Наш выгодный контракт

      — Нервничаешь? — протянул Воржа. — Предчувствуешь что-то плохое?              — Ну, — Розили мимолетно обернулась. — Прошлое собрание закончилось… не лучшим образом. Хуже моя репутация всё равно не станет, но не хочу повторения того случая.              — Расскажешь, что произошло? — торговец на мгновение замер, а после еще раз перевязал бант. Результат его все равно не устроил и он целиком вынул ленту из крепления. Розили подала другую.              — Формально это была дуэль, — она мягко вздохнула. — Уже не помню, кто первый бросил вызов, но я думала, что это дружеский бой, просто для проверки силы. Не знаю как у людей, но у хранителей для дуэлей несколько правил: один на один, до первого касания или первой крови, нельзя сражаться с больным или ослабленным хранителем, а также нельзя использовать артефакты, — Розили еще раз подняла и опустила руки, помогая собрать ткань. — Она использовала артефакт, но кроме меня этого никто не заметил…              — Хм, то есть осколок облака артефактом не считается? — ухмыльнулся Воржа и затянул шов. — Или на время дуэли ты его снимаешь?              — И да, и нет, — хранительница покрутилась, оценивая посадку платья. — Я ношу осколок сколько себя помню и без него уже не могу летать. В таких ситуациях мы просим Змеры решить спор, и для меня они сделали исключение.              — Не можешь летать… — торговец сел рядом, давая понять, что работа окончена. — Но и ходить ты тоже не сможешь, если никогда не касалась земли.              — Такова цена артефактов, — невесело отозвалась она. — Чем больше используешь их силу, тем больше в ней нуждаешься. Я слишком поздно узнала, что от полета слабеют ноги, без усилителя ума ты уже не сможешь думать, а без лечебных роз тебя сразит любая лёгкая болезнь. Илизор поплатилась последним, — Розили вновь провела пальцами по волосам. — Думаю, я готова. А ты как считаешь?              Воржа задумчиво подпёр пальцами губы, осмотрел супругу с ног до головы и одобрительно махнул рукой. Её праздничный наряд был достаточно красив и не слишком вычурен: белые части воздушные и легкие — около пятой всего платья, а всё остальное покрывал тяжёлый черный бархат. Платье хорошо отражало её статус, подчеркивало достоинства, а так же прекрасно прятало все, что нужно.              — Всё же, что произошло тогда? — он чуть склонил голову.              — Произошло то, что по моей вине пострадала её сестра — другая хранительница. Совершенно не то, чем хотелось бы гордиться, — Розили мгновенно стала серьезной, посмотрела с властным огоньком в глазах. — Но знаешь, чем я бы хотела гордиться?              Воржа усмехнулся и наигранно приподнял бровь, разрешая продолжить.              — Да, — хихикнула она. — Скажу открыто: я хочу тобой похвастаться. Сможешь произвести на них впечатление?              — Спрашиваешь, — торговец расплылся в наглой улыбке. — Все будет в лучшем виде!       

