Dead Space Мидквел

Дверь распахнулась с тихим механическим шелестом, и из тонущего в полумраке коридора ощутимо повеяло смертью. Не той сладковатой вонью гниения и медным духом крови, уже известным Мире, а чем-то совершенно неуловимым, но вместе с тем — явственным, отвратительным и пугающим. Девушка перехватила резак поудобней, слегка прижав спусковой крючок и вспарывая враждебную темень троицей бирюзовых лучиков. Шагнула в зев дверного проёма. Прицельные линии метнулись по бурой, словно бы ржавой стене, и замерли, подрагивая в ожидании. Мгновение — и девушка развернулась назад, полоснув бирюзой в другой конец коридора. Пойдя налево от мастерской, пропустив по пути ещё несколько таких же ремонтных комнат, можно было выйти к складским помещениям, где хранились мелкие запчасти, модульные узлы и электроника для ремонта ручного инструмента. Если пройти через эти склады, то можно будет добраться до погрузочных терминалов, а там — и до причальных доков совсем недалеко. Этот маршрут казался Мире наиболее оптимальным — наименьшим по расстоянию и, очень может быть, наименее опасным — на складах обычно не бывает много людей. Девушка прижалась спиной к стене — ощущала себя уверенней, когда тыл был прикрыт — и парой движений вызвала на голопанели перед собой план комплекса. Предположение оказалось верным — выбранный ей маршрут был своего рода одной из основных пешеходных магистралей. На плане было указано немало технических ходов, что могли бы помочь ещё больше сократить путь, но девушка не хотела рисковать. У неё не было не только соответствующего допуска, но даже мастер-ключа, поэтому была велика вероятность оказаться в тупике в самый неподходящий момент. Осторожно шагая к двери, ведущей на склад, и прислушиваясь не шелестело ли что-нибудь в вентиляции над головой, Мирослава быстро добралась до конца коридора. Даже пару раз на ходу включала и включала лазерный прицел. Оказалось, что результативно стрелять в движении она сможет не далее чем на пять-шесть метров — даже донельзя облегченный резак ходил ходуном слабых руках. Вокруг все было тихо, поэтому Мира не мешкая коснулась голографической панели на двери, распахивая металлические створки. Склады представляли собой череду просторных помещений, через которые можно пройти насквозь, а это значило, что предстояло открыть ещё три двери, что было и хорошо, и плохо. Мира в любой момент могла отступить, но при этом оставалась в полном неведении до тех пор, пока не откроет очередную дверь. И последнее обстоятельство очень сильно насторожило девушку — казавшиеся сперва просто бурыми стены коридора привлекли её внимание неспроста. По пути до склада она видела грязные стены, но войдя в просторное помещение, заставленное стеллажами, девушка поняла, что ожившие исковерканные трупы — не единственная её проблема. Все вертикальные поверхности, а ближе к противоположному выходу — даже пол, были затянуты какой-то отвратительной мясной грибницей, образовавшей громадные рыхлые наросты, от одного взгляда на которые Мире опять стало дурно. Кое как отдышавшись, она осмотрелась, в который раз пожалев, что на её комбезе нет защитного сегментного шлема, а затем двинулась вперёд. Первой мыслью, посетившей девушку, было понятное желание тотчас сбежать прочь — эта тошнотворная хреновина, покрывавшая все вокруг, явно была живой, раз затянула все стены. А значит вполне могла выделять в воздух какую-нибудь дрянь. Впрочем, уже через пару намеренно глубоких и размеренных вдохов девушка подавила в себе этот порыв и пошла вглубь склада. Судя по тому, как густо разрослась эта «грибница», то любой токсин, что она могла выделять, давно разошелся бы по всему Комплексу, а значит, Мира уже давно погибла бы. Поэтому сейчас забивать голову подобными мыслями было поздно. Девушка ступала осторожно, стараясь не задевать наросты и до последнего выбирала чистые участки пола. Но метров за десять до двери в следующую часть складов пришлось чавкать ногами по этому жуткому «фаршу». Комбез защищал от прямого контакта с неизвестной субстанцией, но даже укреплённые подошвы не избавляли от чувства