46.
4 сентября 2025 г., 22:31
Последние недели после прошедшего возвращения Чонгука дались Ли Ен тяжелее, чем первые месяцы исчезновения Чимина. Прошлые симптомы девушки, ушедшие с началом ее лечения снова вдруг вернулись. Никакие дополнительные обследования, на которые Джин тут же ее отправил не дали каких-то определенных причин этому.
Девушка страдала такими постоянными головными болями, что почти перестала выходить из своей комнаты. Видя подругу в таком ужасном состоянии, Микки не согласилась переезжать обратно в ее с парнем квартиру, и оба, и Чонгук, и Джин, приняли ее решение. Однако она должна была признать, что ее присутствие мало чем могло помочь Ли Ен.
В моменты когда в области ее глаз снова отдавало тупой, ноющей болью, она звала Сокджина, и тот всегда помогал ей закапать глаза и оставался с ней до самого момента, когда боли прекращались. Нередко, это происходило, когда ее вымотанный из-за болезни организм засыпал, и тогда мужчина переставал гладить ее больную голову и аккуратно перекладывал со своих рук на постель.
— Я говорил с ее лечащим врачом об этом, — устало сказал он как-то раз обеспокоенной Микки — Он сказал, что если это продолжится с такой же или большей интенсивностью, то нужно перейти на обезбаливающие, которые вводятся внутривенно. Вот только я...
— Я помогу, — не стала дожидаться его слов девушка, обрадованная тем, что впервые может оказаться чем-то полезной — Я умею пользоваться шприцом.
Сокджин благодарно кивнул, чувствуя, как неприятное, сдавливающее грудь, ощущение внутри него становится с каждым днем все сильнее.
Состояние Ли Ен все больше беспокоило его, и потому он взял все нужные ему документы для работы домой, чтобы мочь весь день оставаться в своем домашнем кабинете и следить при этом за состоянием девушки. Работать у него получалось, однако, не важно, и он то и дело откладывал важные бумаги, понимая, что не может сейчас ни на чем концентрироваться.
Один раз на проходящей неделе мужчина получил сообщение о том, что их семья совместно с семьей девушки соберутся в доме Му Ена, чтобы провести с новообразовавшейся парой "семейный вечер". Сокджин настолько разозлился, что отказал родителям в довольно несдержанной форме, сказав, что, ни Ли Ен, ни его самого на этом мероприятии они могут не ждать, даже не говоря об этом инциденте самой девушке, что и так проходила через достаточный стресс.
— Ли Ен, у тебя по расписанию сегодня поход на химиотерапию, ты не забыла? — сказал ей утром мужчина, постучавшись в ее комнату.
— Я не пойду, — просто ответила ему, все еще лежа под одеялом, девушка, даже не поворачиваясь лицом к Джину.
— Почему? — спокойно спросил он, присаживаясь на самый край ее кровати. Ли Ен всё еще не пошевелилась, уставившись глазами в одну точку на стене. За всё это время, она поняла, что, чем меньше она двигает ими, тем меньше они у нее болят, поэтому она могла теперь часами не спускать взгляда с выбранной точки, чувствуя, как успокаиваются ее глазные нервы.
— Мне больше не помогает это лечение, — ответила она, и голос ее прозвучал пугающе безразлично.
— С чего ты решила? — снова спросил Джин, следуя ее тону, но в глубине души, испугавшись его.
— Это трудно не заметить, все прошлые симптомы вернулись. — пожала она плечами, впервые пошевелившись за время их диалога — А еще я услышала ваш разговор с врачом, когда выходила за своей медицинской книжкой.
Ли Ен сказала это, и надолго замолчала, слушая за тем, что же ей ответит Сокджин. Но мужчина всё молчал, и она настороженно начала прислушиваться к тишине, раздумывая над тем, могла ли она не заметить, как он вышел из комнаты. Решив все же обернуться к мужчине, приподнявшись на локтях, девушка с изумлением увидела, как еле заметно подрагивали плечи мужчины от его бесслезного плача.
