Мой учитель литературы

~ 9 ~ - Мистер Уолкер! Мистер Уолкер! - Кричала Джуди. Она спешила его догнать, кричала, но он будто и не слышал. Сегодня Том оделся по обычаю своему, как впервые пришел в школу. Его пушистые волосы развивались на ветру. Все из-за широко шага. Он явно не хотел этого разговора. - Мистер Уолкер! - Я вроде бы все тебе объяснил ещё в классе. - Не поворачиваясь, ответил он на ее непрекращающееся обращение. - Почему четыре? Ну почему? - Джуди, рабочий день уже кончился. Давай поговорим потом. - Нет, вы от меня так просто не отвяжетесь! - Она явно была не в себе от ярости. Оценка ее не устраивала. Том все также продолжал идти по улице, не обращая на нее внимания, словно ее тут и нет. - Я привела все аргументы, объяснила свою позицию, но вы все равно поставили не высший балл! Или дело в орфографии? - Предположила она с явным напряжением. - Нет! - Развернулся он к ней. - Ты написала прекрасное сочинение, грамотно, красиво, но ты не поняла смысл произведения! Да, ты привела аргументы в оправдание своей точки зрения, но она не верна! - Но... Почему? - Потому что это стечение обстоятельств! Героиня не специально пошла в проститутки, не за новыми ощущениями, а потому что семье нужны были деньги! Ты мне четко прямым текстом обозначила, что эта девушка обрела нечто большее именно тогда, когда начала вести такой образ жизни. Она бедна и добра и вера в Бога заставляет ее двигаться дальше. У нее есть надежда на искупление, а "правда" героя для нее не является правдой. Ты мне написала обратное. Теперь то ты поняла? - Я выразила свое мнение... Но почему четыре? - Ты не поняла суть произведения. Ты выбрала тему по определённому отрывку, но все равно не смогла понять автора. Ты исказила то, что он написал. А это самая грубая ошибка. - На секунду Том задумался и смягчился. Он взялся за ее предплечья руками и заглянул в глаза. - Четыре тоже результат. У тебя не худшая работа. Признаю, она очень даже хороша, но ты не поняла основу. Спроси хоть у совета этики - меня поддержат. - Но... - Ты не можешь быть лучше всех и к тому же во всем! - Сорвался учитель. - Ты привыкла, что знаешь больше других и схватываешь все на лету. Но должен был настать день, когда ты проиграешь. Бум! Это сегодня. Ты не идеал, как и все мы, так прими же тогда это, признай свою ошибку и пойми, что ты потерпела поражение. - Это и с вами случилось? - Пыталась скрыть свое раздражение девушка. - Дело даже не во мне, Джуди. Иногда мне кажется, что все это это проворачиваешь специально. Тебе скучно на моих уроках, это видно; ты постоянно спрашиваешь о прежнем учителе. Не знаю как Шон вас учил, но тебе явно было комфортной с ним. Я только одного не понимаю: чего ты хочешь от меня... - устало потёр глаза Том и продолжил. - Я уже начинал писать дипломную работу, когда этот парень появился. Мне повезло, что у нас была такая разница в возрасте иначе он мог бы опустить меня вниз. И не подумай, не превосходством знаниями, а своей внутренней гнилью. Меня спасал лишь последний курс, а так он мог бы меня задавить. - Равнодушно рассказывал он. - Этот парень был зазнайкой, ибо понимал, что умнее многих. Я не отпускался до его низов и это помогло мне сохранить свою репутацию. Профессора меня ценили и уважали за такой подход. А ты можешь поплатиться своей глупостью, особенно если будешь разбавлять свою скуку нервами преподавателей. Сегодня ты лучше всех, а завтра тебя даже и не вспомнят. Подумай об этом. - С неким нагнетанием говорил Том, а после развернулся и пошел домой. - Мне пора, бай! Он прошел всего минут двадцать и, найдя нужный дом, постучал в дверь. Красивый