Розыск

— Птичка, я же говорил, что еще увидимся. Конечно, помощь тебе нужна, и я с удовольствием окажу ее тебе. Челюсть Холла с грохотом отвалилась в этот момент, но живо тряхнув головой, он собрался с мыслями, что словно карточки на приеме психолога сменяли эмоции. — Во-первых, Тёрнер, неприлично подслушивать, — Джон демонстративно загнул палец, — во-вторых, это не твое дело, а наше. И в-третьих, какая к черту помощь, если тебя чуть ли не с собаками ищет Никсон?! — не выдержав и сорвавшись на крик, Холл приблизился к Тёрнеру, сжимая кулаки от гнева. Майкл спокойно обошел надвигающуюся на него бурю, встал у окна и достал пачку сигарет, выуживая одну, поднес к губам, но тут же опомнился: — Дама не против? — он с хитрой улыбкой обратился к Саре. Она в свою очередь кратко отмахнулась, мол, валяй. — Ну и отлично, значит сработаемся, а то недотроги мне не нужны. Сара усмехнулась и без стеснения стала рассматривать парня. Лунные лучи загадочно играли на его невероятном лице, придавая новые оттенки серьезности и сосредоточенности. Аккуратно выпуская клубы дыма в сторону окна, которое было приоткрыто, он медленно делал затяжку одну за одной. Девушка следила за каждым его движением. Закончив с пагубной привычкой, и кинув бычок в пепельницу, он обернулся к ней, словив взгляд на себе, что вызвало улыбку, и края губ сами поползли вверх. — Холл, этой малышке нужна будет помощь, она не знает города, и основных целей. Плюс ко всему, кто-то должен с ней пойти, а я как раз свободен, и не смей возражать, я выше тебя по рангу! — заранее отметая все вопросы со стороны парня, отрезал Майкл. — По поводу дела, да, моя осечка, не уследил. Пока Моринг вскрывал тот сейф, я спокойно обезвредил хозяина дома, но не усек, что в таком доме будет сигнализация. И о, какой ужас! Он успел вызвать копов, — театрально приложив руку ко лбу, он словил тихий смех О’Нил, — но теперь этой твари ничего не поможет, да упокой господь его душу, — сказал Майкл, отряхивая руки. — Ну и тварь ты, Тёрнер! — Тебя научить таким быть или просто завидуешь, Холл? От всей этой нелепой детской перепалки Сара не могла сдерживать смеха, и согнулась пополам, держась за живот. Парни обернулись и в недоумении вскинули брови. — Вы как дети, а еще Драконами зоветесь, — резко выпрямляясь произнесла Сара со спокойным лицом, будто только что не умирала со смеху, — Майкл, кажется? — она играет и нарочно делает вид, что не запомнила имени. — Тогда расскажи план действий, все-таки одна я в этом вариться не буду! Получив подробный план, она одобрительно закивала. Теперь поняла хотя бы часть задумки. Задача была предельно проста. Но всему свое время. Сара встала, вновь поправляя платье, что неприлично задралось, пока она ерзала на кожаном диване, подошла к парням и уже хотела пожать руки, как на деловой встрече, что проводятся в душных офисах, как Тёрнер, обошел ее, аккуратно кладя руку ей на талию, и попрощался с Холлом. Все, что успела девушка — это кратко помахать ручкой брюнету. Майкл вывел ее из здания. Уже была темная ночь и на улице почти ничего не видно, уличные фонари были ничтожны, и единственным источником являлась огромная луна. — Детка, я провожу, — это был даже не вопрос, а утверждение. — Первое, с каких пор я тебе детка? Второе, что это за представление с Джоном? — О’Нил попыталась опустить его руку с себя, но он не позволил. — И третье, меня не украдут здесь, я сама кого хочешь украду так, что с собаками не найдут. — Что за допрос? Я думал ты смышленей, птичка, — свободной рукой Майкл расправил свои волосы, что так нежно ласкал ветер, — детка, потому что я так хочу. А что не нравится? По поводу кражи я не сомневаюсь, просто сегодня усиленный патруль и вдруг твою аппетитную попку надо будет