— Ты чего? — не находя других слов, произнесла Ли Ен. Почти сразу потянув руки к спине Сокджина, она несильно поглаживала его. — Ну чего ты?
— Не хочу, чтобы так всё заканчивалось, — произнес он.
Смотря в его глаза, Ли Ен поняла, что даже без слез, они выражали намного больше эмоций, чем если бы мужчина действительно плакал.
— Зачем ты так? Это точно не твоя вина, — ответила она.
— Нет, ты еще не понимаешь, — сказал он, и девушка недоуменно приподняла брови. Но мужчина уже сменил тему разговора, лишь печально улыбнувшись на ее ответ ему — если ты слышала мой разговор с врачом, то наверняка, знаешь о том, что он еще сказал о складывающемся течении болезни.
Ли Ен отвела глаза в сторону и несильно нахмурилась.
— Он сказал, что если организм сам не хочет бороться, то и врачи мало чем смогут помочь. Он сказал, что иногда проблема не в теле, лечении или болезни. Иногда дело в голове, — произнес Сокджин.
— Да, я слышала, — подтвердила она. — И думала об этом.
Мужчина испытующе взглянул на нее, ожидая ответа, который девушка не спешила давать.
— Дело не в том, что я больше не хочу, просто я больше не могу, — ответила она ему. Сокджин опустил глаза, не выдерживая ее взгляда и услышал, как она укладывается обратно в свое прежнее положение, отворачиваясь от него. — Ты веришь, что Чимин умер? Мне все равно теперь на слова тех, кто верит и тех, кто не верит в это. Я просто чувствую, что больше не могу этого делать, даже если очень хочется. Даже если я чувствую, что это мой долг — оставаться последней, кто верит. Из-за этого мне кажется, что я предаю его — человека, которого может уже давно нет. А я об этом не знаю. Вдруг ему нужна была моя помощь, вдруг он боролся за жизнь, пока я была тут и играла с тобой в "счастливую" молодую пару?
Девушка закончила говорить, успев пожалеть о своих самых последних словах, и Сокджин, молчавший всё это время, еще несколько минут сидел и обдумывал их.
— Значит, ты сдаешься? — спросил вдруг он. И Ли Ен, хоть и не подала виду, удивленно приоткрыла глаза — Хочешь, чтобы всё закончилось вот так? Оставишь так легко всех, кому дорога? Закончишь свою жизнь из-за него? Ты врешь, что больше не можешь верить, если бы это было так, тебя бы уже не было рядом, — сказал мужчина, и не дожидаясь ответа девушки, вышел, прикрыв за собой дверь.
Ли Ен изумленно обернулась, но в комнате уже никого не было.
* * *
В один из дней, когда Ли Ен становилось чуть лучше, и действие на нее болезни как будто чуть отпускало, она вышла из комнаты, проснувшись рано утром. Помыв за долгое время голову, она почувствовала вдруг резкий голод, которого она перестала испытывать уже как пару месяцев назад. Потому она захотела спуститься на кухню, расчесывая уже высохшие волосы. Там ее уже ждала Микки и готовый омлет. — Ли Ен, ты наконец-то завтракаешь, — обрадовалась подруга, разливая кофе по чашкам. В эту минуту на кухню зашел Джин, желающий по привычке выпить свой кофе и отвезти близняшек в детский сад. По его просьбе они снова начали в него ходить, так как он хотел как можно меньше посвящать их в происходящие события в их доме. Всего скрыть, конечно, не получалось, но единственное, что знали Нари и Юри, что девушка сейчас сильно болеет и не может проводить с ними сейчас так много времени как раньше. Погруженный в эти мысли, мужчина не уловил сути разговора подруг, когда Ли Ен ответила Микки, глянув на него: — Да, решила взбодриться. Несмотря на то, что мужчина не понял значения ее взгляда, он радостно подмигнул ей, поддерживая ее решение. — Вообще-то я думал над тем, какую причину нам следует сказать, чтобы отменить или хотя бы перенести свадьбу, так как ее дата запланирована на конец этого месяца, — начал он, сразу увидев, как опустился взгляд девушки, чья