Освобождение

      Ночное небо покрылось россыпью ярких огоньков. Город казался заброшенным, совсем безлюдным, но он просто спал. Уже через 2-3 часа запоют первые петухи, оповещая округу о наступившей утренней поре – если эти самодовольные птицы здесь, конечно, обитают.       Я выпустил клуб табачного дыма в окружающую меня тьму – он быстро растворился, оставив еле уловимый запах вокруг. Я стоял на балконе своей квартиры, окутанный тишиной маленького городка. Несомненно, большой плюс для меня, как ценителя позднего времени суток, были здешние ночи – в кромешной тьме звёздное небо особенно красиво. Большие города грешат обилием искусственного света, настолько интенсивного, что он заслоняет изящность каждой отдельной звёздочки, планеты на тёмном небосводе.       Я слушал мелодию стрекотания сверчков, удивляясь, что в городке с плотной застройкой, эти чудные насекомые смогли найти убежище в переулках между маленькими зданиями. Казалось, будто они поют для меня одного, в унисон.       Едва слышимый женский стон отвлёк от размышлений, вынудив машинально обернуться в сторону открытой балконной двери – она вела в тёмную спальню. Затушив сигарету в старой кружке, имитирующей пепельницу с самого моего приезда, я вошёл внутрь, аккуратно перешагиваю через высокий порог – не хотелось будить человека, сладко сопящего в моей кровати.       Агата притянула одеяло к шее, сворачиваясь в калачик – вероятно, от двери потянуло холодным воздухом. Даже сейчас, поправляя длинные шторы, я чувствовал теплоту её сонной улыбки. Интересно, что ей сейчас снится?       Темнота больше не казалось мрачной. Я и подумать не мог, что одна девушка способна осветить целую комнату своим присутствием в ней, просто обнимая подушку, на которой лежала её голова. Белое одеяло так игриво покрывало её тело, складками создавая интересную иллюзию – будто маленький сугроб удобно расположился на мягких перинах.       Тихо переставляя ноги по скрипучему полу, я собирал разбросанную по полу одежду Агаты. Собственные мысли заставили уголки моих губ дрогнуть в улыбке – неужели наше будущее будет таким же? Я буду собирать одежду любимой жены в нашей спальне, пока эта дама непринужденно пускает слюни в кровати?

*** За несколько часов до событий в спальне ***

      Чувство прожигающего изнутри стыда не покидало моё тело. Я как последняя сволочь, бесчувственный бабник потёрся об неё, исцеловав в самых интимных местах верхней части её тела, и ушёл. Просто ушёл. Ох, Сэм, какая же ты скотина. Я не хочу причинять ей боль, как делал это с другими женщинами; я не хочу просто трахнуть её. Нет. Я хочу, чтобы она была счастлива. Со мной. Вопрос лишь в том, смогу ли я дать ей это счастье.       Агата – особенная. Не потому, что красивая. Не потому, что обаятельная или очаровательная. Она пробуждала во мне неизвестное ранее чувство – нежность. Абсолютно чуждое, далекое, когда-то даже враждебное. Запрещенное при общении с девушками в Америке – никогда не хотел привязываться к кому-то. Несмотря на их красоту, роскошность, грацию – скорость была важнее. Я просто пользовался ими, брал силой и выкидывал за борт за ненадобностью. А им даже нравилось такое отношение. Не удивительно, что многие девушки так охотно раздвигали ноги – подружки, видимо, делились в своих кругах рассказами о японце, который знал о женском оргазме столько же, сколько и об автомобилях. Даже смешно получается.       Бумажная волокита никогда меня не привлекала – она вообще кому-то нравится? Гудман бросил меня здесь, в полицейском архиве, для поиска совпадающей информации с делом, которое он ведёт параллельно с убийством Аннет Сильвер-Харрис.       Флуоресцентная лампа гудела над головой, создавая фоновую мелодию для громко тикающих настенных часов – удивительное сочетание, способное свести с ума даже психически здорового человека. В такой атмосфере абсолютной тишины, не считая образовавшегося «музыкального коллектива», звук шуршащих бумаг закладывал уши – уж больно громким он получался.       