West wind

— Именно так, Джон. Не оборачивайся, продолжай кричать, нужно время, — прошептал детектив, глядя за меня, а потом стиснул мою руку, все еще сжимающую ворот его рубашки, своей. — Шерлок, снимай жетоны, — вздохнул я, снова дернув его за одежду. — На это нет времени, Джон, — проговорил детектив и сильнее сжал мою ладонь. — Ты должен мне поверить… пожалуйста. — Шерлок, я верил тебе, но не сейчас, — в горле застрял ком невысказанных слов. Я пытался удержаться, чтобы не уйти отсюда. — Последний раз, иначе он умрет, — прошептал Холмс и положил руку на мою щеку, отчего я дернулся и ошарашено уставился на детектива. Смотря в глаза Шерлока, я видел, что он серьезен. За этой всей пеленой обид я забыл о том, что тут замешаны другие люди, и детектив знал, на что надавить, чтобы я согласился. Я осторожно кивнул, все еще глядя в глаза Холмса. Он выглядел уверенно. — Хорошо, — согласился детектив и склонился еще ближе. Это снова был поцелуй, не такой как в прошлый раз, просто прикосновение губами. Я удивленно посмотрел на Шерлока. Прошло не меньше трех секунд, как я отпрянул и, сжав руку в кулак, ударил детектива куда-то в скулу. Он не устоял на ногах и упал. Прижимая руку к щеке, Холмс выглядел не менее шокировано, чем я. — Какого черта, Шерлок?! — крикнул я на него, чувствуя, как в душе что-то закипает, давит на мозги, отдаваясь в голове и висках звонким гулом. Перед глазами встала дымка. Я почти ничего не слышал – все стало будто под водой. — Что с тобой не так?! Детектив медленно, почти осторожно поднялся, ощупав щеку, и несколько раз открыл и закрыл рот, проверяя, насколько сильно я его ударил. — Ты, — сказал Холмс, и я отступил, не понимая, что он имеет в виду. — Линда Уайт, ты была в списках. Обернувшись, я посмотрел на девушку, находившуюся совсем недалеко от нас. Она стояла, обняв какого-то парня за шею и явно не ожидая, что кто-то вообще заметит в этом что-то неладное. Я перевел взгляд с нее на Шерлока: он уже поднялся и отряхивал свой костюм. — Спасибо, Джон, — кивнул Холмс. — Записка с просьбой срочно обратиться за помощью. Главный вопрос в том, откуда ты знаешь, кого убьют следующим. Девушка задрожала. Я видел, как сильно ее затрясло от слов Шерлока. Она отпустила парня и, как мне показалось, даже стала меньше. Темная челка опустилась на ее глаза, и она сжала руки. — Мне нужно время и бумага, — прошептала она во внезапно возникшей тишине и прикрыла рот рукой, — этому человеку вероятно нужна медицинская помощь. Пять минут потребовалось, чтобы Майкрофт организовал свободную комнату, несколько листов бумаги, ручку и врачей для парня, который, вероятно, был отравлен. Мы с Шерлоком стояли за дверью, когда Линда прошла внутрь отдельного помещения – она попросила побыть в одиночестве. Старший Холмс предупредил, что она не сможет ничем себе навредить – попросту нечем. Но в комнате все-таки были камеры, как, впрочем, и по всему отелю. Странно было только то, что нас оставили около двери. Думаю, Шерлок бы хотел взглянуть на то, что будет твориться в помещении, но Майкрофт категорически запретил ему, приказав оставаться на месте. Шерлок впервые его послушался. В коридоре было довольно пустынно. Стоя напротив Шерлока, я старался не особо рассматривать его, в отличие от самого детектива, что буквально сканировал меня. Невольно поежившись под взглядом серых глаз, я тяжело втянул носом воздух и все же выдавил из себя: — Так... это правда? — Несомненно, я действовал в интересах дела, — как ни в чем не бывало отозвался Холмс, заставив вздрогнуть. — Значит, ты вернешь мои вещи, и я смогу уйти? — Шерлок неожиданно сосредоточил взгляд на моем лице и нахмурился. — Джон, я не это имел в виду, — он сжал губы на несколько секунд, а потом вдруг продолжил, — просто я не понимаю, почему тебе так важна эта социальная роль и ее признание. Все могло выйти из-под контроля, но я знал, что ты придешь сюда, Джон. Мои слова о том, что у меня нет друзей — действительно правда. — Хорошо, просто отлично, — пожав