улыбка скрылась, как не бывало. Микки тихо присела за стол, осозновая, что она сейчас станет свидетелем неприятного разговора. Подруга уже знала, что хотела сказать Ли Ен. — Не стоит, — произнесла вдруг девушка, замечая, как быстрое изумление появляется на лице мужчины — В этом уже нет смысла, разве нет? — О чем ты говоришь? — недоуменно спросил он и, кажется, Ли Ен впервые видела, как он начинал злиться на нее. — Я не хочу больше идти против Му Ена, — не растеряв своей смелости, но все же опустив на мгновение глаза, ответила она. — пускай получит то, чего хочет. Он победил. Может тогда мне наконец станет проще жить, — пожала она плечами. Взглянув украдкой на подругу, она увидела, как та качает отрицательно ей головой, всё еще не поддерживая мнение самой девушки, как и в моменте их прошедшего разговора об этом. — То есть, ты хочешь выйти за меня замуж, чтобы Му Ен отстал от тебя? Я правильно понимаю? — спросил Сокджин. — Это не главное, просто... — замялась девушка, до которой только сейчас дошло насколько же это предложение было оскорбительным для человека, который ее искренне любил. А ведь что-то такое пыталась до нее донести Микки, что теперь неудобно ерзала на стуле. Было видно, что она слишком поздно спохватилась, и теперь не могла просто выйти из комнаты. Ли Ен виновато закусила губу, решив честно признаться — Мне кажется, я больше не смогу ему сопротивляться, и если Чимина и правда больше нет, я не хочу возвращаться в тот дом и... — Что ж, если ты так решила, — заговорил Сокджин, перебивая ее, и Ли Ен поняла, что впервые ей было страшно поднять на него глаза, хоть говорил он , как всегда, спокойно — То вынужден тебя разочаровать. Я не хочу больше жениться на тебе, Ким Ли Ен. Девушка изумленно подняла наконец свой взгляд. — Не хочу, чтобы ты выходила за меня замуж по такой причине, — он вдруг улыбнулся ей — И если ты устала бороться с его желаниями, тогда я поборюсь за твои собственные вместо тебя, — закончил он. Ли Ен с Микки непонимающе переглянулись. — Но это неправильно, ты не должен, — растерянно проговорила девушка, но Джин снова не дал ей договорить, видя ее сомнения. — Ли Ен, ты когда-нибудь влюблялась? Девушка встала ступором, не зная, что ей ответить сейчас, и зачем Джин ее об этом спросил. Однако ей показалось, что она уже слышала этот вопрос от кого-то. Прошло несколько долгих секунд, пока она не осознала, что слышала эти слова от самой себя. На том первом вечере, когда их знакомили друг с другом девушка спросила его об этом, когда он говорил о Чимине, его пропаже, нежелании девушки забывать его и выходить замуж за самого мужчину. Она тогда ответила на свой же вопрос, что понять в таком случае, он ее не сможет, но теперь... — Тогда ты сможешь меня понять, — улыбнувшись, ответил он ей, и девушка почувствовала, как ее глаза начали наполняться слезами. — Я знаю, что даже если бы ты вышла за меня замуж без тех же чувств, что я испытываю к тебе, вероятно, спустя долгое время, ты все-таки смогла бы меня полюбить. Но даже без этого, мы смогли бы создать хороший брак, основанный на дружбе и взаимоуважении, может даже получше, чем у тех, кто создают их по любви. Вот только я не хочу такого для тебя, не хочу, чтобы ты перестала верить даже сейчас, — сказал он. — Джин, не надо, — заговорила вновь девушка, до этого бывшая чуть ли не загипнотизированной его словами. — Ли Ен, — строго сказал он — Пожалуйста. Только не сейчас. И ты в любом случае можешь оставаться жить у меня, — напомнил он ей ее прошлое переживание. — В качестве кого? — улыбаясь, спросила девушка. — Да хоть третьей младшей сестры, — ответил ей мужчина, и оба засмеялись. Микки, что следила все это время за ходом их разговора, тоже улыбнулась. — Ну вот и поговорили, — быстро