Серые стены с потёками и паутиной по углам, огромные стеллажи, захламлённые коробками с вещдоками, длинный металлический стол и пара стульев – идеальное место для пыток, уверен, крики снаружи никто не услышит. Гудман постарался найти для меня работу по душе, вот старый хрен.       Оставленный на сером столе телефон издал отвратительный звон – вибрация прошлась по металлу, а тишина сделала звук громче в несколько раз. Моё лицо рефлекторно скривилось от режущего слух скрипа – в сторону источника этой мерзкой вибрации захотелось кинуть папку с документами, но я ждал важного для себя ответа.       Я пригласил Агату в бар. Совсем не романтично, ведь вытереть соус с её лица после откусывания бутерброда не получится, максимум – аккуратно пропитать бумажную салфетку случайно пролитым на неё пивом. Но до такого доводить ситуацию не хотелось – я мечтаю провести этот вечер в дружеской атмосфере, оставив напоследок десерт из дразнящих заигрываний. Посмотрим, растерял ли малыш Сэмми свои навыки или нет.       Я взял в руку телефон, не отвлекаясь от бумажной папки – Агата согласна. Добавила, что встретит меня в самом здании. Либо она стесняется по причине нашего страстного поцелуя, либо хочет произвести впечатление своим внешним видом. Ставлю кофе Гудмана на второй вариант.       Возможные комбинации сексуальных мини с любым топом раззадорили мою фантазию – рабочий настрой сошёл на нет. Я беззаботно рухнул на стул, отбросив в сторону измученную папку. Насколько скромно Агата будет выглядеть после сегодняшнего поцелуя? Она хочет перейти к вещам поинтереснее, или желает оправдаться, заявив, что наши обжимания в коридоре её поместья ничто иное, как безрассудный порыв страсти, который исчез сразу после моего ухода?       Мой разум ещё пытался строить догадки, однако самолюбие вкупе с внутренней похотливостью уже зарисовали возможный вариант приятного завершения вечера – поцелуи под фонарными столбами, исследование тела Агаты в подворотне за баром, интригующие поглаживания обнажённых ног, когда ладонь от коленки поднимается всё выше, лаская внутреннюю сторону бедра. Всех девушек, имевших со мной дело, заводил именно напор, страстное желание овладеть ими, заставив кричать от удовольствия. Я с радостью проверю это на Агате.

***

      Опрокинутый шот рома погасил скручивающее изнутри волнение, которое появилось как только я вошёл в бар. Подобные встречи никогда не тревожили меня, скорее наоборот, вызывали предвкушение – едва ли не каждый парень мечтает поиграть с опьянёнными красавицами, которые без сторонней помощи и намёков накланяются к твоей ширинке с пассажирского сидения. Не люблю хвастаться, но мне доводилось подвозить много шикарных девушек «под градусом», чья раскрепощённость восхищала. Но все они были пустыми куклами, добивающимися ласки и взаимности с помощью глубокого горлового.       Приятели, с которыми я хотел познакомить Агату сегодня, развлекались у бильярдного стола, одаривая смазливую официантку грязными комплиментами. Выражение её лица говорило само за себя – ей нравилось их внимание. Каждым своим движением блондинка демонстрировала нескрываемую похоть – медленные наклоны с выпрямленной спиной за пустыми бокалами поднимали подол её короткой юбки вверх, оголяя заднюю поверхность бедра; улыбка и учтивость; она поправила свою грудь уже 2 раза за один разговор с ними – держу пари, дело не в неудобном бюстгальтере.       Я суетливо бросил взгляд на своё запястье, посмотрев на время – Агата задерживалась на 25 минут. По всеобщим правилам, девушка должна опаздывать, но внутри меня затаился страх, что она не придёт. Я опрокинул голову, позволяя рому беспрепятственно оказаться внутри – со вторым шотом покончено.       Несмотря на музыку и громкие голоса, сливающиеся в единую какофонию, я услышал того, чью компанию предпочёл бы избежать – как только дверь бара лихо распахнулась, внутрь впорхнул самодовольный Александр, сопровождающий Агату непрерывным прикосновением к её локтю. Он увлеченно что-то рассказывал, в то время как девушка бегала глазами по присутствующим в заведении. Вероятно, она искала меня.       