Розыск

Парня положили на диван, что О’Нил уже разобрала с целью выспаться этой ночью. Но похоже не сегодня. В ее голове не укладывалось одно: как он, ушедший от нее двенадцать часов назад, уже влип в какое-то дерьмо, да еще и на пару с Морингом? Адель прошла с Люком и усадила его в небольшое кресло, расположенное в углу вагончика. От боли он зажмурил глаза, все также придерживая рану и не давая крови выплеснуться ярким красным фонтаном. Сара метала взгляды от одного к другому. Майкл тяжело дышал, его дыхание было хриплое и неровное, по телу рассыпалось множество гематом, несколько кровоточащих ран, самая сильная — в районе ребер. Лицо тоже было не в лучшем виде: разбитая губа, рассеченная бровь и синяк на скуле. Джон нетерпеливо спросил, в чем нужна помощь. Резкие кадры, куча подборов — в голове девушки проносились бесконечное количество страниц медицинских пособий, что она так жадно поглощала раньше. Обдумывая дальнейшие действия, на которые выделено не более трёх минут, она пыталась понять, от чего они практически без сознания, если удары не смертельные. Оба парня находились в отстойном состоянии, только Люк был в сознании и относительно понимал происходящее. Им нужно в больницу! Но какая к черту больница, где по приказу шерифа их отключат от аппаратов в первую же минуту. — Джон, неси свою херню из цветов! — рыком приказала девушка и стала рыться в сумке, выуживая внушительных объемов аптечку, напичканную разными препаратами. — Ты с дуба рухнула? Убить их хочешь? — в полном непонимании произнес парень, медленно поднимаясь от Майкла. — Неси! Я бы попросила Люка, но, как видишь, ему тоже не очень-то и здорово. Если ты сейчас же не принесешь эти чертовы цветы, то точно лишишься двоих сразу, — Сара стала доставать жгуты, чтобы перетянуть руку Люку, но Адель перехватила ее, вызываясь сама помочь брату. Холл не стал медлить и уже через пару минут принес нужное. Хоть он все еще не доверял ей, но выбора просто не было. Сара забрала с его рук пакетик с невероятно красивым фиолетовым оттенком, и стала аккуратно высыпать порошок в физраствор, медленно набирая в шприц полученную смесь. Девушка пару раз стукнула по нему пальцами, выпуская лишний воздух. Нащупав вздувшуюся вену парня, который лежал уже практически не подавая признаков жизни, она аккуратным движением руки ввела вещество. Тело парня будто на миг расслабилось полностью. Сара подбежала к Люку и проделала с ним то же самое, после чего кинула рыжеволосой тугой бинт, чтобы затянуть плечо брата. Люк в миг обмяк на кресле, его голова обессилено завалилась набок, а дыхание участилось в разы. Адель, не снимая жгут, стала перевязывать рану. Сара все это время крутилась возле Тёрнера, то и дело накладывая перевязки, или обрабатывая саднящие раны, покрывающие практически все тело. Закончив все манипуляции, она вывела Джона за край куртки на улицу. — И что это черт возьми такое? — нервно закуривая, спросила девушка. — Я в душе не ебу! Поступил звонок в бар, сказали, что эти двое недалеко. Кто это был, я также не знаю, только предположения: игра началась раньше, чем мы думали, — Холл также закурил, быстро, скорее нервно, выпуская клубы дыма. Они молчала стояли, пока девушка не прервала затянувшуюся паузу. — По поводу цветов. Тебе ли не знать, что они лучше морфия оказывают обезболивающий эффект?! — Сара, я не просто так их толкал всяким идиотам. Они вызывают дикое привыкание, а каждая последующая доза отравляет организм с новой силой. Пара доз — и не заметишь, как ушел на тот свет, — парень замялся, — никто из Драконов еще это не употреблял. Что с ними? Я вообще в этой херне не разбираюсь. — Не переживай, я выбью эту дурь, — она успокаивающе погладила его по плечу, — я предполагаю, что их накачали транквилизаторами, они оба амебные какие-то, хотя смертельных ранений не наблюдаю. Будь добр, принеси раскладушку, надо Люка уложить, диван не такой большой. Парень молча кивнул и ушел в сторону. Сара просидела с ребятами всю ночь, постоянно меняя повязки, то и дело проверяя пульс, что так и порывался пропасть совсем. Она обессилено упала в кресло, где ранее сидел Люк, положив голову на изголовье, и провалилась в тревожную дрему. Сном это нельзя было назвать, от каждого шороха она вздрагивала, в надежде, что один из парней проснулся. Еще и дождь усиливал