Глупая. I часть

Северус Зачем я показал ей это? Зачем позволил увидеть своё отношение к ней? Зачем прикоснулся? Зачем смотрел ей в глаза? Ответы на эти вопросы крылись гораздо глубже банального сочувствия, которым я оправдывал вспыхнувшее во мне беспокойство о девушке — где-то за пределами моего самобичевания и привычного образа мышления. Пожалею ли я о своём поступке? Уже пожалел, но не потому, что не хотел поддержать эту молодую и наивную ведьму, а потому что заранее знаю, что не оправдаю ее надежд. Тем не менее, я это УЖЕ сделал, и теперь, как последний дурак, не мог сдержать ответной улыбки каждый раз, когда она ловила мой взгляд в Большом зале или нетерпеливо поднимала свою руку на уроке. Конечно, я успешно маскировал это под усмешку, кривя губы, но только Грейнджер замечала разницу — я читал это по ее счастливому лицу. Помфри выписала Гермиону два дня назад, и девушка тут же погрузилась в учебу. К слову, у неё получались прекрасные маскирующие чары — выглядела она так, словно и не лежала все эти дни в Больничном крыле. Честно признаться, я не ожидал, что Грейнджер решится пойти на дополнительные занятия в Хогсмид, учитывая, что чары могут просто слететь с ее лица во время тренировок трансгрессии. Однако сегодня я понял, почему она так смело посещала школьные мероприятия. До конца перерыва оставалось ещё минут пять, и я как раз спускался по лестнице из своего кабинета. Заметив, как Паркинсон и Грейнджер о чем-то спорят возле двери, пока другие студенты рассаживаются на свои места, я невольно напрягся. И где только носит Уизли и Поттера в этот момент? Слизеринка с особой озлобленностью толкнула уже отвернувшуюся от неё Гермиону в спину так, что та едва не ткнулась носом в ближайшую парту, чудом устояв на ногах. Буквально на секунду я заметил, как от неожиданности ее косметические чары слетели, но когда Гермиона, выпрямившись, гордо вскинула голову, я с некоторым облегчением увидел, что ее кожа снова стала безупречно гладкой. Мысленно поаплодировав такой быстрой реакции и владению беспалочковой магией, я остановился на нижних ступеньках, с интересом наблюдая за дальнейшим развитием событий. Взгляд гриффиндорки встретился с моим, но я лишь с равнодушием приподнял одну бровь, наблюдая за ней. Молчание — знак согласия, Грейнджер, так что действуй. Девушка все поняла. Ее лицо внезапно исказила злая насмешка, а глаза хищно прищурились. Медленно она обернулась к своей обидчице, которая в этот момент визгливо хихикала вместе с подружками. — Эй, Паркинсон! — окликнула слизеринку Грейнджер, прокрутив палочку в руке. И лишь когда Панси повернулась к ней, ядовито ухмыляясь, Гермиона резким движением вскинула руку. — Эверте Статум!

***

Гермиона Я со злорадным удовлетворением наблюдала за тем, как тело Паркинсон прокручивается в полёте и с глухим шлепком ударяется о пол. Услышав его, я невольно скривилась от жесткого падения слизеринки, но жаль её мне не стало: для того я её и окликнула, чтобы та могла отразить заклинание. Не смей бить меня в спину, Панси Паркинсон! В класс только что влетели Гарри и Рон, и теперь оба, широко раскрыв глаза, переводили взгляд с меня на лежавшую на полу, рыдавшую слизеринку. — Мисс Паркинсон, если вам необходимо навестить Больничное крыло, то сейчас самое время, — тягучий голос Снейпа заставил всех вокруг умолкнуть. — Остальные занимают свои места — занятие уже началось. Только гриффиндорцы и слизеринцы с недоумением на лицах начали рассаживаться за парты, как Снейп безразлично добавил: — Десять баллов с Гриффиндора за опоздание на урок, мистер Уизли и мистер Поттер, — гриффиндорцы заметно расслабились, понимая, что ничего с их злобным профессором не случилось и он все тот же негодяй. — А также двадцать баллов с Гриффиндора за неуместные в классе разборки, скажите спасибо мисс Грейнджер, — тут вздохнули с облегчением и слизеринцы. Я, нахмурившись, бросила свирепый взгляд на профессора. Предатель — сам же мне разрешил! Хотя как сказать — разрешил… Взгляд Снейпа задержался на мне буквально на секунду дольше, чем на остальных, но я уловила слабое касание его эмоции, посланной мне легилименцией. Значит, вы довольны мной, профессор? Я не смогла сдержать заговорщицкой усмешки и послала в ответ своё наигранное возмущение его несправедливым штрафом. В этот момент профессор смотрел на заикавшегося Невилла, который пытался объяснить, как отличить инфернала от призрака. Непроницаемый, тяжёлый взгляд Снейпа по-прежнему был прикован к лицу Долгопупса, но уголок его рта немного дёрнулся, приподнявшись в ухмылке. Довольная собой, я резко вскинула руку, желая выручить однокурсника. Впрочем, профессор, как обычно, даже не посмотрел в мою сторону, вызвав отвечать Гарри.

