Глупая. I часть

Гермиона — Гермиона, ты не можешь слепо верить всему, что написал Снейп! — возмущённо воскликнул Гарри. Он взлохматил рукой свои волосы и беспокойно воззрился на меня. — А вдруг он дал тебе эти записи специально? Вдруг эти упражнения ослабят твой разум и он сможет через тебя выведать наши тайны?       Я устало покачала головой. Рон притих в соседнем кресле, наблюдая, как мы спорим, размахивая друг перед другом какими-то бумагами и учебником по зельеварению. — Гермиона, действительно, — нахмурился Рон. — Ты ещё неделю назад спорила с Гарри, что он не может пользоваться записями из этого учебника, а сейчас сама поступаешь так же! — Разница есть, Рон! — скривилась я в ответ. Беспокойные кудри лезли мне в лицо. Откинув волосы, я нахмурилась и недовольно сморщила нос. — Я доверяю профессору Снейпу! И я знаю, что он не навредит мне… нам!       Быстро облизнув пересохшие губы, я продолжила: — Если вы не хотите ему верить, то это ваше право! Однако вы не можете запретить мне делать это!       Взмахнув на последних словах бумагами Снейпа, я резко развернулась и отправилась в комнату для девочек. Мне было до глубины души обидно, что Гарри и Рон не хотят заниматься окклюменцией вместе со мной. Я могла понять их лень и скуку по отношению к школьным предметам, но здесь ведь речь идёт о сохранении тайн Ордена Феникса!       «Как можно отказываться от таких важных уроков только потому, что помощь исходит от Снейпа? Узколобые!» — в сердцах я пнула свой чемодан и рухнула на кровать.       Взмах палочки — балдахин задернулся, а на кровать легли заглушающие чары. Теперь никто меня не услышит и не потревожит. — Упрямые болваны! — в сердцах воскликнула я. Немного полегчало. Переведя дыхание и собрав волосы в пучок на затылке, я разложила на коленях записи Снейпа.       «Для того, чтобы у разума появился рефлекс защиты от вторжения, необходимо тренироваться каждый день. Первые минуты при пробуждении, в душе, во время перемен, перед выполнением домашней работы и перед сном. Окклюменция, как я отметил, способствует лучшей концентрации и успокаивает нервы. Благодаря моему врожденному таланту легилименции и умению абстрагироваться от внешнего мира подобные тренировки мне не понадобились в детстве. Все изначально произошло само по себе. Но вчера ко мне пришла Мэри МакДональд и попросила научить ее окклюменции…»        Далее часть текста была размазана так, что невозможно было понять ни слова. Я провела рукой по полупрозрачным мазкам чернил и почувствовала, как кончики пальцев легко обожгла магия, заискрившаяся на сухом пергаменте. Молодой Снейп явно не рассчитывал в будущем делиться своими записями. Неудивительно, что сейчас он решил скрыть от ученицы свои юношеские мысли. Я перевела взгляд к нижним строкам, где буквы снова становились разборчивыми.       «… поэтому я все-таки проработал для неё три первых шага, которые должны ей помочь выработать привычку «заслонять» свой разум. Это лишь подготовка на пути к настоящей защите своего разума, но без нее невозможно противостоять вторжению извне».       Я отложила бумаги. Мне хотелось подготовиться ко сну прежде, чем приступить к упражнениям. Даже Гарри профессор советовал очищать разум перед сном. Каким образом, он правда не объяснил, но, думаю, что это должно быть что-то наподобие магловской медитации.