***

      Змеры — плохие рассказчики. Они никогда не вдаются в детали, говорят неохотно, скорее ответят, чем первыми начнут диалог. Да и ответы их туманны, лишены привычного смысла, а доносимая мысль часто спрятана за странной угловатой иронией.              Но больше некого спросить.              Розили знала о собраниях не больше других: Змеры сами сообщают своим хранителям где и когда будет следующий сбор. Присутствие желательно, но, к счастью, необязательно, с собой можно взять близких, а для чего, собственно, это нужно самим Змерам — одни догадки. Ведь цикл завершится в любом случае, и вся накопленная энергия обнулится, чтобы накопиться вновь. Время цикла влияет лишь на будущее потомство: чем больше энергии Змера впитает наследник до своего рождения — тем сильнее он будет как хранитель. Отчасти поэтому Розили с таким рвением пожелала Воржу — найди она мужа хотя бы на дес позже, то пришлось бы ждать ещё как минимум половину цикла. Главное, чтобы другие не узнали о её положении и не вздумали его прервать.              Небесная арена тяжелым силуэтом висела вдали. Осталось преодолеть горный массив, спуститься по реке, облететь идущее после озеро, и она будет на месте. Как раз успеет к началу.              Едва она поймала мир под собой, как сознания коснулся чей-то зов: лёгкий, туманный, почти прозрачный. Слабый точно дыхание.              Источником мог быть лишь другой хранитель, и судя по всему он сам не рад, что нуждается в помощи.              Розили вздохнула, поплотнее прижала к лицу маску и затянула капюшон. Она видела, как от ветра шевелится трава, как извиваются идущие от рукавов ленты, но ничего не чувствовала. Змер на груди расплылся теплом, дал знать, куда идти.              Это даже не было поиском, лишь путь по маячку. Да и цель не пыталась спрятаться: трое людей в парадной форме стояли на открытой местности и ждали. Хранителем оказался мужчина, и Розили опешила, стоило осознать этот простой факт. Верно, такое бывает, но отчего-то под кожей неприятно заскребло. Выглядел он как обычный человек: длинные зелёные волосы, зелёный костюм, зелёный Змер на груди. Сопровождали его мужчина и женщина в схожих одеждах, должно быть родня или приближенные.              Поприветствовав друг друга Розили и новый знакомый быстро поняли, что говорят на разных языках. Змеры вызвались помочь. И пусть переводчики из них тоже не важные, но мысль они доносить умели.              Шёлковое спокойствие, колющий испуг, холодная мольба. Мысль, что без полета не достать неба. А если по-человечески, то хранитель зелёного Змера просил помочь с попаданием на небесную арену. Это не было чем-то сложным, потому Розили согласилась. Может один он как-нибудь справился бы, но не в сопровождении. Зелёный Змер слаб в воздухе, но ему нет равных на земле и под землёй. Хм, будь ситуация слегка иной, она бы с радостью оценила его силу.              Оценила силу…              Розили вновь бросила взгляд на хранителя: молодой, но не слишком, в должность вступил недавно, имеет со Змером глубокую связь, если спокойно через него общается. Должно быть наследный, но нельзя сказать точно. А ещё, и от этого хуже всего, он до боли напоминает Воржу. И Розили даже не могла сказать чем именно. Внешнее сходство? Разве что отдаленное. Мимика? Нет, его эмоции другие, сдержанные, почти скованные. Одежда? Может быть, но исполнение изящное, торжественное, представить такое на Ворже было бы трудно. Тогда что…              Хранитель тоже рассматривал её, лицо у него было озадаченно-удивлённое.              Как бы то ни было, сейчас надо с дорогой разобраться.              Задумка не отличалась изяществом, но была проста в использовании: Розили поместила всех троих в свою тень и направилась к арене. Так она переносила туши зверей и монстров, потому знала, что справится. Правда о том, что им будет там темно, она подумала сильно позже, когда ветер уже бил о маску.              Извинится она потом. Если понадобится.              Небесная арена медленно плыла навстречу зареву и издалека походила на огромный кленовый лист. Лист столь большой, что под ним властвовала ночь.              Уже скоро.              Ветер выл, путался в складках платья, тянул за капюшон, а мир внизу плыл в стеклянных разводах. Пела вода.              