***

Лаванда Весь урок я наблюдала за Грейнджер и Снейпом, но не заметила абсолютно ничего — никаких переглядываний или переговоров... ничего вообще! Но не могло же мне привидеться то, что происходило в Больничном крыле? Вчера на свидании с Бон-Боном я едва удержалась, чтобы не рассказать ему все — меня остановил лишь категорический отказ выслушивать сплетни любого рода, так что я обиделась на него и даже хотела уйти, но он тут же извинился и сказал, что ему интереснее слушать что-нибудь про меня, а не про других. Поэтому я решила пока повременить с этой новостью, поделившись только с Парвати, а та мне даже не поверила… Я бы и сама себе не поверила, скажи кто мне такое! Когда урок закончился, профессор Снейп попросил Грейнджер задержаться. Кто-то другой не обратил бы на это внимания — тем более, что Гермиона староста, и он вполне мог задержать ее, чтобы передать что-нибудь Макгонагалл. Но я поняла, что дело не только в школьных обязанностях Грейнджер… Нарочито медленно собирая вещи, я исподтишка наблюдала за профессором, который никак не начинал разговора с Грейнджер, а стоял себе у кафедры, равнодушно оглядывая класс. Хоть и разочарованной, мне все же пришлось уйти — очень уж настойчиво Снейп сверлил меня взглядом. Задержаться у двери, чтобы попытаться подслушать их разговор, у меня тоже не получилось — Рон с Гарри ожидали свою подружку в коридоре. Выдавив улыбку, я прошла мимо них, пытаясь придумать способ узнать, что связывает отличницу и грозного декана Слизерина?

***

Кара/Мэри Я бесшумно спустилась по лестнице с палочкой наготове — меня насторожил шум на нижних этажах и заоравшая на весь дом Вальбурга: с таким портретом никаких сигнальных чар не нужно… Дамблдор предупредил меня, что дом на площади Гриммо — штаб Ордена Феникса, однако лучше быть готовой ко всему, и тем более после моей опрометчивости в отношении Грейнджер. — Римус, не тебе это решать! — женский голос пронзил тишину дома. — Я тебе говорила, что для меня это не имеет значения! — Ты сама не понимаешь, о чем говоришь, — мужской голос звучал спокойно, показавшись мне смутно знакомым. — Больше мы это обсуждать не будем. — Ну уж нет, Люпин! Люпин? Римус Люпин! Ох, старые знакомые… Я тихо прокашлялась, чтобы привлечь к себе внимание прежде, чем покажусь им на глаза, и вошла в гостиную. Казалось, присутствующие ничуть не удивились моему появлению — они даже не сразу обратили на меня внимание, продолжая сверлить друг друга взглядами. Римуса я узнала сразу, а вот девушка рядом с ним… Не уверена, что я с ней знакома. Выглядела она, впрочем, неважно… хотя не мне судить о вкусах бывшего гриффиндорца. — Ах, добрый день, — первым очнулся Римус, оборачиваясь ко мне и смущенно улыбнувшись. — Извините, если потревожили вас, мисс Кэндисс… верно? Я кивнула, глядя на его спутницу. Та с обиженным видом сложила руки на груди и теперь смотрела в пол, игнорируя меня. — Можете называть меня Кара, — задумчиво сказала я, чувствуя себя неловко, что стала свидетельницей чужой ссоры. — Вы из Ордена Феникса? — Да, — кивнул Люпин. — Меня зовут Римус Люпин. Девушка рядом с ним все же бросила на меня короткий взгляд, прикусив губу — видимо, ей было стыдно за свою вспышку. Вежливо улыбнувшись, она протянула мне руку: — Меня зовут Тонкс, приятно познакомиться, мисс Кэндисс, — я в ответ пожала ее руку. — Извините, если потревожили вас. — О, совсем нет, — поспешила я заверить ее. — Однако, если вы не против, то я вернусь наверх. Хотела просто убедиться, что в дом не проникли чужие. — Конечно, — пожала плечами Тонкс. Римус немного напрягся, понимая, что на какое-то время вновь останется с девушкой наедине. Но мне не было его жаль: наверняка у Тонкс есть причины на него злиться, а спасать бывшего однокашника от серьезного разговора я не собиралась. Кивнув им на прощание, я вернулась наверх и уже на середине лестницы почувствовала, как гостиную накрыли заглушающие чары. Я, возможно, и посочувствовала бы Тонкс, но сама за эти несколько дней совсем извелась от отчаяния и неизвестности, и сил на вежливость и новое знакомство у меня пока не было.

