Глупая. I часть

Мэри/Кара Когда шум голосов на нижнем этаже начал усиливаться, я поняла, что намечается собрание Ордена. Запереться в комнате показалось мне теперь глупой идеей, к тому же Северус должен был вот-вот появиться, а, значит, у меня есть возможность с ним поговорить! Быстро приведя себя в порядок, я спустилась в гостиную. Людей там собралось не так уж много, но кое-кто из них отличался особо громким голосом. Большинство уже знали мое имя и то, что я здесь скрываюсь. Маги и волшебницы вежливо подходили поздороваться со мной, спрашивали о моем самочувствии и высказывали сожаления о моем положении. Больше всего меня раздражали две особы: рыжая миссис Уизли, так громко вздыхавшая о моей болезненной худобе, и белокурая Флёр Делакур. Последняя обрадовалась, узнав, что я когда-то училась в Шармбатоне, и начала что-то быстро трещать по-французски. Луис Пурфе учил меня этому языку, и в последние годы его жизни мне ни разу не пришлось пользоваться магическим переводчиком. Акцент я всегда оправдывала долгой жизнью в Нидерландах и тем, что в моем окружении редко говорят по-французски, но, когда Флёр начала выспрашивать о совершенно неизвестных мне школьных учителях, то я, побоявшись проколоться, поспешила закончить разговор с этой любопытный девицей — вежливо извинившись перед ней, сослалась на срочный разговор с Люпином и быстро ушла. Римус при виде меня мягко улыбнулся и пригласил сесть рядом. — Понимаю, как, должно быть, вас пугает такое количество незнакомых людей, — вежливо посочувствовал он мне. Я лишь шутливо отмахнулась: — Эти люди сейчас делают большое дело, так что для меня это честь, — произнесла я. Мы говорили о происходящем в Англии, переключаясь на приветствия и знакомство с новоприбывшими. Оторвать взгляд от время от времени вспыхивавшего зелёным пламенем камина с каждым разом было все труднее, как и заставить себя не замирать в испуге, видя зеленые всполохи, а потом не поджимать губ от разочарования. Где же Северус?

***

Гермиона На следующий день после первого занятия легилименцией я большую часть свободного времени провела в библиотеке, в поисках необходимой информации. Прочувствовать структуру собственной магии… Звучало совершенно абстрактно, и я даже не могла понять, что именно мне следует делать. Я попробовала прислушиваться к себе при выполнении любых заклинаний и кое-что все же отметила для себя: я словно чувствовала, как моя магия тонкой нитью просачивается через ладонь к кончику волшебной палочки. Однако вряд ли Снейпу сегодня этого будет достаточно. Снова и снова пролистывая книги, я пыталась найти описания похожих ощущений или более подробное описание беспалочковой магии, но ничего толкового мне не встретилось. От размышлений меня оторвал Гарри, который внезапно шлепнулся на соседний стул, упал лицом в сложённые на столе руки и вымученно застонал. — Я совершенно не понимаю, что происходит, — протянул он. Вернувшись к книге, я сочувственно погладила его по плечу. — Никаких новостей с воспоминанием Слизнорта? — Ага, — Гарри поднял голову и снова опустил ее, стукнув лбом о собственные запястья. — И с Малфоем тоже. Я поджидал его возле Выручай-комнаты в мантии-невидимке, думал зайти туда вместе с ним, но дверь просто захлопнулась у меня перед носом! — Это магия, Гарри, — пожала я плечами. Именно это я имела в виду, когда высказала сомнения по поводу его плана. — Да, — угрюмо согласился он, выпрямляясь. — Я сегодня хочу снова пойти к Макгонагалл. Почему руководство ничего не делает с Малфоем? Ведь всем понятно, что только он мог прислать тот папирус! Я с укоризной посмотрела на Гарри, тот ответил мне бестрепетным взглядом. Мне пришлось отложить книгу и, тяжело вздохнув, повернуться к другу: — Во-первых, студенты постоянно ссорятся и насылают друг на друга незначительные проклятия, — осторожно сказала я, понимая, как может Гарри отреагировать на мои слова. — Во-вторых, профессора не станут вмешиваться, тем более что все закончилось вполне благополучно. — Благополучно?! — громко воскликнул Поттер, так что на нас стали оглядываться другие студенты и библиотекарь. Отвесив ему подзатыльник, я наложила на нас заглушающие чары. — Гермиона, не ожидал, что ты скажешь такое, — продолжил Гарри, не реагируя на мой возмущенный взгляд. — У тебя же все лицо в шрамах! — Не поверишь, я знаю! — я, не сдержавшись, тоже повысила голос. — И профессор Снейп делает все возможное, чтобы избавить меня от них! — Да, но только зачем он так старается ради тебя? — Гарри словно ждал этих слов от меня. — Понятно ведь, что он прикрывает Малфоя, чтобы хорька не отчислили и он мог закончить их общее дело! — Люди не всегда помогают только из корыстных побуждений! — прошипела я, хмурясь. — Возможно, он просто хочет мне помочь. — Ха! — фыркнул друг, тряхнув головой. — Конечно, он же так любит гриффиндорцев, что только и ждёт случая, чтобы выручить их из беды! Слова Гарри разозлили меня окончательно. — Знаешь, если бы ты вокруг видел что-то ещё, кроме вымышленных заговоров, то, возможно, и заметил бы, что так и есть! — я вскочила на ноги и начала быстро складывать книги в стопку: оставаться дольше в обществе Гарри я не собиралась. — Гермиона, брось, — скривился Поттер, наблюдая за моими торопливыми движениями. — Ты ведь это не всерьез? Я, не ответив ему, повесила сумку на плечо, взяла стопку книг и поспешила к мадам Пинс. До чего же ты иногда слеп, Гарри!