неприятные ощущения — крупные капли бились в маленькое окно, а по крыше раздавались громкие стуки, что тяжелыми ударами стучали в голове девушки. Она была жестокой, но не бессердечной, тем более без них половина дела пойдет коту под хвост. Устало потирая виски, она вновь подошла к парням, поправив одеяло. Невольно задержала взгляд на Майкле, который тяжело дышал от количества вкаченных в него препаратов. Недовольно покачав головой, она все-таки провалилась в короткий, но столь желанный сон. Дождь все также продолжал лить за окном, наводя мрачную атмосферу, послезавтра у них дело, а он даже встать не может. Сара проснулась от легкого шума в вагончике. Люк стал приходить в себя, издавая недовольное мычание. Девушка резко подскочила к парню, укладывая обратно. — Чшшш, лежи, — она поднесла бутылку с водой к его губам, он сразу же жадно в нее вцепился, выпивая половину за раз, — как же так, Люк? — зная, что ответ сейчас она не получит, девушка аккуратно поправила его прилипшие ко лбу пряди. Как же плохо, когда нет нормальных медикаментов, она же даже не врач. Но по ее подсчетам, как только действие транквилизаторов закончится, об этом происшествии будут напоминать лишь синяки на теле и мелкие шрамы. День прошел быстро, Адель все время сидела рядом с братом, держа за руку, а Сара возилась с Майклом, который до сих пор не издал ни звука. Только дыхание выровнялось на нужное. Изредка девушка покидала его на перекур с Вишней, который все время спрашивал о их состоянии. В ту ночь парни прочесали все в округе, и никого. Пусто. Кто это сделал? Шериф? Или Холл прав, и игра началась? Сара сидела в кресле, наблюдая за спящими парнями и рыжеволосой, которая не отходила ни на минуту от Моринга. Кажется, она действительно им дорожит, несмотря на разногласия банд. Вражда двух лидеров казалась Саре глупой. Причина? Измена? Кажется, здесь что-то более масштабное, но что? Пока никто не знает. Вечные подлянки, доносы шерифу друг на друга, но неужели сейчас действительно есть, чего опасаться? Если две беспрерывно враждующие группировки спустя три года готовы пойти на мир? Из глубоких раздумий Сару вырвал стонущий Майкл. Она не спеша подошла и точно также протянула воды к его губам. Ловя каждую каплю, парень смог приоткрыть тяжелые веки, но от достаточно яркого света сразу же зажмурил их. — Са…ра, — парень попытался привстать, но девушка легким движением руки уложила его обратно. — Потом поговорим, тебе еще отсыпаться часов пять, — после этих слов Майкл ушел в отключку, в ту самую, где Люк был пару часов назад. — Сара, Люк очнулся, — тихо прошептала Адель, лучезарно улыбаясь брату, сжимающему ее руку, полностью очнувшись от оков тяжелого сна. — Ну здравствуй, спящий красавец, — Сара повернулась к Люку, а затем стала набирать какую-то мутную субстанцию в шприц, — как ты? — В целом, неплохо, — шепотом проговорил парень, — спасибо. — Ага, спасибо, теперь объясни, что произошло? — Сара подошла к нему со шприцом в руках. — Переворачивайся. — Э, что? — Что непонятного? Укол витаминов в ягодичную мышцу, чтобы ты быстрее смог оправится, — парень послушно, но с трудом перевернулся на бок, оголяя ягодицу. — Я попросил Майкла сходить со мной к лесу на обрыве, там должны были быть травы, нужные мне, а этого оболтуса позвал за компанию, — парень напрягся, когда почувствовал холодную ватку на коже, оставляющую мокрые следы, и резкий запах спирта. — А ну, расслабь! — Так вот, мы даже не дошли до места, остановились на улочку дальше от казино. Там стояли незнакомые мне раньше люди, точнее двое амбалов, а у Тёрнера в этот момент сжались кулаки, да так что костяшки побелели. Тогда я понял, что это не к добру. А дальше… а дальше, ауч! — Терпи, собиратель, блять. — Мгмх, дальше укол в шею и все поплыло. Майкл сразу рухнул, а я успел дернуться и не дать ввести полную дозу. — Есть предположения, что это было, юный химик? — Б-187, затуманивающее разум вещество, — уверенно ответил он, — когда они нас оставили, один из них позвонил в бар, пока другой оставлял небольшие раны ножом, предполагаю пропитанным этим же веществом, на нашем теле, а затем попросил передать привет Аарону. Кажется это все. — Хм, разве Б-187 остался еще? Его же не достать? — Его легко и самому сделать. Набираешь в пробирку… — Все, не нужно, все равно не запомню. Мог