***

Северус Когда мисс Браун, наконец, покинула кабинет, я обратился к Грейнджер: — Хочу сообщить вам, что сегодня буду ждать вас за час до ужина. Девушка удивлённо смотрела на меня, но объяснять ей подробностей я не собирался. — Вы делаете много ошибок в легилименции, мисс Грейнджер, — уточнил я, с удовольствием глядя на то, как восторженно округлились глаза Гермионы, — ваше проникновение в разум больше смахивает на налет стаи гиппогрифов. — Да, конечно, профессор! — воскликнула она. Не удержавшись, я высокомерно вздёрнул бровь, показывая своё отношение к ее эмоциональности. При этом я бессовестно кривил душой — мне было интересно наблюдать за живой мимикой Гермионы. — Свободны, Грейнджер, — бросил я, отворачиваясь от неё. — Почему вы оштрафовали меня, сэр? И почему я решил, что она уйдёт сразу, промолчав? Даже не обернувшись к девушке, я пошёл к двери в свой кабинет. — Потому что только вы несёте ответственность за свои решения, мисс Грейнджер, кто бы и что бы вам не пообещали, — остановившись наверху лестницы, я все же бросил на неё насмешливый взгляд. — В вашей ситуации исход оказался именно таким и не был бы другим из-за того, что вы о нем просто не подумали. Вы хотели ответить мисс Паркинсон, и вы это сделали. Это ваш выбор и ваши последствия. Не дожидаясь ее ответа, я открыл дверь в кабинет и зашел вовнутрь.

***

Гермиона Едва дождавшись нужного времени, я поспешила на занятие со Снейпом: мне не терпелось попробовать серьезную легилименцию с настоящим сопротивлением! В классе я с радостью увидела те же кресла, трансфигурированные профессором, как и прежде. Как же я по ним соскучилась! Профессор Снейп уже сидел в одном из кресел и ждал меня, и я, бросив сумку на пол, поспешно уселась напротив него. Он был сосредоточен и как будто чем-то озабочен. Что-то случилось? Прямо спросить его я не решилась — не стоило лезть не в своё дело и, тем более, сейчас. Скользнув по мне взглядом, профессор слегка скривил губы в ухмылке, явно заметив мое нетерпение. Я достала было палочку, но Снейп лишь покачал головой. — Спрячьте палочку, мисс Грейнджер, — его взгляд остановился на моих глазах. — Оставьте ее для Поттера. А здесь, раз уж вы так хорошо владеете беспалочковой магией, мы будем развивать и ее. Я сомневалась, что у меня получится без палочки проникнуть в разум профессора: все же между поверхностным внушением и полноценной легилименцией — огромная разница, но спорить с ним не стала. — Начинайте, — произнёс он.