спасать, — он медленно опустил свою руку на бедра девушки, на что та закусила губу, а затем свирепым взглядом просверлила парня, и он быстро вернул все в прежнее положение, — на счет Джона, просто я показал ему, что не стоит трогать то, что должно принадлежать мне, ну понимаешь, борьба за самочку. — Мда, ты «В мире животных» пересмотрел? — То есть тебя больше ничего не смущает? — Давай сейчас просто в тишине дойдем и разойдемся. Я устала, день тяжелый. — Ну да, по дому Вишни в трусах расхаживать, сложное дело, — за такие слова он получил толчок под ребра, — да ладно, не дерись, не хочу чтобы меня расчлененным в кустах нашли, — и они залились смехом. Дорога была спокойная, и тихие улочки то и дело наполнялись звонким смехом девушки, что для парня являлось лучшей наградой. Они шли и проводили время за беззаботными разговорами и пошлыми подколами Майкла, за что тот получал легкий «тык» или щипок. Он наблюдал за тем, как она мило расплывается в улыбке, и смотрит чистым взглядом. И как она может быть жестокой? Пара шла, совершенно позабыв о том, кто они на самом деле. Сейчас они просто молодые люди — ей двадцать, ему двадцать три — которые проводят время вместе, без всяких тяжелых мыслей, грузом лежащих на их плечах. Дойдя до места, Майкл развернул ее к себе, не разрывая объятий. Долго смотрел в глаза. Она тонула в них. Кажется, Сара еще не видела такого оттенка зеленого. Она ненавидела этот цвет всей душой, но именно сейчас, смотря в свежую листву с изумрудными прожилками, полюбила. В его глаза можно было смотреть, кажется, вечность. — Наверное, стоит сказать спасибо, что проводил, — с какой-то нелепой для себя улыбкой сказала Сара, немного смутившись от столь пристального взгляда. — И что даже не поцелуешь? — вопрос, честно, застал ее врасплох. Недолго думая, ведь она хотела его с первой встречи, она притянула парня за край куртки к себе, жадно впиваясь губами. Его влажный язык проник в ее рот, изучая каждый миллиметр, а затем возвращался к губе, слабо оттягивал и грубо покусывал ее. Поцелуй набирал обороты, Майкл притянул девушку еще сильнее к себе, немного вдавливая ее в холодную стенку вагончика. От контраста температур с губ девушки сорвался слабый стон. Сара запрокинула голову вверх, откидывая чуть назад, чтобы открыть вид на свою шею. Майкл тут же перешел на нее, обжигая кожу горячим дыханием. Он оставлял укусы на нежной части тела, а затем, как кот зализывал ее кровоточащие раны. Сара вцепилась в его плечи и немного попыталась отстранить от себя. — Может зайдешь? — переводя сбившиеся от возбуждения дыхание, она задала вопрос, хотя уже знала ответ. Грубым движением ноги дверь открылась. Сара поспешно закрыла на засов, принялась стягивать с Майкла куртку, не отлипая от его губ. Внизу живота затянулся тугой теплый ком, что вот-вот откроет потоп, от одного вида мышц на его теле. Его руки блуждали на ее талии, отчаянно ища застежку этого платья, что он вот-вот сорвет с нее. Медленно придвигаясь к столу, Майкл нащупал злосчастный язычок, секунда, и она переступает через свое одеяние, оставаясь в нижнем белье. Их языки сплетаются в безумном ритме танца. Грубом, страстном танце. Ее руки блуждали под его футболкой, царапая торс, медленно стягивая мешающий элемент одежды, а он в свою очередь припал к ее шее, исследуя каждый свободный кусочек плоти, оставлял багровые собственнические отметины, руками сжимая упругие ягодицы. Комната наполнялась жаром этих двух безумных, тихие и желанные вздохи распространились, отражаясь от стен, кружили голову. Сара стягивает футболку, и ей открывается вид на прекрасный пресс, от которого не хочется отводить взгляд. Она тянется ручкой к его пряжке ремня, щелкает, стягивает джинсы вместе с боксерами. Проводит