Мой личный доктор

— Маринетт Томовна, с этого дня у Вас, дорогая моя, новая служебная обязанность, — со всем подчтением проговорил Маркус Никифорович, поправляя очки на переносице. — Вас наняли в качестве личного доктора для Агреста Адриана Габриэловича, — с долькой сожаления произнёс мужчина, смотря на ошарашенную девушку. — Что? — ужаснулась она, широко раскрыв глаза и приоткрыв рот. — Вы же пошутили?       С этого дня началась удивительная жизнь Маринетт Дюпен-Чен, фельдшера и вместе с тем хирурга по образованию. Ей двадцать семь лет, а она уже выдающийся доктор, молодая и амбициозная девушка с тёмными волосами синего отлива и большими голубыми глазами. Её миловидные черты лица делали обладателицу спортивной фигуры невероятно красивой. Скулы, что были отчётливо выражены, создавали впечатление о ней как о дерзкой особе, но, в частности, нотки дерзости в ней были, что только привлекали внимание многих. Губы, достаточно пухлые от рождения, были неотъемлемой её частью, всегда нежно-розового оттенка. Немного вздёрнутый носик говорил о том, что она всегда добивается своего, идёт до конца, пока не достигнет цели и не получит желаемый результат. Таким был её отец, сильным и бойким мужчиной, но в то же время мудрым и справедливым, поэтому не удивительно, что дочь такая целеустремлённая и умная девушка. От матери Дюпен-Чен унаследовала внешность и некую мягкость в своём характере, что лишь придавало женственности этой чуткой особе.       Ну и наградила же её судьба таким наглый пациентом, как Адриан Агрест, мажорчик-красавчик с яркими изумрудными очами, сводящими всех с ума, и русыми волосами с отливом золота. Он, конечно, желанный парень для многих девиц, но в свои двадцать восемь может мёртвого воскресить лишь парочкой слов, сказанных в его адрес. Имеющий спортивное телосложение, он крайне злоупотреблял курением и алкоголем, но всегда оставался на высоте. Имея проблемы со здоровьем, молодой Агрест совсем не печалиться и живёт на полную катушку. Да, природа совсем не обделила парня красотой: выраженные скулы, что идут всем людям мужского пола без исключения, придавали парню сексуальности, идеальной пухлости губы, а также белейшие зубы, лишь растянувшись в улыбке, кидали то в жар то в холод, возбуждая до корней волос. Идеальное телосложение с ярко выраженной мускулатурой заставляла ноги подкоситься, а сердце биться чаще, совершенно сбив дыхание. От матери Адриан унаследовал этот дивный цвет глаз и некоторые черты лица, а от отца, который печётся о сыне каждый божий день, лишь стоимость характера и выносливость, что, конечно, были важными для парня. Несмотря на популярность, парень не состоял в отношениях, были лишь временные… девочки по вызову.       Маринетт обречённо вздохнула, сев в компьютерное кресло синего цвета. Работать на этого нахала совсем не хотелось. Но ситуацию никак нельзя изменить, это её долг, призвание, обязанность. Тем не менее она дала клятву Гиппократа, и девушка не намерена нарушать её из-за какого-то мажора с ужасным характером. Ей придётся оставить больницу и днями напролёт следить за Адрианом, ухаживать, давать лекарства и использовать разнообразные методы лечения. Но что самое интересное и устрашающее так это то, что в доме у Агреста было уже пять докторов, но все они находились с ним не больше двух недель.       В глубине души Дюпен-Чен очень хотела узнать причину быстрого исчезновения докторов из дома Адриана, но так же ей совершенно не хотелось лезть в чужие дела. Возможно, она будет той, кто излечит Адриана Габриэловича. Такую уж сама себе поставила девушка цель и отступать не в её силах.       Уже завтра за Маринетт приедет автомобиль, который увезёт её в логово зверя. Да, Дюпен-Чен знала, что её ожидает нелёгкая работёнка, но в какой-то степени ей это нравилось, ведь покровительница скальпеля и стетоскопа никогда не искала лёгких путей, полностью погружаясь в любимую работу, к которой она проявляла интерес с самого детства, леча своих кукол, давая им микстуры от кашля и так далее. А позже учёба, отнимавшая уйму времени и все силы, но дабы достичь цели она выкладывалась на полную. И вот сейчас все знают личность Маринетт Дюпен-Чен, признавая одной из лучших. На счету у неё больше десяти сложнейших операции, которые прошли успешно, а пациенты были неимоверно рады, многократно благодаря девушку.       