Прошло всего мгновение, и первые лучи светила достигли плит арены, как и тень Розили. А спустя еще миг появились пассажиры с ошалелыми глазами. Но они быстро поняли, где находятся, встали, отряхнулись и поблагодарили. Зелёный хранитель даже попросил снять маску, потому что хотел увидеть лицо. Разумеется получил отказ.              Скрежет вновь прошел по коже.              На арене помимо них была молодая хранительница жёлтого Змера. Судя по всему человек, едва созревший хилый подросток. Завидев Розили, она округлила глаза и встала на дыбы, готовая атаковать, но вовремя опомнилась и опустила руку. Это радует. Хм, на ней фамильный нагрудник, значит дочь или родственница Ирамур. Нужно будет поговорить с ней.              С грохотом неподалеку вырос огромный водяной столб. Он застыл прозрачной массой, медленно повернулся и раскрылся цветком, из которого каплей стекла хранительница синего Змера. Повис запах моря. Столб не спешил возвращаться обратно, вновь повернулся, заскользил по арене и медленно изменил форму на нечто человеческое. Розили узнала ее — это Шамрис, предыдущая хранительница и мать хранительницы нынешней. Обе морские ведьмы… Розили всегда испытывала лёгкое беспокойство при виде этой расы: сами они гордились своими прозрачными телами, помещали в себя водоросли, мелкие камни и обломки кораллов, но красивым это было только для них.              С другой стороны уже слышался треск и тянуло холодом.              Киносура не заставила себя ждать и появилась верхом на ледяном големе в сопровождении небольшой пурги. Мгновение, и она соскочила вниз, скрылась за вихрем из мелкого снега, а приземлилась уже сидя на свежесозданном ледяном троне.              Розили не сдержала смешка и похлопала племяннице. А после вновь застыла. Забавно, похоже для всех, кроме нее и Шамрис это первый сбор. Не хватает только красного и голубого хранителей. Видимо, их и не будет.              Шипучий восторг, движение век, колющее ожидание. Змеры шепчут указания, подсказывают как себя вести, просят встать ближе друг к другу.              Они правы, пора начинать.              Сперва представление. Назвать себя, показать свои силы. Соблюсти этикет.              — Пишма Ирамская, — громко представилась жёлтая хранительница. — Дочь Ирамур — солнечной охотницы. Наследный хранитель Змера света, — она взмахнула рукой, чуть зажмурилась, а её костюм пошел волнами. Щелчок, и от её ног взлетели крохотные огоньки. — Рада встрече с вами.              — Амфи Шамриская, — подхватила рядом стоящая синяя. — Наследный хранитель Змера воды. Прибыла вместе с матерью Шамрис — богиней морских ведьм, — затем она раскрыла руки и обратилась сначала в водяной цветок, затем в россыпь кристаллов, извернулась в застывшие брызги и вернулась обратно. — Да будут вечны потоки.              — Киносура Северная, — даже голос звучал как ледяной треск. — Наследный хранитель Змера холода и дочь Илизор — великой серой кошки, — на этом Киносура прижала уши, взмахнула хвостом и создала вокруг себя шипастую ледовую дугу. — Сохрани нас Аура.              Зелёный хранитель не мог представиться сам, потому за него говорил его Змер. Но первое, что он сделал, это попросил для него новое имя.              Опешили все. Потому и с мыслями собрались не сразу. И опешили повторно, когда над головами пронеслась огромная рука Шамрис.              — Какое имя ты желаешь себе, молодой хранитель?              Тот посмотрел со сдержанным изумлением, но показал на украшение на своей голове. В его волосах мелькали крупные жёлтые камни.              — Да будет так. Отныне имя тебе Цитрин. Носи его, хранитель Змера материи, носи с гордостью, но помни – старое, белой кровью отмеченное.              Он в ответ чуть склонился и прижал к груди руку. Его спутники повторили за ним. Змер представил их как его сестру и боевого товарища. Затем новоиспеченный Цитрин сделал шаг вперед и вырастил перед собой небольшое каменное дерево с цветами-самоцветами.              Шамрис кивнула в ответ и тяжёлой тенью уплыла на свое место.              Розили специально тянула до последнего, но, похоже, пришел и её черед.              