тонкой холодной ручкой по стволу снизу вверх, а затем припадает на колени перед ним. Смотрит глаза в глаза, этот хищный взгляд сводит их с ума, теряет во времени. Он достаточно грубо притягивает ее голову с своему паху, так что она сразу же берет член в ротик. Мягкие и нежные движения языком доводят его до мелкой трясучки. Легко прикасаясь губами до головки, Сара дразнит его, медленно обводя языком, после вновь припадает губами, оставляя невесомые поцелуи, а после жадно заглатывает практически до конца, с хриплым звуком. Плавные движения, скользящие губы, тихие рыки парня и ее довольный прищур. Во время увлекательного процесса под его глухие стоны, она замечает грубый длинный шрам, тянущийся от тазовых костей и практически до самых ребер. Она отстраняется, утягивая за собой паутинки собственных слюней, что тянутся от члена ко рту, медленно поднимается к его лицу, попутно оставляя мелкие поцелуи на шраме. Он грубо впивается в ее губы, отчего девушка робко постанывает. Майкл не будет нежен с ней, нет. Разворачивает ее к столу, давит на спину так, что она ложится локтями на него. Закусывает мочку уха, неразборчиво что-то прошептав, и тут же отстраняется. Наматывая практически белоснежные волосы на кулак в крепкой хватке, оттягивает их, заставляя запрокинуть голову, и покрывает шею укусами, а затем поцелуями, жадно всасывая проступившую кровь. Это игра двоих, жадная и ненасытная, где он хищник, а она глупая жертва, радующаяся тому, что попала к нему в сети. Свободной рукой Майкл отодвигает край трусиков, не решаясь разрывать столь дорогое белье, он медленно водит горячим органом по складочкам, а после, смочив руку собственной слюной, распределяет по члену. Резко, со шлепком тела о тело, входит до упора, ловя ее сладкий стон. Воздух определенно стал горячим вокруг них. Грубые шлепки по заднице, оттягивание волос, легкие укусы и стоны заполнили их мир, не давая продохнуть. Ножки стола медленно покачивались в такт резким движениям. Единственный живой цветок, словно от стеснения закрыл свой бутон, явно смущаясь такой горячей ночи. Майкл набирает темп, аккуратно освобождает волосы, пропуская пряди сквозь пальцы и опускает руки, что так усердно ищут место поудобнее, и находят. Расположившись на груди, он грубо скрутил ее соски, нащупав проколы для пирсинга, ловит ее смущение, а потом дикий стон наслаждения. Еще минута и она содрогается, выгибая спину, будто дикая кошка, подается бедрами ближе к нему, стягивая собой его член внутри. Резко выйдя из нее, он кончает на красное от шлепков бедро. Отпускает ее грудь и поглаживает по голове, аккуратно заправляя пряди назад. Майкл натягивает боксеры и валится на до сих пор собранный диван. Сара заваливается наполовину сверху на него, так как место достаточно узкое, тяжело дыша, она впитывает аромат его груди. Это что, запах хвои и мяты, что она так ненавидит? Как же плевать. Сейчас они оба обессилены, слыша громкое дыхание каждого, они засыпают в объятиях друг друга, забывая о проблемах. Она головой на его груди, а он упираясь носом в макушку. На утро Сара первая открывает глаза, замечая, что она все еще на нем, а его рука на ее талии. Она привстает, и рассматривает тот самый шрам, что заметила вчера. Проводит тонкую линию по нему, с внутренним интересом, откуда же он? Аккуратно встав с парня, она подходит к сумке, доставая наряд. В этот раз выбор пал на серую водолазку и черные джинсы с завышенной талией. О’Нил окинула взглядом соню, воспоминания о вчерашнем вызывают глупую улыбку, и она закусывает губу с мыслью, что возможно повторит еще раз. Точнее, не возможно, а повторит. Невольно вспоминает, что она обычно делает с мужчинами после секса, ловит себя на мысли, что не хочет перерезать ему горло.