И лишь Натаниэль, её молодой человек, не одобрял выбор профессии любимой девушки, вечно переживая за неё, ведь бессонные ночи, что она проводила в больнице, сказывались и на её здоровье. Этот рыжеволосый парень с такими глубокими синими глазами пленил сердечко голубоглазой леди два года назад, когда им обоим было по двадцать пять лет. Он заботливый и добрый, но жуткий собственник и просто серьёзный человек. Ругая любимую за безалаберное отношение к себе самой, он одаривал её любимыми цветами и набирал тёплую ванну, дабы молодая докторша могла отдохнуть. В свои двадцать семь лет парень работает в модельном агентстве, хорошо зарабатывая. Но в его работе был минус, из-за чего Дюпен часто ругалась и, бывало, обижалась.Многочисленные командировки в разные города, а порой и страны отдаляли Кутцберга каждый раз с новой силой. Переживая из-за этого, девушка просто не могла уснуть, зная, что на следующий день он вновь покинет её на неделю, а бывало и на месяц, оставляя её одну в огромном доме. И лишь её любимый кот Феликс был утешением в эти дни, такой пушистый серый комочек счастья, радовавший синевласку раз за разом.       По возвращению домой после нелёгкого рабочего дня Маринетт первым делом пошла в душ, где в это время пребывал её любимый. Он не ждал её в такое время, обычно девушка приходила поздно. Надев халат, синевласка тихо зашла в ванную комнату. В душевой кабине виднелся силуэт рыжеволосого. Из-за звука воды он не услышал как девушка зашла в кабинку.       Её руки плавно и нежно обвили торс Натаниэля, после чего она прижалась к нему всем телом. Развернувшись, парень поцеловал её в висок, крепко обняв. — Неужели ты так рано вернулась? — он приподнял её лицо за подбородок, с нежностью посмотрев в эти васильковые очи. — Я соскучился. — Да, сегодня пораньше, любимый мой, — она встала на цыпочки и прильнула к его губам. Боже, как она любит этого огненноволосого парня, который заботиться о ней, уважает и любит самой чистой любовью. Голубоглазая брюнетка рада судьбе за такой щедрый подарок в качестве любимого. Она вспомнила тёплые воспоминания, которые будоражили каждый сантиметр её тела.       Маринетт шла домой после тяжёлого рабочего дня. Голова раскалывалась, а ноги совсем не держали. На улице было темно, но людей было много, в основном влюблённых парочек с их сопливыми страстями, как, в прочем, считала Дюпен-Чен. В свои двадцать пять она ещё ни разу не состояла в отношениях, ведь всё время была занята учёбой, изнуряющей её молодой организм и разум, но и она сама не стремилась к тому, чтобы поскорее появился молодой человек. Её мысли были заняты одной лишь работой, что, конечно, сказывалось на её личной жизни.       Внезапно плечом она столкнулась с неким молодым человеком, сумка выпала из её рук, а из неё куча бумаг. Парень остановился, извинившись перед Маринетт, собрав всё выпавшее в её сумку и отдав ей. — Извините, — его синие глаза виновато окинули уставшую Дюпен. — Помочь? — без спроса он взял её под руку, улыбнувшись. — Не слишком ли ты напорист? — она попыталась высвободиться из его «хватки», но его слова остановили девушку. — Меня отец учил тому, что если тебе понравилась девушка, то ты должен просто забрать её, ведь своё без спроса берут, — ветерок развивал его рыжие волосы, делая его таким красивым, что Маринетт невольно засмотрелась на него. — Да и я провинился перед вами, милая леди, — произнёс он, закончив свою речь. Чен улыбнулась.       