***

Северус В доме на площади Гриммо сегодня было многолюдно, хотя большая часть Ордена осталась в Хогсмиде, чтобы следить за территорией Хогвартса. Стоило мне выйти из камина в гостиной, как я сразу наткнулся на взгляд Мэри — она сидела рядом с Люпином и что-то тихо с ним обсуждала. Увидев меня, она извинилась перед оборотнем и поднялась с места, намереваясь подойти ко мне. Разговаривать с ней я не желал, и голос Альбуса, приглашавшего всех членов Ордена пройти в столовую, только обрадовал меня. Пройдя в столовую, я сел за стол рядом с директором, игнорируя сердитое фырканье Грюма, которому пришлось подвинуться, чтобы освободить мне место. Орденцы делали короткие отчеты, раздавали задания, строили предположения… По правде говоря, я считал своё присутствие здесь бессмысленным, если не считать умиротворяющего злорадства, которое я испытывал всякий раз, когда некоторые присутствующие особенно остро реагировали на мои язвительные комментарии. Споры о том, что в Хогвартсе кто-то умышленно травит друзей Избранного, не прекращались — похоже, кроме меня и Дамблдора, больше никто не знал истинной причины «болезни» Гермионы. — Похоже, кто-то не может добраться до Поттера, — прохрипел Грюм, а его волшебный глаз злобно уставился на меня. Я в ответ лениво приподнял бровь, выказывая максимальное пренебрежение, на которое только был способен. — Согласен! — прогремел Кингсли. — Уверен, что без твоего крестника тут не обошлось, — рыкнул Грюм, ткнув в меня кривым пальцем. — Тогда он, безусловно, талантлив, раз смог обойти дюжину взрослых волшебников, приставленных охранять учеников Хогвартса, — презрительно выплюнул я. За столом зашумели, а кое-кто повскакивал с мест, но Дамблдор поднял руку, призывая сохранять тишину. — Все мы знаем, что каждый делает все возможное, чтобы поддерживать порядок и безопасность в школе, Северус, — произнёс он, искоса взглянув на меня. — И пока мы не сможем ничего поменять в школе, я прошу каждого из вас быть начеку! Обведя собравшихся пристальным взглядом, он продолжил: — Римус, я попрошу тебя наладить связи с оборотнями — нам могут пригодиться любые сведения от них. Мы знаем, что Том Реддл уже призвал их к себе на службу… Тонкс взволнованно сжала кулаки, но промолчала. Я знал, что она неравнодушна к Люпину, который, в свою очередь, понимающе кивнул директору. Обсудив напоследок усиление охраны Хогвартса, Дамблдор закончил собрание. Я покинул столовую первым. Выйдя в гостиную и подходя к камину, я тут же заметил Мэри, сидевшую на диване с книгой на коленях. Увидев меня, она отбросила книгу и кинулась ко мне, преградив мне дорогу. — Северус, прошу, поговори со мной! — воскликнула она, хватая меня за мантию. Смерив ее безразличным взглядом, я повёл плечом, сбрасывая ее руки. — Как там зелье? Как Гермиона? — спросила она, неловко пряча руки за спину. Пришлось глубоко вдохнуть и задержать дыхание, чтобы утратить враз вспыхнувшую ярость. Не ей спрашивать меня об этом! Я проигнорировал ее вопрос, шагнув в сторону, чтобы обойти ее, и тут за моей спиной раздались голоса членов Ордена, входивших в гостиную. — Мисс Кэндисс, я как раз хотел с вами поговорить! — услышал я голос Дамблдора и с облегчением шагнул в камин, глядя, как Дамблдор подходит к Мэри и уводит ее в сторону. Впервые за долгое время я был признателен старику за его проницательность.

