Сгорит всё ложное, а с ними и лжецы...

***

      Вскинув голову, Драко долго всматривался в умиротворённое лицо своего оппонента. Чем спокойнее выглядел Поттер, тем более сильное напряжение сковывало Малфоя. Он никак не мог понять причину подобной беспечности со стороны того, кого вот — вот может настигнуть смерть.       «Может… это как — то связано с тем, что он хочет мне сказать?» — подумал аристократ, примеряя в голове любой из возможных путей отхода, который себе заранее мог обеспечить избранный.       — И о чём же ты мне хочешь рассказать столь тайном, что я не должен тебя убивать? Несмотря на то, что выиграл этот бой, — стараясь сделать более безучастный вид, спросил Драко, на несколько шагов отходя от Поттера, который слегка приподнялся.       — Когда все факультеты Хогвартса в замешательстве выбирали себе сторону, они не понимали того, что она уже давно была избрана за каждого из нас, — начал Гарри, облизывая пересохшие губы, — дело не в сумасшедшем старике, который занимал не своё место, везде ища выгоду. Дело даже не в Волан — де — Морте, как может показаться на первый взгляд.       — А в чём же? — недоверчиво прыснул Малфой, выжидательно складывая руки на груди, — и при чём здесь я?       — МЫ, — выделил Поттер, переведя взгляд на собеседника, — при чём здесь мы. Разделять нас с тобой сейчас ох как неразумно… Особенно когда эта касается нашего школьного существования.       Я видел в твоих воспоминаниях самые «острые» углы взаимоотношений с семьёй. У меня не лучше. Постоянные унижения со стороны единственных живых родственников, заставлявших меня ежедневно допускать в свою голову поистине грешные мысли.       Такому маленькому, несформировавшемуся ребёнку.       Пошатнули ли они меня?       Да.       Изменили ли они меня?       Да.       Как и тебя.       Наши пути, ещё не пересёкшиеся между собой уже были практически идентичными. Я должен был поступить на Слизерин, но детские страхи стать плохим пересилили меня.       Казалось, Гриффиндор — мой истинный путь, где я обрету не только душевный покой, но вместе с ним и себя самого.       Тем более… Твоя заносчивая физиономия при первом несостоявшемся знакомстве не внушила мне доверия. Ты был слишком груб и неаккуратен при разговоре со мной. Пытался показать своё лидерство и превосходство, но папочка не научил, что истинные союзники — это практически любовники нашей души, ведь с ними возникает столь сильная близость, которую не может пересилить ни что иное. Даже страх смерти.       Возможно, если бы ты начал разговор иначе и не в том месте… мы могли бы найти общий язык. Но после твоих детских слов о правильном и ложном, всякое желание пытаться взаимодействовать отпало, — замолчав на несколько мгновений, Поттер бросил взгляд на Малфоя, ожидая, что тот вот — вот перебьёт его, пытаясь вновь доказать свою правоту, но тот терпеливо молчал.       — Ты считаешь иначе? — добавил избранный, ожидая получить хоть какую — нибудь реакцию со стороны аристократа.       — Возможно, в твоих словах есть зерно истины, — с трудом выдавил из себя парень, не стремясь поддерживать откровения противника.       — Хорошо что ты не противишься этому, — мотнул головой Поттер, вытирая побледневшее лицо, -думаю, я мог бы рассказать тебе о том, что и мои родственники были иными. Более приближёнными к тьме и даже я сам не знал об этом. А когда узнал… не вышло ничего хорошего. Так же, как и с тобой.       — О чём ты? — непонимающе вскинув бровь, бросил Драко, а Гарри лишь горько ухмыльнулся уголками губ.       На некоторое время в воздухе повисла напряжённая тишина.       Каждый из волшебников чувствовал это, но не спешил прерывать воцарившееся безмолвие словно оно являлось той пропастью, через которую можно перешагнуть один единственный раз.       Только в одну сторону.       — Я о том, что мой отец — твой драгоценный декан, — отчеканил Поттер, словно вырезая каждое слово на куске гранитного камня, который должен был их увековечить.       — Чего?.. — прошептал Малфой, глаза которого резко распахнулись, выдавая каждую каплю пронзившего его душу изумления и шока, — что ты несёшь?!       — Правду. К сожалению или счастью.       — Снегг не может быть твоим отцом! — яростно выкрикнул Драко, но на последних словах его голос предательски выдал едва заметные нотки ревности, которые не остались незамеченными для прищурившегося мракоборца.       — Думаешь, тёмный не мог по молодости согрешить? — полуулыбка коснулась его губ, но быстро исчезла, приведя аристократа в ещё большее замешательство.       — Он не такой! — выпалил парень, но быстро поджал губы, понимая, насколько глупо прозвучали его слова.       — Не такой? — повторил волшебник, — в смысле, не человечный, не способный любить? — не услышав ответа на свой вопрос, Поттер продолжил, — сейчас мне почему — то не хочется тебе лгать. Северус давно любил мою мать. Это долгая история с многочисленными элементами мелодрамы и драмы, но рассказывать это «душераздирание» у меня нет никакого желания, так как быть вместе, как ты уже понял, они не смогли. Зато смогли проявить свою любовь по отношению друг к другу. Её плод сидит перед тобой на земле, рассказывая эту милую историю, — состроив обаятельную мордашку, театрально кивнул головой избранный.       — Нет. Не верю… Ты пытаешься отсрочить свою участь и мой исход победителя. Ты лжёшь… — снизив тон практически шёпотом ответил Драко, кончиками пальцев смахивая сбившиеся на лоб волосы, покрывшиеся грязью от недавнего сражения.       — Подойди, — неожиданно скомандовал Гарри, и его соперник повиновался, — присядь рядом.       Сев на корточки напротив волшебника, Малфой замер в ожидании, сам не понимая почему с такой лёгкостью решился пойти на столь близкий контакт.       Протянув руку к аристократу, гриффиндорец бережно коснулся покрывшегося испариной лба с которого тот недавно смахивал волосы и произнёс несколько невнятных слов. Тело Малфоя содрогнулось, а из груди раздался всхлип, сменившийся хрипением.       В сознании, против его воли, яркими всполохами возникали видения о событиях в истинность которых он никогда бы не мог поверить. Жадно рассматривая каждый фрагмент, юноша словно стремился за несколько мгновений сложить в своей голове пазл собственной жизни и жизни своего врага.       Лишь последнее видение коснулось внутреннего взора Малфоя, он не нашёл слов чтобы выразить увиденное.       Переведя дыхание от приложенных усилий, Поттер внимательно всматривался в лицо собеседника.       — Ну что, теперь веришь мне?..       — Чёрт… чёрт… — вторил Драко, покачиваясь из стороны в сторону и не фокусируя взгляд на чём — то одном, — не знаю почему, но верю… Но… как?..       — Когда Волан — де — Морт убил мою мать и отца, точнее, Джеймса, во мне уже присутствовала кровь тех древних магов, которыми, как выяснилось, являлись Лили и Северус.       Их сила уже текла по моим венам, пронзая рассудок неразумного ребёнка, а потом… меня коснулось непростительное заклятье Тёмного Лорда, вложившего в тело часть своей души. Представляешь насколько смертоносная смесь бушевала во мне? Никто так и не смог догадаться, что даже будучи и не совсем обыкновенным ребёнком, у меня не было ни единого шанса выжить с точки зрения соотношения между собой магических сил.       Я был слишком слаб и мал чтобы часть его души с такой лёгкостью существовала во мне. Неужели ты думаешь, он сразу не почувствовал бы в себе отсутствия части собственной силы к обладанию которой с таким рвением стремился всю свою жизнь?       Слишком наивно… Слишком глупо для Тёмного Лорда.       Но вот Северус и Лили… Их сила органично сплелась во мне, стала негласной защитой от всего, что могло бы мне навредить.       Знал бы ты как её мечтали заполучить иные маги… И Дамблдор…       Суть избранного заключается не в том что я пережил непростительное заклятье, а в той силе, что изначально была передана мне настоящими родителями. Именно из — за неё Волан — де — Морт желал впоследствии уничтожить меня. Ликвидировать самый главный источник опасности.       Поэтому Дамблдор использовал однажды Джеймса… Он желал стать первым обладателем той силы чтобы Том Реддл никогда не смог соперничать с ним.       Именно поэтому Джеймс не смог сразиться с Волан — де — Мортом и спасти семью. Он не обладал необходимым количеством силы чтобы попросту выступить в одном поединке против Тёмного, задержать его.       А моя мать… благодаря своей силе смогла стать живым щитом, которым она укрыла самое дорогое наследие — меня. В тот самый момент, когда заклятье Волан — де — Морта коснулось её души, приворотное зелье отданное Дамблдором Джеймсу — пало. Сила матери нашла свой выход и смогла отгородить от повторного наступления Тёмного Лорда, который побоялся наступать.       Он не смог бы разрушить последнее магическое действо Лили, которым она спасла мою жизнь.       Когда Дамблдор узнал о происшествии и единственном выжившем, у него не осталось сомнений, что именно я унаследовал силу. Поэтому он принял решение сначала спрятать меня в мире маглов чтобы обдумать дальнейший план и найти источник второй силы, а потом, использовать меня для собственной защиты.       Он не смог найти Северуса, но смог одурачить меня… — глубоко вдохнув воздух, Гарри замолчал.       Из его облика исчезла та первоначальная дикость, которая присутствовала при сражении и насмехательстве над Драко. На её место пришла странная грусть, отражавшаяся глубоко в глазах мага, вновь испытавшего все события собственной жизни о которых ранее он не подозревал.       — Как давно ты знаешь это?.. — прошептал Малфой, переводя ошеломлённый взгляд на Поттера.       — Когда наложенные на меня заклинания прекратили свои действия… А потом… после ссоры с Гермионой. Во мне что — то оборвалось и… состояние шока, который я испытал впервые как узнал правду. Мне пришлось узнать её вновь. Я желал лишь побыть наедине с собой, разобраться с увиденным и услышанным чтобы наконец ответить себе на вопрос: «на чьей ты стороне, Гарри?», но… появился ты и напал на меня.       Разговор с тобой стал очередным триггером.       И вновь тьма.       Вновь новая правда и неожиданная, всепоглощающая ненависть, испивающая меня до краёв.       — Чёрт… Проклятье… — схватился за голову аристократ, пытаясь обдумать только что услышанные слова. В голове продолжали крутиться отдалённые отголоски истории из истинной жизни избранного, о которой никто не подозревал.       Даже он сам. Даже его отец.       «Почему тогда я подошёл к нему?.. Почему решил знакомиться? Что за дьявол…» — пронеслось в голове Драко, но сумасшедшее буйство мыслей было прервано словами Поттера:       — Но знаешь… Есть ещё один момент, который не поддаётся моему пониманию…