вмешалась она, боясь как бы в голову Ли Ен не заползла какая-нибудь новая отговорка. Уже собираясь покинуть кухню, Сокджин почувствовал, как вибрирует его телефон от поступающего звонка, и, ответив на него, было видно, как темнело его лицо, то ли от злости, то ли от отчаяния. — Что-то случилось? — спросила Микки, когда мужчина закончил разговор, все это время слушая его, сначала протесты, потом односложные ответы в трубку. Сокджин устало потер переносицу, жмурясь от нежелания отвечать на вопрос. — Придется нам поднапрячься. Мне только что звонила уважаемая матушка и сказала, что они соберутся сегодня у нас, раз я теперь работаю на дому. — Ну и ладно, что такого? — пожала плечами Ли Ен, беря в руки яблоко и откусывая небольшой кусок. — Тогда я отвезу близняшек, а ты оставайся дома, — обратилась Микки к Сокджину, получая от него благодарный кивок и ключи от машины. Попрощавшись со всеми, она вышла из кухни, решив взять близняшек полностью на себя. — Нет ты не поняла, Ли Ен, это будет "семейный" визит, — решил все же ответить ей на ее вопрос мужчина, оставшись на кухне одни — Му Ен будет тоже. Спина девушки вмиг похолодела от этих слов, и она сразу перестала жевать. — Почему ты согласился на это? — возмущенно спросила она. — Они уже выехали, когда звонили мне и не поддавались никаким убеждениям, — произнес он — Тем более, я им уже отказал в этом как-то. Я тебе не говорил. — Ясно, — просто ответила девушка — Тогда сыграем счастливую пару, если они так хотят это увидеть. Эти слова неприятно покоробили Сокджина, но он не среагировал на них, вместо этого произнеся: — Ли Ен, постарайся сделать так, чтобы он не догадался о твоей болезни. Уверен, что он больше всех настаивал на этой семейной встрече. Чтобы проверить обстановку, хотя мне до конца и не понятны его мотивы. — Не беспокойся. Я не допущу этого, — ответила ему девушка, поднимаясь готовиться в свою комнату. Уже спустя полчаса Ли Ен стояла на крыльце дома, одетая в легкое летнее платье. Она смогла соорудить на своей голове небрежный пучок и теперь волнительно крутила выбившуюся прядь у виска. Настрой у нее, однако, был воинствующий. — Ли Ен, ты уверена, что сможешь не реагировать на Му Ена и его возможные слова? — спросил Джин, выходя на улицу к девушке, что помогла ему застегнуть манжеты на рукавах. — Может мне все же поговорить с ними, чтобы не ехали. — Не говори глупостей, ты же поссоришься с ними и твои родители обидятся, не надо, — просто ответила она и немного нахмурилась — Я уже не боюсь его и того, что он может сказать или сделать. Самое страшное для меня уже произошло. И мне стало сегодня неожиданно лучше, так что уверена, что всё пройдет хорошо. — Ладно, — выдохнул мужчина, наблюдая за тем, как во двор к ним заезжает знакомая машина его семьи. Сопроводив родителей Джина за стол в просторную столовую, девушка подумала, что вполне могла бы сдружиться с ними, если бы они с Сокджин встретились не при данных обстоятельствах. — А где же Му Ен? — спросила она с надеждой на то, что услышит о том, что он не приедет сегодня. — Твой отец, ты хотела сказать? — удивился господин Ким ее обращению к родителю. — Ну да, — ответила девушка, приложив все свои усилия, чтобы не скривиться. — Он сказал, что опоздает, и чтобы мы начинали без него, — ответил тот, и Ли Ен понимающе кивнула. Когда с их семейного обеда прошел уже час, девушка начала медленно расслабляться в компании Джина, что сидел рядом с ней. Она слушала, как он общается с родителями и ей было приятно наблюдать за его связью с ними, что оставалась несмотря на все их разногласия и ссоры. — А то платье, Ли Ен, что тебе выбрали, просто невероятное, — услышала девушка краем уха слова госпожи Ким обращенные к ней. Выходя из своих мыслей, она