***

— Ну что, малышка, я тебе позвоню? — застегивая ширинку проговорил парень. Они были в машине на окраине города, глухое место, самое то, чтобы отомстить. Тихая ночь, и только грозовые тучи нагнетают обстановку, что совсем не смущает девушку. Она, смотрясь в маленькое зеркало, поправила стертую помаду, сильно сжав губы и с громким звуком их распахнула. — Ты про товар? — притворяясь дурочкой, она глупо хлопает густо накрашенными ресницами. — Не только, я бы повторил, — с искрой в глазах, симпатичный молодой человек, чье имя девушка уже и не вспомнит, положил руку ей на колено, медленно поглаживая. — Думаю, ты уже не сможешь, — резким движением она притянула его к себе, впиваясь в губы. А потом истошный крик прямо в ее уста и торчащий нож из его живота. Она медленно проворачивает рукоять, аккуратно вдавливая в глубь. Легкая улыбка выступает на ее лице. Кровавая струйка стекает, оставляя сильное пятно на идеально белой футболке, что погладила ему мама перед посещением клуба, хотя ей он сказал, что идет к невесте. И зачем он повелся на ее уловку? В его глазах накатывают слезы и искреннее непонимание, почему он. А все просто, Сара видела, как он не раз, возвращаясь с офиса, где работала его пассия, приходил снять стресс с очередной красоткой в их клубе. Девушка ненавидит измены. Она ненавидит жалость и мужчин. Ненавидит. 17 августа Ноа Янг найден мертвым в собственной машине на Уайт-Райли-стрит. Восемь ножевых ранений. Жестокое убийство было совершено около 3-х часов ночи. На панели передач была найдена записка от некой девушки, гласившая, что это месть за некую Дженнифер Янг.

***

Майкл, не размыкая глаз, стал искать тело девушки, что так тепло грела его всю ночь. Не найдя жертву, он открыл глаза, щурясь от дневного света, наполнившего небольшое пространство. Оглянулся и увидел желанное. — Подъем, Дракончик. — Сладкая, куда убежала? А утреннее пробуждение не прилагается? — садясь на край дивана, усердно пытаясь привести волосы в порядок, сонно произнес парень. — Тёрнер, это разовая акция, можешь не надеяться. Я не строю отношений, но за секс спасибо, так хорошо мне не было давно. — Странно, что я еще жив, — шуточным тоном сказал парень, натягивая джинсы. — Что? — Сара отвела взгляд от зеркала и с некой злобой и секундным непониманием, уставилась на него. — Ты думаешь я не знаю характер твоих деяний? Ноа Янг — офисный сотрудник крупной компании «Дивергент Импайер». Кристофер Уолш — медбрат местной больницы. А как же Дэннис Ричмонд? Молоденький студент полицейской академии? Мне продолжить? — Не стоит. Не принимай на свой счет, это все договор, хотя мне наплевать, но не настолько, чтобы рушить его в первую неделю. Была бы возможность, я бы не пощадила тебя, местный разбиватель сердец, — девушка на этой фразе закатывает глаза. — Весомо, но я думаю, это не главная причина, птичка, — он подошел к ней, кладя руки на бедра, притягивая к себе. — Тебе пора, — отталкивая его руки, девушка указала в сторону выхода, — до дела два дня, будь добр, не маячь перед глазами без причин. Он ухмыльнулся и вышел, оставляя ее наедине с собой. Сара же достала сигарету, нервно, слегка дрожащими руками поднесла ее к губам, поджигая. Затяжка. Еще одна. Наплыв воспоминаний о ее деяниях заставляет вспомнить о том, что мама была бы разочарована в ней. Она всегда думала, что Сара поступит в медицинский, ведь у нее была тяга к биологии и химии, в свободное время девушка читала научную литературу. А когда была маленькой, делала уколы плюшевым игрушкам. Сейчас она тоже делает уколы и даже людям. Только в тонких шприцах не спасительное обезболивающее, а смертельная доза наркоты, что она безжалостно втыкает в шею или предплечье жертвы, четко попадая в вену. Из нее вышла бы хорошая медсестра. Она могла бы работать с онкобольными, помогая избавить их от мучений. Но нет, девушка встала на другую дорожку. Выдыхая пары дыма, тушит сигарету о пепельницу и тянется к карману сумки. Сара достает небольшой флакон с белыми и горькими на вкус таблетками. Немного помявшись, заглатывает сразу две штуки, чтобы не чувствовать себя виноватой. Виноватой перед матерью, а не перед трупами мужчин. Их не жалко. А маму да, она не виновата. К вечеру все Драконы развели костер, собираясь возле него за бутылкой пива и яро