плечами, я уставился в пол, сложив руки на груди. Молчание продлилось недолго. Шерлок быстрыми шагами подошел почти вплотную, нарушая личное пространство, как и всегда, и, положив руки на мои плечи, доверительно зашептал: — Джон, сейчас не самое подходящее время для шуток. — Я сглотнул, почувствовав, как хватка на плечах усилилась, но продолжал злиться. — Но если ты так этого хочешь, то по окончанию дела я составлю тебе полный отчет со списком причин, по которым ты являешься для меня больше, чем простым другом. — Шерлок, просто скажи, что я могу тебе доверять. Пообещай больше не лгать, и я останусь еще ненадолго, — я вздохнул, чувствуя, как внутри затягивается болезненный узел сомнений. Хотелось верить в это и самому, не думать о том, что это снова может быть обман. — Хорошо, Джон, — кивнул Шерлок и отошел чуть назад; я ощутил, как ткань пиджака на моем плече расправилась. Мы стояли, рассматривая интерьер вокруг, но, кажется, Холмс снова погрузился в чертоги, что было заметно по отстраненному взгляду. Я неловко сложил руки за спиной, смотря в пол, считая кольца на незамысловатом узоре ковра. Прошло, вероятно, около пятнадцати минут, когда дверь тихо открылась. Я мгновенно поднял голову, глядя на девушку. Она стояла, неловко держась за косяк двери, и осторожно поочередно смотрела на меня и на Шерлока. Линда кивнула и отступила в сторону. Холмс влетел в комнату очень быстро, и я прошел следом. Три листа бумаги на столе, исписанные неровными голубыми буквами. Холмс быстро просмотрел их, пробегая глазами по строчкам, и, раздраженно поморщившись, пихнул написанное мне в руки. Я быстро прочитал все то, что буквально нацарапала девушка – текст было еле разобрать. Отметив в голове некоторые несостыковки, которые, вероятно, заметил и детектив, я повернулся в его сторону. Из всего получалось так, что она будто случайно услышала обрывки фраз об отравлении, знала о конкуренции и поняла, кто будет жертвой. Детали размыты, а также было не ясно, почему она сразу не обратилась в полицию. — Людям свойственна эмпатия, но даже этот ее поступок крайне нелогичен. — Шерлок сел на кровать напротив стола и продолжил, — эти несостыковки слишком очевидны, но вот, что интересно… — Она не обращалась в полицию, — перебил я Холмса и посмотрел на записи еще раз, — почему она не обратилась в полицию, если хотела помочь? — Кондитер — женщина, и она ее точно знала, — произнес детектив и улыбнулся – в его кармане зазвонил телефон, — умная девочка. Поднеся телефон к уху, Шерлок неожиданно замолчал, сосредоточенно глядя перед собой. Я не совсем понял, что имел в виду детектив. Прошло около трех минут, когда Холмс наконец-то поднялся с кровати и прошел на выход; я поторопился следом за ним, отмечая про себя его крайнее спокойствие. — Это был Грег, — пояснил Шерлок, когда мы были уже у лестницы, — он сообщил адрес кондитерской, в которой были сделаны эти конфеты. Я кивнул. Когда мы были уже почти на выходе, кто-то протянул детективу пальто и шарф, которые он сразу же принялся надевать. Темнота полностью опустилась на Лондон еще несколько часов назад. Холмс быстро поймал такси, называя адрес; я следовал за ним, не задумываясь. Обида внутри глушилась самообманом, и мне до тошноты хотелось верить в слова Шерлока о том, что он просто не признает социальные роли. Я не понимал, почему до сих пор иду за ним, хотя четко решил для себя остановиться. Что-то тянуло, наверное, это были так и не возвращенные мне жетоны. Мы притормозили около двухэтажного L-образного здания; оглядев дом мельком, я отметил про себя, что он выглядел довольно обветшалым, и ему точно не помешает ремонт. Детектив протянул мне перчатки, такие же, как были на нем самом, и я сразу же натянул их на свои руки. В это время Шерлок торопливо дошел до двери рядом с вывеской «Ангельский шоколад» и осмотрел окна кондитерской, выходящие прямо к дороге. Встав позади детектива, я тоже постарался вглядеться в пустующее темное помещение. Там было достаточно чисто и аккуратно, ничего