растерянно кивнула на это с улыбкой вспоминая о том, как сбежала после его примерки. — Кстати, насчет свадьбы, я все ждал, когда придет и господин Ким, — заговорил Сокджин, принимая свое строгое выражение лица, и девушка пожелала ему мысленно удачи. Но не успел он договорить, как в зале раздался звонок от входной двери, и Ли Ен мигом поджалась на своем стуле, принимая напряженную позу. — А вот, кажется, и твой отец, Ли Ен, — сказала ей госпожа Ким — Сынок, потом договоришь, нужно встречать гостя. — Джин, сходи, пожалуйста, ты, мне нужно принести дополнительные приборы, — сказала девушка мужчине, стараясь не встречаться с удивленными взглядами его родителей. Тот кивнул, и оба они встали из-за стола, покидая столовую. — Ли Ен, пожалуйста, — напомнил их последний разговор Джин, и девушка ободряюще улыбнулась ему. — Все будет в порядке. После этого их пути разошлись. Она ушла на кухню, доставать еще одну тарелку, а мужчина ушел встречать Му Ена и провожать его в зал. Ли Ен прислушалась, когда до нее начали доходить приглушенные обрывки их приветственного разговора, и она чуть не уронила стеклянную тарелку, чувствуя, как затряслись у нее поджилки. Так вот, какая у нее теперь реакция на него и его голос. Девушка сжала челюсть, давая себе слово, что не допустит слабости перед ним. Беря в руки все, что нужно, она направилась обратно в столовую, слыша уже оттуда приветственные речи взрослых. — Здравствуй, Ли Ен, — поздоровался он с ней, когда девушка подошла к столу. — Здравствуй, — выдавила из себя Ли Ен и, услышав свой голос со стороны, решила, что вышло довольно правдоподобно. Глядя сейчас на Му Ена, девушка призналась себе, что почти не узнала бы его. Тот сильно постарел, и острый взгляд его маленьких, но цепких глаз, выбивался из-под тяжелых, чуть поседевших густых бровей. Ли Ен знала, что раньше он скрывал свою седину на висках, но теперь ее, видимо, стало так много на голове, что он перестал это делать. Даже размер его пиджака явно увеличился на пару размеров, хотя он всегда следил за своей внешностью. Однако он все еще обладал сильной, уверенной походкой и твердым шагом, ничуть не растеряв своей самоуверенности. При взгляде на него теперь, Ли Ен почувствовала, что ей становится противно. Потому, она решила поскорее вернуться на свою сторону стола. Но стоило ей только сесть, как она поняла, что посадила Му Ена прямо напротив себя. Она растеряно взглянула на него, уже словив на себе его холодный, и как-то по необычному безразличный, взгляд. Такими глазами он смотрел на нее еще до того, как она узнала, что он не ее отец. Но что-то все же в этом взгляде изменилось. Он был ей неприятен, как будто в его глубине скрывалось что-то большее, чем простое безразличие, и потому она поспешила отвести взгляд, ругая себя за такую неосмотрительность, от последствий которой она теперь не сможет избавиться. В дальнейшем развитии разговора она участия почти не принимала, как и до этого. Ей больше нравилось слушать и не смотреть на место напротив нее, где, она чувствовала, сидящий человек не сводил с нее взгляда. Но, кажется, никто кроме нее этого не замечал, хотя Сокджин, подмечая это поведение мужчины, старался перенести его внимание на себя, чтобы при разговоре с ним, Му Ен смотрел на него, а не на девушку. Ли Ен почувствовала, как мурашки шли у нее по телу и ей пришлось убеждать себя, что если она продолжит вести себя как ни в чем не бывало, все закончится хорошо. Но встречаясь все же с ним изредка глазами, девушка пугалась какой-то необъяснимой возможности того, что мужчина узнает о ее болезни, смотря прямо ей в глаза, что сейчас были так близки к нему. — Во время того, как Вас еще не было за столом, я начал вести разговор о нашей свадьбе, — заговорил Джин, и Ли