просто сказать, что он самодельный. Так, ну и почему вас не убили? Адель заметно напряглась от такой грубой и прямолинейной фразы, а Люк натягивая джинсы, вновь облокотился на кушетку. — Разве это не Гризли? — Что? — в недоумении спросил парень, голова все еще болела. — Нет, не думаю, что это они, логотипа не было. Кажется это «падшие». Сердце Сары резко пропустило удар, а затем, кажется, следующие два тоже. Тревожный взгляд Адель, которая нервно перебирала волосы. Мысли в голове окончательно превратились в кашу, такую липкую, холодную, тягучую. Все больше и больше новостей за последнее время. И что это за всплески памяти, она же пьет таблетки? Сара ничего не понимала. Это слово вертелось на языке, и Сара, словно пробуя каждую букву на вкус, почувствовала как становится горько и противно, будто вновь принимаешь таблетки. «Падшими» называют те группировки, что многие годы были лидерами, которых никто не осмеливался свернуть. А чтобы стать главными, нужно быть умными и чрезмерно жестокими, ведь главная цель — устранить конкурентов. Но всегда найдутся новые люди, новая кровь, что столкнет их с пьедестала. Последних «падших» видели около трех лет назад, тогда же, когда Драконы вступили в борьбу. — Люк, — нервно начала Адель, сжимая с силой его руку, — ты уверен? — Нет, не уверен, но больше вариантов нет, Адель, вы в опасности. — Ага, если ты мог не заметить, то просвещаю, мы — Сойки, и каждый день находимся в опасности, — с какой-то грубостью стала отвечать Сара, не хватало ей еще смазливой заботы. В Балтиморе они каждый день занимались преступными вещами, от чего держали в страхе местную полицию, никогда не сталкивающуюся с таким ранее. — О’Нил, ты не понимаешь, они свернут голову всем нам, если узнают о нечестной игре. Вам стоит уехать, — в этом мальчишке была невероятная серьезность, он будто стал скалой, что не дает тебе прохода. — Я тебя слушать не буду, и Адель тоже! Прости, мальчик, но не ты тут главный, так что отлеживайся и приступай к помощи Джону с его подготовкой товара к субботней ночи. — Тебе жить надоело, ебанашка? Хочешь, чтобы тебя грохнули там Гризли или Падшие? — парень посмотрел на друга, который сладко сопел на диване. — Еще и одна на дело. — Повторяю в последний раз, сопляк, я иду туда, потому что держу свое слово. Я обещала вам помочь, значит так и будет. Одна или нет, не важно. Я не такая слабая, как ты думаешь. На этой фразе Сара развернулась и быстрым шагом покинула помещение, где царила далеко не дружественная атмосфера, направляясь к уже потухшему костру. Последние дрова тлели, остались только маленькие корки дерева, что изредка поблескивали оранжевым огоньком от ветра. Девушка села на какую-то корягу, не изменяя традиции, достала сигареты. Мысли и воспоминания прицепились к ней, словно мерзкие липкие руки. Предчувствие, словно какой-то дар, разжигало маленький огонь внутри. Все это неспроста. Весь последующий день она провела в вагончике. Люку стало значительно легче, и он принялся помогать Джону с изготовлением нужного количества наркоты. Адель с Вишней отправились на адрес, где завтра все состоится, дабы проверить безопасность этого места. А сама Сара весь день, словно с маленьким мальчиком, провозилась с Майклом, обеспечивая его теплым бульоном, что она принесла из кафе, так как сама готовила отстойно. В детстве было не до этого. Снова и снова поправляла одеяло, словно нарочно желающее сползти на пол. Под вечер она изрядно вымоталась. Еще нужно поговорить с Вишней и Холлом. Сара присела на край дивана рядом с Майклом, который жадно изучал каждый миллиметр ее тела. В нем бушевал целый огонь, пожар эмоций по отношению к этой практически незнакомой девушке. Что-то в ней было такое, чего не было в других. Уверенность и легкость, а также зачатки настоящей маньячки, что она так яро скрывает за таблетками. Хотя уже сама знает исход. — Я так тебя и не поблагодарил, — он осторожно положил свою руку на ее и аккуратно сжал. — Скажи спасибо своим недоубийцам, которые оставили тебя в живых, и Джону, притащившему тебя сюда, — девушка не решилась убирать руку, понимая, как ему сейчас нелегко. — Да уж, оставили тебе на растерзание, — Сара издала смешок и повернула голову к парню, натыкаясь на его невероятно красивые глаза, взгляда которых она так тщательно избегала. Он поддержал