***

Гермиона Предвкушая недовольство профессора Снейпа моими успехами в легилименции, я вошла в класс. К моему удивлению, он был пуст, и все столы стояли на своих местах, как на обычном теоретическом занятии. Я что-то перепутала, и урока не будет? Или профессору пришлось изменить его время? — Поднимайтесь в кабинет, мисс Грейнджер, — раздался голос профессора откуда-то сверху. Я подняла голову и увидела его наверху лестницы. Снейп развернулся на каблуках, эффектно взмахнув полами мантии, и исчез за дверью. В кабинет я зашла, испытывая смущение, потому что помнила, что предыдущие мои посещения ничем хорошим не заканчивались. Снейп показал на кресло напротив стола. Дождавшись, пока я усядусь, профессор взял со стола небольшой флакон с золотистым зельем и протянул его мне. Сердце забилось сильнее, когда я поняла, что это. — Не спешите радоваться, мисс Грейнджер, — бросил Снейп, когда я дрожащими руками взяла у него флакон. — Вы будете первой, кто испытает на себе антидот. — Конечно, профессор, — выдавила я, рассматривая флакон. Я порылась в сумке и вынула первую попавшуюся тетрадь, затем трансфигурировала ее в небольшое зеркальце. Снимать маскирующие чары перед профессором было неловко, но он должен был видеть действие зелья, чтобы оценить его результат. — Это наружное, Грейнджер, — произнёс Снейп, сложив руки на груди и глядя, как я открываю флакон. — По моим расчетам, тонкого слоя будет достаточно. Он наблюдал за моими движениями, пока я наносила зелье на лицо. Подушечки пальцев задевали кривые, бугристые рубцы, в очередной раз вызвавшие у меня отвращение. Я никогда не смогла бы привыкнуть к ним! Вначале зелье лишь неприятно покалывало лицо, но через некоторое время покалывание перешло в невыносимое жжение, заставившее меня зашипеть от боли. Невольно зажмурившись, я опустила поднятые было к лицу руки, глубоко вдыхая. Кожу словно снова разъедало изнутри. — Больно! — с трудом прохрипела я. Страх, что зелье не поможет, исчез, уступив единственному желанию — чтобы эта пытка поскорее прекратилась. Вдруг я ощутила руку Снейпа на своем плече, а затем холодное стекло стукнулось о мои стиснутые зубы, и в нос ударил резкий запах обезболивающего зелья. — Откройте рот, Грейнджер, — голос профессора прозвучал совсем близко, и я почувствовала, как его дыхание коснулось моего виска. Я послушалась, выпив зелье, и боль начала постепенно отступать. — Как вы себя чувствуете? — спросил Снейп. Мне показалось или я услышала в его голосе беспокойство? — Все в порядке, — непривычно слабым голосом сказала я, приоткрывая глаза. Взглянуть в зеркало было страшно: вдруг зелье не подействовало? — Смелее, Грейнджер, вы же с факультета храбрецов, — насмешливо протянул Снейп, который так и стоял рядом со мной. Закусив губу, я медленно подняла руку с зеркальцем к лицу.

***

Северус Я успел испугаться, когда Грейнджер зашипела от боли — благо, я приготовил зелье на этот случай. Сейчас девушка смотрела в зеркало и широко улыбалась своему отражению, едва не жмурясь от удовольствия. В уголках глаз собрались мелкие морщинки, тонкие пальцы тут и там касались гладкой кожи лица… Я не сомневался, что зелье поможет; пришлось все перепроверить, из-за чего срок приготовления увеличился, но это того стоило. Определенно, у меня был повод гордиться собой. — Спасибо, профессор! — Гермиона оторвалась от зеркала и посмотрела на меня. Карамельные глаза девушки стали влажными от навернувшихся слез. Я даже ничего не успел ей сказать, как она вскочила с кресла и практически прыгнула мне на шею, обхватив меня руками. — Кхм, Грейнджер, оставьте это своим друзьям, — пришлось коснуться ее талии, чтобы мягко отодвинуть девушку от себя. К моему удивлению, она лишь тихо рассмеялась и снова прижалась к моей груди. — Но ведь именно вы помогли мне, — прошептала она куда-то мне в шею, и я почувствовал, как предательские мурашки пробежали по моей спине, и мне не понравилась реакция моего тела на ее близость. — Мисс Грейнджер, возьмите себя в руки, — теперь я твёрдой рукой отодвинул ее, придав голосу стальные нотки. — Вам не за что меня благодарить. Грейнджер все ещё счастливо улыбалась, но послушно убрала руки с моих плеч и сделала шаг назад. — Вы правы, сэр, — затараторила она. — Просто я так рада! Эти маскирующие чары сильно изматывали меня, и я все время боялась, что когда-нибудь не успею заметить, что они ослабели! Я смерил ее строгим взглядом и отступил немного в сторону. От ее искренней радости в моей груди разлилось приятное тепло, контрастируя с нарочито грозным выражением лица. — Можете быть свободны, мисс Грейнджер, — с некоторым сожалением произнес я, отводя взгляд. — А… занятия сегодня не будет? — девушка удивлённо подняла брови. Я с трудом удержался, чтобы не закатить глаза. — Сегодня вам необходимо отдохнуть, — взмахом руки я распахнул дверь в класс. — Я сообщу вам о времени следующего занятия. Гермиона ещё какое-то время без видимой цели топталась в кабинете, но затем вежливо попрощалась и ушла.

