Паучья сеть

      Война заканчивается, а вместе с ней прекращает свое существование и организация охотников на демонов. Бывшим мечникам приходится приспосабливаться к новой, мирной жизни, где не нужно спать, держа под рукой катану и жертвовать собой ради других людей. Танджиро и Незуко приводят Руи в небольшую, но достаточно оживленную деревушку, расположенную в долине у излучины реки. Климат здесь мягкий и теплый, солнце не скрыто за тяжелыми облаками большую часть года, а зимой нет пронизывающего ветра и затяжных снегопадов. Так непохоже на то место, где он родился и вырос.       Каждый рассвет Руи встречает на улице. Стены небольшого, но уютного дома не давят и не причиняют дискомфорта, но он столько лет прожил в тени, не смея и шагу ступить за порог, что восполняет утраченное время с лихвой. Только сейчас он в полной мере осознает, как сильно тосковал по теплым солнечным лучам, ласкающим лицо, и ярким краскам природы, которые с наступлением ночи темнеют, становясь неотличимыми друг от друга. Незуко всегда составляет ему компанию — несмотря на то, что она стала единственным демоном, победившим проклятие, за годы, проведенные в ящике, по солнцу истосковалась и она. К тому же, ей только в радость составить компанию своему названому старшему брату.       Танджиро и Незуко рассказывают ему обо всем, что случилось в мире за время их отсутствия. Оказывается, с того дня, как Танджиро отправился на поиски средства, способного вернуть Незуко человеческий облик, прошел целый год. Сначала был запоздалый суд над Танджиро, где выяснялась его причастность к укрывательству сестры-демона, затем череда заданий, изнурительные тренировки и после всего — сражения с высшими лунами и их создателем.       Когда Танджиро говорит о смертях товарищей, его взгляд наполняется такой пронзительной болью и тоской, что Руи ничего не спрашивает, а просто крепко обнимает его, чувствуя дрожь чужого тела. Как бы Танджиро ни улыбался и ни пытался казаться счастливым, боль от потери близких за улыбкой спрятать невозможно. Рано или поздно она все равно выльется наружу.       Руи помнит Незуко-демона, но, будучи человеком, она открывается ему с новой, совершенно незнакомой доселе стороны. Оказывается, у нее красивый голос, который хочется слушать и слушать, а смех звонкий и ужасно заразительный. Руи может разговаривать с ней часами — и молчать тоже.       Лишившись демонической крови, он больше не владеет искусством создания паутины, но Незуко где-то находит прочные полупрозрачные нити и в один день торжественно вручает их ему. Оказывается, его руки не забыли, как из простых ниток создавать нечто куда более красивое. Незуко наблюдает за получившимися узорами все с тем же неподдельным восхищением во взгляде и говорит, что у него настоящий талант. Руи только скромно улыбается. Ее похвала — лучшая из возможных наград.       На свой шестнадцатый день рождения Незуко получает новое кимоно — сиреневое, расшитое золотыми лилиями. Она радуется, как маленькая девочка, едва ли не прыгает от счастья, а Танджиро и Руи наблюдают за ней с умилением во взглядах. Для них обоих важно, чтобы она просто была счастлива и с улыбкой встречала каждый новый день.       К ним в гости довольно часто приходят другие охотники, и Танджиро с непроницаемым выражением лица представляет Руи как своего дальнего родственника. У его товарищей это не вызывает никаких подозрений, и никто из них даже не догадывается, что находится рядом с бывшим слугой их заклятого врага, в борьбе с которым погибло бессчетное количество людей. Руи чувствует себя отвратительно, и едкая вина точит его изнутри, мешая спать, думать и даже спокойно дышать. Ему кажется, будто он поступает так, как поступать не должен.       Однажды он пытается заговорить об этом с Танджиро, но тот лишь качает головой и твердо произносит: — Все это осталось в прошлом. Отныне мы одна семья и по-другому быть не может.       Руи не спорит. Он покорно соглашается, признавая правоту Танджиро, и больше к этой теме они не возвращаются. К нему относятся с теплотой, как к обычному человеку, заслуживающему любви, никто не видит в нем кровожадную тварь, которую нужно убить, и Руи наконец-то ощущает себя нужным. Пусть никто из этих людей не знает о нем правды, Танджиро абсолютно прав. Прошлое нужно оставить в прошлом.       Уже спустя неделю или две Руи запоминает каждого из друзей Танджиро, ведь видит их едва ли не каждый день. Светловолосый паренек по имени Зеницу постоянно крутится возле Незуко, забавно краснеет, засыпая ее комплиментами и самодельными подарками, и его настойчивости и неиссякаемому энтузиазму можно только позавидовать. Иноске, мальчишка с кабаньей головой, ведет себя слишком шумно, постоянно кричит и хохочет, а еще носится по дому, словно угорелый, доставая Зеницу, а после получает за это вполне заслуженные тумаки от Канао, чье кимоно украшено рисунком, напоминающим узор крыльев бабочки.       Помимо неизменной троицы приходит еще один парень, что смотрит на Руи пристально, не мигая. Кажется, что эти равнодушные синие глаза прожигают насквозь. У него нет правой руки, и не нужно быть гением, чтобы догадаться, при каких обстоятельствах он ее лишился. Его зовут Гию Томиока, и при взгляде на этого человека вдоль позвоночника змеится липкий страх, заползает под кожу и добирается до сердца, стискивая его когтистой лапой. Руи не может избавиться от мысли, будто где-то с ним встречался, и иррациональное чувство смутной тревоги подавить не получается. Потому он старается держаться на расстоянии. Мало ли что.       Так проходят дни, недели, месяцы, сливаясь в бесконечную вереницу разноцветных мгновений. Руи пытается запомнить каждое из них, но человеческая память избирательна и несовершенна, и многое он забывает. Незуко смотрит на него и смеется, говорит, чтобы не переживал по пустякам, ведь таких моментов у них будет еще очень много, и Танджиро с улыбкой подтверждает ее слова.       Глядя на них, таких родных и счастливых, Руи понимает так просто и легко: он больше не одинок, ведь рядом с ним — настоящая семья, которую он так отчаянно искал на протяжении многих лет.       Теперь он наконец-то дома.