***

Северус       Дамблдор стоял возле окна и глядел на ночное небо, сложив руки за спиной. — Значит, мисс Грейнджер хочет изучать окклюменцию? — задумчиво произнёс он. Я сидел в кресле за спиной директора и вглядывался в отражение старика. Поймав на стекле взгляд Дамблдора, я лишь медленно кивнул в ответ. — Что ж, это прекрасно, — директор обернулся и медленно прошёл к своему столу.       Усевшись в кресло, он прикрыл глаза. Было заметно, что проклятье совсем его измотало. Похудевший и осунувшийся, старик ещё старался на людях сохранять достойный и бодрый вид, однако при мне… Дамблдор мне доверял и мог позволить себе небольшую слабость. — Радует, что хотя бы девчонка понимает роль и риск Золотого трио в этой войне, — я небрежно вздёрнул губу. Откинувшись на спинку кресла, задумчиво провёл пальцем по нижней губе. Меня донимали мысли о том, посчитает ли Дамблдор уместным самому помочь маглорожденной ведьме в изучении этой магии. Альбус, хотя и выглядел добродушным стариком, «грязную работу» на себя брал редко. Заметив слабую улыбку в уголках губ директора, я резко нахмурился. — И не смотри на меня так, Альбус, — пробурчал я. — Я уже дал девчонке свои личные заметки. Уверен, что она сама прекрасно со всем разберётся. — Конечно, Северус, ты ей действительно очень помог, — все-таки улыбнулся Дамблдор. Голубые глаза за очками-половинками закрылись всего на секунду, но я видел, что старик с трудом справляется с болью. — Ты принимал зелья сегодня? — спросил я, немного наклоняясь вперёд и вглядываясь в лицо директора. — Не волнуйся, мальчик мой, — заметив, как я скривился от такого обращения, Дамблдор лишь снова улыбнулся. — Просто зелья не всесильны. — Мне жаль… — Я знаю, Северус.       Я ждал. Альбус позвал меня явно не для того, чтобы пожаловаться на своё здоровье и поболтать об инициативе мисс Грейнджер. Правильно истолковав паузу, Дамблдор слегка опустил голову. Пальцы его почерневшей руки поглаживали кончик изящного красного пера на столе. — На ближайшем собрании Пожирателей мне нужно, чтобы Том Реддл был уверен в том, что Драко на пути к успеху в достижении цели. Тебе необходимо помочь мальчику починить шкаф, Северус.       Я вскочил с места. Мой вид наверняка сейчас нагнал бы ужас на любого студента, но Альбус даже не шелохнулся. Лишь тихо продолжил: — Мальчик владеет окклюменцией и Том, со свойственной ему паранойей о предателях, может усомниться… Необходимы свидетели твоего участия в победе надо мной.       Я шагнул вперёд, нависая над директором. Словно дикая птица когтями, я вцепился пальцами в столешницу, а мой взгляд (надеюсь, полный ярости), впился в лицо Дамблдора. — Пожиратели Смерти придут в школу, невинных детей разорвут на части, а я стану искать свидетелей? — прошипел я, не в силах разомкнуть стиснутые челюсти. — Проклятье окончательно свело тебя с ума? — Северус, присядь, — Альбус поднял глаза на профессора. Строгий взгляд голубых глаз горел мрачной решительностью. Я с силой оттолкнулся от стола и вернулся в кресло. — Тебе пора покинуть пост директора, Альбус. Ты сам не знаешь, о чем просишь, — с ноткой презрения выплюнул я.       Дамблдор гордо поднял голову, смотря на меня чуть свысока, и выпрямился в своём кресле. Я заметил в глазах старика прежнюю силу и уверенность. Безусловно, именно они и делали его великим волшебником своего времени. — Северус, я бы согласился с тобой, — в голосе директора звучало нетерпение. — Однако ты и сам должен понимать, что значит твоё положение в рядах сторонников Тёмного лорда. После моей смерти власть перейдёт к Тому Реддлу. Он захватит Хогвартс и передаст правление школой своему самому верному приспешнику.       Махнув рукой в мою сторону, Дамблдор слегка улыбнулся и глаза его вновь блеснули привычной добротой. Однако я был все же доволен, что вывел старика из себя. Иногда следует напоминать директору, что не всё и не все находятся под его неусыпным контролем. — Да, Северус. Я выбираю для школы одну ночь с несколькими Пожирателями. Это лучше правления здесь садиста на протяжении… многих месяцев, — поднявшись с кресло, Дамблдор вновь подошел к окну, скрестив руки за спиной. — Ты должен сделать полным торжество Тома, чтоб стать директором Хогвартса и защитить детей… в дальнейшем, когда Том Реддл захочет отблагодарить тебя. Именно тебя, Северус. Мы не имеем права на ошибку.       Я молчал. Мой взгляд застыл на спине Альбуса. Бездумно блуждая пальцами по подлокотнику кресла, я понимал, что не мог не согласиться со стариком. «Как же я устал!» — резко выдохнув, я наклонился вперёд и закрыл лицо руками. Дамблдор удивлённо обернулся ко мне. — Я знаю, Северус, что не имею права столько просить у тебя, — мягко прозвучал его голос. Приблизившись, Альбус положил здоровую руку мне на плечо. — Ты знаешь, что никто, кроме тебя не сможет с этим справиться. Я был бы рад избавить тебя от этого гру… — Прекрати! — рявнул я, рывком подскочив с кресла. — Избавь меня от своего сочувствия!       В два шага преодолев расстояние до двери, я обернулся к Дамблдору, чтобы попрощаться. — Северус, это ещё не все, — Дамблдор все ещё стоял у своего стола. Я для успокоения сжал и разжал кулаки. — Не беспокойся, эта просьба куда легче и приятнее, чем предыдущие. Я молчал. Лишь мои крепко сжатые челюсти свидетельствовали, что я вне себя. — Присмотри за успехами мисс Грейнджер, пожалуйста. Мы не можем рисковать Орденом.