Ен хоть и выдохнула от того, что хоть сейчас не сидит будто под прицелом, ощутила как напряглось у нее все внутри. Она доверяла Сокджину, и все же она боялась предстоящей реакции Му Ена, что, казалось, принял своего будущего зятя за неплохого собеседника и знакомого. — Ну и? Какие-то сложности? Ты же знаешь, чем смогу помогу, — ответил ему Му Ен, и девушка прикрыла глаза, силясь успокоиться. — Нет, проблем с самой организацией никаких нет, — сказал Сокджин, что был на удивление спокоен. — А в чем же тогда проблема? — не менее спокойно спросил мужчина, умело скрывая в своем голосе недовольные нотки. И девушка поняла, что даже родители Сокджина почувствовали, как их стол начал обрастать напряжением. — Во мне, полагаю, — легко ответил Джин. За столом повисла напряженная тишина. — Что ты имеешь в виду, Джин? — растеряно спросил его отец. Было видно, что он переживал и боялся ответа Му Ена чуть ли не сильнее девушки, что сейчас вжалась в спинку стула, будто если она перестанет шевелиться, то станет невидимой. — Я просто понял, что не хочу видеть Ли Ен своей женой, вот и всё, — сказал он — Обычно, взрослые люди не заключают брак, если не хотят его. — Но у вас такой возможности нет, — сухо произнес Му Ен, и, услышав его спокойный тон, девушка всё же смогла различить в нем нотки подступающей угрозы, что Джин наслал на себя своими словами. И всё же внешне Му Ен оставался спокоен, было видно, что он принял ситуацию, как своеобразные переговоры, в которых наигранная вежливость скрывала эгоизм и раздражительность. — Я знаю, что вы уже заключили с моим отцом договор, что было сделано за нашими с Ли Ен спинами, что не может не разочаровывать меня, — начал он — И потому я согласен выплатить все неустойки, прописанные в документе на случай расторжения, так как инициатором нарушения договора следует считать нашу сторону. И на этом закрыть вопрос. — Ты не настолько богат, — позволил себе ухмыльнуться мужчина, глядя на Сокджина, на котором тоже не было заметно никаких признаков неуверенности или напряжения. — Не думаю, что Вы можете знать наверняка, — просто ответил он. — Видишь ли, сынок, — виновато встрял в их разговор отец Сокджина, обращаясь к нему — В договоре я подписал пункт о том, что в случае своего неисполнения, буду вынужден передать долю своей компании пострадавшей стороне. Брови Джина на мгновение взметнулись вверх, явно поражаясь сделанной глупости отца, но, услышав тихий смешок Му Ена со стороны, разом принял прежнее выражение лица, чувствуя, однако, как необъяснимая злость поднимается в его сознании как будто из самой глубины. — Ах вот как? — он снова перевел взгляд на Му Ена, и девушка с восхищением поняла, что Сокджин всё это время не держался и не скрывал своих настоящих чувств. Он действительно совсем не боялся Му Ена. Был осторожен с ним и аккуратен, но не чувствовал к нему страха. — Ну, ничего страшного, — выдохнул он, улыбнувшись — Раз уж я такой хороший юрист, то думаю, что мы обязательно решим этот вопрос в суде. Уверен, я смогу оспорить это условие, как несоразмерный способ давление, и суд сможет согласиться со мной. Предлагаю, однако, все вопросы решить мирным путём. обеим сторонам так будет лучше, Вы не находите? Ли Ен настолько погрузилась в их молчаливый бой взглядами, что не заметила, как медленно темные круги начали заполнять все видимое ей пространство вокруг. От подступающего давления ей казалось, что голова ее становится тяжелой. Уже проходя через это на их церемонии помолвки, девушка испуганно отодвинула свой стул от стола, вмиг приподнимаясь с него. — Извините, мне нужно выйти, — сказала она без каких-либо других объяснений, как можно скорее желая покинуть, вмиг ставшую душной, столовую. Сокджин проводил ее обеспокоенным