Близкий...друг?

Утро оказалось не таким добрым, как хотелось бы. Девушек разбудил громкий будильник Розе с назойливой мелодией. Она встала сразу, а Лиса же осталась на «еще пять минуточек полежать». За окном лил дождь, а небо было затянуто настолько плотным слоем туч, что казалось, как будто сейчас полночь. Поставив чайник, старшая пошла приводить себя в порядок и одеваться на тренировку. К счастью, тренировка проходила в самом общежитии, и даже на их этаже. Умывшись, Роуз направилась в прихожую к шкафу. Выбрав приглянувшийся наряд, она села на кровать и принялась натягивать штаны. Это были любимые треники Роуз. Красные, с аккуратными белыми полосочками по швам и вышитой лично девушкой по краю кармашка надписью: «Всё в твоих руках». Открыв глаза, первом, что увидела Лалиса, была Чеен в одном лифчике, которая со злостью ищет второй носок, что вызвало у девушки волну хохота, ведь она еще никогда не слышала как матерится ее подруга. Да, их отношения перешли в своеобразную дружбу, что казалось бы должно их обеих порадовать, но Лалиса была этому совсем не рада, хотя упорно пыталась себя переубедить. Каждый раз, когда она заглядывалась на Пак, она давала себе мысленные пощечины, так как по ее мнению однополые отношения это ужасно, а с Чеен они просто подруги. — Хей! Пранприя Лалиса Манобан! Хватит с меня смеяться и одевайся уже! У тебя минут 10 от силы и еще 10 на покушать. Быстрее! Я ждать не буду!!! — строго сказала Пак и скрылась за барной стойкой, убежав делать кофе и бутерброды. Она посмотрела этот рецепт где-то на русском ютьюбе, если ее конечно не подводит память, и он оказался настолько вкусным, что теперь она готовит его перед каждой тренировкой, ведь нужно набираться сил. За окнами лил дождь, стуча по подоконникам, набивая неизвестную никому, кроме него мелодию. Тренировка прошла успешно. Тренер оказалась бывшим айдолом и была столь вежлива и приветлива, что некоторые из трейни начали понемногу филонить, за что тут же получили от нее же. -Перерыв на обед. Тебя, Пак Чеен, попрошу остаться. — сказала тренер по пути в другой конец зала. Трейни, вымотанные и выжатые, промокшие так, как будто стояли под дождем, который стучится в окна все настойчивее с каждой минутой, начали потихоньку выходить в коридор и разбредаться по комнатам. Паника накрывала Розе все сильнее, когда тренерка со злым взглядом зашагала в ее сторону. — Да как так можно то! Все стараются, танцуют, а ты даже базовых элементов не знаешь! Тебя что, только петь учили?! Я старалась быть к тебе терпимее, но ответь мне, бездарность, ты хоть раз в жизни вообще танцевала?! — тренер кричала на Роуз, она была в ярости, при чем совершенно необоснованной. Роуз прекрасно танцевала, идеально чувствовала музыку. Не став спорить с новым тренером, Розе, вытерев слезы руками, кинула сухое «извините» и ушла. Ей не хотелось терпеть такое отношение к себе. ~ зачем это все ~ За эти минуты Манобан успела не только убраться в комнате, но и начать готовить кушать. При чем не только она. Розе шла по коридору и отовсюду пахло едой. В этой комнате русские трейни жарят картошку, дальше пахнет выпечкой, а вот идет курьер с упаковкой кимчи и роллов. А Роуз плакала. Ей было очень обидно, ведь такое отношение к ней было совсем не оправданным. Девушка просто хотела почувствовать, что ее любят, что она не зря старается, и вот, когда у нее был шанс начать всё заново, ее осадили. Не дали шанса. Девушка отворила дверь, молча прошла к кровати и, упав на нее, зарылась в одеяло как в кокон. Она так делала еще в детстве, когда была совсем крошкой. Родители Роуз часто ссорились, и чтобы не слышать их крики, она зарывалась в одеялко и пела песенки. Лалиса взвизгнула. Чеен вошла настолько тихо, что та ее совсем не услышала за журчанием масла и кипением воды. Но подождите, она что, плачет? Ответ был не нужен. Комочек из одеяла то и дело всхлипывал и дергался. Лиса медленно подошла к кровати и присела с краю. — Онни~, что случилось? Может водички? — Угу — еле еле послышалось из-под одеяла. Лиса принесла водички, комочек привстал, и оттуда выглянуло заплаканное личико. «Божечки мои, как же хочется ее поцеловать» — пронеслось в голове у Лалисы, но что это, она не отвергла эту мысль, она лишь подавила желание. Протянув водичку и выслушав все что произошло, Манобан сделала для себя один вывод: этот человечек слишком чувствителен и я ее защищу. Лиса тут же разозлилась на саму себя. Она изо всех сил старалась отвергнуть свои ¿чувства? к Розе. Ведь всю жизнь ей твердили что это неправильно, что так быть не должно, это неестественно, такие люди бракованные. Нет. Она не позволит себе чувств к девушке, и тем более отношений с ней.