Да, именно таким было их знакомство, до жути романтичным и милым. А потом всё закрутилось, завертелось, вспыхнули настоящие взаимные чувства, и вот, теперь они вместе уже как два года. — Сильно устала? — поинтересовался парень после того, как они вышли из душа, заматывая торс белым махровым полотенцем. — Немного, а ты что-то хотел? — подойдя к зеркалу, Маринетт посмотрела в своё отражение. Без косметики она такая красивая, невинная и милая. — Сходим в парк или в ресторан? — обняв её со спины, парень смотрел в отражение в зеркале, улыбаясь во все тридцать два. Хоть синевласка и устала, но с ним она готова пойти куда угодно и когда угодно. Кивнув, девушка сразу пошла собираться, начиная с сушки волос.       Надев изящное серое обтягивающее платье с чёрными кружевными короткими рукавами и гипюром, девушка заколола волосы цвета ночного неба большой белой заколкой, оставив пару прядок у лица, что делало её необычайно женственной особой. Тонкая золотая цепочка, подаренная Натаниэлем, делала Дюпен-Чен обворожительной красавицей из тех самых сказок о таинственных красотках. Чёрные туфли на высоком каблуке возвышали девушку, подчёркивали её высокое положение.       Натаниэль же особо не церемонился, надев синий деловой костюм с чёрным галстуком и белоснежную рубашку. Наручные часы придавали изюминку образу рыжеволосого, он казался принцем с прекрасными ярко-синими глазами. Чёрные лакированные туфли придавали некого пафоса в образ Кутцберга. Он прекрасен…       Усадив любимую в автомобиль, парень завёл его и уже через десять минут они сидели в ресторане. Множество комплиментов были адресованы Маринетт, но также и завистливых взглядов как в её сторону так и в сторону Кутцберга. Они оба были знамениты, каждый прохожий знал профессионального хирурга и знаменитейшую модель, так часто запечатлённого во всех модных журналах.       Но… ей нужен лишь его взгляд, лишь его слова, лишь он. Ведь он смысл её жизни. Натаниэля же также не интересовали другие женщины, лучше Маринетт всё равно не найти. Она его судьба…       В этот момент она вспомнила, что совершенно забыла сказать о том, что становится личным доктором Агреста, босса модельного агентства, в котором и работает её парень, а также по совместительству директором компании «Agreste». Как бы не хотелось нарушать эту романтичную идиллию другими, совсем неположительными новостями, но придётся, ибо скрывать это нельзя. — Нат, совсем забыла сказать, — скромно начала она, отложив столовые приборы, — Завтра я работаю на Агреста в должности его личного доктора, — её голубые глаза внимательно рассматривали выражение лица синеглазого, который чуть не подавился от услышанного. — Ты серьёзно? — его взгляд был встревоженным. — Милая моя, скажи, что ты пошутила, — он попытался улыбнуться, но новость любимой не на шутку напугала его. — К сожалению нет. Адриан Габриэлович попросил Маркуса Никифоровича назначить в доктора именно меня. А подвести всех просто не могу, ведь ты понимаешь, что Агрест элитный пациент, принесёт много прибыли нашей больнице, тогда мы точно станем самой посещаемой клиникой. Это моя работа. — Твоя работа лечить, а не работать на клинику, при этом изнемогая от такого человека, как Адриан. Увольняйся! — настойчивости Натаниэля не было предела. — Агрест тот ещё извращенец. Уверен, ты ему нужна не как доктор… — Ты на что намекаешь? — это разозлила Дюпен. — Ты хоть сам понимаешь то, о чём говоришь? Бросить всё то, к чему я так долго шла, чему отдала пол жизни? Натаниэль, я тебя, конечно, люблю, но это слишком! — она встала из-за стола и направилась к выходу из ресторана. На эмоциях девушка совсем не смотрела куда идёт и случайно столкнулась с посетителем сия заведение. — Извините, я такая неловкая, — подняв взгляд на мужчину, Маринетт удивилась. — Смотри куда идёшь, милашка, — его яркие зелёные глаза оценивающе рассматривали маленькую очаровательную нарушительницу его покоя. — Ах, Адриан Габриэлович? Ещё раз извините, — девушка улыбнулась и последовала дальше. Но взгляд русоволосого парня был прикован к ней, её идеальному телу без единого изъяна и уверенной походке леди. — Адриан Габриэлович, Вы тоже здесь? — Кутцберг протянул руку своему боссу, что с неохотой пожал её в знак приветствия. — Извините, мне нужно идти… — парень быстро последовал за Чен, находящейся у выхода.       