***

Гермиона После ужина мы сидели с Джинни в гостиной и отмечали мое исцеление бутылочкой сливочного пива. Подруга, конечно, была в курсе случившегося со мной и вместе с мальчишками поддерживала меня и страховала, следя за косметическими чарами. Когда парни ушли за столик у стены, чтобы сыграть партию в шахматы, мы заговорили о Лаванде Браун, которая в последние дни постоянно как-то странно смотрела на меня, чем сильно раздражала и напрягала. — Думаю, она все ещё хочет вернуть Рона, а в тебе видит соперницу, — предположила Джинни, делая глоток пива. Я лишь пожала плечами: — Тогда она сильно ошибается и сосредоточила своё внимание не на том, что нужно. Джинни хитро улыбнулась и пододвинулась ко мне поближе, наложив на нас заглушающие чары. — Кстати о внимании, — по интонации подруги я поняла, что ее расспросов мне не избежать. — Как движутся дела по соблазнению таинственного слизеринца? — М-м, — разумеется, мне хотелось поделиться своими переживаниями хоть с кем-нибудь, но я понимала, что подруга меня все равно не поймет. — Все наладилось. Глаза Джинни округлились, и она с восторженной улыбкой схватила меня за руки. — Как же я рада за тебя! — воскликнула она, а я в ответ рассмеялась. — Вы теперь вместе? Теперь ты мне скажешь, кто он? — Джинни, мы не вместе, — с улыбкой ответила я. Подруга с недоумением уставилась на меня и выпустила из рук мои ладони. Мое улыбающееся лицо явно сбивало ее с толку. — Ты же сказала, что все наладилось… — Ну-у, — протянула я, — все действительно наладилось: он больше не сторонится меня, и мы иногда даже разговариваем… — И все? — хмурясь, перебила меня Джинни. Откинув волосы за спину, она оглядела меня с ног до головы. — Вы даже не целовались, что ли? Почему же ты так любопытна, Джинни? Врать ей мне совсем не хотелось. — Целовались, — кивнула я неуверенно. — Но, можно сказать, что это была моя инициатива и он этого совсем не хотел. — Ты меня пугаешь, Гермиона. — Это было давно и я не жалею об этом, — отмахнулась я, — так что можешь не рассказывать мне о том, что девушки должны казаться неприступными. Джинни отвела взгляд, смутившись. — Это плохой признак, — тихо произнесла она. — Не похоже, что он отвечает тебе взаимностью. Я снова пожала плечами, показывая свое легкомысленное отношение к этому. — Знаю, — голос все же задрожал, выдавая мою печаль. — Я говорила, что не жду ответных чувств. Это, наверное, невозможно… Джинни сочувственно обняла меня, затем отстранилась. — Не расстраивайся, — прошептала она, желая утешить. — Ты же Грейнджер, и ты никогда не отступаешь, пока не добьешься своего, верно? Рассмеявшись, я кивнула: — Даже не знаю теперь, чего именно я хочу добиться от С… слизеринца, — Мерлин, я едва не выдала себя! — Да брось! — подмигнула мне Уизли. — Мы все хотим одного и того же. Любви и взаимности! Джинни сложила руки на груди, задумчиво постучала пальцем по губам, а лукавый взгляд, который она бросила на меня, вызвал у меня легкое беспокойство. — Мужчины любят глазами, так что нужно серьезно поработать над твоей внешностью, — она уже потирала ладони в предвкушении. — Пора тебе перестать прятать свои достоинства, Грейнджер! Я облегченно рассмеялась. Что ж, идея была не нова, да и прежде исполнение было не на высоте. По крайней мере, сейчас мне не стоило переживать из-за маскирующих чар.