Глупая. I часть

Северус       Я даже не знал, как мне лучше поступить. Наорать, лишить сотни баллов и вышвырнуть ее из кабинета, как когда-то Поттера? Тогда я чувствовал себя гораздо хуже, чем сейчас — дело было в моем уязвлённом самолюбии и действительно постыдных воспоминаний из детства. А сейчас пусть я и злился на девчонку, но гораздо сильнее был разочарован в ней. Почему-то каждый раз я думаю о ней лучше, чем она есть в действительности. — Узнали что-то интересное, мисс Грейнджер? — сквозь зубы прошипел я, подойдя к ученице почти вплотную и держа письмо перед ее носом. — Я ничего не читала, сэр, — она, наконец, подняла на меня глаза, напрочь игнорируя при этом конверт. — Вздор! — рявкнул я, презирая ее попытки отвертеться. — Я в вас глубоко разочарован, мисс Грейнджер! Девушка сердито прищурилась и гордо расправила плечи. — Почему бы вам не проверить, лгу я или нет? — предложила она. Ха! Неужели она думает, что я стану тратить время на проверки очевидного? — Ни к чему, — я зло усмехнулся на ее слова. — И без того я видел достаточно. — Вы ошибаетесь, сэр! — выкрикнула она, перебив меня и делая шаг вперёд. Вздёрнув бровь, я не отодвинулся, хотя внутри меня будто раздался звон: девушка очевидно нарушила необходимую между учителем и ученицей дистанцию. — И вы готовы любезно предоставить мне свой разум, чтобы я смог увидеть все своими глазами, не так ли? — прорычал я. — Не боитесь, что я увижу больше, чем следует? Грейнджер замялась, но упрямо помотала головой: — Не боюсь — я уверена, что вы отличный легилимент и не сделаете этого, — голос ее с каждым словом звучал все менее уверенно. — Сэр. — Как вы, например? — я открыто насмехался над ней. — Что мне мешает отплатить вам той же монетой, мисс Грейнджер? Она промолчала, лишь сжалась и опустила голову, словно признавая мою правоту. — Видите, до чего бывает неприятно, когда кто-то позволяет себе вмешаться в вашу личную жизнь, — произнёс я. — И заметьте: я не делаю ничего без вашего разрешения, мисс Грейнджер. Девушка продолжала молчать: оправдываться бессмысленно, настаивать на легилименции страшно, сказать нечего. И это — любимая ученица, гордость Минервы Макгонагалл! — Вы мне отвратительны, мисс Грейнджер! — девушка вздрогнула всем телом, но так и не подняла глаз. Ее тонкая рука дернулась к лицу и быстро провела по глазам. Она что, плачет? — Уходите, — устало сказал я. Не хватало еще, чтоб она разревелась прямо передо мной. — Передайте мистеру Уизли, что и его отработка закончена. Не дожидаясь, пока девушка уйдёт, я вернулся к своему столу и бросил письмо поверх студенческих работ. — Профессор, — тихо проговорила Грейнджер. — Никто не читал письма, поверьте, прошу вас. И-извините. Всхлипнув на последнем слове, девушка выскочила из кабинета. А я молча смотрел на закрывшуюся за ней дверь.

***

      «Дорогой Северус, ты так быстро покинул меня, что я не успела сообщить тебе, что уеду сразу после Рождества. Наступают темные времена, и я собираюсь переждать их на континенте. Надеюсь, ты поймёшь это и простишь, что мне придется оставить тебя одного. Я бы с радостью провела с тобой каждый день до отъезда, поэтому приходи в любой момент и даже без предупреждения. Я жду тебя каждый день и утром, и вечером, и поздней ночью. Можешь без опаски трансгрессировать сюда, и камин я тоже открыла. Паролем для защитных чар будет название паба, в котором мы с тобой встретились впервые. Если ты не захочешь свидеться со мной перед отъездом, то знай: мой дом станет для тебя пристанищем, если ты захочешь укрыться. После моего отъезда он будет открыт только для тебя, и здесь тебя никто не найдет и не потревожит. Искренне люблю и безмерно скучаю, твоя Каролина Кэндисс».       Я бросил письмо в камин и, пока оно сгорало и превращалось в пепел, тихо улыбался про себя. Кара делает мне слишком большой подарок, предоставляя убежище в своём доме. Я не мог винить ее в желании покинуть страну — если бы я мог, то поступил бы так же. Захочу ли я с ней увидеться, зная, что каждая наша встреча может оказаться последней? Я собирался насладиться этой женщиной и ее любовью ко мне, насколько это было возможно. Я вряд ли переживу войну, каков бы ни был ее исход: в любом случае я — смертник. Кара этого не заслуживает, и все, что я могу сделать сейчас — сделать каждую нашу встречу вплоть до ее отъезда полной счастья и тепла...

