Танцы на стёклах

— Ну ты и жук, дядя Брэндон! — смеётся Молли, доедая свою порцию мороженного в открытом и очень уютном кафе, что находится в большом парке, недалеко от центра города. — Ты поможешь мне или нет, сладкоежка? Брэндон тепло улыбается Молли, не веря своим глазам, как выросла мышка. За то короткое время, что они успели пообщаться, пока Брэндон танцевал с "Гладиаторами", она стала ему как младшая сестрёнка. И сейчас он улыбается ей не потому что она согласилась ему помочь, а потому что хочет ей улыбаться. — Конечно помогу, дядя Брэ... — Остановись, прошу, — смеётся, — я чувствую себя стариком. — Ну, пару морщинок у тебя уже есть, Брэ-э-эндон. — смеётся Молли, уворачиваясь от летящей в неё салфетки. — Почему ты согласилась? — В смысле? Молли едва ли успевает словить смену его настроения. Только что он рассказывал свой план, был сосредоточен, немного нервничал. Потом он смеётся и травит шутки, а через секунду уже серьёзен как скала. — Ну ты ведь тоже жила с Джастином все эти годы. Вы были одной семьёй, ты вроде должна расстраиваться из-за их разрыва. — Ну, выходит, я какая-то неправильная. Потому что мне Джастин никогда не нравился, как мужчина для Мишель. Какой-то он сильно хороший, что-ли. — А ты у нас, значит, плохишей любишь? — Брэндон! Просто говорю, что не пара он ей. Ей эмоции нужны, взрыв, а не жить как бабуля. — Ты откуда такая мудрая в свои пятнадцать, мышка? — Ой, знаешь, я всегда такой была! — Поехали, скромняжка, отвезу тебя. И они отправились по улицам города, ещё раз обсуждая их маленькую хитрость, которая может помочь Мишель разобраться в себе и посмотреть на ситуацию с другой стороны.