обсуждая, кто чего достиг за эту неделю. Сара вышла к ним, присаживаясь на какую-то старую деревянную бочку. Пламя от огня освещало лишь пару ближайших метров. Языки пламени ласкали друг друга, переплетаясь и танцуя поистине жаркий танец, выхватывая последние частички кислорода, разгораясь еще сильнее. Отражение яркой рыжей агонии плясало в голубых глазах девушки, выталкивая в день ее одного задания. Огонь. Крики. Он зовет на помощь. Кричит ее имя, но она лишь подливает бензина вокруг гаража и кидает спичку. — Ты в порядке? — тонкая ручка легла на плечо девушки, немного сжимая его. — Да, — немного помявшись, ответила она, ее прервали в нужный момент, вспоминать ни к чему, — да, в полном. — Держи, — Адель протягивает зеленую бутылку с пивом, Сара сразу же жадно отпивает, — как тебе здесь? — Привыкаю, но все будет понятно после дела, а ты как? — Осваиваюсь, мне легче, здесь Люк. Знаешь, — немного затормозила девушка, — иногда я думаю, что было бы, если бы я не попала к Сойкам? Жизнь, но какая? Да и чувство мести слишком сильное, — Адель сжала край клетчатой юбки, — никогда не забуду, как бесшумно упало ее тело, а из красивой шеи торчал мой шприц со «смаком». Она это заслужила, я никогда не любила ее. Это не мать, что с твоих пятнадцати торгует, ТВОИМ, МАТЬ ЕГО, телом! — девушка срывается на крик, но резко откинув голову, тихо продолжает. — Мне было восемнадцать, когда Люк достал эту дрянь. Тогда я поняла, что ближе него у меня никого не будет. Я понимала, или сейчас, или никогда. Момент был удобный, она вернулась со встречи и поднялась ко мне, дабы сообщить о графике приемов похотливых свиней. — А что отец? — Сара переводит взгляд с костра на подругу, обратно протягивая бутылку, чтобы рыжеволосая хоть немного расслабилась. — Отец скончался от рака, когда мне было тринадцать, тогда все и началось. Он любил нас и не позволял ей причинять мне боль. И даже уже собирался подавать на развод, чтобы обеспечить нам счастливое будущее. Тогда я думала, что скоро все будет хорошо. Но болезнь его настигла быстрее, чем я могла предположить. Он работал на химическом заводе, там опасные реактивы, и видимо взаимодействие с ними и вызвало все. — А почему Люк говорит о родителях спокойно? — Мать, если можно ее так называть, любила его, и считала лучшим, а я старшее отродье, которое ничего не достигнет, не обращая внимание на мои золотые медали по гимнастике и грамоты с олимпиад. Для нее я была только шлюхой. А Люк всегда говорил, что я молодец, сильная, обещал, что это скоро закончится и мы будем счастливы. Он не соврал. Я до сих пор не понимаю, почему он мне помог. — Любит тебя? — Наверное, но он не мог смотреть на меня, мои синяки и каждую ночь успокаивать, гладя по голове, — на глазах Адель проступили слезы, быстро вытирая их, она уставилась куда-то в пустоту, — он просил ее не издеваться надо мной, на что та говорила: «Эта шлюшка обеспечит тебе хороший колледж, сынок». Хотя сама не лучше, водила каждый день мужиков разных. Зато теперь, она уже не обидит меня. Не обидит. Сара молча приобняла подругу, протягивая сигарету, это лишь малость, что она могла сделать. Это был первый их откровенный разговор. Девушка немного не понимала, почему Адель ей открылась именно сейчас. За каждой из Соек кроется своя темная история начала, что сподвигла встать на дурной темный путь. И о другой жизни можно не думать, ведь сейчас, это лучший исход. Девушки закурили и молча сидели на бочке. Пока не услышали, как Джон подзывает к себе парней и просит о помощи, таща на себе чью-то тушу. А сзади, хромая и удерживая кровоточащую рану на плече, медленно плелся Люк. Вишня подбежал к Джону, обхватывая раненого под второй бок. Сара оценила ситуацию: кровь в области ребер, перелом? Адель, заметив брата, кинулась к нему, аккуратно взяв за плечи, повела к Саре в вагончик. По дороге она нервно отчитывала его. Это такое своеобразное проявление беспокойства. — Девочки, кто с медикаментами дружит, идите сюда, — прокричал Холл. Не задумываясь О’Нил спрыгнула с места, попутно откидывая сигарету в сторону, она легким бегом добралась до них. — Заносите ко мне, — девушка приоткрыла дверь, освобождая пространство. Тело почти не двигалось, еле скрипя зубами и издавая тихие протяжные стоны. Сара взглянула на лицо. О черт, Майкл!