***

Гермиона       С момента нашей отработки у Снейпа, завершившейся неловкой ситуацией с письмом, прошло две недели. Неумолимо приближался Хэллоуин, и старшекурсники поспешно готовили костюмы, а старосты согласились помочь с декорациями для праздника. Гарри изредка виделся с директором, просматривая эпизоды из жизни Тома Реддла, Рон, став вратарем квиддичной команды Гриффиндора, буквально не уходил с поля. А я исправно писала эссе и ежедневно практиковалась в окклюменции.       Я уже достигла первого уровня защиты сознания. Снейп в своих записях давал много подсказок и интересных практик. Если у меня что-то не удавалось с первой попытки, то я пробовала другие методики и находила максимально удобный для себя способ защиты. Любимой практикой для меня стало заполнение «пустоты» помехой, которая лишала легилимента возможности обнаружить мою защитную сферу и взломать ее. Я использовала чёрную реку из своего сна. Вязкая, словно топь, но с быстрым течением, она должна была остановить чужака, а затем и поглотить. Мне нравилось стоять в этой воде, ведь мне самой она не могла причинить вреда и была полностью подвластна моим желаниям. Река бурлила в «пустоте», переливаясь множеством бликов, наполняла меня и надежно укрывала мою сферу в своих глубинах. Мне не терпелось поскорее испробовать возможности моей реки, но пока такого шанса не выпадало: Гарри и Рон только начали делать перед сном упражнения Снейпа, подбирая для себя наиболее удобные практики. Я пыталась дойти до второго уровня окклюменции, создавая реющих над рекой крупных воронов, которые должны были клевать сознание вторгшегося легилимента. Также я воздвигала на дне острые скалы, возле которых ровное течение переходило в водовороты и омуты, и пыталась создать речных обитателей, чтобы те могли утащить чужака на дно. Однако с этим было гораздо сложнее: они не успевали обрести плоть, почти сразу же растворяясь в пучине. В записях Снейпа рассказывалось ещё о двух высших уровнях окклюменции, однако рекомендаций, как достичь их, здесь не было. Видимо, девушке, для которой Снейп записывал упражнения, не требовалось доскональное изучение этого вида магии. К тому же, полагала я, чтобы достичь этих уровней, нужен был подлинный дар к окклюменции. Изучение защиты сознания вызвало у меня интерес к легилименции, но тут ждать какой-то помощи от Снейпа было бесполезно. Я пыталась искать материалы в библиотеке школы и книжных магазинах Хогсмида, но пока все поиски были тщетными.

***

      Мы с Гарри и Роном возвращались от Хагрида, когда меня нашёл Кормак Маклагген. — Гермиона! — помахал он мне издалека. — Что ему от тебя нужно? — нахмурился Рон, с подозрением глядя на приближающегося Кормака. Хотя я и Рон пришли к заключению, что мы не пара, однако мой рыжий друг начинал ревновать, стоило мне заговорить с каким-либо из парней, кроме Гарри и Невилла. — Не знаю, Рон, — устало выдохнула я. Мне надоело оправдываться перед ним за то, что другие студенты обращают на меня внимание. — Наверняка что-то об очередном собрании клуба Слизней. Вы с Гарри идите вперёд, а я поговорю с ним и догоню вас. Рон собрался было возразить, но Гарри подхватил его под локоть и потащил вперёд. Проходя мимо Кормака, Рон якобы случайно сильно толкнул того плечом. Маклаггена это ни капельки не смутило — он даже не остановился, приближаясь ко мне, пока не оказался прямо передо мной. — Что-то случилось, Кормак? — нетерпеливо спросила я. Вот-вот начнется ужин, а я сегодня не обедала и была голодна, как мантикора. — Привет! — подмигнул мне парень. — Ничего серьезного. Макгонагалл просила тебя зайти к ней перед ужином, но я вас так долго искал, что, наверное, стоит наведаться к ней попозже. — Ох, спасибо, Кормак, — я огорчилась. Жаль, что я не успела попасть к декану вовремя. Интересно, что могло ей от меня понадобиться? Все, что касалось факультета, мы обсудили ещё утром. — И ещё — давай сходим в Хогсмид в воскресенье! Только пойдём в «Три мётлы», а не в сопливое кафе мадам Паддифут! — выпалил Кормак. Он вовсе не выглядел смущенным, как Рон, пригласивший меня на танцы — напротив, Маклагген говорил и выглядел так, словно делал мне одолжение. — Эмм, Кормак, — протянула я, не зная, как лучше отреагировать на его слова. — Не думаю, что это хорошая идея. Столько всего задали, да и бал скоро… — Значит, вы с Роном вместе, это правда? — прищурился Кормак.Улыбаться, однако, он не перестал — наоборот, выглядел так, словно услышал самую смешную новость года. Я разозлилась: никто не смел насмехаться над нашими с Роном взаимоотношениями. — Даже если так, тебя это не касается, — фыркнула я и, задрав голову, поторопилась вперёд. Кормак быстро догнал меня и перегородил мне дорогу. — Да ладно тебе, Гермиона, — он говорил снисходительно, словно прощая мне мою резкость. — Это было очевидно — рано или поздно дружба взяла бы верх. — Ты несёшь полную чепуху, Маклагген! — захотелось разбить медный лоб этого недоумка о ближайший камень. — Оставь меня в покое со своими дурацкими предположениями! Оттолкнув парня от себя, я с гордым видом удалилась.