***

— Мишель, ты дома? Молли сделала максимально задумчивый вид, немного опустила плечи для придания себе более страдальческого вида и прошла вглубь квартиры в поисках Мишель. Несмотря на то, что в связи с плотным графиком работы старшей сестры, девочки стали видеться реже, сестры всё равно оставались лучшими подругами. Да, они не проводили вместе столько времени, сколько им хотелось бы, как было это раньше. Но популярность Мишель как хореографа растёт, работы прибавляется, а это помогает им с Молли жить так, как им жить хочется. Тем более, что Молли уже пятнадцать, у неё прогулки, друзья, парни, наверняка, не страдает дефицитом внимания от сестры. В любом случае обе из них знают, что могут поделиться друг с другом любыми переживаниями, и ничего кроме поддержи и помощи от сестры не придёт. Никаких ссор, истерик и прочего. Только безоговорочное доверие и нежность. Мишель сидела на кухне в домашней одежде и пила кофе, уставившись в одну точку перед собой. — Сестрёнка? Всё в порядке? Мишель вздрогнула от неожиданности, она так сильно задумалась, что просто не услышала, как вернулась Молли. — Конечно, зайка, всё хорошо. Просто устала на работе. Ты чего так долго сегодня? Кушать будешь? Было бы смешно, если бы Молли сейчас рассказала Мишель, что она сидела в кафе с Брэндоном и обсуждала с ним план по возвращению Мишель. — Точно всё хорошо? Ты сама не своя... С того случая на работе с Брэндоном прошло уже четыре дня, и завтра утром у них снова репетиция. Молли знает о жизни Мишель всё, кроме того, что в неё снова ворвался Брэндон, так же резко, как и свалил. Ну, Мишель думает, что Молли не знает. Она грузится, она побаивается, она, серьезно, не понимает, как ей себя вести с ним. Она целовала его, отключая все мыслительные процессы, давая волю только эмоциям и чувствам, а потом сильная ревность очень больно уколола ей под ребро и она его выгнала. Она была счастлива его целовать, ей больно от того, что он не рядом, она его ревнует. Сука, это любовь. Только вот какое право она имеет его ревновать, если это должна делать его невеста Кристина... Конечно, она помнит слова Брэндона о том, что это прихоть отца, и он её ни капли не любит. Но...невеста. Чёрт. Это же невеста. Он жених. Свадьба. Снова эти мысли, которые она со всех сторон обдумала уже чёртову кучу раз, не дают ей покоя. Она не может об этом не думать. Как ни старалась — всё без толку. — Всё в порядке, мышонок, правда. — Мишель искренне улыбается сестрёнке и встаёт, чтобы погладить её по щеке. — Тогда можешь поговорить со мной? — грустно улыбается Молли, — Мне очень нужен твой совет, Мишель. — Конечно, о чём речь! Ты ведь знаешь, я всегда помогу. Идём в гостиную. Сестры вошли в комнату, удобно устроились на большом диване, и повернулись друг к другу лицом. Молли сделала глубокий вдох и начала свой рассказ. — В общем. В начале года из нашего класса ушёл мальчик, который мне очень сильно нравился. Лицо Мишель вытянулось, а глаза распахнулись он неожиданности. К разговору о парнях она была ещё морально не готова. — Молли? — Да не перебивай, дай скажу. Он очень хороший, хоть и засранец, конечно. Но мы хорошо общались, тепло дружили, ходили в кино пару раз. Да не делай ты такое лицо, Мишель, мы даже не целовались. — Допустим. Продолжай. — Так вот. Он ушел из нашей школы, перевёлся в другой город, а я очень расстроилась. Он мне даже на Фейсбуке не писал! Я обиделась сильно на него. Меня поддержал другой мальчик. Он пересел за мою парту, веселил меня всё время, мы ходили гулять, ели сладкую вату и катались на качелях. Он очень хороший, он мой лучший друг! — Молли, а в чем проблема? — Тот парень...он вернулся. Родители по каким-то причинам переехали обратно и он вернулся в нашу школу. Понимаешь? — Он тебе до сих пор нравится? — Да. Но Джа...ред. Джаред. Он хороший, он лучше, чем Брэд, добрее. Но он мне друг. Хороший друг. И я смотрю на Брэда, и мне хочется ему отдать свой первый поцелуй. Вот. — Боже....я никак не привыкну к тому, что ты уже взрослая. Тебе почти шестнадцать, с ума сойти... — Что мне делать, Мишель? — А этот...Брэд. Он говорил, что ты ему нравишься? — Да. В первый же день, как приехал, но я ему ничего не ответила, потому что сильно обижена на него. — Ну, если он тебе так сильно и по-настоящему нравится, и ты ему нравишься, то здесь всё ясно. — Что именно? — Это значит, что ваши чувства взаимны. А когда есть взаимность — всё остальное неважно. Джаред поймет тебя, ты ведь ему ничего не обещала? — Ну, вроде нет. — Значит подумай о том, чего ты на самом деле хочешь. Иногда нужно перестать бояться и много думать. Нужно переступить через все преграды и попробовать, чтобы потом жить счастливо. Может этот Брэд и вовсе твоя судьба? Пока не попробуешь — не узнаешь. — А если я скажу тебе, что в него влюбилась моя одноклассница, которая сидит с ним за одной партой? — А она ему нравится? — Он говорит, что нет. — Значит нужно действовать. В первую очередь думать о себе, иначе так никогда можно и не познать своего счастья, если думать о других. Поговори с ним, он поймет, почему ты злишься и всё у вас будет хорошо. — Мишель, — Молли колеблется, но всё-таки решается задать вопрос, — а... почему ты не дашь Брэндону шанс? Кажется, это было лишним. Но отступать некуда. Мишель просто в ужасе, откуда мышка может знать? — Что? Но откуда... — Почему? — перебивает её сестрёнка. — Потому что у него есть невеста, и он меня бросил и... — В первую очередь думать о себе, иначе так никогда можно и не познать своего счастья, если думать о других. Не так ли? Мишель сидит и смотрит впереди себя, практически недвижимо, когда Молли встаёт и уходит в свою комнату. Сегодня Мишель точно не будет спать, потому что вопросов в её голове только прибавилось. Мало того, что ей снова думать о Брэндоне, так теперь ещё и переваривать сказанные самой собою слова. Правду ли говорила Молли? Или это всё специально подстроено? Брэд, Джаред....ясно, специально. И Брэндон ей помог в этом. Но ведь те слова, что говорила Мишель, это только её слова и мысли, больше ничьи. Получается, она раздает советы, сама которых не придерживается. И видя такую же жизненную ситуацию, как у самой себя, она мигом находит рациональное решение. Для другого человека. А не для себя. Но ведь ситуация же точно такая же, Мишель... И что терпеть делать со всей этой прелестью?