***

Гермиона       «Очищать разум нужно постепенно. Кому-то проще это делать, закрыв глаза, кому-то — сосредоточившись на неком предмете перед собой… Сосредоточиться необходимо на тишине внутри своей головы, а любые мысли заглушать, словно окутывая разум звуконепроницаемым заклинанием. Я всегда представляю себе эффект этого заклинания. Будто магия внутри меня плотной оболочкой прячет все мои мысли и воспоминания в защитную сферу. Следующий шаг — погружение в пустоту. Для этого необходимо завершить первое упражнение и осмотреться. Нужно прочувствовать пустоту, в которой находишься лишь ты и сфера, заглушающая все твои воспоминания. Я помню, как впервые увидел ее и подошёл. Лишенный всяких чувств и мыслей, абсолютно пустой, как и мой разум, я присмотрелся к сияющей сфере. Там из дымки выплыло мое воспоминание из детства. Мне оно никогда не нравилось, и я всегда старательно избегал мысли о нем. Но стоя лицом к лицу с ним, я не чувствовал ничего. Я лишь смотрел и слушал пустоту внутри меня и снаружи. Мое любопытство сыграло со мной злую шутку. Я коснулся сферы и ощутил резкую боль в груди, вновь услышал свой детский крик, словно издавал его я! Испугавшись своих чувств и боли, я неосознанно оттолкнул сферу от себя. Она завертелась, и злосчастное воспоминание растаяло в дымке. Пустота вернулась и стала отдушиной. Далее, следует научиться контролировать свои эмоции и разум. Когда сфера остановилась, я снова к ней приблизился и решил попробовать самостоятельно выбрать воспоминание. Естественно, у меня не получилось с первого раза. Воспоминания появлялись, но не те, что я загадывал. Я злился, звал их, снова крутил сферу и даже бил по ней кулаками. Однако единственным способом вызвать воспоминание оказался банальный образ. Не крик, не слово, не просто картинка. Образ и чувства, которые я хотел (или мне было нужно) испытать снова. Я захотел оказаться в своём воспоминании и снова пережить его. Я закрыл глаза и представил, с чего все началось… И вот, дымка рассеялась, и я вновь встретил ее…»       Лишь нетерпеливо щелкнув языком, я проскользнула взглядом размазанный текст и продолжила чтение:       «… я хотел коснуться ее руки, совершенно позабыв про полотно сферы, разделяющее нас. И когда я коснулся, я почувствовал! Я снова ощущал мягкость ее кожи и теплоту тонких пальцев! Безусловно, это была моя первая победа над собственной магией. И это за год до поступления в Хогвартс! Тогда я считал, что все через это проходят, а приехав сюда, понял, что это редкость. Профессор Дамблдор сказал мне в прошлом году, что я прирождённый легилимент! И что моя магия рефлекторно погружала меня в «пустоту». Было необходимо, чтобы мой разум научился разделять собственные и чужие воспоминания, которые я мог случайно собрать у других людей».       Отложив записи Снейпа, я лишь помотала головой. Как же все запутано! Если с первым и вторым упражнением ещё можно разобраться, то третье слишком абстрактно описано. Логически я понимала контекст записей Снейпа, но никак не могла «нащупать» в словах профессора хоть что-то напоминающее инструкцию. «Ладно, нужно действовать постепенно. Там будет понятнее, надеюсь», — я спряталась под одеяло и с наслаждением откинулась на подушку. Так, с чего там следовало начать? Очистить свой разум и заглушить чувства. Закрыв глаза, я сосредоточилась на темноте под веками и тишине, стоящей вокруг. «Не уснуть бы так», — мелькнуло в моей голове, когда я пыталась подавить зевок. — «Стоп! Заклинание, заглушающее мысли! Ни о чем не думать и заглушать!»       Только спустя сорок минут я смогла уснуть, погрузившись в приятную тишину разума и наслаждаясь бликами, отливающими от защитной сферы с воспоминаниями.

