Последний Восход

— Идём, всё готово — лицо Саласара не выражало никаких эмоций, впрочем смысла не доверять ему нет, даже если это кидалово, я потом долго не проживу. Мы спустились к нему в подвал, посреди него стояла кушетка, рядом с ней нечто похожее на капельницу, но гораздо более громоздкое. — Садись, тебя придётся закрепить. — Конечно меня немного пугало, а вдруг он маньяк который втёрся ко мне в доверие чтобы потом пытать, но я старался такие мысли в корне. Тем временем меня уже закрепили и дали деревяшку, чтоб язык не откусил как он тогда сказал. Он обжёг иглу, дабы продезинфицировать и ввёл её быстрым движением в вену. — Прошлые подопытные не пережили этот состав, на этот раз сначала я введу обезболивающие — Он записывал что-то в блокнот, предположу, что записывает он ход эксперимента. Нда, не нравится мне быть подопытным. — Большая доза обезболивающего чревата побочными эффектами, теперь всё будет зависеть от тебя. — Подготовив меня физически, но не морально Саласар пустил его лекарство. Через минуту после введения жидкости я начал чувствовать покалывание, будто я лежу на гвоздях. По прошествию некоторого время стало казаться, что вокруг меня со всех сторон иглы, они со временем вонзались всё глубже и глубже, боль стала невыносимой, каждая клетка моего тела была в абсолютной агонии, мой ужас нельзя описать словами, боль стала моим самым большим кошмаром в этот момент, Почти как живая она тянула меня своими щупальцами в забытье, лишь знание о том, что это будет конец для моей души заставляло мою волю играть в перетягивание каната, где ставкой была жизнь эта борьба длилась часами, мой взор был застлан слезами, хотелось блевать, но нечем, хотелось дышать ведь нос забили сопли, а рот держал деревяшку, уверен я уже обмочился и обосрался. Лишь через субъективные часы борьба была окончена. Я провалился в беспамятный сон. Проснувшись я чувствовал себя отлично, но думаю после такого седины мне прибавило. Место в котором я находился не было для меня знакомым, однако воздух пропитался запахом лекарств и я предположил, что нахожусь в больнице. Через несколько минут пришёл старик и попросил описать ощущения во время действия лекарства, я ответил: — Представь, что в тебя тыкают неисчислимым количеством длинных иголок. — Я скривил лицо в ужасе лишь от того, что это вспомнил. — В целом, ты уже здоров, пожалуй тебе стоит уходить. — Посмотрел я на него вопросительно. — Появился слух что ищут какого-то подозрительно похожего на тебя человека и будь уверен сюда они заглянут чуть ли не первым делом… Неподалёку послышался глухой стук. — Чёрт, они уже пришли, я их задержу. В противоположной комнате есть окно, ведёт оно на задний двор, там уж как-нибудь сбежишь. Я быстро накинул свои сложенные лохмотья и ломанулся к окну, осмотрев комнату в которой я оказался, на столе рядом с едой обнаружился нож. Надеюсь старик на меня не обидится за его вещичку. Взяв столь нужный мне предмет я подошёл к окну, деревянные створки закрытые на крючок, приоткрыл створки и осмотрел улицу. К моему глубочайшему счастью там было чисто. Разбежавшись прыгнул он в окно и понесся он, аки ветер… впрочем нет, совсем не как ветер, его шатало из стороны в сторону, как пьяного в хлам. Убежать оказалось не просто, не потому, что за ним увязались враги, нисколько нет, просто бежать с буквально только восстановившимися мышцами, да это даже на шутку не похоже. Наконец он перестал шататься и заткнув за пояс держащий рубаху нож, побежал как можно дальше. К его удивлению он не уставал и вовсе, а разрушенные и полуразрушенные, ибо других домов в гетто не было, проносились рядом. И вот наш герой, только что пробежавший километра четыре, не чувствовал никакой усталости, ну или ему так казалось… Остановившись он огляделся, на всякий случай даже два раза, однако