Ещё раз Адриан бросил взгляд в сторону парочки, ухмыльнувшись. Значит она и есть та самая докторша, которая и будет ближайшую пару месяцев проживать в его особняке, излечивать от болезней, берущим превосходство над ним и изнуряющих его тело дикой болью. Это первая его встреча с ней. В жизни она куда лучше, чем на фотографиях журналов, газет и так далее.       Но оставив эти мысли, парень последовал к столику, где сидела девушка с длинными светло-русыми волосами и небесного цвета глазами. На вид ей лет семнадцать, но она очень статная и красивая, как душой так и внешностью. Это сестра Адриана — Хлоя Агрест, единственная, которая и считает старшего брата дитём малым, неумеющим заботиться о себе и своём здоровье. — Кто та девушка, братец? — поправив платье сиреневого оттенка с белым поясом и тонкими лямками, проговорила девушка, расплывшись в хитрой улыбке. — Слыхала о знаменитом хирурге? — бокал вина мгновенно опустел. — Хм… Дюпен-Чен? — закинув ногу на ногу, Хлоя устремила взгляд прямо на парня. — Не может быть… Зная тебя и твой характер, дорогой братец, ты, верно, уже придумал план её похищения у Натаниэля, так? — Прижмись и ешь, малявка, — закрыв тему, Агрест принялся за еду. — Пф… Адриан, ты такой бесячий! Вот получишь у меня, — но зеленоглазый блондин решил проигнорировать слова сестры, что угрожала ему самым смешным образом.       Тем не менее Адриан любил Хлою, единственную, кто всегда заботилась о нём. Она жила с ним и заканчивала одиннадцатый класс, мечтая поступить в школу дизайнеров, дабы работать в компании отца. И любимый брат обязался помочь сестричке осуществить мечту в реальность. — Маринетт! Ты сумасшедшая? Ты вообще знаешь, кто он такой? Да ему от тебя ничего и не нужно будет, кроме секса! — парень схватил синевласку за запястье, притянув к себе. — Да что ты! Просто поехали домой. Я ничего не хочу слышать! — поуспокоившись, Дюпен устало выдохнула. — Нет уж, дорогая моя. Я тебе сказал, что ты остаёшься дома с завтрашнего дня! Надеюсь, ты послушаешь меня, а иначе это будет твоим недоверием ко мне, — он был серьёзен.       Девушка прекрасно понимала, что Кутцберг просто беспокоится за неё. Да и Агреста в самом деле стоит опасаться. Многие говорят, что Адриан сущий дьявол, но с таинственным взглядом ярко-изумрудных глаз. — Ты же знаешь, что бьёшь по больному месту, — синевласка отвернулась от парня, состроив печальный вид. — Маринетт, — синий пиджак парня аккуратно расположился на её, казалось, хрупких плечах, а руки нежно обвили её талию прижав к себе. — Ты же знаешь, что я желаю тебе лучшего. Просто послушай меня, ты же не маленькая девочка, должна понимать… Адриан холостяк, ему будет по вкусу такая девушка. — Натаниэль, — стоя к нему спиной, она убрала его руки и направилась к машине. — Ты хочешь, чтобы я так просто всё бросила? — это были последние её слова. Она не собиралась спорить с ним, ведь знала, что спор ни к чему хорошему не приведёт, тем более спорить с этим парнем просто бесполезно, он всегда выигрывал.       Как бы Кутцберг не пытался заговорить с девушкой, она просто игнорировала. Он знал, что вот так просто рушит её мечту, к которой она так долго шла, упорным трудом готовилась стать врачом, а теперь… Но также он знал, что она не отступит, а что предпринять, дабы остановить, защитить её? — Хватит обижаться, — Нат притянул синевласку к себе, крепко прижав к горячему телу. — Я же тебя люблю. — Перестань, — она попыталась выбраться из его хватки, но всё привело к тому, что она оказалась на кровати в его объятиях. — У меня нет настроения, я хочу спать, — Дюпен-Чен прямо сказала, что ничего от него сейчас не хочет. Но парень был слишком настойчив, поэтому и не подумал отпускать любимую, поцеловав в висок, что она очень любила.       Голубоглазка смирилась с тем, что парень не отпустит её, поэтому она закрыла очи и погрузилась в мир Морфея…