venus

Был он красив, молод и ясен, как предрассветный луч. Знали его, как сына Эос — Богини утренней зари, и ходили о нем легенды. Славные и бравые, будто был он храбрым воином и помощником Божьим. Многие знали его под разными именами — возносился он в небо перед Светилом небесным, люди кликали его Фосфором. Появлялся он после Солнца — молва звала его Эосфором. Терялся в ночной темноте на небосклоне, земные странники называли его Геспером — вечерней звездой. Любили люди его за доброту и искренность, что всегда дарил им Геспер, и улыбка была его мягкой и дурманящей. Всевышний считал его своей правой рукой и безмерно доверял ему, будто родному сыну, и не знали на Небесах невзгод и тревог — все мог разрешить Геспер речами своими сладкими да песнями мелодичными. Учились пению у него соловьи, кенары и жаворонки, чтобы дарить музыку и тварям земным. Были у Геспера ученики-ангелы, которые помогали ему и которых учил он талантливо и успешно. Дарил им свои знания безвозмездно и доброту сердца своего, пока однажды не поселилась в светлой голове Эосфора дума червоточная. Надоело ему быть Денницей Господа Бога и возжелал он платы за свои труды и страдания. Первыми перестали прилетать к нему птицы певчие, и стали люди на Земле жаловаться на тишину и отсутствие песен переливчатых, а потому Всевышний заметил недовольство молвы, всегда его восхваляющей. — Скажи мне, Сын мой, чем же недоволен ты? Голос Господа разверзся раскатами грома и молний на Небесах, и попрятались все твари земные да люд смертный по домам и пещерам в ожидании кары небесной. — Да простит меня Отец мой, но желаю я плату за старания свои. Взгляд Геспера был горд и остр, не преклонил колени он перед Всевышним и не отвел глаза, как делали это другие Божества и Ангелы. — Корысть должна быть чужда сердцу твоему. Нахмурился Эосфор, слыша слова эти, но лишь разгневался на Господа. — Люди неблагодарны. Сколько столетий дарил я им любовь свою, но как только не увидели они исполнения желаний своих, то сразу гонцы принесли жалобы их прямо к Тебе. — Не бывает Добра без Зла, Сын мой. Демоны всегда чутки и знают, когда нужно закидывать сети свои. Сегодня алчный Маммон насытился из-за деяний твоих, и должен ты понести наказание. — Это разве дар Божий, какому Ты учил меня, Всевышний? Сила любви и альтруизма в сердце моем, но я должен нести наказание? Возмущение прибавилось к червоточине, и начало грызть Геспера чувство несправедливости за действия Господа Бога. Проснулись в Ангеле злость и гордость, и топнул ногой он так сильно, что колыхнулись поля и леса на Земле. — Слышу я Демонов в голове твоей, Эосфор. Слишком быстро ты поддался искушению на речи их сладострастные, нет тебе места отныне на Небесах. Раскололся Небосвод на осколки кровавые, и исчез Всевышний. Темень кромешная обрушилась на Геспера, но душа его не поддалась раскаянию, а лишь сильнее разгневалась. Свет Эос не проникал в глубины огненные, и поблек Эосфор, глядя на врата Преисподней.