Она не знала, что думают о ней, узнали ли? Нападут ли, когда услышат имя? Жёлтая узнала точно… Всё время церемонии в её глазах плясало омерзение.              Змер на груди расплылся сладким, шептал слова из россыпи прохлады и касания меха. Он прав, не время для страха.              Но жаль, что она не дождалась.              — Прежде чем имя свое вам назвать,       Я бы хотела одно вам поведать.       Если не знаете лично меня,       Точно наслышаны в разных беседах.       Слухами полнится память моя,       Только не всё, что разносят – есть я.              Один за другим присутствующие перевели взгляд ей за спину. Что? Почему они…              Небо закрыло знакомым темным полотном.              Она заулыбалась под маской.              — Мне имя Розили, храню я Змер сна.       Чум Лоус мне мать, но никак не семья.              Зазвучала гроза и ушей достиг нарастающий гул. Взволнованные, хранители и их сопровождающие медленно отошли назад. Розили же взлетела вверх и, дождавшись когда станет достаточно темно, сняла маску.              — Представлю вам без промедлений, — она оскалилась. — Мой муж — Дитя искажений.              Арену за считанные секунды накрыл туман, вдали заплясали тревожные силуэты. Из трещин поднялись песок и камни, а пространство заполнила тихая, эфемерная музыка.              Каждый замер в трепетном ожидании.              Под раскат грома облака расступились, а из песка собралась воздушная дорога. По ней спокойно плыли две фигуры.              Розили буквально почувствовала, как вытянулось её лицо: она ожидала, что Воржа возьмет с собой Шайна, ожидала, что они что-нибудь устроят, но чтобы оба пришли белыми? Нет, без преувеличения: у Воржи был белый костюм, украшенный вьющимся черным мехом, белые сапоги и перчатки с черными вставками, а так же уложенные белые волосы. Белые волосы. Как? С Шайном было проще: белые шапка и плащ, и… а раньше он носил обувь?              — Прости за опоздание, — мимолётно протянул Воржа и поцеловал Розили ладонь. Выглядел он расслабленно и уверенно одновременно, а перчатки у него были такими тонкими, что она чувствовала тепло его ладоней. Шайн кривил уголки губ, но лицо держал.              Хранители стояли под впечатлением. Особенно отличились жёлтая и зелёный: у первой просто раскрылся рот, а у второго глаза напоминали блюдца.              — Приветствую вас, воплощённые боги нашего мира, — Воржа довольно прикрыл глаза. — Для меня честь присутствовать здесь и сейчас. Вы знаете меня как Дитя Искажений, но прошу называть меня Продавец душ, — он прижал к себе руку на манер того, как это сделал Цитрин. — Позвольте также представить моего слугу: маре Саншайн — Дух разочарования.              Тот так же поклонился, случайно столкнулся взглядом с Цитрином, остолбенел, скосил глаза перед собой и встал поближе к Ворже.              Жёлтая хранительница явно хотела что-то сказать, но могла лишь открывать и закрывать рот. Остальные поочередно разглядывали новоприбывших, изредка переглядываясь.              Розили была удивлена, но в целом довольна.              Следующий этап: назначение лидера. Обычно лидером выбирали самого опытного, того, в чьих силах обуздать молодых и чьего влияния достаточно для укрощения старших. И, как следствие, необходимость не только организовать всех и следить за происходящим, а также быть судьёй в любых событиях. Ни дуэлей, ни споров, ни просто дурачеств. Судя по всему, выбирать особо и не из кого, потому шанс заполучить эту нежеланную должность весьма велик.              К счастью для Розили, Шамрис вызвалась сама, и пусть она уже не была хранителем, в еë силе и авторитете никто не сомневался. Да и не похоже, что развлечения ей интересны. Прекрасный вариант.              И пока Шамрис зачитывала торжественную речь, Воржа немного сильнее чем обычно сжал Розили руку.              «Здесь все, или кто-то задерживается?» — прозвучало в голове. Теперь ясно, почему перчатки такие тонкие. Нужен тактильный контакт.              «Да, это все,» — подумала в ответ Розили. — Красного и голубого Змеров я поблизости не чувствую, а оранжевый не способен перемещаться.»              «Не способен?»              «Он принадлежит Иливе — мировому древу. Сам понимаешь, тут особо не походишь.»              «Хах, одну из первых терраформираторов тоже звали Илива,» — мысли Воржи отозвались теплом и сладостью.              «Насколько мне известно, она всегда была единственным хранителем своего Змера,» — Розили чуть улыбнулась. — «Думаю, это она и есть.»              «Постой» — Воржа даже развернулся к ней. — «Быть этого не может! Она жива? И ты назвала её древом…»              Его лицо встревожилось совсем немного, но мысли вились, оцарапывая сомнением, слабой радостью, страхом и странной витиеватой надеждой.              «Воржан, уймись,» — вклинился голос Шайна. — «И попрошу вас двоих заткнуться, я и так ни тьмы не слышу.»              «А, вы тут за этим,» — совершенно не удивилась Розили. — «Ну и что слышно?»              «Мне своими словами или отчётом?»              Фон Воржи мгновенно стал тяжёлым.              «Понял-понял. Жёлтая вас, Розили, откровенно ненавидит и до нашего появления думала как вас убить. Сейчас же она просто сбита с толку. Морские ведьмы все блаженные и мыслей у них нет, тут мне делать нечего. Киносура наслаждается происходящим и думает как ещё повы… а-а… эм… как еще показать себя. Только жёлтая интересная, с остальными мне делать нечего.»              Розили поочередно прошлась взглядом по присутствующим и нахмурилась.              «Почему вы зелёного обделили вниманием?»              «Со всем моим уважением, но я ЭТО даже палкой трогать не хочу. Воржан, не бей.»              Со стороны Воржи прозвучал вздох.              «Это долгая история,» — кратко сообщил он.              «Вам достаточно знать,» — продолжил Шайн, — «что опасности он не представляет. У меня всё.»              Воржа кивнул и прервал тактильный контакт. Ясно-ясно, им нужно поговорить наедине.              Шамрис тем временем закончила пространные речи и перешла к более интересному: она предложила провести несколько дуэлей, а после устроить пир. Всех это устроило.              Но не успела Розили обрадоваться, как жёлтая встала перед всеми и подняла ладонь.              — Я Пишма Ирамская вызываю Розили Лоус на дуэль.              Только этого не хватало. Конечно она хотела бы сразиться, но слова Шайна… откровенно пугали. Желает убить? Пойти против воли Змеров? Что делать… отказать нельзя. Знай она о таком заранее — вызвалась бы в лидеры.              — Могу ли я выйти вместо тебя? — с милой улыбочкой протянул Воржа.              — Что… — Розили откровенно опешила. — Ты что задумал?              — Хочу кое в чём убедиться, — после чего уверенно двинулся вперед, не дав сказать и слова.              Какое плохое предчувствие…              — Я муж Розили и вызываю вас на встречную дуэль. Если одолеете меня — сразитесь с ней.              Пишма тут же сменила выражение лица.              — Какое он имеет на это право? — она повернулась к Шамрис.              — Тот, кто подчинил себе маре, слабым быть не может, — медленно протянула ведьма. — Если он выбран в мужья, значит достоин быть среди нас.              Розили потеряла дар речи, но предпочла не вмешиваться и заняла место среди зрителей.              Воржа и Пишма тем временем прослушали правила и разошлись в разные стороны. Пишма приняла боевую стойку, а Воржа просто поднял перед собой одну руку и завел себе за спину другую. Шамрис дала сигнал.              Пишма тут же бросилась вперёд, мгновенно перескакивая из одного угла в другой, швыряя яркие сгустки. Воржа лениво покачивал пальцами, а прозрачный барьер вокруг него тихо потрескивал от ударов. Розили почувствовала, как на поле зацвели незримые сферы.              Щелчок, и ловушки полопались вокруг Пишмы. Она потеряла ритм, кувырком пролетела часть арены и встала на ноги прямо перед очередной сферой. Её дыхание отделилось крошечным облаком.              Розили мимолетом посмотрела на Шайна в надежде понять, что происходит. Выглядел он скверно: весь напряженный, с прижатыми к голове рогами и сжатыми кулаками. Взгляд в свою сторону он поймал и тут же опустился рядом. Розили поняла, что надо взять его за плечо.              «Не хочу вас пугать, но испугаю,» — пронесся в голове его голос. — Так скажу, Воржа пошел на дуэль не из благородства, а потому что сия барышня реально может если не убить, то серьезно навредить вам, а это ставит под угрозу ваш контракт.»              «Она столь сильна?» — Розили вновь оглядела жёлтую, но не увидела в её хилой подростковой фигуре чего-то опасного.              Сфера пошла рябью и растворилась.              Пишма отскочила, по пути швырнув очередной сгусток, и так же резко остановилась. Видимо что-то поняв, она повернулась к Ворже и неспешно пошла к нему.              «Нет, всё смешнее,» — голос Шайна сочился негодованием. — «Воржа сам дал ей оружие против тьмы, поэтому предпочел получить по шапке сам, чем подвергнуть опасности вас.»              «Так они знакомы. С зелёным, полагаю, тоже?»              «Ага, бегает к нему чаи гонять.»              Пишма подошла вплотную к барьеру вокруг Воржи и протянула руку. Поверхность под её ладонью потекла и расползлась в стороны.              «Есть что-то опаснее для тьмы чем солнечный свет?» — Розили с лёгкой тревогой следила за силуэтом мужа, который ничего не предпринимал.              «Ага, зовётся эта дрянь — Небесный дождь. Разъедает тьму и не только одним присутствием,» — Шайн прижал руку Розили своим рогом.              — И это Дитя искажений? — возмутилась Киносура. — Выглядит убого.              — И внешне непохоже, — продолжила младшая ведьма.              Шамрис угрожающе взглянула на них, и хранители замолчали, точно кучка проказливых детей.              Пишма, уже готовая дотронуться до Воржи, тут же отскочила: прямо перед её лицом упало зеркало искажений, отрезав ей прядь волос. Все застыли в непонимании.              Воржа медленно поднял голову. И показал залитые черным глаза.              Страх Шайна ударил в виски, заставив отдёрнуть руку.              В воздухе повисли удар, треск и грохот.              Розили в непонимании огляделась: все хранители сидели как оцепенелые, крутили глазами, вжимались в сиденья плит и едва шевелились. Даже Шайн сжался в комок.              Осознание тихо заскреблось под кожей, и Розили, криво улыбнувшись, приподняла маску.              Просто стало темно. Не более. Но для носителей солнечного зрения это катастрофа.              Свет вернулся так же резко, как и пропал.              В центре арены лежала Пишма, а вокруг неё расцветали и увядали искаженные цветы. Воржа как ни в чём не бывало подошел к ней и протянул руку. Она помешкала, но приняла помощь. Они поклонились и разошлись на свои места. Розили заметила, что его перчатки почернели и стали куда твёрже. Тело накрыло чувством досады — он опять повредил руки. И, судя по движениям, крови растерял не мало.              Теперь хранители смотрели на Воржу если не с восторгом, то с уважением. Но вот ему самому похоже было плохо. Аккуратно взяв его за запястье, Розили послала мысль:              «Ты в порядке? Может пойдем домой?»              В его голове мыслей не было совсем.              Тем временем Киносура вызвала на дуэль Цитрина. Но их бой Розили совершенно не интересовал.              Шайн обеспокоено пошевелил рогами и сел с другой стороны, вновь подставив плечо.              «Придурок, мне больше нечего сказать,» — гневно подумал он. — «Посидит немного и придёт в себя.»              «Останемся тут — его могут вновь вызвать на дуэль,» — Розили вздохнула. — «Ты всё, что надо, узнал?»              «Эм, да, но детали…»              «Тогда мы возвращаемся домой.»              «Э-э!» — Шайн удивлённо поднял рога. — «Погодите, но как же…»              «Если вам понадобится ещё информация, то устрою визит к любому из присутствующих тут хранителей. Подходит?»              Шайн не смог ничего возразить.              Слышавший этот разговор Воржа просто смотрел на них с удивлением и медленно моргал.              «Воржан, ну хоть ты ей скажи. Зачем я тогда вообще этот костюм доставал, если мы сейчас уйдем?» — звучало особо жалобно.              — Простите, — прозвучало со стороны.              Все трое повернулись к источнику звука и увидели стоявшую на небольшом расстоянии от них Пишму.              — Я… — пискнула она, покашляла и продолжила нормальным голосом. — Я признаю вашу силу и прошу прощения за то, что навредила, — после чего тут же ушла.              — Если бы её мать так умела… — с грустью обронила Розили и обняла Воржу. — Идём домой.       