Я указал бармену на пустую стопку, дав понять о необходимости обновить заказ. Терпеть Александра трезвым будет большой ошибкой.       Наконец эти двое подошли к барной стойке. Я заметил выражение полного отчаяния на лице Агаты, когда она с ноткой лёгкого стеснения присела на стул, и, не успев произнести ни слова, Александр вторгся в наше пространство. - Привет, сладенький, - сказал он саркастично, перехватывая у бармена стопку с ромом. Одним глотком он выпивает содержимое и добавляет, - развлекаешься тут один? - Здравствуй, Александр, - я чувствовал, как внутри меня начинает разжигаться негодование.       Александр звонко поставил стопку на стойку передо мной, специально закрывая Агату своим телом. Локтём он упёрся в деревянное покрытие и принял абсолютно непринуждённую позу внимательного собеседника. Его поплиновая рубашка черного цвета собралась в складки на сгибе, вынуждая парня одёргивать тело в надежде незаметно поправить перекосившуюся ткань. - Симпатичное место ты выбрал для романтического свидания, Сэмми – Александр указал официанту повторить заказ. - А мне здесь нравится, - из-за спины Александра выглянула Агата, смущённо улыбнувшись мне. - Что тебе нужно? – действие алкоголя начинало затуманивать рассудок, ладонь непроизвольно превратилась в кулак. В каждое слово я вложил частичку неконтролируемой агрессии, сделавшую произнесённый вопрос немного угрожающим. - Воу, полегче, детектив, - парень опешил, поднимая руки в знак проигрыша. – Я здесь для того, чтобы провести вечер в компании своих друзей. - Не припомню, чтобы мы были друзьями, - я сложил руки на груди, пряча ладони. - Расслабься, Сэмми. Агата пригласила меня, я любезно согласился составить компанию симпатичной девушке, которая почему-то собралась посетить такое дикое место. У хозяина этого заведения явно нет вкуса, - он опрокинул поданный ему шот. - Замолчи, - выпалила Агата, закатив глаза, и встала между нами двумя. Девушка напряглась, понимая, что эта словесная перепалка способна кончится плохо – Александр не умеет держать язык за зубами, мастерски напрашиваясь разглядеть чужой кулак более детально. Хотя, быть может, ей стало просто стыдно. Она осознаёт мою внутреннюю неприязнь к парню, которую неприодически трудно скрыть от чужих глаз, но отказать ему не может. Либо слишком добрая, либо пытается ухватиться за двух сразу. Такой расклад сердил сильнее; вспышка ревности накрыла меня прямо сейчас, когда я осознал, что Агата может быть не одержима мной. Что её может привлекать ОН! Самодовольный придурок, который лезет на рожон. Наверняка уложил в постель не один десяток женщин, ведь с самого детства не знает отказа. Лучшие школы, лучшая одежда, всё самое лучшее для лучшего маль-чи-ка.       Мой пульс участился, стало заметно не хватать воздуха. Краем опьянённого сознания я понимал, что, с одной стороны, хочу ему врезать, а с другой… Каким тогда увидит меня Агата? Чем Я буду лучше Александра в её глазах? Что, если этот напыщенный индюк раздражает меня с такой силой лишь потому, что я вижу в нём себя?       Понимая, что конфликт лучше избежать, я направился к выходу, бросив через плечо фразу: мне нужно покурить.       По мере отдаления от барной стойки, я слышал упрекающий голос Агаты, но не мог разобрать, что именно она говорила. Просто не хотел.       Ночной ветер гулял по округе, задорно играясь с моей чёлкой. Я упёрся на кирпичную стену в попытках усыпить пробудившиеся чувства. Неужели я ревную? Никогда прежде не испытывал подобного ощущения.       Огонь от зажигалки слегка прижёг мой указательный палец, когда я прикрыл её ладонью, раскурив сигарету. С каждым выдохом противного дыма на душе становилось легче, будто груз с сердца упал. Я пнул оказавшуюся под ногой алюминиевую банку из-под напитка, голова постепенно становилась пустой.       Моё одиночество нарушил Александр, появившийся из-за двери – неужели Агата прислала его? Беспокоится, малышка.       