Эрос

Светает,  и  ночь,  как  тень, растает, И  утро  настаёт… Что  новый  день  нам  обещает, А  что  он  принесёт? (Роман Марк)

      Совсем уже тёплое утро встречает сегодня город — оно и понятно, на днях наступит долгожданное лето, время лёгкой одежды, приятной погоды и светлых надежд.       Джин идёт на работу, как всегда заткнув уши наушниками, наслаждаясь своей любимой музыкой. Он заходит в ресторан и видит, что почти весь персонал на месте. Все столпились у барной стойки возле Намджуна, который вещает им что-то, даёт какие-то наставления. Джин не успевает услышать, пока снимает наушники с ушей. Как только он пытается вслушаться, в чём дело, Намджун уже распускает народ, а сам идёт к себе в кабинет, даже не взглянув на вошедшего Джина. Парень в ахуе, это как вообще называется? Игнор 99 lvl.       Он ловит первого попавшегося официанта и расспрашивает, в чём дело. Выясняется, что бóльшую часть официантов шеф отправляет на выездной банкет, из-за чего сегодня потребовались сразу все. Джин чувствует укол обиды — его не то, что не позвали, его даже не поставили в известность об этом. Хм, дурацкий управляющий не нуждается в нём — что ж, ладно, похуй. Джин убеждает сам себя — не больно то и хотелось, значит, он тоже сделает вид, что Намджуна не существует.       Официант переодевается в свою униформу, готовясь к новому рабочему дню. Выходит на кухню — поваров сегодня только два, и три помощника. В зале работают они сегодня только вдвоём с Тэгю. Какого хрена, на кого вообще оставляют ресторан, как работать-то сегодня?       Он видит, как через заднюю дверь официанты выносят всё нужное, загружая в микроавтобус, который подогнали для поездки. Джин чувствует себя отщепенцем, которого откинули в сторону за ненадобностью. От этого всё внутри начинает закипать — он хороший работник, отлично знает своё дело, но его не взяли, и это конкретно бесит. Похер на гордость, сейчас он пойдёт и скажет в лицо этому надутому снобу всё, что о нём думает.       Официант быстрым нервным шагом поднимается на второй этаж и застаёт Намджуна в коридоре, тот уже собирается спускаться вниз и уезжать.       — Сокджин? — завидев надутого парня торопливо произносит управляющий. — Ты что-то хотел?       — И как это называется? — сразу с претензией накидывается Джин.       — Что? — Намджун спокоен как удав, что раздражает ещё больше.       — Вы берёте почти всех официантов на банкет, почему я не еду? Я тоже могу помочь, Тэгю здесь и один справится.       — Я набрал достаточно людей, — дарит непробиваемый взгляд Намджун, — больше не требуется.       — А я, значит, для вас уже не существую? — заводится официант. — Мне и предлагать незачем, так?       — Ты сам просил оставить тебя в покое, — стальным голосом говорит управляющий. — Тебе что-то не нравится?       — Да, мне не нравится! — повышает голос Джин. — Не нравится, что вы относитесь ко мне, как к пустому месту!       Намджун слегка вскидывает брови в удивлении от такого борзого ответа.       — Так, ладно. И как, по-твоему, я должен к тебе относиться? Есть какие-то конкретные условия, указания?       От возмущения у Джина раздуваются ноздри, даже дышит тяжело.       — Не знаю, — хмурит брови парень. — Нормально, как и ко всем.       — 'Все' не бегут ко мне с детскими требованиями, отрывая от работы, не сносят дверь с петель, и, уж тем более, мне не прилетает от них по лицу, — отчитывает Нам. — Спешу заметить, что ты не 'все'.       Джин опять чувствует неловкость, хотя и не показывает этого, всё ещё хорохорясь.       — Тогда не я один в этом виноват, — не сдаётся Джин, всё ещё напирая. — Почему нельзя относиться ко мне просто по-человечески?       Шеф хмыкает, выдавая ухмылку, остро глядит на парня. После некоторого молчания:       — Приглашаю тебя поужинать сегодня, — звучит внезапно. — Достаточно человечно?       — Да! — резко отвечает Джин на эмоциях.       — Надеюсь это ответ на оба вопроса?       — Да, — чуть спокойнее.       — Вот и договорились, жди меня вечером здесь, я приеду.       — А…       — Но на банкет ты всё равно не поедешь! — перебивает все его аргументы Намджун.       — Но почему? — с обидой хмурится Джин.       — Я сказал «нет» и всё, — ибо нечего, чтобы всякие там толстосумы глазели на его официанта.       Парень зло выдыхает, но ничего не отвечает — смотрит на удаляющегося управляющего, который напоследок кидает фразу «до вечера». До Джина только что доходит — что же это получается, у него сегодня свидание с шефом? Мама рОдная, помогите… Предательская улыбка всё-таки растянула губы на пол-лица.       «Чему так радоваться-то?» — сам себя одергивает Джин.  «Подумаешь, обычный ужин, это ничего не значит». А у самого уже глаза забегали, мозга за мозгу заходит, вспоминает, в чём он пришёл, достаточно ли респектабельно? И вообще, как он выглядит? Нужно срочно к зеркалу. Не то, чтобы он хочет кому-то понравиться (да, очень хочет) — так, чисто для себя.       День обещает быть долгим, до вечера ещё очень далеко, как бы дождаться…

