"Run, Rabbit, run!"

      Дороти не спала всю ночь, и с первыми лучами солнца, а это примерно в пять утра, пошла к дому Уильяма.       То есть, не совсем к двери, она отошла от дома на несколько метров и зашла за ближайший куст.       Холт не знала во сколько Уилл выходит на работу, так что просто стала ждать. К слову, работа у него начиналась в семь часов утра.       Спустя час звонит будильник. На часах ровно шесть. Уильям поднимается и протирает глаза. Сегодня сны ему не снились как и… всегда? Ну, или же он забыл их в первые секунды пробуждения.       С сонным видом мужчина прошел в ванную. Сделав все свои дела, Уилл начал одеваться. Привычный ему строгий костюм, рубашка и галстук. Взглянув на себя в зеркало, он протяжно вздохнул. На работу ходил как на вынужденную меру, но дорожил своим положением. Прогулы недопустимы.       Время уже без двадцати семь и пора выходить.       Уильям открыл дверь и вышел на крыльцо.       Дороти взбодрилась, увидев своего возлюбленного.       Мужчина вдохнул приятный утренний воздух, закрыл дверь на ключ и пошел по улице.       Хаул Стейм находился совсем недалеко от дома, так что тратить деньги на автобус не требуется.       На улице было мало людей, и это делало Уильяма более радостным. От стольких лет в одиночестве он совсем отвык от людей, а такая обстановка пустого города позволяла ему постепенно свыкнуться с новой жизнью. Хотя иногда он попадал в многолюдные места, и по приходу до дома его мучили панические атаки.       Иногда Уилл находит в себе силы дать отпор социуму, но в напряженной ситуации мужчина был слаб психически. Он старался сидеть дома, но поход на работу и ходьба в магазин были неотложной частью жизни человека, к которой он так и не привык.       Пока Уильям шел, за ним следовала Дороти. Медленно и осторожно, ведь боялась сделать лишний шаг и быть пойманной. Хотя сама не понимала почему. Если Уилл её заметит, что с того? Он не убьет, не сможет ударить или прогнать, по крайней мере, девушка бы сама не ушла.       Когда оба уже дошли до музея, Дороти ждала что сейчас Уилл пройдет мимо него, но он вошел туда. Холт удивилась, но видела как приветствует Уильяма охранник заведения, будто бы своего…       «Вот и ответ. Хаул Стейм. Музей. Отлично…» — Холт сразу породила новый план. — Дай мне пару часиков, Уильям… — девушка сказала это в полный голос и усмехнулась. Проходящие мимо люди осуждающе оборачивались на нее. А она… просто шла с решительной улыбкой.       Как только Дороти пришла домой, она сразу же направилась в спальню. В шкафу лежало то, что ей нужно. Официальная, если можно так назвать, одежда. Еще со времен колледжа, который Холт бросила. Белая блузка с короткими кружевными рукавами, серый пиджак и юбка-карандаш чуть выше колена. — А раньше она была длиннее… — сказала Дороти, примерив на себя юбку.       Когда девушка была одета, она решила привести в порядок свое лицо. Совсем немного косметики и расчесанные волосы уже произведут хорошее впечатление.       Последнее, что взяла Холт, были разного рода документы о её личности.       Конечно, она не надеялась, что её примут на работу в столь серьезное заведение просто так, на этот случай был один козырь в рукаве.       Дойдя до места назначения, девушка зашла в него. Красивый зал приветствовал с самого первого шага. Куча картин, экспонатов и статуй. Такая красота! Дороти ахнула, она не была здесь раньше.       Девушка с ресепшена, заметив гостью, спросила: — Здравствуйте. Могу я чем-то помочь? — Где ваш директор? — без приветствия в ответ спросила Холт. — В своем кабинете. — Девушка показала рукой направление.       Дороти деловито поблагодарила девушку и направилась в указанном направлении.       Постучавшись, она вошла.       Стивен сразу же заметил это. — Здравствуйте. — Здравствуйте, я насчет работы… — Холт аккуратно закрыла дверь за собой и напряглась. — Нам не требуется новый работник. Можете идти. — сухо сказал директор. — Пожалуйста, выслушайте меня. Могу я присесть? — Дороти поняла, что применять свой козырь придется с разу. — Кхм, ну, присядьте. — Спасибо. — Холт осторожно села на стул напротив стола. — Дело в том, что к вам недавно устроился новый сотрудник… — Так… Уолтер Белл?       «Новое имя. У…Уильям… Уолтер… Это может быть он. Ладно, была не была.» — Да. В общем, он мой муж… у нас сейчас очень сложные отношения, и я лишь хочу быть ближе к нему. Недавно у нас случился выкидыш и мы оба очень… подавлены… — Холт постаралась и выдавила из себя слезинку. — Хм, что-то я не заметил на его руках кольца. И на ваших тоже. — Нам пришлось сдать их в ломбард из-за финансовых проблем. Я просто хочу возобновить нашу семью… я очень надеюсь на вашу помощь. — Дороти выглядела как щенок на улице, просящий крова. Давить на жалость она умела и пользовалась этим. — Как вас зовут? — Дороти Холт. — Сколько вам лет? — Двадцать два года. — Я не склонен давать поблажек, но у меня в жизни было то же самое, что и у вас. Так что скажу вам одно: единственная ошибка, и я вас уволю. Доброта добротой, но здесь должны работать трудолюбивые люди! — Готемс открыл ящик и достал оттуда договор.       После всего «ритуала посвящения» девушке дали самую мелочную должность: секретарь.       Стивен Готемс велел выходить на работу уже завтра.       Девушка ушла из музея и, дойдя до дома, она молча пошла в свою комнату, начиная визжать от радости.       Подойдя к стене, она спокойно сорвала плакат с портретом Спрингтрапа и прижала к груди. — Ха-ха-ха, даже директор теперь видит в нас семью! Разве это не прекрасно?! — её голос истерически повышался. — Это не то… — сказала она погрустневшим голосом, отстраняя рисунок от себя, — У меня есть нечто лучше… Но я оставлю его для тебя. Он будет в сохранности, обещаю. — Девушка поцеловала рисунок и отложила его в сторону.       Дороти пришла на кухню и, открыв холодильник, взяла оттуда бутылку рома.       Она ждала особенного момента, но сделать несколько глоточков было соблазнительно просто.       Холт открыла бутылку и сделала глоток. Напиток сладостно жег горло и заставлял алкоголь разливаться по телу приятным теплом.       «Лучше всегда пить за любовь. Отныне это будет мой единственный тост.» — подумала девушка и сделала еще один глоток.