Холод

— ...ну... все не так плохо. — опитимистично выдала спустя почти минуту молчания Бетси, когда Гарри наконец вышел из душа, и неловко попыталась сменить тему. — Кстати, я тут захватила с собой список всего для Хогвартса... На того ребенка, что был до Азкабана, он совсем не тянул. Слишком маленький и явно живущий долгое время не в лучших условиях. Болезненная худоба — первое, что бросалось в глаза. Слишком тонкие ручки-палочки, сломанные не единожды ногти, слишком острые коленки, выступающие слишком явно ключицы. Когда-то угольно-черные, сейчас же серовато-сизые волосы с тонкими черными ниточками и белыми прядями совершенно не топорщились во все стороны, как раньше, просто мертвым грузом лежа на ровной спине и достигая длиной поясницы. Это он собирался исправить — сострижет этот кошмар хотя бы до плеч и вернет привычный цвет. Потрескавшиеся сухие губы, тонкая бледная кожа, давно не видевшая солнца, выпирающие ребра, впалый живот, чуть подрагивающие пальцы. Шикарные мешки под темно-зелеными глазами, что раньше словно изнутри светились зеленью, откровенно уставший и слишком взрослый взгляд с оттенком равнодушия и чего-то нечитаемого, чего-то, чего не должно быть в глазах детей. Кажется, это все же въелось в саму его суть, что уж тут говорить о взгляде. Девушка неубедительно-весело защебетала о событиях пропущенного чародеем года, наспех трансфигурируя ему мантию. Маг лишь тяжело вздохнул, понимая, что либо ему придется ее убить, либо все оставшееся время плавно менять внешность до привычной так, чтобы не вызвать подозрений... либо же можно притвориться пробужденным сильным эмоциональным потрясением слабым метаморфом, что тоже вариант.

***

Для того, чтобы попасть на Аллею и не вызвать ажиотаж, Гонт наложила на лицо Гарри легкую иллюзию, и они аппарировали прямо к дверям Гринготтса. Бетси выпустила его руку после парной аппарации, и волшебник коротко кивнул хмурым гоблинам-привратникам, получив в ответ точно такие же кивки и несколько удивленные взгляды не только сморщенных существ, но и проходящих мимо магов. — Можно было и не кланяться, это же гоблины, — поделилась с ним "страшной тайной" девушка, ловя насмешливый взгляд темных глаз. — Я предпочту состоять как минимум в нейтральных отношениях с теми, кто заведует финансами всей Британии. Деньги — это власть, Бетс, неужели ты так глупа, что не осознаешь даже элементарного? Девушка явно загрузилась, медленно осознавая, что позволив гоблинам быть банкирами, маги сами дали им огромную власть. Что стоит существам однажды просто уничтожить все золото? Бетси побледнела от перспективы потерять практически все средства к существованию целой страны, а гоблины-привратники оскалились — весело или насмешливо, девушка так и не поняла. В банке все было также, как и в прошлый раз. Гоблины сновали туда-сюда, взвешивали разные драгоценные камни, кривились при общении с магами... в общем, все как обычно. Поттер подошел к ближайшей стойке со свободным гоблином, и тот опустил взгляд на мага, за которым семенила Гонт, остановившаяся в паре метров от них. — Мне нужно провести полную проверку крови. Highborn. Гоблин удивленно приподнял брови, услышав слово-пароль, давно уже позабытое глупыми волшебниками, но оскалился-улыбнулся, выходя из-за стойки и маня волшебников пальцем за собой. — Прошу за мной, юный маг, — он совершенно недружелюбно посмотрел на дернувшуюся было к ним Бетси, и та, бросив, кажется, искренне взволнованный взгляд в сторону криво ухмыльнувшегося в ответ мага, все же осталась на месте. Стоило им войти в одну из дверей, как маг ощутил знакомый холод подземелий, запах воды и сырости. Вопреки мнению магов, Гринготтс далеко не весь состоял из мрамора — лишь главный зал и кабинеты, все остальное находилось под землей, в формирующихся веками пещерах. Гарри усмехнулся, когда их обдало брызгами падающей рядом воды Водопада правды, и слабенькую иллюзию волшебницы-недоучки Бетси мгновенно смыло. Гоблин тактично промолчал, хотя явно узнал в нем Гарри Поттера. Кадис любил гоблинов именно за их чувство такта и... преданность. Удивительно, но вампир всегда говорил, что гоблины на деле те еще змеи, пусть и верные, как псы, тому, кто сможет завоевать их расположение. Хорошее качество для тех, кого в будущем Гарри собирается завербовать в сторонники. Нет, мир захватывать он не хотел. Зачем, если проще быть серым кардиналом? Куда удобнее править из тени, а гоблины будут его финансировать в случае чего, к тому же не стоит забывать о том, что эти с виду слабенькие карлики являются лучшими бойцами ближнего боя и непревзойденными артефакторами. Малоизвестный факт, но Кадис знал о них все, как один из тех, кто добился статуса их друга, и артефакторика — наиболее безобидный факт биографии этих хитрых тварей. Гоблин тем временем свернул в одну из пещер, и чародей ощутил легкое прикосновение магии к щитам его разума, словно установленный здесь барьер хотел убедиться, что он не желает зла. Гарри немного опустил защиту, позволяя магии считать его намерения, и тут же вновь их поднял. Полуразумный барьер, кажется, вполне удовлетворился увиденным, и без задержек пропустил мага за гоблином, что теперь окончательно расслабился, проводя пальцами по стене. Тут же появилась слегка позолоченная белая дверь без ручки, и серокожий легко толкнул ее вперед, впуская мальчика в просторный кабинет, стены которого были увешаны картинами и оружием. Гоблин забрался в кресло за столом, доставка из ящичка самую обычную с виду бронзовую чашу с прозрачным зельем и кинжал. — Капните сюда своей крови, мистер Поттер, и приложите кинжал плоской стороной к порезу, — распорядился гоблин, и Гарри, проверив предварительно простым анализирующим заклинанием кинжал-артефакт (гоблин при этом одобрительно сверкнул глазами), все же провел прохладным стальным лезвием по ладони. Тут же кровь неровной струйкой потекла в вазу, окрашивая прозрачное зелье в отчего-то зеленый цвет. Когда гоблин поднял ладонь, давая знак, что этого достаточно, маг прижал сталь плашмя к порезу, и тот мгновенно затянулся. Да, Гарри мог исцелиться сам, но... зачем? Похвастаться "вот как я умею"? Лучше скрывать свои способности, не показывать больше того, что может поразить современных волшебников. Максимум — стать лучшим учеником Хогвартса, Мастером разных дисциплин, но реального уровня лучше не показывать. Пусть в случае чего старику Дамблдору будет неприятный сюрприз. Смертельный, разумеется. Гарри вовсе не был самоуверен. Просто Альбус Дамблдор умел то, что умел первокурсник времен Певереллов, Гарри же стоял на уровне одного из чародеев тех времён уровня "выше среднего". Зачем же Кадис сказал ему оставаться здесь? Ответ простой. Опыт. Сколько бы Гарри ни тренировался, опыта в реальном сражении у него не было. Именно этот опыт он и должен был получить в этом мире. Все было очень просто. Тем временем из чаши медленно начал подниматься зеленоватый дым, что медленно собирался в буквы прямо в воздухе.

