Love or sex for work

Мы едем уже минут двадцать без остановки. Я не помню этой дороги к его дому. Ноен, тебя считают психом смирись и отбывай свои последние дни в дурке, блять — Чейз, куда мы едем? — до последнего надеюсь, что это дорога к его дому. Что он правда стал снова хорошо ко мне относится. Кажется, всё тщетно — Домой, — он не знает больше слов. Закуривает сигарету и вдыхает дым. Открывает окно, вытягивая руку. Мне всегда было страшно это делать, потому что вдруг какая-то встречная машина оторвёт мне руку или, например, олень, выбежет из леса. Да, Ноен, он везёт тебя в центр города и тут обязательно пробежит олень, не забудь приготовить камеру — Можно? — я протягиваю руку к сигарете. Он хмыкает, я, примерно, представляю, что он скажет — Наркотики уже не вставляют? — я принимаю никотиновую палочку из его холодных рук своими трясущимися пальцами. Зажимаю между губ и вдыхаю, втягиваю этот запах черники — У тебя раньше были вишнёвые, мне они больше нравились, — я игнорирую вопрос, не хочу скандал или лишних слёз, но ещё одна его такая выходка и они польются, затопляя всё — А ты раньше не употреблял, такой ты мне нравился больше, — я молчу, слёзы сами проступают, падая на щёки. Не знаю, почему мне так плохо от его слов. Не знаю, почему я так себя терзаю мыслями о том, чего не делал. А может я так долго был под наркотой, что забыл что принимаю? Бред какой-то. Мне кажется, отрицать бесполезно то, что говорит Чейз. Он всё равно не верит — Или ты закидывался раньше, чем мы познакомились? Отвечай — Чейз, я же говорил - не употреблял ни раз, — он не смотрит на меня, я настолько ему противен, что он даже не соизволил опустить на меня свои глаза. Ноен, ты жалкий — Тема закрыта. Уже давно Снова молчание, снова пустые слёзы и неслышные всхлипы. Снова сигарета и всё по новой плохо. Всё по новой. Разочарование и страх. Страх потерять единственного близкого человека, за всю свою жизнь. Блядство, лучше бы мы не ехали в этот ебаный дом, к этому ебаному Гейджу Мы подъезжаем, но я уже ничего не чувствую, не слышу и не вижу. Заснул. Погрузился в сон впервые за пару дней. Тепло, не хочется уходить отсюда. Чувствую, как такие родные руки поднимают меня, вытаскивая из машины, и закрывают дверь еле слышно. Мне уже похуй, пусть правда в психушку Слышу стук двери, совсем не стеклянной как в больницах. Через сон пробираются звуки шагов, как по деревянной лестнице, например, или что-то типа того. Слышу открывающуюся дверь и что-то мягкое под собой. Минута и я лежу на кровати. Не хочу просыпаться, мне так тепло и хорошо. С этим домом столько воспоминаний и эмоций, что забываю про недавно случившееся. Немного просыпаюсь и чувствую такую пустоту, которая была со мной на протяжении всей жизни,пока не встретился с Чейзом. Чувствую лишь пальцы, которые отпускают мою руку и мои жалкие попытки остановить его, но всё тщетно. Он снова оставляет меня одного Просыпаюсь через минут двадцать после приезда и спускаюсь вниз. На первом этаже ни шороха, ни звука - ничего. Кажется, он уехал. Нет. Он лежит на диване под пледом. Под ним мы укрывались, смотря кино. Я подхожу, сажусь и глажу его по голове, перебирая волосы. Моя рука зацепляется в замок из его рук, обхватывая и прижимая к себе. Поцелуи лёгкие, можно сказать, незаметные, но так греют душу. Хоть во сне он, наверное, счастлив, если так себя ведёт. Хоть пока он спит, я побуду счастливым и немного ближе со своим счастьем, которое почему-то отдаляется с каждым днём от меня. А может, во сне он целует совсем другого человека, а не меня? И не важно, парень или девушка, главное, что на их месте должен быть я. А может и нет? Может, ему плохо со мной? Я одёргиваю руку, пробуждая от крепкого сна Чейза, который вообще не понимает, что происходит — Ты чего здесь делаешь? Иди спи, — он трёт переносицу, жмуря глаза. Я поправляю ему волосы, но моя рука резко перехватывается. Ему не нравится — Чейз, ответь. Только честно, хорошо? — он не отвечает, не хочет говорить, но кивает, — Ты меня любишь? Или то, что между нами было это для развлечения? — У меня встречный вопрос. Когда ты познакомился со мной, ты уже принимал? — Я же сказал то, что никогда не принимал — Хватит мне мозг ебать, Юбэнкс, — он кричит, срывается — Чейзи, я правда тебе не вру — Я тебя убью, Ноен. Как ты можешь врать, когда я знаю, что ты принимал, как? Как можно быть настолько отчаянным и самоуверенным в своей лжи? — Давай, ударь меня. Если это поможет - бей, — я подставляю щеку под размашистую ладонь — Да ты ёбнутый, — он вскакивает с места, зарываясь руками в причёску — Чейз, — я поднимаюсь, хватая его за руку, — Помнишь тогда, в машине, ты сам сказал, что мы будем говорить друг другу правду. Ты сам попросил меня. Мы пообещали говорить друг другу правду, Чейз. Я тебя не обманывал никогда, а после того раза вообще бы не осмелился этого сделать — Ты правда считаешь эту клятву такой значимой? Ты правда думаешь, что она неистово как отразится на жизни? — То есть, ты бы не посмотрел на все эти слова, которые сам же сказал, и обманывал меня? Ты меня обманывал? Чейз, правда? — он выхватывает руку, а я плетусь в ванную, он даже не останавливает меня, заваривает себе чай. А я уже наполняю ванну водой, надо охладится. Как хорошо, что сейчас я в том худи, в котором ходил в магазин с Гейджем. Как хорошо, что сейчас я смогу забыться во всем