать. Кацуки не останавливался, даже когда ее слезы стали смешиваться с собственной слюной и его соленой смазкой. И вся эта смесь обильно стекала с ее подбородка и капала на мятые простыни... потрясающе. Бакуго взял ее лицо и ненадолго отстранился. Еще пару приятных толчков в ее скользкое горлышко и он бы кончил. Да, он где-то слышал, что первый раз с девушкой обычно недолго длится. Но плевать он хотел на то, как там "обычно" бывает у других людей. Быстрый финал его не устраивал и звание скорострела казалось унизительным. Удовольствие закончится тогда, когда он сам этого пожелает. - Вкусно? - он скалился как сумасшедший и большим пальцем вытирал слизь с уголка ее губ. - Спасибо за угощение, - поддержала игру рогатая, - я наелась, но ты ведь тоже еще не ужинал? - девушка спустилась с кровати, чтобы снять трусики. Когда она успела сесть ему на лицо? Бакуго и сам не заметил как их поза сменилась на 69, а он активно мял ее бедра и задницу. Амая ерзала, душила пухленькими ляжками и попутно надрачивала любовнику в приятном обоим ритме. Свободной рукой девушка раздвинула свои ягодицы, чтобы позволить горячему языку партнера беспрепятственно проникать внутрь. Но у Бакуго возникла более охуительная идея. Он схватил ее ручку, и заставил два пальчика проникнуть в саму себя. Он вставлял ее фаланги так глубоко как хотел, но и этого взрывокиллеру оказалось мало. К ее влажным пальцам он добавил два своих, и теперь они вместе растягивали ее. Микс из хлюпающих звуков и приглушенных стонов разносился по комнате...как же пошло. Почему стены в общагах всегда будто бы сделаны из картона? Она готова была кричать от наслаждения, когда он понял куда направлять ласки. Кацуки интуитивно нашел языком нужное местечко и непрерывно увлажнял его. Амая даже в самых смелых фантазиях не могла бы подумать, что сегодня Бакуго будет вылизывать ее клитор. В ее опустевшей голове не было ни одной полноценной мысли. Испытывая животное удовольствие, она стала реже ласкать Бакуго в ответ. Кацуки злило, что рогатая стерва отлынивает, но эти ее фразочки: - Прошу, не останавливайся! Я хочу еще! Ты лучший! Пожалуйста, сильнее! Когда она так умоляет и выгибается ему навстречу, он готов ей позволить заниматься халтурой. Некоторое время спустя, парень почувствовал как она плотно сжимает его пальцы внутри. Рогатая временно притихла и напряженно впилась ноготочками в мускулистое тело, выжидая прилив наслаждения. Кацуки хотя и не имел опыта в таких делах, но догадывался, к чему идет дело. Мысль стать номером один в ее топе удовольствий захватила голову, и он принялся активнее увлажнять набухающую головку клитора. Проиграл тот, кто кончил первым. Он только что сам придумал это правило у себя в голове. Секс - тоже своего рода борьба, поэтому он как всегда выкладывается на максимум, и великолепная победа не заставила себя долго ждать. Амая вскоре очень эмоционально ему проиграла. Когда напряжение спало, она уронила свое обессиленное тело, высвобождая горячий воздух из легких. - Эй, эй, ты же не собираешься отдыхать? - Бакуго потрепал по щеке полусонную девушку, - я с тобой еще не закончил. Мидзуно наконец обратила внимание на его пульсирующий стояк, что истекал смазкой, желая разрядки. Девушка хотела отплатить за свой потрясающий оргазм и максимально удовлетворить Кацуки. Рогатая с любовью вылизывала его набухшие вены и с наслаждением отсасывала, будто ела самый вкусный на свете десерт. Для рычащего от удовольствия Бакуго лишь одного взгляда на этот процесс было достаточно, чтобы он обильно кончил ей на лицо. Пожалуй, еще никогда у него не выходило так много, но он был доволен своим влажным творением, оставленным на ее удивленном лице.

***

Академия. Учебный день. Перерыв. Мидзуно: "Мы сидим друг напротив друга, но он даже не смотрит в мою сторону. Черт, вчера он был просто восхитителен. Я хочу повторять это с ним снова и снова" - обычно мысли Мидзуно невозможно было угадать, но сейчас ее уши раскраснелись, а нижняя губа стала совсем искусана под волной нахлынувших воспоминаний. Даже свежий воздух из окна, не смог охладить ее разгоряченные мысли. - Хэй, Мидзуно, пойдем в караоке сегодня вечером? - подмигнул Каминари. - А? - подскочила от неожиданного возвращения в реальность девушка, - я пока не знаю... - Зато знаю я, - Бакуго резко подорвался с места и встал между Каминари и Мидзуно, - сегодня вечером она занимается со мной английским, говорит, что совсем не шарит, просила помочь, - он прожигал взглядом одноклассника, затем немного подался вперед, - че, проблемы какие-то? - Не, не, я же не знал, сорян. О! Киришима, а ты идешь? Братан, у тебя что с лицом, вот это синячища под глазами... тебе бы развеяться. - Да, я иду, - красноволосый немигающими глазами смотрел куда-то сквозь одноклассников. - Ну, ладненько. Сегодня в семь собираемся! Не опаздывать, - и Каминари удалился в столовку, бормоча под нос, - странные сегодня все какие-то... Следом за одноклассниками на выход из кабинета поплелся и Киришима, на время затормозив возле сладкой парочки: - Короче, - нервно выдохнул красноволосый парень, - я вчера вечером на балкон выходил, подышать воздухом. Ребят, вы когда английским занимаетесь, окно хотя бы закрывайте. Я невольно прослушал весь курс вашего обучения, а потом не смог уснуть от полученных знаний... - Можешь не продолжать, дерьмоволосый, - ответил Бакуго. - Я рад, что мой намек учиться потише понят, - во все зубы улыбнулся сосед и отошел прогуляться. Кабинет опустел. Бакуго все еще стоял к Мидзуно спиной, оперевшись о ее парту. Среди монотонного шума она услышала его голос: - Ты же... придешь ко мне сегодня? - он определенно старается не смотреть на нее. Если посмотрит, никогда больше не сможет отвести взгляд. Он полностью влип, и больше не может отрицать этого. - Угу, - подтвердила Мидзуно. Недолго думая, она скрестила его мизинец со своим, - ты такой придурок, что не могу как сильно ты мне нравишься, - улыбаясь, она почувствовала облегчение, когда выпалила свои чувства. - Охренительно, она еще и обзывает меня придурком. Звонок помешал их взаимным пререканиям, и народ стал заполнять аудиторию. Мидзуно старательно записывала за учителем нудную лекцию, как вдруг ей в висок от белобрысого прилетел кусочек сложенной в несколько раз бумаги. Развернув его, она прочитала: Ты мне тоже. Очень (Над словом "очень" подрисованы черные рожки).