омерзения. Содрогаясь, Мира никак не могла избавиться от ощущения, что шагала босыми ногами по «ковру» из дерьма. Когда до двери было рукой подать, из-за беспорядочно сваленных ящиков с воплем вскочил монстр, сходу замахнувшийся на Миру своими костяными «саблями». Девушка, вскрикнув, отпрянула, но руки мёртвой хваткой вцепились в рукояти резака. Через миг в монстра впились точки прицела, а затем хлопнул выстрел. В глубине склада тотчас раздались скрежет и копошение, а Мира, проклиная себя за торопливость, принялась разряжать «плазма катор» в ближайшего монстра, отступая меж выстрелами. Когда изрубленный кусок мяса рухнул на пол и замер — прицельно «отстегивать» конечности плазмой оказалось непросто — Мира рывком развернулась на звук, выбрасывая из разъемов опустевшие картридж-обоймы. Опустилась на колено и трясущейся рукой сунула на их место две новых плоских коробочки. Резак вновь захлопал, выстреливая дуги плазмы, и первой твари удачно срубило ногу, раздробив коленный сустав. Чудовище рухнуло на пол, но лишь немного замедлилось, продолжая с жуткой настойчивостью ползти к своей жертве. Мира щелкнула по переключателю, развернув излучатель резака вертикально, и за два выстрела снесла мертвому монстру левую крючковатую руку-лапу, изогнутую, как паучья нога.  — Сдохни, сраный мудак… — зло прострела Мира и тварь, словно послушавшись к совету, явно замедлилась. Девушка тем временем достреляла остатки зарядов в группу из четырех чудищ и со всех ног рванула обратно. Плазменный резак показал себя выше всяких похвал — отстреливал монстрам руки и ноги на раз — но из-за неумения Миры точность стрельбы была чересчур низка, а расход картриджей — не позволительно высок. На двух монстров она извела четыре обоймы с зарядами, а в одной только этой комнате тварей было ещё четверо. Если такой размен продолжится и дальше, то туго набитая «патронами» сумка Миры опустеет в два счёта, вновь оставив её безоружной. Замешкавшиеся твари немного отстали, обходя стеллажи и коробки, поэтому Мира успела на бегу воткнуть в приёмник один картридж и, развернувшись, расстрелять его по ногам шустро ковылявших монстров. Один упал — его отсеченная голень улетела в полумрак между полок, но остальным только слегка вспороло мертвую плоть на телах. * * * Девушка успела выбраться обратно в коридор и захлопнуть дверь прямо перед носом у мерзких чудовищ. Когда створки закрылись, Мира отбежала на несколько метров и перезарядила резак. Твари по ту сторону бились о дверь, царапали её костяными крючьями, а девушка понимала, что попала в довольно неприятную ситуацию. Она могла бы справиться с монстрами открыв дверь и впустив их в коридор — меж узких стен стрелять было бы проще. Но для этого ей придётся сперва открыть эту самую чертову дверь, прямо за которой скреблась её смерть. Чудища нападут тотчас, и от этой атаки не получится увернуться и убежать. Конечно, как вариант, можно было оставить поодаль оружие и провернуть это налегке, но выпускать из рук внезапно ставший таким родным и надежным «плазма катор» Мире хотелось ещё меньше, чем подходить к двери. Но и ждать, пока монстры успокоятся и затихнут — тоже не выход: она и без того немало задержалась, модернизируя резак, поэтому нельзя было терять время ещё больше. Девушка вздохнула и, уже не думая, прижалась спиной к стене, открыв голографическую схему Комплекса. * * * Новый маршрут вел обратно мимо мастерской, пересекал холл, затем следовал через геологическую лабораторию и по южному ходу к молельне юнитологов выходил к складам, огибая их по дуге. Путь почти втрое длиннее, чем предыдущий, потому наверняка опасней, но пытаться пробиться через тварей, что осознанно ждут, также опасно. К тому же, Миру очень тревожила эта непонятная «грибница» — очень может быть, что она не просто проросла через все склады, но и наглухо заблокировала проход через них. Если не что-нибудь похуже. У двери, ведущих в холл Комплекса, Мира остановилась, прижавшись ухом к металлу створок. Чего-то заметного ощутить не получилось, поэтому девушка коснулась голопанели и отступила на шаг, вскидывая оружие. Из