***

Северус       День не задался с самого начала. Ночью Пивз пробрался в мой кабинет и устроил разгром. Благо, самое ценное, что я хранил здесь — эссе пары студентов да несколько толковых книг по защите от Темных искусств. Оглядывая разбросанные по ковру пергаменты и перья, я призвал щелчком пальцев домовика и приказал принести завтрак сюда. Несколькими заклинаниями я навёл порядок в кабинете, прислонился бедром к столу, сложив руки на груди, и прикрыл глаза. Ночь вышла беспокойная. В список редких, но поразительно ярких кошмаров добавился сон о том, как в школу врываются Пожиратели и пытают студентов. А сам я в это время стоял рядом с Дамблдором и наблюдал за всем этим со стороны. Во сне никто из нас даже не пытался помочь студентам. Пусть мое сердце и разрывалось от ужаса… Рабочий стол заискрился от магии, и за спиной возник завтрак из нескольких блюд и ароматная чашка кофе. Усевшись в кресло и приступив к завтраку, я прокручивал в голове вчерашний разговор с директором. «Альбус хорошо продумал все. Без меня Грейнджер сможет достичь лишь поверхностного укрытия своего разума. Лорд и не заметит его, если решит залезть в ее голову. Однако… если я сам стану помогать ей с окклюменцией, то придётся приложить все усилия. Если Темный лорд схватит ее, то увидит, сколько и что я в действительности делал для светлой стороны. Конечно, я смогу выкрутиться: не благодаря лести я стал шпионом Лорда в Ордене, но и наказания мне не избежать… Как и разрушения моей репутации. А сейчас этим рисковать нельзя. Я должен быть рядом с Лордом с каждым его шагом. Он должен мне, безусловно, доверять», — размышлял я. Не в силах закончить завтрак, я беспардонно откинул приборы м отодвинул тарелки в сторону. Облокотившись локтями на стол и крепко сжав челюсти, запустил руки в волосы. Я места себе не находил от тревоги за Альбуса и его безумный план. Слишком многим мы рисковали, и если что-то пойдёт не так…       Перебирая пальцами пряди волос, я постепенно начал успокаиваться. Теперь, когда не было нужды с утра до ночи находиться в классе и лаборатории, полных испарений от зелий, волосы не пачкались так быстро. Мой внешний вид от этого заметно улучшился. Несмотря на угрюмую внешность, я выглядел на несколько лет моложе своего возраста: вероятно, мое худощавое телосложение способствовало этому. А может, дело было в тонких чертах лица. Не сказать, что меня можно было счесть красивым, но выглядел я гораздо мужественнее и свежее своего ровесника Ремуса Люпина: оборотень был изрядно потрепан жизненными невзгодами и выглядел соответственно. Тем не менее я никогда особенно не заботился о том, как выгляжу, всегда уделяя больше внимания своему внутреннему миру, тщательно укрывая его от окружающих. Вот и сейчас я размышлял лишь над тем, как уберечь свои худшие воспоминания от любопытных глаз. Как мне лучше поступить с гриффиндоркой? Я не мог себе позволить повторить ту же ошибку, которую допустил с Гарри Поттером. И искренне тревожился о том, что мне придётся лично обучать девушку практике, но делиться своими переживаниями, если что-то пойдёт не так, мне не хотелось… Однако если я откажусь от практики с ней, Грейнджер с Поттером и Уизли могут попытаться заниматься самостоятельно. Не являясь опытными легилиментами, они едва ли смогут понять, что повредили хрупкий разум испытуемого своей грубой магией.       