Он спросил сигарету – я молча протянул ему шуршащую пачку и зажигалку. Нет ничего хуже, чем мужское выяснение отношений. Если для женщин это процесс интересный, им нравится обмусоливать эту тему с подругами день за днём, то для мужчины – это пытка, обычно заканчивающаяся жёлто-фиолетовым синяком под глазом и разбитым сердцем. Ведь побеждает тот, кто остался красивым.       Изредка тишину между нами нарушали проезжающие мимо машины и крики вываливающихся из здания пьяных мужиков. Непринуждённость момента подчеркивалась расслабленностью наших поз - со стороны казалось, будто мы товарищи, которые решили немного освежиться. - Мда, собеседник из тебя, конечно, так себе, Сэмми – докурив, Александр бросил окурок в ближайший мусорный бак. - Это всё, ради чего ты пришёл сюда? – я вопросительно поднял бровь, выбросив бычок в тот же бак. - Агата переживает, что мы с тобой не можем найти общий язык. - Тогда можешь передать ей, что всё нормально. Когда-нибудь мы «подружимся», уверен в этом, - я иронично подчеркнул слово. Мне стало невыносимо от одной лишь мысли, что нам с ним придётся общаться. - Она тебе нравится? – Александр опустил глаза на бордюр.       Безумно. Она сводит меня с ума. Буквально. Я не могу перестать думать об этой восхитительной девушке, чья улыбка делает мир ярче; чьё присутствие, кажется, способно заставить птиц радостно петь. Каждый день я задаюсь этим вопросом, пытаясь убедить себя в обратном – ничего не выходит. Она упряма, своенравна, привыкла делать так, как считает нужным – и это делает Агату более привлекательной в моих глазах. - Да, - я повернул голову в его сторону, - нравится.       Александр ухмыльнулся собственным мыслям, громко выпустив воздух из носа, а затем посмотрел на меня. - Трахнешь её, а потом бросишь как невесту лучшего друга? – его улыбка была дьявольской, совсем демонической. Он наблюдал за моей реакцией, однако моё лицо оставалось спокойным. - Откуда ты знаешь о ней? – я вздёрнул подбородок, пытаясь не выдать раздражение. Столько раз я слышал эти слова, которые никогда не ранили так сильно, как сейчас. Мне не хотелось, чтобы вся правда о прошлом дошла до Агаты. А когда ею владеет человек, вызывающий рвотные позывы одним только присутствием – жди беды. Наша неприязнь к друг другу была взаимной, следовательно, насолить мне было очень удобно. - Твой друг Томми охотно поделился информацией. Думаю, Агате будет приятно услышать о бабнике-стритрейсере, пытающимся залезть к ней под юбку.       Одним рывком я подскочил к нему, вцепившись руками в воротник его рубашки. Прижатый плотно к стене Александр только рассмеялся. В этом действии не было угрозы, не было желания испортить симпатичное личико, скорее эмоциональный порыв, желание прервать беседу надоевшего человека. - Расслабься, булочка. Мне всё равно. Я, знаешь ли, тоже не святой, делал дела похуже. Просто от меня это ожидаемо, а горькая правда о миловидном японце с хорошими манерами наверняка пошатнёт веру Агаты в хороших мальчиков.       Я отпустил его, позволил парню рассмеяться во весь голос. Волосы хаотично развевались на ветру. Я потёр переносицу пальцами, пытаясь утихомирить взбушевавшиеся внутри чувства. - Просто не смей обижать Агату, Сэмми. Иначе я лично тебе жизнь сломаю, - Александр вздёрнул бровь на последнем слове, бросив напоследок проницательный взгляд. – Тебе бы лучше пойти ловить её. Кажется, от волнения милашка немного перебрала.       Танцующая у бильярдного стола с бокалом бурбона Агата казалась абсолютно расслабленной. Она ритмично покачивала бёдрами, от чего низ её платья задрался непозволительно высоко, демонстрируя всему бару красоты стройных ног.       Александр вальяжно расположился в углу, раскинув руки на спинку дивана. Две молодые девушки подсели к нему, угощая коктейлем из своих стаканов «коллинз» – и он принялся тянуть алкоголь через трубочку, заигрывая с каждой.       