дверного проёма резко пахнуло жуткой и пугающей, но более понятной вонью мертвечины, нежели был неуловимый и абстрактный аромат «смерти». А сам холл представлял собой горячечное видение душевнобольного — повсюду лежали истерзанные расчлененные тела, толстый ковёр из побуревшей и засохшей крови устилал пол, кое-где развороченные приборы освещения на проводах свешивались с потолка, мерцая в дёрганном ритме. Это была натуральная бойня, как и в коридоре лазарета, но помноженная на десять. Поморщившись и чувствуя озноб страха, девушка, тем не менее, не отвела взгляда, цепко осматривая пространство перед собой. После всего увиденного и пережитого кровавое безумие у её ног больше не казалось запредельным кошмаром. Теперь изувеченные человеческие тела казались не более чем неприятной деталью окружающего апокалипсического пейзажа. Один выпотрошенный труп или десять — разницы нет никакой, когда весь Комплекс разом умер, залив своей кровью стены до потолка, а потом восстал, чтобы бродить где-то в темноте с глухим рыком. Наученная западнёй на складе, Мира высматривала знакомые очертания монстров: кривые костяные «сабли», вывернутые конечности или трупы, сохранившие руки и ноги. Поблизости таких не было, но нашлось и кое- что не менее интересное. Мёртвые монстры были, но мертвые окончательно — кто-то боролся за свою жизнь и нескольких тварей буквально изрешетил снарядами «дротикомета», приколов к стенам, как жуков, бывших колонистов… Ненавистный грохот разбиваемой вентиляционной решётки застал Миру на середине просторной комнаты. Девушка обернулась на источники звука — благо, они шли с одной стороны — и попятилась. Из дыры в потолке на пол, взмахнув нелепыми треугольными крыльями, упала какая-то безголовая летучая мышь. Но вместо того, чтобы броситься к замершей девушке, тварь накинулась на ближайшее мертвое тело, обхватив то огрызками крыльев за плечи. Через мгновение над тем местом, где у «летучей мыши» должна была быть голова, взвилась гибкая трубка с заостренным наконечником, тотчас же с хрустом воткнувшимся трупу в темя. Мертвое тело вздрогнуло и изогнулось, а затем забилось в конвульсиях! Мира ошарашено пялилась на происходящее, не понимая, на что же она смотрит, но руки сами вскидывали резак. Первый же выстрел оказался на загляденье — дуга плазмы срубила трубку крылатой твари и смела монстра прочь с тела с пробитой головой. «Летучая мышь» дернулась, а затем взмахнула своими огрызками и большим планирующим прыжком рванула в сторону Миры. Девушка потратила пять зарядов, заполошно паля в стремительно приближавшееся чудовище, но все же сумела свалить монстра, растерзав живучую тварь на куски. Тем временем труп, на который напала «летучая мышь» забился в натуральном припадке, а через мгновение его грудная клетка хрустнула с омерзительным звуком, а из ладоней за секунды выросли костяные сабли! «Дура, да он же обращается!» — обругала сама себя Мира, спешно переводя огонь на нарождавшегося монстра. В этот момент из короба воздуховода одна за другой, как куски мяса, вывалились ещё парочка «летучих мыши», тотчас бросившись дырявить головы покойникам. Мира сразу же поняла, что здесь ей не победить. Подхватила «кинезисом» стоявший неподалёку горшок с каким-то растением и, сбив им с ног новообращенного мертвеца, ретировалась за дверь геологической лаборатории. * * * Вздохнув с облегчением, девушка наклонилась, уперевшись ладонями в бёдра и переводя дыхание. И в тот же момент что-то глухо «тумкнуло» над головой, выбив сноп искр, слившийся со звуком выстрела немного в стороне! Мира свалилась на пол, как подкошенная, кожей затылка ощутив, как над головой промчался снаряд, срикошетивший от стены. Сердце с полуоборота загрохотало, словно безумное. «Живые! В меня стреляют живые!» — подумала девушка и закричала во все горло. — Не стреляйте! Я нормальная, я — не из этих!.. В ответ ей опять грохнул выстрел — титановый дротик, как бумагу, навылет прошил массивный стол с образцами, за которыми пряталась девушка. Содержимое сумки рассыпались по полу, но Мира не обратила на это внимания, загребая ногами и забиваясь в угол. Канонада пальбы тем временем затихла, и послышалось клацанье — неизвестный перезаряжал свой «дротикомет».  — Перестаньте! — опять закричала Мира срывающимся на визг голосом. — Я живой человек, я не чудовище! На миг воцарилась тишина, затем неизвестный заговорил в ответ.  — Не противься этому… — оказалось, что стреляла женщина. — Он открыл мне истину… Он возложил на меня миссию — наставлять невежд вроде тебя на путь истинный… Он хочет, чтобы мы стали едиными!.. У Миры оборвалась сердце — она без труда узнала этот голос, даже пронизанный надрывом безумия.  — Хлоя? Хлоя Рид? — закричала девушка. — Это Мира!.. Не стреляй!.. Хлопки «дротикомета» заглушили торопливый выкрик, принявшись вновь мочалить потрепанный стол. Одна из титановых игл ударила Мирославу по плечу, скользнув по касательной. Ткань комбеза выдержала, но удар был просто чудовищным — Мире почудилось, что ей оторвало руку напрочь. Закричав от боли, девушка упала на пол, распластавшись на холодном металле.  — Да!.. Кричи, неразумная!.. — заорала с дальнего конца Хлоя. — Эта боль — агония твоего единения! Это мизерная цена — боль и смерть — чтобы сделать нас едиными!.. Мира тем временем отползла к самой двери, оставаясь вне поле зрения спятившей женщины. За самодельный пружинный ремень подтащила резак, рывком «кинезиса2 схватила парочку картриджей и быстро сменила обойму. Совсем рядом об пол на бешеной скорости чиркнул очередной дротик, и тогда Мира, не поднимая оружия, резко вдавила спусковой крючок. Дуга плазмы мелькнула под рядом столов, пронзив полтора десятка метров до сумасшедшего стрелка едва ли не с одной скоростью вместе с бирюзовыми нитями лазеров. Выстрел был неприцельный, но Хлоя отшатнулась, рефлекторно пытаясь покинуть опасную зону, и Мира увидела в щель между столом и полом её ноги, обутые в тяжелые магнитные боты. Слегка довернув излучатель, Мирослава выстрелила противнице в голень. Через миг раздался противный хруст, и та с диким криком упала. В ответ долбанул ещё один дротик, выбрав клок волос на голове Миры, но девушка даже не заметила этого — её пальцы судорожно жали на клавишу спуска, выпуская заряд за зарядом.  — Сдохни… Сдохни, ебаная мразь!.. — кричала она, не слыша, как плазма врубалась в тело бывшей подруги, не слыша, как та кричала от боли. Когда пальцы дважды сжались впустую, Мира с бешеным взглядом выглянула из-за своего изрешеченного укрытия. «Дротикомет» Хлои лежал в стороне, а сама она неясно была ли жива или мертва. Мира выпустила из рук свой «плазма катор» и оскальзываясь и спотыкаясь, на четвереньках выбралась из-за стола. Потянулась рукой к оружию противницы, словно жаждущий к стакану воды. «Кинезис» услужливо подтянул зондирующий инструмент, который девушка тотчас, памятуя недавний опыт, швырнула обратно. Тяжёлый, угловатый корпус мелькнул, словно пуля и, с хрустом вломившись в лицо поверженной женщине, снес ей полголовы, выплеснув мозг на завалены мусором пол. Мира даже не поморщилась, увидев подобное. Она с свирепым сопением обернулась, притянув свой резак, подхватила «кинезисом» обойму и, перезарядив инструмент, с бешеным криком принялась разряжать его в уже мёртвое тело, расчленяя то в совсем непотребное месиво… Бирюзовый прицел уже не дрожал, а просто прыгал из стороны в сторону, как сумасшедший. Рваные вздохи разрывали лёгкие, а колени дрожали и подламывались, отказываясь держать Миру прямо.  — Ты довольна, драная сука?.. — дрожащим голосом хрипела девушка, обращаясь к бесформенному куску мяса, минуту назад бывшему человеком. — Ты же этого хотела, да? Ты сама меня вынудила, дрянь! Получай теперь своё Единение! Это я сделала тебя «единой»!.. Силы иссякли, и девушка рухнула на пол, уперевшись руками в забрызганный кровью металл. На обтянутые укрепленной тканью пальцы упали горячие слёзы. * * * Собрав свои картриджи с плазмой, запас которых изрядно поистощился, Мира направилась дальше, оставив позади истерзанный труп бывшей подруги. Сразу же за лабораторией находился короткий коридор, шедший к южному проходу в ритуальное помещение юнитологов. По пути — это всего два