Итак, пока у меня есть время, чтобы подготовиться к этим урокам, а девушка сейчас самостоятельно изучает мои записи и делает первые шаги к защите своего разума…       В дверь кабинета постучались, прервав мои мрачные мысли. Взмахом руки заставив полупустые тарелки исчезнуть, я разрешил войти. Это был Драко Малфой, который с гордо поднятой головой вошёл в кабинет и аккуратно прикрыл за собой дверь. Видимо, он даже не позавтракал, раз так рано явился ко мне. — Профессор, — Драко явно не хотел здесь находиться, но письмо, отправленное предыдущей ночью, не оставило ему выбора. — Вы хотели что-то от меня?       Я немного откинулся назад и указал рукой на кресло перед собой, предлагая крестнику сесть. Драко на мгновение замешкался, но все же уселся напротив. — Драко, прежде чем ты начнёшь возмущаться, что ты взрослый и все контролируешь, я скажу тебе, что ты допустил ошибку, — спокойно произнёс я. Бледное лицо парня на секунду удивлённо вытянулось, но он практически сразу же вернул себе гордый вид. Выжидающе рассматривая меня, Драко настороженно нахмурился и нетерпеливо поджал губы. — Гарри Поттер на днях заявил Дамблдору, что подозревает тебя во вступлении в ряды Пожирателей. Так же он сообщил, что ты что-то замышляешь, и он намерен теперь следить за тобой. Дамблдор, конечно, не воспринял его слова всерьёз. Тот факт, что я смог узнать, чем именно ты занимаешься в Выручай-комнате… — наблюдая, как лицо младшего Малфоя искажает гримаса ненависти, равнодушно продолжил: — …делает возможным то, что и Поттер сумеет это выяснить. Он, конечно, бестолочь, но очень удачно умеет оказываться в ненужном месте в ненужный час.       Драко молчал. Тяжело дыша, он пытался сообразить, где просчитался. Но мне было необходимо, чтобы Драко согласился принять мою помощь. — Я мог бы помочь тебе. Прикрыть тебя и даже… — поймав на себе заинтересованный взгляд серых глаз, я закончил, и мой голос даже не дрогнул: — …подсказать нужные заклинания для одного деревянного куска… старого хлама. Малфой от удивления застыл и шокированно уставился на меня. — Ступай на уроки, Драко, — произнёс я, расслаблено покрутив в пальцах чёрное пишущее перо, и отвернулся к окну. — Если решишь, что нуждаешься в моей помощи, приходи — я смогу тебе подсказать, что и как лучше делать.       Драко молчал. Я не оборачивался к нему, но чувствовал, что юноша колеблется. Лишь через пару долгих минут Малфой все же поднялся и тихо покинул кабинет. Перо в моих пальцах громко хрустнуло, разламываясь пополам. Отбросив обломки на ковёр, я повернулся и, второй раз за это утро, облокотился локтями на стол, пряча лицо в ладонях. «Как же я устал», — выдохнул я. — «Каждый день борьба… с крестником, с Поттером, с Дамблдором, с членами Ордена, с Лордом…». Каждый день мне приходилось доказывать свою верность и прятать свои чувства. Нести ответственность за них, присматривать, докладывать… Как же мне хотелось в один день исчезнуть из этого мира! Но никто бы мне этого не простил… ни Дамблдор, ни Лорд, ни Драко, ни Лили…