Гарри Джеймс Поттер, тринадцать полных лет (???) Наследник Рода Певерелл (по духу, крови, магии). Последняя Капля Крови. Наследник Рода Слизерин (по праву победителя). Последняя Капля Крови. Наследник Рода Грин (по Последней воле Графа). Последний Наследник, возможно становление Последней Каплей Крови при условии выжигания нечистой крови. Наследник Рода Блэк (по духу, крови, магии). Последняя Капля Крови. Наследник Рода Поттер (по крови). Последняя Капля Крови.

Гарри подозрительно сощурился. Грин, значит? Чертов Кадис еще и целый Род на его плечи скинул. Вот же... скотина. Гоблин молча убрал все в шкафчик и повернулся к магу, что мысленно уже проклинал свое решение сходить в банк и провести эту чертову проверку. Теперь ему придется либо заключать брак и клепать детей, либо принимать в Рода кучу людей, что тоже довольно энергоемкая процедура. А если учесть, что для всех этих Родов он — Последняя Капля Крови, теперь его будут оберегать хиленькие родовые источники из последних сил, ибо жертвоприношения, что были необходимы родовым алтарям, давным-давно заперещены и не проводились. Гарри, осознав глубину пиздеца, который подкрался действительно как-то слишком незаметно, тяжело вздохнул, потирая переносицу и задевая надоедливые очки, что до сих пор носил в целях конспирации. Было бы как минимум странно, если бы он, выйдя из тюрьмы, вдруг чудесным образом исцелил ужасное зрение. — Значит, последний Первородный мертв, — с долей сожаления в голосе проскрипел гоблин, зеркаля действие мага. — Печально, но предсказуемо. Желаете подтвердить статус Наследника и выжечь кровь миссис Поттер, заменив ее на кровь Грин? Гарри с минуту помолчал, обдумывая решение. С одной стороны, выжечь кровь Лили Поттер в обмен на Род будет несколько эгоистично, но... это ведь Род Кадиса. В какой-то мере его подарок, пусть и больше похожий на наказание. И пусть Гарри собирался воскресить этого ненормального вампира — а способ воскрешения точно существовал, он был в этом уверен, — отказываться от подарка было бы глупо. К тому же подтверждение статуса Наследника может навети шороху среди заплывших жирком аристократов, ведь появление графа Грин, а уж тем более князя Певерелл они ни за что не пропустят хотя бы потому, что это отбразится на всех родовых гобеленах независимо от того, является ли Гарри их родственником. С другой стороны это даст ему больше власти, ведь практически все оставшиеся Рода являются его вассалами, и получив статус Наследника он сможет доверять хоть кому то в этом мире... — Желаю, — все же нехотя кивнул Гарри, и гоблин все также почти индифферентно перечислил в пустоту Родá Гарри. Пару секунд спустя на столе появились пять совершенно идентичных внешне черных коробочки, в которых лежали простые одинаковые железные кольца. — Можете не беспокоиться, когда вы оденете их все, они сольются в одно и вернутся в исходное состояние после вашей смерти, — предугадал вопрос мага гоблин, и Гарри с тяжелым вздохом одел их все по очереди. Никаких спецэффектов, сияний, волн магии не было. Просто кольца слились в одно — тонкое, серебряное, с крошечным поблескивающим изумрудом, на пяти гранях которого были изображены миниатюрные гербы Родов. — Мне нужны поверенные. Все. — коротко бросил чародей, и гоблин кивнул, вновь перечислив Рода, но уже с добавлением "поверенный". — Мистер Поттер, у Рода Певерелл, к сожалению, нет поверенного, Резокрафф скончался прошлым летом, — Гарри начал раздражаться