снаружи домик был окрашен в нежно-голубой цвет, ровно подстриженный газон украшали множество цветов и кустарников, а у тротуара стоял почтовый ящик с разными рисунками. Все казалось таким приторным, что создавалось впечатление идеальной семьи. Ожидание угнетало. Учитель уже было думал уйти, но дверь отворили. - Томми, дорогой! - Обрадовалась женщина лет пятидесяти. - Ты пришел! - Она крепко обняла его и взглянула в лицо. - Это тебе, мам. - Том вручил ей легкий букет, который купил по дороге. - Ох, Томми, мои любимые розы! Ты ещё помнишь! - Ну как же я могу забыть. - И с натянутой улыбкой он вошёл в дом. Стены теплого оттенка и соответствующая мебель сразу говорили о вкусе матери. Нет, было уютно, даже слишком, но Миссис Уолкер всегда была излишне чистоплотна и опрятна и всю жизнь старалась поддерживать эти качества в своем доме. На подоконниках стояли цветы и напоминали о давно забытом прошлом. Том дарил их матери в детстве. Каждый раз где-то доставал деньги и покупал горшок с ещё маленьким росточком. "Как давно это было, а они все ещё живы." Подумал он. Женщина умела ухаживать как за растениями, так и за людьми. Не зря она тридцать лет проработала медицинской сестрой в местной больнице, а после несколько лет ухаживала за пожилыми людьми в доме престарелых. У нее была золотая душа. Не став дожидаться мать, Том пошел к ней на кухню, где женщина во всю кипяшилась. - Сейчас будет чай. - Ярко улыбалась она. - Как у тебя дела, мам? - Это ты мне расскажи! - В предвкушении она села напротив и стала ожидать рассказа на целый час, но и говорить было нечего. - У меня все хорошо. - С какой-то неловкостью проговорил учитель. - Я слышала ты работаешь в школе. - Да, Шон меня попросил. Я не мог отказать. - Ну и правильно сделал! - Сначала Том подумал, что она это о нем говорит, а после понял, что похвалила мама не его, а друга. Ох, как глупо это выглядело. - Ты почти полтора года не работал, писал свои статьи в какие-то журналы. Ох, я все читала! Ни одной не пропустила! - Меня номинировали на премию. - Будто стесняясь, сообщил он. - Ох, сынок, это же здорово! Как я рада за тебя! Дай обниму! И женщина встала и крепко-крепко обняла Тома, пришептывая на ухо, что она гордится им. Вся неловкость и смущенность тут же прошла, будто ее и не было. Как ему не хватало этим материнских объятий - теплых, любящих, нежных. Пропасть, которая ему казалась между ними, сразу куда-то испарилась, оставляя за собой самые светлые воспоминания из своего детства. Том поглядел на мать. Новые морщинки стали украшать ее вечно смеющиеся глаза, а в волосах уже показывалась маленькая седина, которую женщина всегда пыталась спрятать светлой краской. Она не была худой, но и не крупной. Средних размеров. Также средний рост заставлял ее вставать на носочки, чтобы поцеловать родного человека, но она тут же отпускалась и уже со своей низины, смотрела на сына, восхищаясь им. Она буквально излучала из себя свет, к которому все до единого тянулись, любовь выходила из ее сердца и обвалакивала людей, что питали к ней какие-либо чувства. Она любила всех до одного, не обращая внимания на социальный статус. Сердце Тома забилось сильней и он не смог удержаться. - Я люблю тебя, мама. - Обнял он ее так, как никогда не обнимал. - Томми, как я скучала по тебе. - Прости, что не навещал. Я полный дурак. - Не говори так! Ты не виноват, что твой отец упертый баран! Она и впрямь не обращала никогда внимания на социальный статус. Ей не было дела беден ты или с толстым кошельком, в рваной одежде или в брендовом дорогущем костюме, который стоит больше, чем годовая зарплата учителя. Но Тому