Иная жизнь Беллатрисы

Все утро я находилась в подвешенном состоянии, то вынимая нож из сумки, то снова пряча его туда. Я бы с удовольствием оставила его дома, но мысли буквально разрывали изнутри. С одной стороны моя семья, за которых я хотела мстить, мстить долго и упорно, за каждую каплю крови, и я не могла так просто бросить это дело. А с другой стороны была Гермиона, которая за последний месяц стала мне так близка, как никто и никогда не был. А убивать единственного близкого человека - это было слишком даже для меня. "Мам, пап, простите, я не могу ее убить" - плакала я, уже несколько раз за утро стоя перед зеркалом и рассматривая отражение родителей за моей спиной. - Это правильно, мы все уже давно отомщены, - раздался, будто в тумане, голос Андромеды. - Нет, - отчаянно машу головой, - я этого не чувствую. Мне все еще больно за вас за всех. - Естественно, тебе будет больно, но это пройдёт со временем, - ответил мне голос Регулуса. Родители в зеркале пропали, а я прислонилась спиной к стене, судорожно и тяжело дыша. Я занесла ее в свой блокнот, обрекла на смерть. Мерлин, зачем я это сделала?! Я поклялась себе, что убью всех, кто записан там. А теперь... Я не могу выполнить эту клятву. Я снова развернулась к зеркалу, оглядывая свое опухшее от слез лицо. Покрасневшая кожа никак не вязалась с должной аристократической бледностью. Растрепанные волосы прилипли к лицу, делая мой внешний вид еще более безумным. Спокойно, не обязательно же убивать ее прямо сейчас и сегодня. У меня же там остались еще имена... Я открыла блокнот, где должны были остаться незачеркнутые имена. Точнее имя. Гермиона Грейнджер. Последней моей жертвой стала Сюзи Сэлмон. Та миленькая официантка из кафе, в которое я вернулась тем же вечером. Сердце вновь пропустило удар. Внезапно захотелось разорвать, уничтожить этот блокнот и остаться дома. А потом вернуться в магический мир, поступить в университет и вести обычную для меня жизнь. Обычную для многих чистокровных волшебников. А это какой-то ад, а не жизнь. Из раздумий меня выдернул телефонный звонок. Гермиона Грейнджер... - Привет, - произнесла девушка звонким голосом, - все в силе, ты придешь? Поборов в себе желание бросить трубку и трансгрессировать куда-нибудь подальше отсюда, я ответила: - Да, конечно. К двум часам буду у тебя. - Отлично, мне пришлось ради нашего уединения даже отправить сестру в кино, - рассмеялась Гермиона, заставив меня скованно улыбнуться своим ногтям, которые я за последние сутки изгрызла до крови, - Я встречу тебя на остановке. - Хорошо, - тихо произношу я, - до встречи. Сбрасываю звонок, потому что истерика вновь начала накатывать на меня. После знакомства с Гермионой я стала черезчур чувствительная. Раньше, при таких обстоятельствах, я бы только посмеялась и поострее заточила нож... А сейчас... *** Спустя пару часов никто бы уже не смог сказать, что я плакала. Прохладный душ, несколько простеньких косметических заклинаний, и я выглядела, как обычно, великолепно. Недавнюю истерику выдавал теперь только потухший и измученный взгляд. Ближе к двум часам я уже подъезжала к нужной остановке, цепляясь взглядом за девушку, которая, увидев подъезжающий автобус, расплылась в улыбке. - Привет, крошка, - произношу я, подходя ближе и обнимая ее, - как ты? - Привет, - Гермиона, уже привычным движением, поцеловала меня в щеку, - Все отлично. Я уже подумала, что ты испугаешься и не приедешь. При этих словах Грейнджер мило усмехнулась. - Малышка, роль стервочки тебе не идет, - смеюсь я, целуя ее в губы, зная о том, как она стесняется, когда я делаю это на людях, - Тем более, это моя роль. - Ну ладно-ладно, - Гермиона аккуратно отстраняется и берет меня под руку, - Пойдем? - Может сначала зайдем в магазин? Купим чего-нибудь вкусного, - предлагаю я, желая оттянуть время. - Я все уже купила, - девушка загадочно смотрит на меня, закусывая губу, - ты сегодня очень красивая. Преодолев желание задать вопрос: "А что, обычно я страшная?", тоже одариваю ее комплиментом. По мере приближения к дому Гермионы меня охватывала паника. Снова захотелось развернуться и уйти отсюда, как можно дальше. Но Грейнджер так нежно держит мою руку, так соблазнительно улыбается, что я иду дальше, подавляя в себе растущее напряжение. - Заходи, - произносит Гермиона, раскрывая передо мной дверь. Когда я оказываюсь внутри, страх немного отступает. - У тебя очень мило, - я скидываю туфли, неуверенно проходя в комнату. Тут же из другой комнаты выходит ее младшая шестнадцатилетняя сестра. - Познакомься, это Линдси, - оборачивается ко мне Гермиона, - Линдси, это Беллатриса. - Ээ, привет, - я протягиваю девочке руку и та с удовольствием отвечает мне, переглядываясь со своей сестрой. - Ты же говорила, что она