***

Северус Дамблдор был откровенно плох. Он буквально полулежал в кресле, пока я смазывал его руку свежеприготовленным зельем. — Северус, — тихо произнёс он, глядя на меня из-под полуопущенных век, — скажи, как дела у мисс Грейнджер с окклюменцией?       Я замер на мгновение. Мне совершенно не хотелось вспоминать об этой выскочке. — Она продвинулась вперёд куда быстрее Поттера, — нехотя ответил я, распрямляясь и вытирая руки полотенцем. — Она уже автоматически блокирует эмоции на уроках и в Большом зале.       Да, я действительно иногда прислушивался к эмоциям девчонки при встрече и даже пару раз проверял ее, аккуратно стучась в сознание. Она этого не замечала, но сразу же рефлекторно выставляла защиту, что меня, безусловно, только радовало — ведь это мои записи помогли ей так быстро добиться успеха. — Скажи, она сможет сопротивляться легилименту? — прямо спросил Дамблдор. Он был явно не в силах использовать экивоки. Я уже понимал, к чему он ведёт. — Только если легилименту будет лет десять и вторжение будет неосознанным, — ответил я, насмешливо кривя губы. Дамблдор устало прикрыл глаза и сжал переносицу пальцами здоровой руки. — Время не терпит, Северус. От Гарри я узнал, что они с мистером Уизли уже начали следовать советам мисс Грейнджер и ежедневно выполняют твои рекомендации, — убрав руку от лица, директор внимательно посмотрел на меня. — Необходимо, чтобы ты сам занимался окклюменцией с мисс Грейнджер — с одной теорией она не сможет защитить свой разум от опытного легилимента.       Я сжал челюсти. Что ж, я знал, что рано или поздно Дамблдор попросит об этом. Конечно, я удивился, что это случилось так быстро, но мисс Грейнджер всегда быстро обучалась. Это следовало принять во внимание. — Хорошо, Альбус, — кивнул я. — Из преподавателей кто-нибудь ещё будет это знать? — Не стоит утруждать их, — ответил Дамблдор. Я кивнул директору на прощание и, развернувшись на каблуках, покинул его кабинет.

***

Гермиона — Что понадобилось Кормаку? — нетерпеливо спросил меня Рон, стоило мне только опуститься на скамейку рядом с ним и Гарри. — Макгонагалл просила зайти, — отмахнулась я. — Вдобавок нес всякую чушь и с таким видом, словно делает мне одолжение, пригласил на свидание в выходные. — Что-о? Да я ему… — Рон тут же вскочил и завертел головой в поисках однокурсника, но я схватила его за рукав и дернула обратно. — Расслабься, Рон, — пробурчала я. Не хватало еще, чтобы Кормак и ему наговорил того же, что и мне. — Конечно, я ему отказала и сказала все, что посчитала нужным. — Ты уверена? — спросил Гарри. — А не то мы с Роном быстро ему мозги вправим. Я махнула рукой, но на душе потеплело: приятно знать, что у тебя есть друзья, которые в случае чего встанут за тебя горой. — Снейпа снова нет на ужине, — в который раз за последние дни подметил Гарри. Неделю назад он впервые заметил, что перед ужином Снейп покинул Хогвартс: тогда он сидел с картой Мародеров и выслеживал в замке Малфоя. Теперь они с Роном регулярно спорили, куда именно профессор отправляется каждую ночь. Гарри уверял, что Снейп по ночам творит черные дела вместе с Волан-де-Мортом, а Рон, хихикая, говорил, что ночные дела профессора — вовсе не черные, а грязные, и с ним при этом был вовсе не Волан-де-Морт, а кое-кто гораздо привлекательнее. Меня сильно раздражала болтовня мальчишек и их споры о Снейпе — в такие моменты я ощущала то ревность, то тоску и отчаяние, а то — волнение и страх. Мне никак не удавалось определиться с тем, чего я страшусь больше: визитов Снейпа на собрания к Волан-де-Морту или на любовное ложе к загадочной даме? Вот и сейчас парни начали прохаживаться насчет того, где именно может ошиваться профессор ЗОТИ. Я с раздражением ковырялась в тарелке с овощами и мысленно отвешивала друзьями подзатыльники за каждое оскорбительное слово в адрес профессора.