было неспокойно. Больно ли ей смотреть на него такого неопрятного, неухоженного и неотесанного? Как можно было прийти в таком виде к ней? Полный эгоист! Но нет. Миссис Уолкер даже не замечала, что его волосы торчат в разные стороны, словно гнездо, одна штанина поднята до колена, а на рубашке неправильно застегнуты пуговицы. Она видела лишь своего любимого сына. Он был для нее лучшим. - А где он, кстати? - Сидит наверное в своем саду. Хочешь сходить к нему? Но мистер Уолкер сам вошёл. Его холодный взгляд пронзал до костей. - Привет, пап. - Тихо сказал Том. - Привет... - Сказал с каким-то безразличием отец после нагнетающего молчания и положил на стол ящик с яблоками. От них веяло сладким медом. - Что ты такой грубый! - Тут же напала на супруга миссис Уолкер. - Он же твой сын! - Он убийца, Глория. Том нервно отвернулся к стене, прижимаясь к ней рукой. На глаза стали поступать слезы. Чтобы остановить этот поток, он начал чаще и глубже дышать. - Что ты такое говоришь! - Возмущение матери возросло. - То, что знаю. - Говорил отец, наливая себе воды. - Джон, столько лет уже прошло... - Я не убивал ее! - Сквозь зубы говорил Том. Голос его заметно дрожал. - Ну да, конечно. А мать ее утверждала обратное. Слова пробежали и врезались остриём ножа в спину, проскакивая в самую глубину тела, доходя до сердца и протыкая его насквозь, обножая старую рану, что так сильно начала кровоточить. Он ровно попал по краям в этот старый шрам, что столько лет с огромным трудом и болью заживал, оставляя за собой обиды, злость, горечь, разочарование, которые вскоре переросли в неописуемую печаль человеческой души. И эта печаль съедала его заживо, обгладывая каждую косточку, не давая забыть о поганом прошлом, о том гадком годе своей жизни, что изменил Тома навсегда. Он набрался сил, глубоко захватывая ртом воздух, и развернулся. - Зря я все таки пришел. Думаю, мне пора. - Ледяным голосом ответил мужчина и пошел к выходу. Миссис Уолкер легонько ударила мужа кулаком в плечо и поспешила за сыном. - Прости меня за это. - С явным сожалением говорила она. В ее глазах читалась какая-то вина, будто она могла предотвратить это, но не смогла. - Ты не виновата, мам. Это... Было неизбежно. - Я люблю тебя, сынок. - И я тебя, мам. И все таки женщина улыбалась как-то больно натянуто. Ее снова это ранило. Тогда он обнял ее и женщина успокоилась. - Береги себя! - Конечно! - Крикнул Том и подмигнул, уходя к себе. - Том! Что случилось? - Как только Шон нашел его в каком-то баре за кружкой пива, сразу поинтересовался произошедшим. - Все нормально. Просто хотел выпить с другом! - он указал на бармена, который стоял за стойкой. Тот лишь пожал плечами. Но нормально не было. По крайней мере так видел Шон. Глаза не врут. Он явно был в неописуемой печали. - Том, что случилось? - медленно, словно гипнотизируя, повторно спросил друг. - Правда, все хорошо. - улыбнулся Уолкер. - Чудно, что ты нашел меня. Каким образом? - Том, мать твою! - вскрикнул Шон, что на него стали оборачиваться. - Час ночи на дворе! Я звонил тебе раз двадцать. Дома тебя нет, знакомые не видели! - Ты объездил весь город? - А что мне оставалось делать? Ладно, вставай и пошли отсюда. - Нет, я не пойду! - Пойдешь! - Шон, давай выпьем немного, посидим поговорим... - О чем ты хочешь говорить? Ты и так уже пьяный в стельку! - Неправда! - Гордо всхлипнул Том. - У меня иммунитет. - То-ом, - протянул друг и прикрыл глаза ладошкой. - Немного выпьем и пойдем. - Правда? - А ты сомневаешься во мне? - Нет, Том, я тебе доверяю. И друг уселся за барную стойку, чтобы поскорее напоить полностью товарища и увести его домой.