в кино, - шепчу я, когда Линдси скрылась на втором этаже. - Она позже пойдет, - отмахивается Грейнджер, задерживая взгляд на моей сумке, - Давай пока посидим в моей комнате. Не успеваю я согласиться, как дверь открывается, и входят ее родители. - Здравствуйте, - упавшим голосом произношу я, чувствуя себя очень не уютно. Не то чтобы я не привыкла к многочисленному вниманию, просто рассчитывала провести знакомство с родственниками гораздо позднее. Да и больше хотелось остаться наедине с их дочерью. - Мам, пап, это Беллатриса. Я вам про нее рассказывала, - бодро сообщает им Гермиона, но в ее голосе слышатся напряженные нотки. - Очень приятно, - произносит ее отец, осматривая меня с головы до ног. Ее мать молчит, удостоив меня лишь сухим кивком. - Все нормально, детка? - взволнованно спрашиваю я, когда ее родители вышли, потому что внутри начинало зарождаться неприятное и непонятное предчувствие. - Да, все отлично, - ответила Гермиона стальным голосом, не взглянув на меня, - можешь положить сумку на диван. Ладонь, державшая ручку сумки, мгновенно вспотела. Сердце заколотилось, как бешенное, буквально выпрыгивая из грудной клетки. За окном послышался шум и мужские голоса. - Что происходит? - я из последних сил держу себя в руках, но паника накрывает меня с головой, не давая спокойно мыслить. - Дай мне свою сумку, - повторила Грейнджер, разворачиваясь ко мне лицом. В эту же секунду входная дверь с грохотом открывается, ударяясь об стену. В дом заходят человек пять, держа перед собой оружие. Двое мужчин в форме подходят ко мне. За мгновение до того, как они меня попытались схватить, я пригибаюсь и отбегаю в другой угол, на ходу выхватывая палочку из сумки. - Не подходите! - кричу я, совсем потеряв самообладание, - Не подходите, иначе я убью вас! - С этой же палкой она была в автобусе тогда, - произносит Грейнджер, оборачиваясь к своему отцу. Трое человек, одетые в белые халаты, которые вошли вместе с полицейскими, начали идти на меня, вооружившись шприцами. - Она больная, ловите ее! - закричала Линдси, которая спустилась со второго этажа, и теперь наблюдала за всем происходящим с искренним удовольствием. - Остолбеней! Остолбеней! - визжу я, направляя палочку поочередно на всех. Из палочки вылетают лучи, заставляя людей падать, - Петрификус Тоталус! "Я не смогу. Их тут девять человек" - отчаянно думаю я, разбрасываясь заклинаниями направо и налево. - Она вооружена, будьте аккуратнее! - кричит Грейнджер. Внезапно я направляю палочку на Гермиону, и наши взгляды встречаются. - Ты предала меня! - выкрикиваю я со слезами в голосе, - Ты единственный человек, которому я доверилась! Тварь! Зачем тогда было все это?? Воспользовавшись моей секундной слабостью, врачи все-таки успевают подойти ко мне, вкалывая мне что-то в плечо. Грейнджер-старший выхватывает у меня из рук палочку, под мой вскрик переламывая ее пополам и отбрасывая в сторону. Полицейские подхватывают меня под руки, потому что от укола ноги начинают подкашиваться, а в глазах плывёт. - Проверьте ее сумку! - рявкнул чей-то голос. В помутневшем от успокоительного сознании промелькнул страх. - Зачем? - еле шевелю губами, обращаясь к Гермионе, - Как ты узнала? Я же не собиралась тебя убивать. - Помнишь, на нашем первом свидании в кафе ты сказала, что тебя уже год разыскивают копы? Я тебя тогда сразу узнала... Смысл ее слов доходил до меня очень медленно. - Ты думала, что будешь целый год убивать невинных девушек и останешься незамеченной? - встрял ее отец, походя ко мне, - Я работаю полицейским. И твои фотографии давно гуляют по всем газетам, каналам телевизора и интернету. Как ты насилуешь бедных девушек, а потом перерезаешь им горло! - Я их не насило... Но мою невнятную речь тут же перебивают. - Сэр, в ее сумке блокнот со списком всех жертв. Но никакого холодного оружия тут нет. Гермиона проскочила мимо меня, заглядывая в блокнот. Ее взгляд скользнул по моим записям, а ехидная улыбка исказила губы. - "Гермиона Грейнджер"... Как мило, - язвительно тянет она, обращаясь ко мне, - так что же ты с собой ножичек не прихватила? Я же есть в твоем списке. Казалось, она еле сдерживается, чтобы не ударить меня. - Я не собиралась тебя убивать, - тихо произношу я, уничтожающе смотря ей в глаза, - Я тебя правда... Но продолжить мне снова не дали. От шока не было даже слез. Была только горечь, разочарование и боль... Огромная всепоглощающая боль. - Да вы, девушка, с такой историей убийств, пожизненно сядете, - обратился ко мне один из полицейских, - Уведите ее в машину. Из последних сил я попыталась вырваться, но меня крепко держали с обеих сторон, а перед глазами все расплывалось. Но последнее, что я увидела и запомнила на всю жизнь - яростный, ненавидящий взгляд Гермионы.