♤♤♤

      Тёплый вечер опускается на город, лаская прохожих на улице, солнце начинает медленно садиться, окрашивая небо в закат божественного цвета. Тэхён выходит из ресторана, вдыхая тёплый воздух. Его смена на работе сегодня рано закончилась, потому что он работал в первую, и теперь может насладиться свободным вечером в одиночестве. Такая прекрасная погода не может остаться без внимания, непреодолимо тянет прогуляться, подышать свежим воздухом после целого дня в закрытом помещении. Работающие кондиционеры конечно старались и давали искусственную свежесть, но она никогда не сравнится с настоящей, природной.       Тэхён поправляет широкую лямку своей сумки-почтальон, накинутую через плечо и направляется вдоль по улице. Проходя мимо парковки для посетителей ресторана, он тут же тормозит, потому что видит знакомую машину и врезается взглядом в её владельца. Тёмно-серый Bentley, сверкающий в последних лучах солнца.       Встретив нужные ему карие глаза, владелец выходит из авто и движется в его сторону. Идёт мягкой поступью, изящной походкой. Его стройные ноги одеты в чёрные укороченные брюки выше щиколотки, чёрные лаковые мокасины на толстой подошве придают лоска образу, а сверху светлый молочный пуловер на пару размеров больше, край которого заправлен в брюки. В серебристых волосах, элегантно собранных в хвост на затылке, играются лучики солнца, образуя сияние, словно нимб над головой. Его красивое гладкое лицо и проницательный взгляд приковывают Тэхёна к асфальту. Он словно небесное создание, только что спустившееся к грешникам, Ким не может оторвать глаз. Заворожен.       — Привет, — говорит, будто вчера только виделись, и целует в щёку не смотря на то, что вокруг всё же есть люди, наплевать.       — Привет, Чимин, — выговаривает ошарашенный его внезапным появлением парень.       — Как твои дела? — начинает издалека Чимин.       — Нормально, — почему-то получается виновато. Он всё ещё чувствует за собой вину за то, что ушёл тогда, не поговорив. — А у тебя? — Тэхёну это искренне интересно.       — Я соскучился по тебе, — мягко улыбается своими пухлыми губами серебряный ангел.       И Ким соврёт, если скажет, что сам нет. После его слов он вдруг осознаёт, насколько скучал по этому парню — по его нежным взглядам, по его заботе, которой он всегда окружал, по тихим разговорам по душам. Скучал.       — Я тоже, — тихо признаётся Ким.       — Мы можем поговорить? Ты уже закончил? —  Тэхён кивает. — Пошли, выпьем где-нибудь кофе, — предлагает Пак.       — Пошли, — улыбается парень с шоколадной шевелюрой. — Только не здесь, — указывает рукой на ресторан, — меня уже тошнит от этого места.       — Хорошо, я знаю здесь недалеко миленькую кафешку — думаю, тебе понравится.       — Давай, только пойдём пешком, я хочу прогуляться.       — Хорошо, — вторит Чимин, оглядываясь на свою машину. Он вспоминает, что не гулял вот так просто уже очень давно и это даже странно.