***

      После ужина я отправилась в кабинет Макгонагалл, а мальчишки — в гостиную, готовить уроки на завтра. Рон хотел было меня проводить, но я отослала его с Гарри, сказав, что из нас двоих я справлюсь с домашней работой гораздо быстрее. Он начал было спорить, но все же ушел, желая доказать мне обратное. — Мисс Грейнджер, — неодобрительным взглядом встретила меня Макгонагалл, — я ждала, что вы появитесь раньше. — Извините, профессор, — я прошла к ее столу и села на стул перед ним. — Кормак Маклагген не знал, что мы были у Хагрида, и не успел вовремя сообщить мне, что вы меня ждёте. Макгонагалл кивнула и сняла очки. — Я вас позвала для того, чтобы сообщить вам, что профессор Снейп все же согласился подтянуть вас по школьной программе защиты от темных искусств, по которым у вас снизилась успеваемость, — с каждым словом Макгонагалл мой рот открывался все шире и шире. Что?! У меня, конечно, немного упали оценки по ЗОТИ в отличие от предыдущих лет обучения, но это было неудивительно — они просто поменялись местами с моими прежними оценками по зельям! И вообще — я не просила Снейпа подтягивать меня по школьной программе! Значит ли это, что он согласился преподавать мне окклюменцию? Я лихорадочно обдумывала слова декана и не заметила, как она меня о чем-то спросила. Подняв глаза, я увидела лист бумаги, который она мне протягивала. — Сверьтесь, пожалуйста, с расписанием, которое предложил профессор Снейп, и отметьте те дни, которые вас не устраивают по времени, — вежливо повторила Макгонагалл. — Поторопитесь, мисс Грейнджер. Я схватила лист, оказавшихся моим расписанием, и пробежалась по нему взглядом. У меня и без того было много дополнительных предметов — гораздо больше, чем у любого ученика Хогвартса, поэтому часы для занятий, предложенные Снейпом, оказались в самом конце дня. Либо сразу после ужина, либо незадолго до него. В целом расписание меня устроило, так как домашние задания я предпочитала делать во время перерывов между уроками или сразу после обеда перед дополнительными предметами. Я вернула расписание Макгонагалл. — Меня устроит любое время из предложенного, — пожала плечами я. Декан улыбнулась уголками губ и отложила расписание в сторону. — Хорошо, мисс Грейнджер, если вы считаете, что это вам необходимо, — начала она, с беспокойством всматриваясь в мое лицо. — Я не хочу на вас давить, однако у вас и без того чересчур напряженный график, а оценки по Защите достаточно хороши, чтобы не сомневаться в вас при сдаче ЖАБА. — Спасибо, профессор Макгонагалл, — благодарно улыбнулась я. Видимо, Снейп не счёл нужным рассказать моему декану про то, чем мы с ним станем заниматься, а, значит, и мне не стоит вдаваться в подробности. — У меня действительно стали хуже получаться некоторые заклинания из изучаемых на ЗОТИ, и лучше я позанимаюсь дополнительно, чтобы быть уверенной в своих силах. — Если вы так считаете… — ответила Макгонагалл и повела рукой в сторону двери. — Если вас все устраивает, можете быть свободны. Новый график будет у вас в комнате через час. Спокойной ночи, мисс Грейнджер. — Спокойной ночи, профессор. По дороге в башню, я с недоумением думала: что заставило профессора Снейпа передумать и принять решение лично обучать меня, а тем более после того, как он во мне разочаровался? Я-то думала, что он больше видеть меня не захочет, а вместо того… На душе было так радостно, что я не выдержала и побежала в гостиную вприпрыжку, как первокурсница.