***

      Границы, рамки, требования. Череда одинаковых стуков. Эхо голосов.              — Простите, ребят, но вы справитесь и без меня.              Капля по капле собирается сталактит, растут кристаллы. Скелет распадается на соль и гаснет в земле.              Всё живёт, пока живёшь ты.              Скользит по коже, окутывает пальцы, обдает теплом. Старое, забытое. Навечно чужое.              Навязчивая боль вырвала из сна.              Воржа не сразу понял, где находится, тяжело вздохнул, ощутил знакомый запах трав и облегчённо выдохнул. Он в кровати, его одежда лежит на выступе рядом, а руки по самые плечи измазаны в лечебных смесях. Кожу немного стянуло и ныли ожоги, но в целом всё было хорошо.              В обеденной его ждал графин с водой и кусок вяленого мяса, а на сиденье заботливо лежал вручную сшитый плед. Чуть позже поступил отчёт от Шайна, и Воржа, удобно устроившись среди подушек, открыл панели.              Информация вилась, знания плескались и тут же уходили прочь.              За работой пронеслось время, мир завершил оборот. Рядом заиграла знакомая энергия.              Розили появилась в проходе и, завидев мужа, мягко улыбнулась.              — Как ты себя чувствуешь? — она осмотрела его руки и заглянула в глаза.              — Чувствую себя счастливой сытой жавью, — со смешком протянул Воржа и изобразил довольный урк.              Она хихикнула и поставила рядом тяжёлую корзину.              — Мне было по пути и я собрала немного ягод розиликса. Надеюсь, тебе он нравится.              Он уже хотел сказать, что сыт, но знакомый запах заставил замереть, медленно привстать и заглянуть в корзину.              — Земляника, — прошептал Воржа.              — А? — не поняла Розили. — На них земля? Ничего, сейчас промою и сделаю нам вкуснейший морс.              — Нет, все в порядке, — он растерянно усмехнулся. — Для меня это земляника. И да, она мне очень нравится.              Навевает приятные воспоминания.              Хранительница чуть склонила голову, в несколько точных движений приблизилась к нему и заглянула в глаза. Торговец удивлённо поморгал в ответ.              — С тобой все хорошо? — осторожно спросила она и тронула его щеки. — Я впервые вижу тебя таким…              Он приподнял бровь.              — Таким?              — Не знаю… таким, — она замерла и покривила губы, точно прожевывая слова. — Таким живым.              Он не смог сдержать смешка и посмотрел с иронией.              — Я живое, какое открытие!              — Хи, — Розили потянулась к корзине и аккуратно взяла одну из ягод. — Знаешь, — она сжала её меж пальцев. — Мне нравится твой взгляд. Смею предположить, что «земляника» многое для тебя значит, не так ли?              — Всё верно, — Воржа скользнул взглядом по её рукам. — Ты назвала её ягодами розиликса, — усмешка. — Что-то мне это напоминает.              — Да-да, — она повторила его шутливый тон. — Илизор назвала меня в честь морозного розиликса. Какое совпадение, правда?              — Хм, — улыбка Воржи стала шире. — А окончание слова куда-то потерялось. Выходит, тебя можно звать Земляни?              Она в усмешке прикрыла рот.              — А на языке маленькой Снежинки я была бы Ремрями.              Торговец улыбнулся от уха до уха.              — Приятно познакомиться, Ремрями.              — И мне приятно, Во-оур-ра!              Они засмеялись в унисон.              Пользуясь моментом, Розили аккуратно схватила ягоду губами и дразняще наклонилась. Воржа не стал возражать и потянулся в ответ.              Сок попал на язык.              Вкус растворился внутри.              