Близкий...друг?

С тех пор прошёл месяц. Жизнь шла своим чередом. Пак все также пыталась в поте лица понравится тренеру. Лалиса выплескивала в уборку весь свой гнев на себя. Она все так же пыталась отторгать свои чувства. Но в один день… -Лиса, нам нужно поговорить. Мне нужен твой совет. -Да, онни, я тебя слушаю — улыбнулась девушка -У меня… ну это… ну… как же блин сказать…чувства есть к одному человеку. Но блин он меня не замечает в упор. Я уже и так и сяк. И намекала, и погулять приглашала, а меня игнорят, и можно даже сказать… избегают. Вот. Что мне делать? — Чеен с надеждой посмотрела Лисе в глаза -А кто этот человек? — у Лалисы бешено колотилось сердце, неужели она мне признается? -Помнишь я тебе парня показывала, который живет этажом ниже. Чонсок. -Ох… — тоска проступила в эмоциях девушки. Подождите-ка, почему это я грущу? Я должна помогать подруге, а не. подождите, что, ревновать? -Эмм. Лиса! Ты здесь? Земля вызывает Лису! Делать то что? — Да не знаю я! — огрызнулась младшая и, развернувшись, вышла в коридор. «Странная она какая-то», промелькнуло в голове у Рози. Лиса вышла на улицу и, осмотревшись, решила отправиться в парк. Смеркалось. Мысли загоняли Лалису в страх. Никто не сможет подсказать ей что делать. Деревья слегка качались под дуновением ветра. Фонари светили тёпло-желтым светом, а за ручки гуляли парочки. Обычные парочки. Парни и девушки. Это начало медленно убивать девушку. Невозможно вечно убегать от своих же чувств. Ее расстраивает ненависть к самой себе. Манобан идёт, рассматривая тротуар под ногами, но, подняв взгляд, чтобы посмотреть на светофор, замирает. На другой стороне улицы, прямо посреди толпы идущих людей, целуются две девушки. Они обе плачут и, кажется, расстаются навсегда, ведь им сигналит припаркованное такси. Мир внутри Пранприи переворачивается. Никто не смотрел на них осуждающе. Некоторые даже посматривали с завистью. Люди другие. Они не осудят, не унизят, не обидят, да, не все, есть и токсичные люди, но большинство людей принимает и понимает, значит пора и ей принять. Пора принять то, что она любит Розе. Она любит вечный хаос вокруг девушки, ее ромашковые духи, опухшее лицо по утрам и накрашенное вечером. Уставшую от тренировки и потягивающуюся в кровати. Любит глаза полумесяцы, маленькие ручки и ее наигранно строгий голос, когда она пытается казаться злой. Лалису вытягивает из транса старушка, спрашивающая все ли в порядке, и почему она плачет. Извинившись перед аджумой, Манобан со всех ног ринулась домой, но перед самым входом остановилась. Ведь Чеен любит Чонсока. Любит парня. И вот все лишь отрывками. Продуктовый. Соджу. Лавочка. Чья-то спина. А дальше только кровать и… Лалиса проснулась от жуткой головной боли. Еле разлепив опухшие глаза, она обнаружила на тумбочке стакан минералки и таблетку. Доковыляв до туалета, Лиса даже не удосужилась закрыть дверь в ванную. Ей было плохо, очень плохо. Она прикрывает глаза и падает с унитаза. Щелчок в двери, смех, чьи-то теплые руки и снова кроватка. Поток свежего воздуха. Пак открыла окно. -Чеен. — хриплым голосом потянула Пранприя. Рози подошла протянула подруге… КОТЕНКА?! ¿ Так быстро Лиса еще никогда не очухивалась от похмелья. -Ой какой хорошенькииий! — протянула девушка -Ага! Я ее на улице нашла. Она так жалобно мяукала. Может к нам ее возьмем? Лиса никогда не могла устоять перед такой улыбкой Чеен. И вот, через час они уже стоят в ветеринарной клинике и ждут, пока их котику сделают прививки. За окном светит ласковое солнце, листья начинают желтеть. Люди как обычно куда-то спешат, как и облака над ними. Ветерок пусть и не сильный, но прохладный, от чего хочется оказаться в объятиях любимого человека. Но любимый человек не любит тебя, от чего ты стараешься слиться с корой деревьев. Серой, неприметной, никому не нужной. Но только кора не понимает, что нужна дереву, что если бы не она, дерево бы не росло, оно бы умерло без нее. -Онни, подожди меня здесь — улыбнулась Лиса и куда-то унеслась. Вернулась она спустя каких-то пять минут с большим букетом ромашек. Это были любимые цветы Пак. Но милого диалога не произошло, ведь их прервал ветеринар, обращаясь к Чеен: — Вы не могли бы на секундочку отвлечься от своей девушки и посмотреть на меня? — с долей иронии сказал врач, улыбнувшись. — Ваша кошечка полностью здорова, все прививки я сделал, держите это счастье, она лапочка, до свидания! — - До свидания! — ответила Роуз, выходя с котенком на ручках на улицу. По пути у девушек завязался разговор, не суливший ничего хорошего. — Слушай, Лалиса, а почему ты всю ночь плакала и называла мое имя? — Я ничего не помню, а что я говорила? — Сейчас напомню — с лукавой улыбкой произнесла Чеен, ведь ничего такого не было и в помине, но ей стало интересно, как далеко это зайдёт. — Лиса, ты плакала, стонала мое имя и клялась в любви до гроба. Манобан залилась краской. Само собой она ничего не помнила, значит и отрицать бесполезно. Если уж и сказать всё в лицо, то сейчас — Пак Чеен, я люблю тебя… — Я переночую у друзей пожалуй. — И, вручив Пранприи котенка, ушла.