♤♤♤

      Они медленно идут через парк, усыпанный зеленью. Кроны больших деревьев создают арку из листвы, кустарники и трава насыщают лёгкие бескрайним количеством кислорода. Некоторое время они идут в тишине, наслаждаясь этим. Чимин решает прервать молчание.       — Я давно в парке не гулял, даже уже забыл, как передвигаться на своих двоих.       — Хочешь сказать, вы с Чонгуком никогда… — говорит не подумав, но сразу осекается, — прости, он сказал… о вас.       — Да… Все наши путешествия с Чонгуком были, в основном, на машине или на другом транспорте. Я не фанат пеших дальних дистанций, знаешь ли, — улыбается Пак.       — Понимаю, — рассеянно говорит Тэхён.       А у самого так и чешется язык спросить, почему они больше не вместе. Но не решается, боится, что полезет не в своё дело. Так и идут некоторое время молча, пока серебристый не выдаёт:       — И долго ты ещё мариновать его будешь?       — В к-каком смысле? — Тэхён подозревает, что речь о Чоне.       — Тэхён, я понимаю, конечно, что можно немного повыделываться, построить из себя недотрогу, я не «против», даже «за», — солидарно кивает Чимин. — Но не столько же времени! Тебе не кажется, что уже хватит?       — Но я не… — пытается въехать Ким. — Чимин, ты не понимаешь, — он теряется. Говорить этого не стоит, но слова сами вырываются изо рта. Давно накипело. — Я не хочу быть для него просто сексом в любое время дня и ночи, — останавливается Ким, смотрит ему в глаза. — Для этого он может найти кого угодно, — чуть тише произносит парень, самому неприятно от своих слов, — я ему не нужен.       — Ты что, дурак, Тэхён? — где-то он уже это слышал. — Разуй глаза — если бы было так, как ты говоришь, он бы не искал тебя, не приходил, и не бегал бы, как дикий волк, потерявший свою волчицу, — пытается вдолбить Пак в бестолковую голову. — Ради всего святого, я больше не могу смотреть, как он себя изводит! День и ночь пропадает на работе, а когда совсем плохо, идёт ко мне заливать печаль. Я больше не могу пить, честное слово, пожалей мою печень!       Ким слегка улыбается, затем опять делается серьёзным.       — Не понимаю, как ты так легко можешь об этом говорить, после того, что между вами было?       Чимин вздыхает и снова продолжает идти по аллее.       — Наши отношения изначально были особенными. Мы никогда не были обычной парой, мы были чем-то большим, между нами сразу образовалась какая-то глубинная связь. Она с нами навсегда, её не разорвать, просто мы можем быть друг с другом в другом качестве, — задумчиво говорит Пак. — Давно пора было его отпустить, но я не мог, чего-то ждал… наверное тебя, — грустно улыбаясь, он берет Тэхёна за руку, никого не стесняясь. В такой момент захотелось ощутить его тепло.       Так они идут до самой кофейни. Тэхён не понимает, что чувствует сейчас. Его слова заставили задуматься, от них как-то спокойнее, что ли, стало. И тепло. Тепло от его руки, от его слов о Чонгуке и вообще от него всего тепло. Такого человека, как Чимин, он никогда не встречал, и вряд ли когда-нибудь встретит. Его душа открыта для близких людей, а сердце велико, как бескрайнее небо. И того, кто в него попадает, он любит без условий, не выставляя никаких границ и рамок. Тэхён вдруг понимает, что тоже удостоился такого места в сердце серебряного ангела.