взглядом, что не укрылось от Му Ена, который не переставал смотреть на него, старательно над чем-то размышляя в своей голове. Как только девушка оказалась одна в гостиной комнате, она сразу почувствовала, как ей стало легче дышать. Приложив руку к груди, она впервые осознала, как быстро билось ее сердце сейчас, чувствуя, будто его удары отдавались во все части тела, особенно в голову, которую снова начинали медленно сжимать в тиски подступающей боли. Простояв в таком положении несколько минут, девушка почувствовала, будто ей удалось унять болевые ощущения и потому она уже собиралась возвращаться, оборачиваясь к дверям гостиной. — Удивил меня твой друг, удивил. Услышав знакомый насмешливый голос, Ли Ен с ужасом встретилась с холодным взглядом Му Ена. Решив не дать ему почувствовать какого-либо эмоционального преимущества перед ней, она спокойно пожала плечами. — Я была против его решения, но надеюсь, он сможет показать тебе, чего ты на самом деле стоишь, — ответила девушка, держа свой голос таким же безразличным и спокойным. — Вижу, ты набралась от него смелости, — удивленно поднял брови Му Ен, больше не ощущая прежнего страха, исходившего раньше от нее. — Что-то вроде. Думаю, мне просто больше нечего терять, — сказала она и с ненавистью взглянула на него — Ведь ты приложил к этому руку. — Вынужден признать, — с наигранным бахвальством произнес мужчина, чем вызвал в девушке очередную волну злости. — Ничего, Сокджин сможет показать тебе, что за все придется когда-нибудь заплатить. Уж он-то не сломается так легко как я, — процедила она сквозь зубы, на мгновение забывая о своей слабости. — Я с тобой не за этим пришел говорить, — сразу же посерьёзнел мужчина, убирая со своего лица надменную полуулыбку. С каким-то обнадеживающим чувством Ли Ен поняла, что он действительно воспринял Джина как угрозу, способную порушить его планы. Он боялся его. — А я с тобой вообще ни о чем не хочу говорить, мне нужно возвращаться за стол, — произнесла она, уже намереваясь пройти мимо мужчины, который преграждал ей выход из комнаты. Тот сразу остановил её, совсем не аккуратно перехватывая ее локоть. — Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю, — прошипел он — Поговори с ним и сделай так, чтобы он забрал свои слова назад. — Он не станет меня слушать, — ответила девушка, стараясь избавиться от его жесткой хватки на ее локте — И я нахожусь уже не в твоем доме, чтобы ты указывал мне. А если продолжишь, я помогу ему тебя засадить за решетку. — Только попробуй сказать ему, что ты не моя родная дочь, — проговорил он, и теперь его угроза была совсем не прикрыта. — Ненавижу тебя за то, что ты сделал с моей жизнью и жизнью Чимина. Потому тебе стоит начать переживать намного больше, так как он уже знает об этом с нашей первой же встречи, — ответила она, уже начиная осознавать, что зря не сдержала свой язык. — Ну надо же, вижу ты уже совсем успела с ним поделиться, — процедил мужчина и отбросил девушку обратно в глубину комнаты, что от резкости движения успела только вздохнуть — Как жаль, что он не может похвастаться перед тобой тем же. С этими словами он вынул из своего внутреннего кармана пиджака сложенный отчет, который мужчина с хлопком кинул на стеклянный столик, разделяющий его и девушку. Ли Ен с сомнением кинула на весьма помятые документы подозрительный взгляд, размышляя над тем, чтобы отказаться от их прочтения. Взгляд ее, однако, уже уловил размашистую подпись Сокджина. — Он же явно сказал тебе, что его поиски того щенка прошли безрезультатно, так вот, передай ему, что врать очень плохо, — с усмешкой произнес мужчина, пока Ли Ен, помедлив, все же решила взять бумаги в руки — Хотел сказать ему об этом в присутствии всех остальных, но решил, что посвящать в суть