Иная жизнь Беллатрисы

- Привет, рада тебя снова видеть, - улыбается Гермиона, садясь напротив меня за столик в кафе. - Привет, - стараюсь быть милой, но чувствую себя почему-то неуютно. Некоторое время сидим в молчании, изредка переглядываясь. Странно, но с этой девчонкой я даже не могу разговаривать так, как с другими. Остальным только вбрось: "Как дела?" и сиди слушай целый час о том, как они в магазин сходили, как им надоела завистливая подруга, как их не понимают родители. С этой так не получится - она только пронизывающе посмотрит кофейными глазами, ответя короткое: "Все хорошо." - Расскажешь мне, что за палка у тебя тогда была в руках? - начинает девушка, но ее прерывает подошедшая официантка. - Два капучино, пожалуйста, и два кремовых пироженых, - улыбаюсь я молоденькой официантке, чуть закусывая губу. Работница на мгновение теряется, но тут же приходит в себя, щеки ее сразу же розовеют. - Да, конечно, - тихо произносит она, пытаясь сдержать улыбку, и отходит. - Зачем ты это делаешь? - хмурится Гермиона, провожая взглядом удаляющуюся официантку. - Нравится наблюдать, как люди пускают по мне слюни, - чуть грубо бросаю я, скучающе оглядываясь. Грейнджер, не сдерживаясь, прыскает: - Ты себя переоцениваешь. Да, ты симпатичная, но далеко не эталон сексуальности. - Не обязательно быть эталоном, чтобы понравиться кому-то, - беседа становится напряженной, - Например, тебе, крошка. Гермиона презрительно дергает плечом, чуть кривясь. - Не называй меня... Ее снова прерывает официантка, которая принесла наш заказ. Девушка неловко двигается, будто пытаясь невзначай дотронуться до меня. - А вы до скольки сегодня работаете? - невинно интересуюсь я, под недовольным взглядом Гермионы. - До восьми. Кстати, я Сюзи, - официантка чуть мне подмигивает, но тут ее зовет какой-то мужчина, и она неохотно идет к нему, бросая мне через плечо, - Я буду ждать вас здесь. - Завидуешь? - оборачиваюсь я к Гермионе, которую чуть не трясет от негодования. - Тебе кто-нибудь говорил, что ты слишком самовлюбленная? - игнорирует мой вопрос девушка. - О да, - я горько рассмеялась, пытаясь не выдать свою боль глазами, - Мой кузен постоянно говорил мне об этом. Что я самовлюбленная стерва, надменная мразь... И все в таком роде. Гермиона поджала губы. Было видно, что ей стало неловко. - Видимо, у вас с ним не очень хорошие отношения, - медленно произносит она, поднося пироженое к губам. - Он умер, - безразлично отвечаю я, отпивая капучино, искоса наблюдая за Грейнджер, которая, похоже, уже пожалела, что начала этот разговор. - Сочувствую, - тихо шепчет она. - Не надо. Все нормально, - через силу усмехаюсь я, пытаясь придать своему лицу обычное презрительное выражение. Гермиона пожимает плечами, но видно, что она расстроенна. Надо вернуть ее в хорошее расположение духа, иначе сблизиться будет очень проблематично. - А почему ты не на занятиях? - выбираю я самую отвлеченную тему, - Еще нет и двух часов. - Ну, - Грейнджер хитро улыбается, будто ждала этого вопроса, - Я решила прогулять. Хмыкаю, удивленно поднимая брови. Девушка выглядит, как ребенок, совершивший безнаказанную шалость. Если для нее прогулять пары - безбашенное приключение, то что тут говорить о чем-то большем. - А выглядишь так, будто отличница, - усмехаюсь я. - А ты говоришь так, будто отличница - это оскорбление, - улыбаясь, Грейнджер откусывает пироженое, и я невольно расплываюсь в улыбке. *** После этих посиделок в кафе, мы стали встречаться очень часто. Гуляли, вместе обедали после университета, с которого я ее теперь встречала, ходили в кино, устраивали пикники под майским солнцем, долго лежали на прохладной траве, смотря на ночное небо. - О чем ты думаешь? - спросила меня однажды Гермиона в такой момент. Холодная, не прогревшаяся за день, земля была не очень удобным местом для лежания, но я не замечала ничего, кроме неба и теплой ладони в моей руке. Аккуратно провожу пальцами по ее тонкому запястью, пытаясь продлить этот момент. - Думаю, что я первый раз хочу от человека что-либо, кроме секса, - искренне произношу я. Такая интимная обстановка действует на меня очень пьяняще. Хочется все рассказать. С самого начала. Про магический мир, про чистокровный род, про Хогвартс, про внезапную смерть семьи, про магглов, которым выпала участь избавлять меня от разъедающей внутренности боли. Этим и отличалась Гермиона от всех остальных девушек в моей жизни. Я не хотела с ней близости. Да хотя, кого я обманываю?! Я хотела, очень хотела. До дрожи в пальцах хотела ощутить ее тяжесть на себе. До спазмов внизу живота хотела услышать свое имя, выкрикнутое в порыве оргазма. Я желала ее так, как никого не желала в своей жизни. На самом деле, я просто не хотела ее убивать. От мысли, что она будет хвататься за рану на горле, хрипеть, пытаясь позвать на помощь, меня передергивало, а к горлу подступала тошнота. Даже сейчас липкий пот окутал мое тело, заставляя дрожать от холода. - А о чем ты думаешь? - тихо спрашиваю я, и в первый раз в жизни, задавая этот вопрос, действительно искренне желаю услышать ответ. - Я думаю о том, что я первый раз хочу от человека не только отношений, - Гермиона переворачивается на бок, рассматривая мой профиль. Я удивленно смотрю на нее, внутренне протестуя. Необъяснимый страх зарождается в груди, заставляя сердце гулко отбивать свой ритм, отдаваясь в ушах. Только не сейчас. Только не с ней! Мои мысли судорожно крутились вокруг моей сумки, в которой лежит тот самый многострадальный нож. - Что-то не так? - хмурится Грейнджер, задумчиво проводя пальцем по губе. Кто-нибудь говорил ей, что этот жест чертовски сексуален?? - Все просто отлично, - от напряжения мой голос делается слишком высоким, а в легких катастрофически не хватает воздуха. Отлично? Отлично?? Тебе нужно уйти. Уйти и оставить эту девчонку в покое. Сейчас! Вставай и уходи! - Белла, не убивай ее, она мне нравится, - просит маленькая Нарцисса в моей голове. Ее голос звучит как никогда ясно. Но не успеваю я открыть рот, как Гермиона меня опережает: - Ты какая-то бледная. С тобой точно все хорошо? - О да, все прекрасно, детка, - пытаюсь улыбнуться, но выходит какой-то судорожный оскал. - А знаешь, приходи завтра ко мне в гости. - Оо, я с удовольствием, это так неожиданно, - вымученно улыбаюсь я, поднимаясь с холодной земли. Ну что ж... Завтра будет первый раз, когда я оставлю нож дома.