♤♤♤

      Парни уже около часа сидят в кафе, болтают обо всём и не о чём, как раньше у них бывало. Они целый день пропадали в торговом центре и после изнурительных походов по бутикам, во время которых Чимин тут же скупал все понравившиеся Тэхёну, модели, останавливались в каком-нибудь уютном местечке перекусить. Ему не хватало тех бесед — в эти моменты Чимин очень нравился. С ним всегда есть о чём поговорить, он интересный. В это трудно поверить из-за его холодной внешности, но он даже неплохо шутит, что всегда веселило Кима. Но всё менялось, как только на горизонте появлялся Чонгук. Тэхён пытался, но никак не мог совладать со своей ревностью. А это ужасное и страшное чувство, которое разъедает серной кислотой все внутренности изнутри. Он бы никому не пожелал испытывать такое.       Место и правда оказалось уютным. Ким ни разу здесь не был, хотя оно находится недалеко от его работы. Но он возьмёт его себе на заметку, и как-нибудь обязательно пригласит сюда Джина, ведь это место так и создано для разговоров по душам.       — Чимин, я бы ещё раз хотел извиниться, за то, что… у нас так всё вышло, — Тэхён не может не сделать этого в глаза, хочет освободиться от неприятного гнетущего чувства. — Я повёл себя, как истеричка и…       — Перестань, — прерывает его серебристый. — Ты прекрасно понимаешь, что тебе не за что просить прощения, — Тэхён опускает голову, а парень берёт его за руку, убеждая. — Мы все совершаем что-то на эмоциях, но это не значит, что окружающие нас не понимают, — по-доброму смотрит в глаза Пак. — Я отлично понимаю тебя и твой поступок, ты любишь его, Тэхён, — парень округляет глаза, но тут же их опускает. Он глупец, если думал, что Чимин ничего не замечает. — Твоя ревность вполне оправдана, не стоить винить себя за это, — Чимин вздыхает. — Ты тоже стал мне дорог, правда. Но и я его люблю и хочу, чтобы он был счастлив, а с тобой его глаза светились как никогда, также… — говорит уже с совершенно серьёзным видом, — ты должен знать, что я никуда из его жизни не денусь, пока он сам меня об этом не попросит, и если ему понадобится — я буду рядом.       Тэхён слегка кивает.       — Как же это всё странно, — тихо говорит Тэ.       — В жизни ещё и не такое бывает, — чуть сжимает его руку Пак.       Их прерывает виброзвонок телефона Тэхёна и им приходится расцепиться. Официант отвечает, и по мере разговора закатывает глаза всё выше, говорит обречённое «хорошо» и завершает звонок.       — С работы. Завтра попросили выйти на две смены, опять рано вставать и кружиться до ночи с этими подносами, — вздыхает Ким. — Хорошо, что сегодня вечер свободен, — пытается радоваться тому, что имеет парень.       — Ну так в чём же дело? — заговорщицки приподнимает одну бровь Чимин. — Я давно предлагал уйти с этой работы, — Ким смотрит с удивлением. — Тот дом всё ещё ждёт своего дизайнера.       Тэхён, недоверчиво смотрит на парня. Глаза округляются, а широкая улыбка медленно начинает озарять всё лицо.       — Ты серьёзно? — тихонечко, чтобы не спугнуть накрывающую радость.       Чимин кивает с улыбкой. Ким не может усидеть от накативших эмоций и кидается обнимать Чимина.       — Это значит «да»? — утонув в объятиях, спрашивает Пак. И получает кивок головы возле уха.       Тэхён не собирается изображать, что ему неудобно принимать его предложение. Всё, хватит, он наприслуживал своё, и заслужил право не упускать шанс на работу своей мечты.       Прекрасная новость так украшает этот приятный вечер, что у впечатлительного официанта невольно образуются слёзки на глазах, которые он стряхивает частым порханием ресниц…