дела его семью займет слишком много времени. Девушка почти не слушала его, стараясь вчитаться в сложный текст следовательского отчета, чувствуя, как ее руки начинают дрожать всё больше: «В ходе осмотра заброшенного недостроенного стадиона были обнаружены множественные следы крови. На основании характера ее распределения и окружающих повреждений пострадавший получил множественные ранения. Концентрация и объём биологического материала указывают на обильную кровопотерю, несовместимую с жизнедеятельностью человека без оказания немедленной медицинской помощи. На основании вышеуказанных данных имеется основание полагать, что на данном месте происшествия имело место насильственная операция, повлёкшая за собой тяжелые, вероятно, смертельные последствия. Материалы осмотра и заключения экспертов приобщены к делу. Согласно результатам судебно-биологической экспертизы, образцы крови, изъятые с места происшествия, на 99.9% совпадают с ДНК-анализом, ранее полученным от личных вещей пропавшего гражданина Пак Чимина..." После этого девушка дочитывать уже на стала. Она и не смогла бы из-за мутной пелены слез и разрывающей виски, головной боли. Сердце стучало тяжело, рвано, а перед глазами дрожал документ с подписью Джина — холодная печать, датированная несколькими месяцами назад. Он знал. Он всё это время знал, а сам заставлял ее все это время верить во что-то большее, чем чудо. — Там нет утверждения, что он погиб, но этим утверждением для тебя могу стать я, — произнёс он с сухой усмешкой, как будто делился шуткой, не стоившей эмоций. Внутри неё что-то оборвалось на этих словах, произнесенных так небрежно. Внутри нее будто что-то вспыхнуло. Это было нечто большее, чем просто гнев, сил на который у нее уже не оставалось. Это было глухое отчаяние, закипающее в теле, которое больше не могло сдерживаться. Она почти ничего не видела — глаза пульсировали, как будто под зрачками расплавлялся лёд. Мир вокруг него становился то слишком ярким, то наполнялся ослепляющей темнотой. Она бросилась вперёд, не осознавая, что делает, просто как будто тень на стене, движимая инстинктом. Может быть, хотела ударить его, может быть схватить, закричать, разорвать это молчаливое лицо. Он молча перехватил её запястье. Без особых усилий. Словно взрослый, остановивший ребёнка. Но когда оттолкнул, всё произошло слишком быстро: она пошатнулась назад, ноги подкосились, и тело будто потеряло координацию, как у куклы с ослабшими нитями. Она не успела ничего схватить, ни за что зацепиться. Только холодный воздух пронёсся мимо, а потом всё резко оборвалось. Голова с глухим звуком ударилась о твёрдую грань стола. Мир вспыхнул белым, почти ослепительным светом, и тотчас же сжался в единую точку боли. Казалось, будто в череп кто-то вбил ржавый гвоздь, и он теперь медленно раскаляется изнутри. Всё тело дёрнулось, грудь рвано всхлипнула, но звука не вышло — только спазм, только невыносимая тишина, как перед обмороком. В висках застучало глухо, с каждым ударом сердца отдавая в глазницы. Правый глаз ныл изнутри, как будто его заполнили свинцом. В центре поля зрения росло мутное пятно, как затягивающаяся трещина на стекле. Боль раскатывалась по голове волнами — резкая, тупая, давящая, как если бы череп пытался расшириться, не выдерживая собственного напряжения. Она открыла рот, чтобы вдохнуть, но воздух будто застрял где-то в горле. Всё поплыло. Пол под спиной стал чужим, будто зыбким, и остался только шум крови в ушах — тяжёлый, ровный, глушащий весь остальной мир. Она услышала глухой и пугающий в своей эмоциональности голос подбежавшего и опускающегося перед ней на колени Сокджина, но его испуганный взгляд был последним, что она успела увидеть, прежде чем потерять все оставшиеся нити с реальностью.