Корзину она всё же унесла, пусть Воржа и попросил оставить часть ягод нетронутыми.              Можно вернуться к работе.              Панели сложились в пестрый калейдоскоп, вились и тянули за собой, оставляя на разуме рваные края.              Основные данные не изменились, а ситуацию с Иливой еще следует проверить. Шамрис что-то известно о голубом Змере, а Пишме о красном. К счастью, теперь, когда Воржа представлен и принят как муж Розили, он получил право на официальные аудиенции. Конечно, ситуация с Пишмой вышла паршивой, но даже если она захочет прервать сотрудничество, то отказаться от лекарства у неё не выйдет. Теперь уже Цитрин так же принят и продолжает оказывать содействие. Наибольший интерес представляет Шамрис ввиду своего статуса и влияния, а также её дочь — Амфи является близкой подругой Пишмы. Единственная, с кем иметь дело будет сложнее всего — Киносура. Похоже на то, что о Розили она вспоминает только когда та ей нужна. На данный момент бездействует.              Теперь вопрос, как лучше всего использовать полученные знания?              — Ворж, тебе добавлять морозник в морс? — прозвучало из коридора.              — Нет, не нужно.              А главное, какую роль в этом всём отдать Розили?              Она быстро вернулась назад, и он принял из её рук миску с напитком. Пахло чудесно: мягкий земляничный аромат, растёртые сахарные ветки и немного яблочной пасты для вязкости. По ощущениям как слегка густой сок. Прекрасно. По такому случаю Воржа даже свернул панели. Смешивать еду и работу — кощунство, пусть и часто приходится.              Хранительница села рядом, глубоко вздохнула и улыбнулась уголками губ.              — Спасибо тебе, — прозвучало совсем тихо. — За всё спасибо.              Торговец не сразу понял о чём речь и вопросительно поднял голову. А, дуэль, верно.              — Конечно, Рори, — как ни в чём не бывало протянул он. — Эта битва могла стать для тебя фатальной. И тебе спасибо, что подлатала меня.              — Я даже не об этом. Я в целом, — Розили смущенно отвела взгляд. — Спасибо за то, что ты есть в моей жизни.              Торговец слегка растерялся. Опыт диктовал ему, что каждое «спасибо» можно обратить в ответную услугу, но они уже в связке. За то, что есть? За соблюдение контракта? Зачем благодарить за то, что является само собой разумеющимся? Или… нет, конечно нет.              Чувство безопасности так быстро стало привычным, что он забыл, как было раньше.              Забытая царапина — смерть, смена тела. Плохое питание — смерть, смена тела. Нормальный сон невозможен, дом слишком далеко, а временные убежища ненадежны. Опасно, всегда опасно, всегда на нервах. Целая жизнь в забытье ради редких моментов траты накопленных денег. Ради цели длинною в вечность.              Работай, если хочешь жить.              Воржа вновь посмотрел на Розили. Она медленно пила, чуть прогнула спину, сидела склонившись набок. Её взъерошенные волосы лежали на спине, прядь смешно торчала из-за уха. Грудь шевелилась от дыхания, а по горлу скользили глотки.              Вкус земляники вновь попал на язык.              — Понравилось? — улыбнулась она, заметив его пустую миску. — Хочешь еще?              Он молча кивнул, проводил взглядом её силуэт и коснулся ключ-паспорта, вызвав одну единственную панель.              Давно известно, какая роль у Розили.              >Файл от 14.17.8124 Сведения о хранителях;              С самого начала контракта известно.              >Удалить файл?              И пока длится контракт.              >Файл удален.              Он посвятит себя ей.