десятка шагов — девушке опасностей не повстречалось, но вот в самой молельне случилось явно что-то не хорошее. Причем — до того, как мертвецы начали изменяться. Через открытые и заблокированные двери Мира издали заметила минимум с десяток мёртвых тел с какими-то мешками на голове. Идти и разбираться не хотелось, а тем более после того, как вывалившаяся из вентиляции «летучая мышь» принялась обращать мертвецов в чудовищ. Мира не намеревалась тратить время и заряды в рисковом и бесполезным сражении, поэтому просто поторопилась к выходу. Приложив ухо к двери и вслушиваясь, девушка краем внимания следила за булькающим позади рыком новоявленных чудищ. Когда же шум, что они издавали, начал приближаться, Мира, не оборачиваясь, покинула коридор, закрыв за собой дверь. * * * Девушку встретил на удивление светлый и умиротворяющий коридор, своими размерами больше похожий на просторную, вытянутую комнату, на дальнем конце делавшую поворот под прямым углом. Но взгляд тотчас наткнулся на знакомую уже «грибницу» покрывавшую стену вокруг нужного Мире дверного проёма. При ярком свете эти ноздреватые наросты выглядели попросту омерзительно, но девушка без опаски подошла и уже по привычке приложила ухо к металлическим створками двери. И тотчас отпрянула в страхе — внутри, на складе, ворочалось что-то огромное! Басовитый приглушенный рык клокотал на грани слышимости, зато движения какой-то большой и, без сомнения, враждебной твари ощущались буквально ногами, улавливавшими ритмичные толчки вибрации. Девушка неспешно отступила, понимая, что через склад ей дорога заказана в любом случае. Следовало придумать обходной путь, да поскорей. Вскоре до её слуха донёсся едва слышимый механический шелест. Мирослава даже не сразу поняла, что же это такое было? Сознание, ожидавшее утробного рева и скрежета костяных «сабель», спасовало перед умиротворенным звучанием рабочего Комплекса. Подойдя ближе на звук, Мира заглянула за угол, неотрывно ведя за взглядом точками прицела. Оказалось, что шелестела автоматическая гардеробная станция, в которой инженерный персонал навешивал на комбинезоны защитные элементы, шлемы и обувь. В станции, что была у Миры перед глазами, рухнув навзничь, словно мертвецки пьяный человек после разудалой гулянки, лежал один из монстров. Створки станции с тихим шипением то и дело намеревались сомкнуться, натыкались на тело и расходились в стороны, чтобы повторить все по новой. И судя по тому, что конечности твари были целыми, да и вообще на ней не было заметно особых повреждений, разумеется, кроме вскрытой грудной клетки и отсутствовавшей нижней челюсти, Мира сделала вывод — жуткое создание было «живым». Пользуясь временной передышкой, девушка постаралась рассмотреть монстра. «Зомби-мутант?» — не без интереса глядя на бывшего человека, подумала Мира, невольно вслушиваясь в шёпот, вновь долетевший по вентиляции. — «Нет. Зомби — это же про мертвецов, а мутанты — про живых… А тут некротический организм? Или скорее некротический морфировавший организм? Хм… Какая глупость…» Мира неторопливо навела луч лазера на шею чудовища и точным попаданием снесла тому голову. Монстр мгновенно взбрыкнул, вскакивая на ноги и словно понимая, что засада не удалась, хотя «понималку» Мирослава отстрелила ему секунду назад. Без эмоций расстреляв слепо ковылявшую и махавшую костяными отростками тварь, девушка на всякий случай обошла стороной затихшие останки и приблизилась к гардеробной станции. Створки автоматического устройства тем временем наконец-то сошлись, как у исполинского моллюска, а затем призывно открылись. Девушка торопливо пролистала список, выискивая положенное её уровню допуска оснащение и в нетерпении ступила внутрь станции, взявшись за поручни. Створки захлопнулись. * * * В костюме защиты первого уровня девушка ощутила себя намного уверенней. Горизонтальные, похожие на ребра укрепленные полоски, смонтированные на груди и спине, вполне были способны рассеять заряд из плазменного резака или выдержать удар костяного лезвия. Тяжелые магнитные боты, как у убитой Хлои едва ощущались на ногах — ИКС зафиксировал