удар пришёл откуда не ждали… Его сердце резко забилось с огромной скоростью. Очень быстро он вспотел и осел на землю — ноги его просто не держали. Как предполагал наш герой, из-за чудовищной боли от применения лекарства, в его мозгу произошли изменения, которые позволяли ему сражаться без устали. Для него это было и плюсом и минусов, он не знал как определить границу своей выносливости и в будущем — это может стать причиной его смерти. — Фух, я немного отошёл, однако лучше найти себе домик в котором можно будет отлежаться. Сложно сказать почему Теодору так повезло, однако найти себе пристанище ему удалось за час, конечно оно не особо отличалось от остальных заброшек, но его выгодно отличало присутствие подвала. Там он и остался отдыхать. Проснувшись через несколько часов, наш герой чувствовал лишь небольшой голод. Разумно рассудив, что его скорее всего будут ждать на местном рынке, он думал над решением этой проблемы. — Казалось бы, в чём моя проблема, ходи на рынок в торговый район, только он находиться в противоположной от меня части города, эх придётся туда переться. И опять эта хрень с разговорами, с самим собой появилась, я то думал, что избавился от этой дурной привычки, но видимо это не так. Выйдя из своего домика, или скорее лачуги, он отправился за продуктами. Теодор купил немного картошки и вяленого мяса, он всё меньше находил различий между прошлым своего мира и его теперешней реальности. Архитектура хоть для меня и не являлась чем-то любопытным, она меня не увлекала, однако от построек в центре города веяло европой, да ещё и эта картошка. Он точно мог утверждать что попал во времена позже шестнадцатого века, возможно во францию, но с магией. Вернувшись домой, он подумал, а почему он не сбежал из города? Этот вопрос, озадачил меня очень сильно, настолько что я стоял с корзиной картошки пару минут, пока не осел на стул найденный мною в подвале. Почему же, почему не бежал и что мешает ему сбежать прямо сейчас? Страх за жизнь, нет не то, может ему понравилось пресмыкаться? К чёрту всё это! — Подумал он — Я лишь хочу вернуть долг своего носителя, в благодарность за это тело. Теодор решил отбросить эти думы и начал тренировку, сначала физическую, потом уже приступит к магической. Тридцать отжиманий, тридцать пресса, тридцать приседаний. Магическая тренировка включала в себя комплекс движений, это были удары. Как говорил учитель этого тела, боевые искусства подстёгивают развитие источника и каналов, после окрепнув я смогу перейти к свободным магическим манипуляциям, без привязки к движениям. Так я прожил десять дней, жил на картошке, фруктах и ягодах, вяленное мясо я посчитал нерентабельным, да и пить после него хочется нереально, а колодец далеко. Проведя разминку, я начал вновь и вновь повторять комплекс движений, обычно я занимаюсь этим пять часов в день, но сейчас я решил продолжить, откуда такое желание понять мне было сложно. Внезапно меня скрутило от боли, сильно болели глаза. Сколь внезапно боль пришла, с той же скоростью она и отступила. Быстро поднявшись я открыл глаза, всё стало чуть светлее и в воздухе плыли разноцветные облака, по прошествии минуты-двух мои глаза засвербило и они вернулись в обычное состояние, никаких облаков больше не было видно. Откуда-то мне пришло знание, что это магическое зрение. Чуть передохнув я продолжил тренироваться, вновь активировалось магическое зрение, я видел как мана из истока идёт к рукам и ногам. Попытавшись увеличить подачу маны, у меня неожиданно получилось. Очередной удар ногой вызвал волну ветра, но по ощущениям на это ушло около четверти резерва. Постоянная подача маны немного ускоряла движения, но дольше пяти минут я не продержусь. Опять передохнув я решил пойти на рынок купить еды. С некоторых пор ходя туда я перестал уставать, видимо я стал сильнее.