***

У меня ничего не вышло: я пыталась нащупать слабину в его защите, пробовала пройти через блок, как делала это при внушении, шептала и даже выкрикивала заклинание — все было тщетно. Больше всего мне мешало то, что от напряжения косметические чары постоянно слетали, делая видимыми проклятые шрамы, а я даже не сразу замечала, что едва ощутимые искорки магии на коже погасли. От этого я терялась и отвлекалась, тут же вновь накладывая чары под внимательным взглядом профессора. В этот момент я чувствовала себя крайне глупо, но сидеть перед ним без маскирующих было неловко — мне хотелось предстать перед ним в лучшем виде, несмотря на то, что мое уродство не вызывало у него отторжения. Впрочем, Снейп никак не комментировал эти мои действия и как будто вообще не проявлял к ним никакого интереса. — Не получается, — спустя какое-то время я все же сдалась, разведя руками. Снейп серьезно смотрел на меня, и на секунду я испугалась, что он разочаровался во мне. — Каким образом вы так быстро возвращаете маскирующие чары на лицо? Палочки в ваших руках нет, и я не заметил, чтобы ваши губы шевелились, — спросил он, глядя на меня. Он хмурился, но не выглядел расстроенным. — Эм-м, — я не знала, что сказать. Решив не говорить о том, что я по-прежнему стесняюсь своих рубцов, я заговорила о случае с Панси: — На перемене это произошло, скорее, рефлекторно: я испугалась, что все увидят мое лицо и все, что хотела — вернуть косметические чары. Я сконцентрировалась на этом и мысленно произнесла заклинание. — А что вы делали сейчас? В принципе, то же самое, вот только в случае с легилименцией безуспешно. — Ваша ошибка, мисс Грейнджер, в том, что вы неправильно понимаете суть беспалочковой магии, и поэтому она у вас так нестабильна, — заговорил Снейп. — Вам не нужно даже произносить заклинание. Беспалочковая магия — это контроль собственных стихийных выбросов. — Как в детстве? — уточнила я, а профессор кивнул. — Верно, — он поднял руку и резко махнул ладонью в сторону окна. Стекло разбилось, осколки вылетели наружу, и в класс ворвался ветер, а хлипкая на вид люстра на потолке закачалась. Я невольно поежилась. Снейп взял палочку и восстановил стекло. — Почему же вы не починили окно беспалочковой магией? — полюбопытствовала я. — Стихия редко созидает, мисс Грейнджер, — хмыкнул он. — Куда чаще она производит именно разрушение. И, предвкушая ваш вопрос о самолечении мелких травм, то здесь стихия работает немного иначе — огонь не сможет уничтожить лаву, а вода не испортит океан. Когда происходит естественная регенерация, ваша магия лишь усиливает ее, ускоряя процесс, то есть она работает на вас. Мало кто желает в действительности навредить себе, хотя бывает и такое. Магия слушается наших желаний, даже самых сокровенных. Я молчала, раздумывая над словами профессора. Казалось, он объяснял вполне обычные вещи, почему-то заставляя взглянуть на них немного иначе. — То есть мне нужно очень захотеть прочесть ваши мысли? — уточнила я. — Формулировка не совсем верная, но суть именно такова, — кивнул профессор. — Теперь попробуйте снова. Я нахмурилась, представляя, как сильно хочу узнать самые сокровенные тайны Снейпа. Не получалось: то ли не так сильно я этого хотела, то ли сбивалась и теряла ощущение его магии, но оставшиеся до ужина полчаса были потрачены совершенно бездарно. — На сегодня достаточно, мисс Грейнджер, — наконец остановил меня Снейп. Я кивнула и поднялась с кресла. — Приходите послезавтра в это же время. — Да, советую вам уделить внимание вашей связи с собственной магией, и попробуйте изучить ее структуру, — сказал он, глядя, как я поднимаю сумку с пола. — Магам обычно не приходится об этом задумываться, потому что это делает проводник магии, которым является волшебная палочка. — Я попробую, — кивнула я. — Спасибо, профессор. Доброго вечера. Снейп в ответ лишь кивнул, и я направилась к выходу, подумав, что нужно обязательно поискать литературу на эти темы — не хватало мне снова опозориться перед профессором.