полный комплект оснащения и активировал часть вплетенных в комбез миотических волокон, позволяя нести добавочный вес с лёгкостью. Но главное, что обрадовало Миру — это шлем и система замкнутого дыхания, рассчитанная на работу в вакууме. Благодаря этому, если понадобиться, ей больше не придётся бродить по какой-нибудь мерзкой «грибнице», гадая, можно ли здесь дышать. Массивная дверь, закрывавшая проход наружу, открываться отказалась наотрез. И дело было даже не в том, что уровень доступа Миры оказался низок, а в том, что все выходы были заблокированы из-за карантина. Девушке показалось это странным: почему на пустынной планете наружу выходить нельзя, но пребывать в среде заражения — можно? Выругавшись и от бессильной злобы изо всех сил топнув ногой по четвертованному телу монстра, девушка направилась в сторону администрации колониального комплекса. Ей во что бы то ни стало нужно было выйти наружу, избавляя себя таким образом от долгих и опасных блужданий по коридорам. А о причинах нелогичных условий карантина можно было подумать и на борту челнока. * * * Встреченных по дороге чудовищ Мира расстреливала не задумываясь. На рожон не лезла, по-прежнему предпочитая скрытность прямому конфликту, но если её замечали — стреляла сперва по ногам, а затем отрубала руки. Получалось всё лучше — промахов было меньше, а «боеприпасы» перестали утекать с такой пугающей скоростью. Ближайший вход в административный сектор оказался совсем рядом — метрах в тридцати по изогнутому коридору. У входа в центральную комнату управления девушку ждала новая преграда — все тот же режим карантина наглухо заблокировал единственный вход. Оказавшись у этой препоны, Мира поблагодарил себя за предусмотрительность — сварочный пистолет с режимом резки металла, до сих пор лишним грузом висевший у неё на поясе, теперь оказался весьма кстати. Разумеется, его мощности не хватит, чтобы вскрыть укрепленную дверь — она как раз создана, чтобы выдерживать подобное, но вот усиленные решётки на вентиляции неподалёку выглядели не настолько неприступно. Мира быстро справилась с этой задачей, просто расплавив на этот раз запертые на замки крепления решётки. Сняв её и опять установив к стене, как лесенку, девушка забралась в воздуховод, показавшийся теперь намного теснее из-за отяжелевшего костюма. Ползти пришлось недалеко, что показалось даже странным: крепкая парадная дверь, но чёрный ход совсем не прикрыт. Однако даже на этом отрезке Мире не дали покоя — как будто того и ожидая, следом за девушкой в вентиляцию забралась какая-то новая двуногая тварь, похожая на человеческий торс с длинным хвостом. Монстр оказался прыткий и с разбегу накинулся на девушку, но в довольно тесном тоннеле наткнулся своей искореженной рожей на монолитные подошвы крепкой обуви. Костяных «сабель» у чудовища не было, поэтому оно просто впилось широко раззявленной пастью в один тяжеленных ботинок. Мирослава любоваться новым отродьем из бестиария не стала, а просто навела резак назад, разведя стопы пошире и едва не прижав излучатель к гнусной образине. А затем разрядила один из картриджей с плазмой, шестью выстрелами превратив мерзкое чудище в гору мясного студня. Подтянув оружие обратно и перезарядив, выждала пару минут, поджидая новых гостей и восстанавливая сбитое от испуга дыхание — опыт приходил постепенно. * * * На вторую решетку на другом конце воздуховода Мира извела весь оставшийся заряд сварочного пистолета. Резать металл приходилось наугад, примерно вспоминая места, где с той стороны были крепежные замки. Можно было попробовать вышибить её ногами — крепости магнитных ботов и силы от миотических волокон должно было хватить, но Мира ни мгновения уже не сомневалась, что мёртвые твари отнюдь не безмозглы. Девушке казалось, что уродцы отличали стрельбу от других звуков, и начни она шуметь в тесном пространстве по иному, нежели шумит оружие — это тотчас привлечет уйму тварей, готовых порвать безоружного. А в узком тоннеле, где отступить некуда, она просто не успеет отстреляться, если они попрут скором. К счастью, заряда хватило впритык — решетка с грохотом