Кто такая Джерен Карачай?

Сижу в кабинете над важными документами, думая о вчерашнем дне. Что это было? Что за новые странные чувства меня переполняли, когда я обнимал эту змеюку? Почему я не хотел, чтобы это заканчивалось? Она была в моих объятиях. Она была близко. Очень близко. Её пьянящий аромат меня одурманивал и впивался во все мои клетки. Её красивые зелёные глаза смотрели на меня. Она действительно волновалась, что со мной что-то случилось. Неужели Джерен может волноваться за кого-то? Пытаюсь это представить. Не получается. Джерен плохая. Джерен плохая! Но тогда почему моё тело так тянется к ней? Резко встаю и останавливаюсь возле окна кабинета, направив взгляд вдаль. Джерен Карачай, что ты такое? Как у тебя получилось свести меня с ума своим стервозным видом? Вроде бы ничего такого, но как давит в штанах, когда она рядом! Когда она надевает свои почти прозрачные ночнушки, через которые можно увидеть её прекрасные формы. Когда она спорит со мной, даже если знает, что до добра это не доведёт. Когда она нечаянно задевает мою кожу. Я воспламеняюсь, сердце бешено бьётся, и я теряю самоконтроль. Обещал же, что никогда не притронусь к ней. Но это вообще возможно? Даже при утреннем стояке, когда снимаю напряжение в ванной, а перед глазами только она в миниатюрных шортиках и полупрозрачном топе. И как после этого жить с ней в одной комнате? Она же меня в сексуального маньяка скоро превратит. Стою и смотрю вдаль, но подъезжающая машина зацепила моё внимание. Вроде нормальная машина, среднестатистическая, чёрного цвета. Я совсем не ожидал, что оттуда выйдет именно она. Смотрю, окаменев, в окно, и кровь начинает кипеть. Внизу Джерен выходит из машины и сладко улыбается водителю, который в свою очередь выходит и подходит к ней. Он высокий стройный шатен в деловом костюме. Уродом называть его не могу, но он им является. Как он вообще осмелился подойти к моей жене? Смотрю дальше. Он подходит ближе, и они обнимаются. Они, блядь, обнимаются перед моим офисом! У меня аж в ушах звенит от злости. Он берёт её личико в руки и что-то говорит. Она снова сладко ему улыбается и отправляется ко входу в офис, а этот наглый дожидается, пока она уйдёт из поля зрения, и уезжает. Поворачиваюсь к двери. Жду. Всё во мне бурлит, хочется метаться и рушить всё на своём пути. – Привет, муженёк, – говорит радостно жена, заходя в кабинет, а я уже не могу больше сдерживаться. – Кто он? Она смотрит с непониманием, снимая пальто, а я уже подобен кипящей лаве. – Кто? – Тот, с кем ты обнималась минуту назад. – А… Это мой друг. – Кто он? – спрашиваю, приближаясь к ней ближе. Она отходит и натыкается на стену. – Друг. – С «друзьями» так не обнимаются. Кто же он? Говори!!! – Любовник! Это ты хотел услышать? – зло кричит она в ответ. – Любовник, значит. – Да, любовник. А что ты хотел? Ты вчера мне внятно высказал, что каждый занимается тем, чего хочет. Вот и встречаюсь, с кем хочу. Тебе-то что? Я подхожу к ней, и она замолкает. – Не смей! Ты моя жена. Она начинает смеяться, и я недоуменно думаю – над чем же? – Жена. Прослезится можно… Жена… Ты хоть сам в это веришь? Когда я вообще была твоей женой? У тебя другая «жена», и это точно не я. Это моя сестра. – Замолчи. – А если не замолчу, то что? – смотрит с вызовом. – Ты любишь Джемре, а я буду встречаться, с кем захочу. Наш брак скоро закончится, и ты меня выгонишь на улицу. А так, может, я тоже влюблюсь в кого-нибудь? – я смотрю не неё со злостью, накопившейся во мне, и Джерен сразу отпускает взгляд. Мы опять стоим близко друг к другу. Её парфюм впивается в кожу, и я дурею. Она такая милая, когда отпускает взгляд посреди спора. Поднимаю медленно руки, задевая её обнажённые части тела, и останавливаюсь на плечах. Её светлые локоны нежно касаются ключиц и падают на грудь. Медленными движениями перебрасываю волосы за спину, мимолетно трогая шею. Она молчит. Молчит, но её тело покрывается мурашками, а тёплое дыхание воспламеняет меня как спичку. Приближаюсь к ней, пока наши лбы не соприкасаются, и говорю: – Нет. Не позволю. Ты только моя, – и целую её. Целую страстно, жадно. Она не оттолкнула, но и не ответила сразу. Только после нескольких мгновений раздумья обняла руками за шею, и поцелуй стал глубже и слаще. В голове словно взорвался фейерверк, а я летал. Летал от совершенно новых ощущении и от бури эмоции, которые она вызывает во мне. Жена… Да, жена. Моя и только. Мои руки скользили по её телу, наслаждаясь большими формами. Поцелуй прекратился от нехватки воздуха. – Недим… – тихо прошептала Джерен, слегка задыхаясь. Сейчас в её образе не было ничего наигранного. Она была сама собой, милой и покорной. Была та Джерен, которая плакала на моем плече, та Джерен, которую я так редко вижу. – Молчи. Запрещаю, – и утянул её в новый поцелуй. В этот раз было по-другому, так, что я ни ног, ни рук, ни голову не чувствовал. Но нам вероломно помешал стук в дверь, и мы отступили на шаг друг от друга, делая вид, что занимались делами. Ну да. «Делами». – Господин Недим, можно зайти? – спросила секретарь, заглядывая в кабинет. – Да, конечно. – Вот, вам передали документы на подпись. – Хорошо, спасибо. Секретарь вышла, и я переключил своё внимание на жену, которая села на кресло в углу кабинета. Почувствовав мой взгляд на себя, Джерен пришла в себя и поднялась. – Ах, да. Зачем я сюда пришла. Смотри, что нашла, – говорит, протягивая мне что-то вроде диктофона. – Послушай! Я нажимаю на кнопку, и сразу раздаётся голос Шениз: – Я хотела, чтобы сын рос возле отца. Возле отца, который его даже не признал. Это всё из-за тебя. Ты меня заставил. Это всё из-за тебя. Всё из-за тебя, Мюмтаз! – Что это? – удивлённо спрашиваю у Джерен. – Это конец ведьмы, но ещё не совсем, это только половина. Мне надо ещё кое-что проверить перед тем, как высказывать свои догадки. – Откуда это? – В особняке есть столько мест, но от меня не спрятаться, – гордо хвастается она. – Если хочешь, можем вместе ей отомстить, и она упадёт с пьедестала уже через несколько недель, если нет, я сама могу это сделать, но тебе не оставлю ни шанса ей отомстить. – Вечером дома об этом поговорим. Сейчас у меня дела. – Хорошо. Тогда я пошла! – она взяла пальто, направляясь к выходу. – Джерен! – кричу, и она останавливается возле двери, поворачиваясь ко мне. – Запрещаю, слышишь? Она посмотрела на меня, словно хотела слиться с густым воздухом вокруг нас. Смотрела долго и наконец сказала: – Хорошо.