***

Гермиона       Я проснулась в прекрасном настроении. Впервые за долгое время я смогла выспаться. Умывшись и переодевшись в школьную форму, я спустилась в гостиную. Гарри и Рон, несмотря на вчерашнюю ссору, верно ждали меня возле портрета Полной Дамы. — Доброе утро! — счастливо поприветствовала их я. Почему-то мне никак не удавалось перестать улыбаться, а вчерашняя перепалка сейчас казалась глупой и бессмысленной. — Эм… доброе, Гермиона, — неловко протянул Гарри. Рон неуверенно кивнул в ответ и теперь стоял, выпучив на меня глаза. — Не стой столбом, — усмехнулась я от вида лиц опешивших друзей. — Завтрак сам себя не съест, верно, Рон? Когда я выпорхнула мимо Гарри и Рона в коридор, Уизли тихо прошептал другу: — Что это с ней? Я думал, что она ещё неделю будет на нас козлиться. — Я все слышу, Рон, — пропела я, не сбавляя шаг. Мои пышные кудри ритмично пружинили и развевались при каждом шаге, а походка была почти что вприпрыжку, словно я уже сдала все Тритоны на «Превосходно». Впервые за долгое время мне казалось, что я готова взлететь от прекрасного настроения. Слегка обернувшись к следовавшим за мной друзьям, я широко улыбнулась покрасневшему Рону. — Не собираюсь я на вас «козлиться», как ты выразился, Рон. Сейчас не самое лучшее время для ссор, — обращаясь к ребятам, я не заметила высокую фигуру перед собой и со всего размаха врезалась в чью-то грудь.       Я отлетела назад и неуклюже шлепнулась на спину. Резкая боль в затылке от столкновения с каменным полом, завертевшийся потолок перед глазами и всколыхнувшийся подол мантии над головой. Две пары рук подхватили меня под плечи и заботливо вернули в вертикальное положение, от чего голова закружилась ещё больше и меня замутило. — Гермиона, ты как? — услышала я сквозь шум в голове голос Гарри. — Ты видел, как она головой шандарахнулась? Ее бы к Помфри, — прошелестел где-то рядом Рон. — У неё кровь! — Отойдите! Живо! — громыхнул низкий голос Снейпа. Я прищурилась, пытаясь остановить кружение пола под ногами. Мальчишки отпустили меня, а сильная рука профессора крепко сжала за локоть, удерживая на месте. Я почувствовала, как магия всколыхнула волосы у меня на затылке, и по коже пробежал приятный холодок. — Энервейт, — резко распахнув глаза, я зашипела от боли в голове. Комната остановила своё движение, и я уже могла твёрдо стоять на ногах. Только боль в затылке не давала собрать пляшущие мысли. — Мистер Поттер, отведите ее в Больничное крыло, — отпуская мою руку, обратился к ребятам Снейп. — А вы, мистер Уизли, лучше поторопитесь на завтрак.       Мадам Помфри напоила меня обезболивающим и восстанавливающим зельями, произнесла пару диагностических заклинаний и отпустила нас на уроки. Гарри все ещё придерживал меня за плечи, когда мы спешили на Трансфигурацию. Я же пыталась заверить друга, что уже прекрасно себя чувствую. Однако мое прекрасное настроение было окончательно испорчено. — Не могу поверить, что так опозорилась перед профессором Снейпом, — укоризненно пробормотала я, заворачивая за угол коридора к нужному нам кабинету. — Решит еще, что я совсем глупая и неуклюжая… — Хорошо, что он растерялся и даже баллы с тебя не снял, с него станется, — пожал плечами Гарри.       Ему было явно плевать, как я выглядела в глазах профессора. Он больше испугался, когда почувствовал мою горячую кровь на своей щеке, поднимая меня с пола. — Хотя я ему признателен, что он так быстро подлечил твою голову. Ты бы потеряла сознание к тому моменту, как мы с Роном привели бы тебя к Помфри. — А я ведь говорила, что он не такой уж и злой, — слегка улыбнулась я. Гарри закатил глаза и распахнул дверь в кабинет, пропуская меня вперёд.