рухнула вниз за секунду до того, как дуга инструмента с тихим хлопком погасла. На полу в комнате управления оказался ещё один некротический уродец, мгновенно очнувшийся от поднятого шума. Но Мира, не дав тому даже дернуться, швырнула в монстра при помощи «кинезиса» разряженный сварочный пистолет, едва не сшибив монстра с ног. И пока кошмарная тварь восстанавливала равновесие, Девушка навела на него свой резак, прочно лежавший на ребре воздуховода, и четырьмя филигранными выстрелами четвертовала бедолагу. Сложнее оказалось развернуться в тоннеле и если бы не миниатюрные габариты девушки, облаченной в громоздкий костюм, то выбираться пришлось бы, падая головой вниз с пары метров. Иной опасности в комнате управления не оказалось, и девушка без промедлений устремилась к контрольной панели. То и дело, оглядываясь на неприятно зиявший провал воздуховода, она углубилась в изучение командных настроек. Четверть часа непрерывной борьбы с программным обеспечением Комплекса результатов не дали. К немалому удивлению Миры оказалось, что снять режим карантина, и распечатать закрытые наглухо двери можно было только извне! На кой чёрт подобное было нужно, девушка так и не поняла. А единственный вменяемый ответ на этот вопрос звучал, как: «Руководство ждало подобного!». Мира тотчас отмахнулась от подобного бреда, понимая, что это звучит ещё более глупо, чем вновь оживающие мертвецы. Никто ведь не мог ожидать чего-то подобного, а последний парень, которому, по слухам, удалось восстать из мёртвых, жил пару тысяч лет назад и превращал воду в вино. В итоге девушка даже умудрилась при помощи сканеров обновить список командного состава Колонии с учётом потерь и чрезвычайной ситуации. Прилежная Система безропотно выдала Мирославе звание офицера первого класса, но снимать карантин и разблокировать двери, ведущие на поверхность, по-прежнему отказывалась. Мира начинала понемногу паниковать, ощущая, что топчется на месте и теряет драгоценное время. Очень могло быть, что Трой с другими выжившими уже готовы были взлететь с планеты, и это не изменит даже ее видео вызов и просьба дождаться, не оставлять в этом царстве тлена и смерти. И при всем при этом Мира все ещё билась в попытках убедить компьютерного болванчика в своей правоте. Решение пришло неожиданно: программное обеспечение Комплекса не позволяло снять карантин, но любые иные указания старшего офицера выполняло безропотно. Поэтому девушка приказала обесточить весь сектор, надеясь, что сможет просто отжать створки, ведущие наружу. Нелогичность директив — режим карантина не снимать, но его саботированию не препятствовать — вселяла надежду, что и дверь на выходе окажется стандартной, с обычным электромагнитным замком и безо всяких неведомых Мире блокираторов. Ну, а то, что придётся прогуляться по темноте — так это небольшая цена, за возможность вырваться из плена мёртвых коридоров и комнат. * * * Электричество, а значит и освещение, отрубилось разом и всюду в административном корпусе. Мира не сомневалась, что отключить одну, нужную ей секцию вполне возможно, но для этого потребуется лезть чересчур глубоко в дебри настроек, а она и так потратила уйму времени. Когда освещение погасло в комнате управления, Мирослава прислушались — даже секторный шлем сложила на время — ловя малейший звук в двери, ведущей из комнаты. Но в створках ничего не щелкало и не трещало, знаменуя срабатывание механических замков, поэтому девушка с ликованием и возросшей надеждой уже начала было примериваться, как бы половчее отжать сегменты двери. Думала отстрелить прут от решётки и вбить его между створок или вовсе просто выбраться тем же путём, каким и пришла, но ничего из этого не потребовалось. На неприметной панели рядом с дверью оказался светившийся в темноте индикатор, изображавший условное колесо с рукояткой. Панель следовало слегка утопить внутрь стены с одной стороны и поддеть приподнявшуюся ниже рукоять. А остальное — дело пары минут. * * * Оказавшись в тёмном коридоре, Мира вскинула свой резак, пронзив лучом фонаря, кромешную тьму. Идти приходилось медленно, чтобы постоянно