под невозмутимым взглядом. — Значит с сегодняшнего дня поверенным этого Рода будешь ты, — замерший гоблин оторопело кивнул. Маг хмыкнул. — Как тебя зовут? — Эрсвуд. — отозвался несколько растерянно он. — "Ужас", значит. — кивнул сам себе маг, и в кабинет вошли еще четыре гоблина, смотрящих на него с раздражением/интересом/скукой/оценкой, нужное подчеркнуть. — Познакомьтесь, это новый Лорд доверенных вам Родов. — сразу же сообщил Эрсвуд, и во взглядах прибавилось интереса. — Познакомьтесь, мистер Поттер. Ллид, Ллод, Месз и Гвертхусо, можно просто Гверт. — по очереди указал на гоблинов он, и те по очереди кивнули. — Давайте перейдем сразу к делу, господа поверенные. Мне нужно узнать, какие предприятия и имущество передались мне по наследству, долги, если есть. Разморозить предприятия, восстановить и реставрировать все, что того требует, найти и предоставить мне в ближайшее время Кодексы Родов, если они есть, а также выписки и отчеты обо всех тратах и доходах за последние годы жизни последних лордов, графа и князя. У гоблинов совершенно синхронно дернулись глаза. — Ах да, совсем забыл. Также мне нужно вложиться в несколько магловских компаний, по возможности скрыть нынешние титулы, приобрести у вас палочку, продать тело убитого меньше года назад василиска и сделать ставку на будущий Чемпионат Мира по квиддичу, но это так, мелочи. Гарри мог собой гордиться. Гоблины вышли в прострацию еще на словах о титулах.

***

Маг вышел из банка вместе с сонной Бетси лишь спустя пару часов, полных бумажек, бумажек, бумажек, торгов и круглых глаз гоблинов. Бетси в который раз отчаянно зевнула, и Гарри усмехнулся. — Возвращайся домой, Бетс. Время твоего опекунства надо мной уже истекло, дальше я справлюсь сам. Девушка с сомнением посмотрела на Гарри, на которого вновь наложила иллюзию, но все же кивнула, крутанулась на месте и исчезла не прощаясь в воронке аппарации. Маг тихо выдохнул, оглядевшись. Количество людей было непривычно, особенно после совершенно безлюдного подпространства Кадиса, и от этого дышать стало резко тяжело. Вдох, выдох. И чародей, запихнув совершенно детскую панику поглубже, шагнул в сторону книжного, покинув его уже меньше, чем через полчаса. Чего-то нового там точно не было, а купить учебники дело пары минут. Следующим был магазин бездонных чемоданов, затем котлов, мантии Твилфитт и Таттинг, ингридиенты для зелий... Все покупки заняли не больше трех часов, и маг, недолго думая, свернул в Лютный переулок. Тишина, спокойствие, прохлада. После шумной Косой Аллеи это место казалось раем на земле, и даже подозрительные взгляды различных субъектов не самой приятной наружности не омрачали стремительно поднимающегося настроения. — Эй, малой, стоять! Ты како... — трое, возникшие неожиданно на его пути с палочками наперевес, были в мгновение ока сметены к стене небрежным движением руки. На волшебнике все равно была иллюзия, волноваться не о чем. Больше к отдыхающему чародею не лезли. Слухи в Лютном ползут быстро, и о том, что в переулке объявился как минимум телекинетик, к вечеру знал даже самый распоследний пьянчуга. Гарри снял комнату здесь же, в одной из наиболее надежных с виду гостиниц, предварительно окружив свою комнату парой десятков заклинаний. Дверью он не ограничился, зачаровав даже стены, и судя по паре донесшихся ночью из-за двери воплей, не зря. Пока гоблины, чертыхаясь, собирают и чинят все, что собирается и чинится, придется ему пожить здесь...