зрительный контакт, рассматривая каждую ледяную ниточку, отходящую от зрачка. — Детка, я бы не хотел, чтобы ты шла туда без меня, — он сплел их пальцы, и она ответила, сжав их сильнее. — Майкл, мы друг другу никто, не стоит переживать, — голос неожиданно дрогнул. Что это, О’Нил? Обида? Это же был просто секс, просто сняла стресс. Новое чувство, что неприметно бьет под дых, будто битой разбивают ребра, пытаясь добраться до сердца, медленно бьющегося в оковах ненависти. — Даже, если ты так считаешь, то на этот случай я могу прикрыться договором, где в пункте 7.2 указано, что обе стороны не должны допустить смерти или попадания в опасность своего союзника, а напомню, что в этом деле мы были напарниками, — строго произнес парень. — Ты же понимаешь, что тебе лучше не появляться там? — Да поебать, рано или поздно все равно будут жертвы. Перед смертью не надышишься, Сара. — Тёрнер, ты совсем дурак? — в груди неприятно зажгло от его слов, сердце сжалось в разы, вновь пропуская удары. Она сжала его руку от некой обиды за произнесенные им слова. Новое чувство зарождалось где-то внутри, сжимая все органы, заставляя их свернуться в тугой комок. — Хочешь мне руку сломать? — Сара ослабила хватку. — Разве я не прав? Ты сама не веришь в это все. Скажешь, что это не наша жизнь, и ты будешь абсолютно права, но сейчас, когда мы уже здесь, на этой дорожке, — парень выдержал паузу, проглатывая ком, застрявший где-то в горле, — я просто хочу знать, что тебе ничего не угрожает. — Майкл, мы с тобой практически незнакомы, а ты тут из себя благородного принца строишь, — он резко притянул ее к себе так, что она завалилась прямо ему на грудь. Громкий вздох, так как гематомы еще существовали на его теле. Кажется, это было больно. Сара попыталась встать, чтобы не делать ему еще больнее, но он не позволил, а лишь еще крепче прижимал её к себе, издавая протяжный стон. Чертов мазохист! — Просто не могу лишить такую малышку еще одного безупречного секса, — резко изменившись в настроении, словно он снова тот хам, что и раньше, Майкл расплылся в широкой улыбке, на что девушка лишь закатила глаза, — полежи со мной, — прошептал он, не отрывая взгляда. — Я из тебя импотента сейчас сделаю, шутник херов! Мне нужно к Вишне и Холлу. С тобой останется Адель, поэтому будь паинькой и не сбегай, хорошо? — Тогда просто поцелуй меня, — Майкл напрягся и выжидающе смотрел на нее. Не понятно зачем, но О’Нил аккуратно подтянулась к нему, мягко проводя по щеке ладошкой. Она припала к его холодным израненным губам, медленно и осторожно двигая ими. Он провел языком по ее устам, вторгаясь внутрь. Это его территория. Она его. Пусть еще этого и не поняла. Но он не отступит. Поцелуй был медленным и нежным, наполненный безумными чувствами сопереживания и некой любви между двумя идиотами. Аккуратно, чтобы не причинить еще больше боли этому дурачку, Сара углубила поцелуй, сплетая их языки. После нехотя отстранилась, покачав головой. — Я не хочу давать тебе надежду, Майкл, я не такая. — А я не тот, кто тебе нужен. Мы идеальны, Сара. Девушка не стала отвечать, она просто дождалась Адель и ушла в сторону дома Вишни. Дорога была быстрой, Сара старалась сильно не светиться, срезая по коротким темным улочкам. Весь город затих, все выжидающе сидят в своих домах, боясь даже выглянуть в сторону темных, наполненных страхом улиц. Темнота обволокла весь город, выпуская что-то темное и липкое наружу, а холодный осенний ветер лишь подыгрывал ей. Дойдя до уже знакомого дома, она решила не медлить и сразу же дернула ручку. Черт! Закрыто. Тогда в ход идет ее воспитанность, точнее то, что от нее осталось. Сжав руку в кулачок, Сара сделала три тихих стука, затем еще три, но уже с новой силой. Раздался глухой звук, отражающийся от стука о деревянную дверь. Ничего. Достав из кармана маленькую шпильку, она прислонилась к замочной скважине, медленно проводя нехитрую махинацию. Пару проворотов и усилий и вот он, долгожданный щелчок. Теперь ручка поддалась напору. Сара вошла внутрь, носовую полость сразу обожгло неприятным запахом спиртного. Девушка поморщилась, но медленно и настороженно прошла дальше. Включив свет пред ней предстала интересная картина: Вишня развалился на диване, держа в руках бутылку не до конца выпитого пива, а в углу, в кресле, облокотившись о