***

      После обеда мальчики отправились на тренировку, а я пошла в библиотеку. На пути мне встретился Кормак Маклагген. Он стоял перед входом в библиотеку и нахально улыбался сквозь полуопущенные ресницы. — Привет, Герми, как ты? — он сделал шаг ко мне навстречу, вынуждая меня остановиться, ещё крепче сжав в руках учебники. — Привет, Кормак, я хорошо. А ты почему здесь? — вежливо улыбнулась я в ответ. Я знала, что Маклагген из-за меня в том числе не попал в команду Гриффиндора, но его же сделали запасным вратарем… Разве не должен он сейчас быть на тренировке вместе с Гарри и Роном? Кормак пожал плечами. — Я сказал Гарри, что у меня сегодня отработка у Филча. Она как раз начнётся через полчаса. Так что на тренировке меня сегодня не будет, — поймав мой строгий взгляд, он лишь ухмыльнулся. — Я не виноват, что кошка этого сквиба застукала меня на обратном пути из ванной старост. Просто не уследил за временем… немного. — Разве ты староста? — недовольно вскинула я бровь. Мне не нравилось, когда гриффиндорцы попадались по ночам шатающимися по коридорам. Я чувствовала и свою ответственность, что не углядела за ними. — Нет, но я знаю пароль, так что иногда… позволяю себе немного расслабиться, — его томный и явно на что-то намекающий взгляд заставил меня поёжиться. Я не была уверена, что уловила что-то иносказательное в его словах, однако его тон мне абсолютно не нравился. — Ладно, Кормак, легкой тебе отработки, а мне пора, — я сделала несколько шагов мимо Маклаггена. — Гермиона, подожди! — Кормак ухватил меня за локоть, чтобы развернуть к себе, но дернул слишком сильно. Учебники посыпались из моих рук. Как же он меня раздражал! — Маклагген! Да, что с тобой не так?! — я возмущённо всплеснула руками, громко стукнув костяшками пальцев по чему-то твёрдому за спиной. Осознав, что случайно стукнула кого-то, резко обернулась. Сердце пустилось в бешеный пляс, а дыхание сперло, когда я увидела перед собой профессора Снейпа, который стоял у входа в библиотеку и, зажмурившись, прикрывал рукой свой нос! На его бледных пальцах пятнами алела кровь. Хорошенько же я его приложила! О Мерлин! Испуганно всхлипнув, я резко повернулась к Кормаку, который как вкопанный стоял передо мной и расширенными глазами разглядывал лицо Снейпа. Как и я, он в ужасе ждал реакции самого грозного профессора в школе. «Не вижу, значит, не было! Не вижу, значит, не было!..» — скороговоркой зашептала сама себе под нос, для пущего эффекта крепко зажмуриваясь. Сжав кулаки, я с замершим сердцем прислушивалась к шороху за спиной. — За пятнадцать лет работы в Хогвартсе я не встречал более неуклюжей ведьмы, чем вы, мисс Грейнджер, — услышала я тягучий и глубокий голос профессора. По тому, как близко он звучал, я поняла, что Снейп склонился практически к моему уху. — Даже пьяные великаны покажутся рядом с вами грациозными танцовщицами… Лучше вам сегодня укрыться от общества, дабы не причинить кому-то ещё более непоправимые увечья. — Профессор, она тут не при чем! Это я случайно толкнул ее! — видимо, Кормак всерьёз решил произвести на меня впечатление, раз так осмелел. Правда, его голос предательски сорвался на последних словах. Я с любопытством приоткрыла один глаз. Видимо, Кормак хотел компенсировать свой дрожащий голос по-геройски выпяченной грудью и гордо поднятым подбородком. Выглядел он более чем неуместно в этот момент. — Мистер Маклагген, — равнодушно констатировал Снейп, выпрямляя спину, и едва скользнув по юноше взглядом. — Минус десять баллов с Гриффиндора за ложь преподавателю. Я возмущённо посмотрела на Снейпа, но тут же отвернулась, боясь привлечь к себе лишнее внимание профессора. Я успела отметить, что крови на лице Снейпа уже не было. Похоже, он залечил свой нос невербальным заклинанием. Поймав на себе растерянный взгляд Маклаггена, я состроила ему гримасу: «Ну, и чего ты полез?», но не успел Кормак отреагировать, как голос Снейпа над моей головой уже отчеканил: — Минус двадцать баллов за неумение с толком использовать свои конечности, мисс Грейнджер. И отработка в субботу за причинение физического вреда преподавателю. Я лишь слабо выдохнула. «Ещё легко отделалась, можно сказать», — от стыда перед профессором щекам стало горячо. Снейп же смерил напоследок студентов фирменным презрительным взглядом и, взмахнув полами мантии, стремительно удалился вглубь коридора.