Тайна

Солнечный свет был удивительно ласков, и Вэй Ин, сидевший на камнях у мелодично журчащего ручья, с блаженным видом вытянул ноги, опустив ступни прямо в холодную воду. Сапоги, небрежно брошенные поблизости, хранили следы дорожной грязи — ночью был дождь, и гоняться за лютым мертвецом пришлось по видавшим виды просёлочным дорогам, где в колеях сталью блестела влага. — Эй, Лань Чжань, — окликнул Вэй Ин, когда ему несколько наскучило сидеть в тишине. — Мгм? — Ванцзи возник рядом с ним, точно призрак — с той же бесшумностью, только ласковый ветерок коснулся щеки. Запрокинув голову, Вэй Ин всмотрелся ему в лицо и счастливо рассмеялся. Сколько бы ни прошло времени с того дня, когда они наконец объяснились друг с другом, а он до сих пор не мог привыкнуть… И даже голубая налобная лента, которая чуть давила на висках и холодила центр лба клановым знаком, никак не могла убедить, что всё это — правда. — Лань Чжань, — повторил Вэй Ин, наслаждаясь звучанием имени. — А я знаю то, чего никто не знает! — Мгм? — в голосе что-то изменилось. Будто Лань Чжань произнёс «Неужели» вместо «Мгм». Вэй Ин отлично выучил все оттенки его интонаций. Потянув за полу бело-голубых одеяний, Вэй Ин заставил Лань Чжаня опуститься рядом и придал лицу торжественное и серьёзное выражение. — Хочешь, расскажу? — почти прошептал он, вынуждая Лань Чжаня чуть наклониться, чтобы расслышать. — Расскажи, — третьего «Мгм» не последовало, и Вэй Ин чуть сощурился. Значило ли это, что Лань Чжаня заинтересовали его слова? Наверняка! Вэй Ин ударил ступнёй по бегущей воде, и искристые брызги сверкнули в солнечных лучах. — А ты умеешь хранить тайны? — спросил он, будто размышляя. — Хотя что это я. Конечно, Ханьгуан-цзюнь умеет хранить тайны и беречь секреты, — Вэй Ин украдкой скосил глаза — лицо Лань Чжаня оставалось совершенно спокойным, только глаза поблёскивали. «Знает, что я снова задумал шалость, — усмехнулся про себя Вэй Ин. — Как он только всё обо мне знает? Всегда?» Снова запрокинув голову, Вэй Ин ещё некоторое время молчал, и Лань Чжань терпеливо ждал, что за тайну он собрался поведать. Согревшись на солнце, Вэй Ин тряхнул головой и наконец заговорил снова: — Никто-никто не знает, Лань Чжань. Только я. — Что же? — в голосе не звенело нетерпения, как порой бывало у сдержанного, но любопытного, словно кошка, Лань Сычжуя. Однако Вэй Ин угадал, что и терпению Лань Чжаня скоро наступит конец. — Один — всем известный и очень уважаемый, — выделил он голосом, — заклинатель на самом деле… В некоторых вопросах, — Вэй Ин осторожно подбирал слова, сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, — настоящий… дурак. — И кто он? — сощурился Лань Чжань. — Хань-гу-ан-цзюнь! — медленно произнёс Вэй Ин и тут же отскочил в сторону, оказавшись по колено в прохладной воде. Он засмеялся, довольный своей шуткой. — Вот как? — Лань Чжань стоял напротив него. — Именно так! — Вэй Ин сложил руки на груди. — Но никто об этом не знает, как я и сказал. — От дурака слышу, — отозвался Лань Чжань, не меняясь в лице. Вэй Ин удивлённо улыбнулся. — Что? — Повторять не буду, — невозмутимо добавил Лань Чжань. Вэй Ин побрёл к берегу, почти не обращая внимания, что его собственное бело-голубое ханьфу вымокло в воде. В конце концов, его края и без того были не самыми чистыми, Вэй Ину было далеко до аккуратности во всём идеального супруга. — Это почему я дурак? — нахмурился Вэй Ин. — Объясни! — Ты первый, — не уступил Лань Чжань. — Ну тут всё просто! — Вэй Ин снова улыбнулся. — Только дурак мог столько тянуть с признанием своих чувств. Лань Чжань посмотрел на него неожиданно серьёзно, и Вэй Ин виновато вздохнул. — Только дураку могло потребоваться умереть и воскреснуть, чтобы признать свои чувства, — холодно возразил он. Вэй Ин опустил голову. В этом поединке победа оставалась на стороне Лань Чжаня. — Ты прав, — наконец отозвался он. — Я дурак, — и он шагнул прямо к Лань Чжаню в объятия. — Но и ты тоже! — И я тоже, — согласился Лань Чжань. — Если бы… Вэй Ин притянул его к себе и поцеловал, не дав договорить: «Если бы я признал тогда, ты остался бы жить, и не было бы шестнадцати лет…» — Нет никакого если, — выдохнул Вэй Ин прямо ему в губы. — Никакого, слышишь?.. *** Сияло солнце, играло в воде бегущего прочь ручья. Бело-голубая ткань трепетала в пальцах ветра, небрежно разбросанная по берегу. Две ленты в зелёной траве сплелись между собой, точно две змейки. Вэй Ин улёгся на плечо Лань Чжаня, ещё тяжело дыша. — Лань Чжань… — прошептал он едва слышно. — Я знаю тайну, которую никто… Слышишь? Совсем никто не знает… — Мгм? — Лань Чжань повернулся, мгновение смотрел на него и тут же снова подмял его под себя, целуя мочку уха. — Ханьгуан-цзюнь… талантлив… — дыхание Вэй Ина сбилось, — совершенно… во всём. Их губы встретились снова.