быть наготове и иметь возможность прицельно стрелять, но теперь девушка была готова потратить немного драгоценного времени. Всё что могло шелестеть, жужжать и потрескивать остановилось, лишившись электричества. И теперь любой шорох, любой непонятный звук мог быть предвестником надвигавшейся угрозы. Обратный путь занял совсем немного времени: хотя Мирослава и была сверхосмотрительна, но некротические уродцы нападать не спешили. Может быть тоже прислушивались и выжидали… Приметное свечение пиктограммки в виде штурвала рядом с дверью, ведущей из Комплекса наружу, Мира заметила издалека. * * * После сумрака, а затем и кромешной тьмы залитых кровью коридоров, закатный свет на поверхности планеты показался попросту ослепляющим. Даже автоматический фильтр, мгновенно убавивший прозрачность визиров, не до конца уберег Миру от яростной вспышки в глазах. Но уже спустя пару минут стало значительно лучше — зрение быстро возвращалось, и девушка могла значительно ускорить шаг. Раз Комплекс был заблокирован на карантин, то вряд ли мёртвые твари в большом количестве бродили по поверхности мёртвой планеты. Потому можно было немного снизить бдительность ради выигрыша по времени. Подумав об этом, Мира отправилась в путь, но почти тотчас замерла на месте, задрав кверху голову и ошарашено уставившись на исполинский кусок породы в небе, выдернутый из тела планеты и поднятый высоко, как летающий континент. Торопливость Миры оказалась весьма своевременной — когда она обошла склады по поверхности планеты и направилась напрямую к причальному доку, то оказалось, что его створки были вскрыты в обход карантинных мер при помощи геологоразведывательного оборудования. Двое человек при помощи кинезис-модулей растаскивали в стороны тяжелые части створок, освобождая путь челноку. Ещё двое вручную носили топливные ячейки, по правилам безопасности хранившиеся снаружи Комплекса. Мира спряталась на всякий случай за большим валуном и вызвала Троя, предупреждая его и остальных, что она сейчас появится. Получить дружный залп из четырёх «плазма каторов» было весьма посредственным удовольствием. Челнок взмыл в небо через пять минут после того, как девушка присоединилась к выжившим. Люди, также облаченные в инженерные костюмы, не снимали своих шлемов, словно стыдились смотреть в глаза той, кого едва не бросили погибать. И лишь её куратор, некогда мистер Говард, а теперь — просто Трой, находил в себе силы, чтобы смотреть в глаза девушке. Когда на челноке завыла сирена, а пилот крикнул, что на «Ишимуре» активизировалась противоастероидная защита, Мира активизировала секторный шлем, запираясь в герметичном скафандре. Транспорт стремительно сбрасывал скорость, чтобы системы наведения не считали его первоочередной угрозой. Когда же челнок замер, дрейфуя в какой-то паре километров от «планетарного Потрошителя», Мира локтевым упором плазменного резака разбила защитную панель и под испуганные вопли выживших открыла люк в борту челнока, шагая в бездонную пустоту мёртвого космоса… * * * В это самое время. Станция Титан.  — Итак, Мистер Эдгарс, я правильно понял — подвижек в вашей работе пока не намечается? — лицо Ганса Тайдмана, мерцавшее на голоэкране не располагало к любезностям.  — Прошу прощения, сэр, но это очень сложный, неторопливый процесс. В таком вопросе мы не можем полагаться на случай и вынуждены перепроверять каждый, даже малейший факт по нескольку раз…  — Мистер Эдгарс… — Тайдман надавил голосом. — Мне не нужны отговорки! Добейтесь результата любыми средствами, даже если для этого придётся пожертвовать контактёрами. Вы меня понимаете?  — Да сэр… — психиатр кивнул.  — Надеюсь, что это так… Не смею задерживать, — бросил руководитель станции и связь прервалась. Фостер Эдгарс потёр виски, мысленно проклиная обличенную властью бестолочь, настырно лезущую в тонкий процесс дознавания, а затем вызвал ассистентку.  — Каково состояние Мирославы Креспо?  — Контактёру ввели транквилизатор и сейчас она спит, сэр.  — Хорошо… — психиатр помолчал пару секунд, а затем спросил. — Стросс очнулся?  — Да, сэр.  — Тогда приведите его ко мне…