Увидев меня, Агата побежала навстречу, вытянув руки перед собой. Её лёгкие покачивания сигнализировали об опьянении – похоже, кто-то не умеет пить. Она буквально рухнула в объятия, обхватив руками мою шею. Чтобы удержать девушку, я аккуратно взял её за талию, намеренно опуская задравшееся платье вниз. - Сэмми, я так соскучилась по тебе, - свободной ладонью она провела линию по моей щеке. Взгляд её был по-детски наивным, а счастливая улыбка не сходила с лица. - Меня не было 15 минут, когда ты успела так опьянеть? – придерживая Агату, я отвёл её на диван. - Я так занервничала, прости меня, - она протягивала гласные, не переставая глупо улыбаться. – Александр увязался за мной, а я и не см-огла н-ничего сделать.       Её речь была слегка заторможенной, что было очаровательно и комично одновременно. Она сумбурно качала головой, потирала глаза; её шальные пальчики гуляли по моей рубашке, изучая и останавливаясь на каждой отдельной пуговке. - Сэмми, может мы поедем ко мне? – она улыбнулась, пытаясь соблазнительно прошептать своё предложение мне на ухо. Указательный палец крутил локон моих волос, а влажные губы проделывали путь от мочки уха до самой ключицы.       Я растерялся, улыбнувшись попыткам Агаты совратить меня. - Ты пьяна, - на выдохе прошептал я. Аккуратно снимая её руки со своих плеч, мне пришлось плотно зафиксировать их на коленях. Сопротивляясь, девушка поддалась вперёд – наши губы встретились в нелепом поцелуе. - Но я хочу тебя, Сэм…       Я с деликатной нежностью провёл рукой по её волосам, аккуратно расправляя выбивающиеся пряди. Впервые после таких слов мне не хотелось взять девушку и исполнить её волю. - Агата, - тихо произнёс я, - я хочу тебя не меньше. Но я так же хочу, чтобы наш первый раз был особенным. Более романтичным, чем пьяный секс, о котором ты, возможно, будешь жалеть.       Девушка рухнула на моё плечо, сократив дистанцию между нами до минимума. Я слышал её прерывистое дыхание, знакомый парфюм щекотал мой нос. Мягкие поглаживания убаюкивали её. - Не бросай меня, Сэм, - руки Агаты обвили мою талию, удобно размещая её в моих объятиях.       Не брошу. Никогда не брошу.

***

      Дорога до моей квартиры оказалась быстрой. Причина, по которой Агата оказалась здесь, а не у себя в поместье проста – недоверие. Уязвимость и временная неспособность контролировать себя может привести к плачевным последствиям, вызванными её родственничками. Всё-таки, одна попытка убить единственную наследницу в завещании уже произошла. Повезло, что колодец оказался не глубоким и обильно засыпанным грунтом.       Распахнув входную дверь, я усадил девушку на стоящий в прихожей диванчик. Агата потирала глаза, облокачиваясь на стены – сон постепенно становился главной целью её вечера. Присев на колено, я опустил собачку по молнии вниз, освобождая уставшие ноги девушки от ботильонов на каблуках. Мягкий и нежный массаж помог её затёкшим ступням расслабиться. - Сэм, - негромко сказала Агата.       Я издал звук, отдалённо напоминающий хмыканье. Мне не хотелось разрывать интимность момента своим голосом, я продолжал массировать её ноги, поглаживая напряжённые мышцы. - Прости меня, Сэм, - её голова легла на собственное плечо, глаза были закрыты. – Я всё испортила. Не смогла отказать Александру, ещё и напилась…       Я улыбнулся, вставая с пола. Она взглянула на меня и смущённо добавила: - Я такая дурочка, Сэм, - девушка хихикнула. – Думала, что сегодня мы наконец будем вместе. Я даже бельё красивое подобрала для этого, - Агата потянулась поднять подол своей юбки для доказательства правоты, однако я поспешил прервать её действие, перехватив кисти рук. - Я тебе верю. Идём спать.       Через 10 минут Агата сопела на моей кровати, предварительно раскидав по комнате мешающую ей одежду: колготки, платье, бюстгальтер…       Мне не хотелось располагаться рядом и шокировать её с утра. Что, если Агата подумает, что я воспользовался ей. Неформальный «бой» окончился её победой на моей территорий, и будучи джентльменом, я уступаю ей право обнимать ногами моё одеяло, а сам, пожалуй, ретируюсь в гостиную, убеждая себя в том, что диван удобен настолько же, насколько и кровать.