собственную руку, тихо сопел Джон. Вокруг был беспорядок похлеще, чем в первое ее посещение. На грязном от раскиданных закусок столе лежала чистая бумага и пара ручек рядом. Интерес взял вверх, и она просмотрела ее. Это был план дальнейших действий и его изменения. Кажется, Сару для обсуждения дела они так и не дождались. Она решила, что смысла задерживаться нет. Аккуратно в два раза сложив листок, она поспешила покинуть дом. Девушка не решилась возвращаться обратно к себе. Непонятный осадок после последнего разговора с Майклом ещё не прошел, а он все ещё отлеживается у нее, хотя прекрасно может ходить. Она не понимала своих чувств, она запуталась. Эмоции, словно жаждущие свободы заключенные, вырывались наружу, стягивая весь здравый смысл в огромный запутанный клубок. После развода родителей и предательства отца, О’Нил четко решила, что не верит в любовь. Любви нет, есть чувства. Чувство привязанности, приятное ощущение, но это не любовь. Она готова принять пулю в грудь, но не это. Уже под рассвет девушка тихо вошла в вагончик. Майкл тихо сопел на диване, Адель уже ушла, оставив записку о времени завтрашнего дела. Девушка стянула с себя куртку и переоделась в футболку Вишни, которую забрала пару дней назад. В этот раз, переступив через свою гордость она решила лечь рядом с парнем. Расположившись на другом конце дивана, прикрылась пледом, что только что достала из шкафчика. Едва коснувшись подушки, Сара тут же проводилась в мир Грёз. Утро она встретила в полном одиночестве. Только заметила, что накрыта одеялом. Мило. А на столе был букет недавно собранных ромашек. Проведя пальцами по соцветиям, девушка невольно улыбнулась. Весь день она провела в подготовке и изучении плана, что в целом не сильно был изменен. К вечеру Сара была уже готова. Черная кожаная облегающая юбка, полупрозрачная зелёная блузка со свободными рукавами, на ноги — массивная обувь на случай, если придется убегать. Поправив макияж, девушка отметила, что на нее вновь смотрит счастливая и беззаботная молодая девушка, чьи перспективы поступить в хороший колледж, дабы порадовать родителей, весьма высоки. Завести семью с двумя детьми, купить загородный дом и вместе с любимым мужем наблюдать за заходящим солнцем, находясь на уютной веранде. Но есть одно но. Она ненавидит детей, и сегодня ночью, когда вернётся, вновь начнет пить таблетки. Сев на байк, девушка устремилась на выезд из города. На окраине она встретилась с Джоном, который должен был передать ей товар. — Готова? — передавая упаковки с порошком, спросил парень. — Не сомневайся, — она забрала пакетики, раскрыв поясную сумку, где лежали шприцы и пара упаковок таблеток, — почему меня не дождались вчера? — Прости, не было времени, пока ты там возилась с Тёрнером. Кстати, не знаешь, где он? Не могу найти его. — Что? Он должен быть у себя, вы же решили действовать без него, верно? — Сара удивилась, узнав, что парень не появлялся в своем доме, и на свалке его тоже не было. — Вот черт! Опять все через задницу! Если его Никсон поймает, пусть сам выкручивается, заебал, — Холл был поражен нелепостью и чрезмерной самодеятельностью напарника, — на месте много не пей, постарайся по максимуму распространить это дерьмо, а после убирайся. Вишня постарается подъехать и заменить Тёрнера. Как закончишь, заедь ко мне, малышка, я буду в баре, — подмигнув, он завел мотоцикл и с диким ревом сорвался с места. Девушка последовала его примеру и скрылась из города. Ей нужно было за город, так как именно там проходила вечеринка, на которую были приглашены ученики старшей школы. Проникнуть на нее не составило труда. Дать пару десяток баксов одному недальновидному ученику, и вот О’Нил уже его одноклассница. Она мчалась с невероятной скоростью так, что адреналин разливался по венам, принося ошеломительные эмоции, застывая в них и принося эйфорию от поездки. И никакие устрашающие пейзажи ей сейчас были неважны, лишь пустой и темный лес, что растянулся по обе стороны дороги, которую освещали лишь фары верного друга девушки. Ветер, проникающий под юбку и куртку, холодным потоком воздуха ласкал тело. Сейчас только она и дорога, только стихия адреналина. Никаких мыслей. Пусто. Одна безразличная маска, натянувшаяся на милое лицо девушки, что вот-вот, и принесет в свой список еще минимум два трупа за эту ночь.