подозрительного – просто кондитерская. Бессмысленно подергав ручку двери, Холмс отступил и осмотрел верхний этаж, а потом пошел в сторону, обходя здание. Как понял я, он собирался вломиться с другой стороны и, вероятно, через окно. Пришлось идти за детективом, потому что он мог снова нарваться на неприятности. С оборота дома, в проеме тесной улочки, действительно было окно, которое вело внутрь. Не знаю как, но Шерлок определил, что оно открыто, так что просто сдвинул раму вверх под моим удивленным взглядом и перемахнул внутрь помещения. Не долго раздумывая, я полез за ним. Оказавшись в комнате, я первым делом осмотрелся: просторное помещение с какой-то с техникой неизвестного мне предназначения, духовыми шкафами и мелкой электроникой, которая была аккуратно расставлена в определенном порядке. Мы оказались на кухне, которая действительно была приличных размеров. Шерлок уже копался в нижних ящиках, когда я наконец-то заметил его. Присев рядом на корточки, я достал телефон и подсветил содержимое шкафа фонариком, потому что иначе все сливалось в одну черную массу. Холмс усердно копался в различных съедобных украшениях, коробках с посыпками для кексов и тортов. Я присел и открыл соседний ящик, в котором были аккуратно сложены упаковки с чем-то наподобие муки. Сдвинув первый ряд, обнаружил еще несколько точно таких же пачек. Я посмотрел на Шерлока, который застыл рядом с верхними полками со стеклянной формой для выпечки в руках, и закрыл шкаф, поднимаясь с колен. В следующую секунду детектив отставил посуду в сторону и развернулся к холодильнику, быстро подошел к нему и распахнул дверцу; я неотрывно следил за этим и не сразу заметил, что помимо уже сделанных тортов и каких-то пирожных, на верхней полке стоит тарелка. — Крем? — прошептал я, приближаясь к детективу. — Конфеты, — так же тихо сказал Шерлок и достал посуду с разложенными на ней шоколадными ракушками. Я кивнул, смотря, как детектив убирает в карман одну из них. Телефон в его кармане глухо пискнул, так что я вздрогнул от неожиданности. Холмс достал мобильный и быстро пробежался по строчкам пришедшего сообщения. — Самоубийство, — поморщился Шерлок, но потом тряхнул головой и убрал тарелку на место, — Энджел Скотт. — Убийца? — мои брови сами собой поползли наверх. Шерлок не ответил, лишь закрыл холодильник и направился обратно к окну. Мы выбрались так же, как и забрались, но не закрывая за собой окно. Почему-то детектив был уверен, что внутри нет камер, или ему было просто все равно на это. В любом случае, мы вышли обратно на главную улицу, где и поймали такси, чтобы доехать до места самоубийства. Спальный район, где все уже перекрыто и завешано яркой лентой. Грег встретил нас уже около входа в сам дом. Шерлок сразу же перекинулся парой едких фраз с Донован и Андерсоном, пока инспектор говорил о деталях. Соседи сообщили о выстреле и все. Когда же сюда прибыли сотрудники, то оказалось, что девушка застрелилась, сидя в комнате у кровати – самоубийство. Это был второй этаж, тесная маленькая комната. На столе горела лампа, и были разложены какие-то бумаги, с другой стороны было окно. Кровать стояла сразу напротив двери, и девушка сидела у изголовья. Пистолет лежал в ее руке, мозги навылет – по стене расползлось пятно крови. Шерлок быстро подошел к кровати и склонился над трупом, поманив меня рукой. Я без раздумий приблизился, вставая напротив детектива и видя в его глазах немой вопрос. Это была игра, ему было очень интересно узнать, что я смогу сообщить о трупе. Девушка, молодая, но уже видны признаки старения в виде морщин в уголках глаз. Я бы не дал ей больше тридцати. Руки ее покрыты мозолями, что было не особо удивительно: она кондитер, а также на столе я заметил много исписанных листов – возможно, она увлекается писательством. Ухоженное лицо и довольно дорогая одежда. Отсутствие шрамов или татуировок на открытых участках кожи. Она была в уличной одежде – в голове сразу возник вопрос: она собиралась еще выходить? Я посмотрел на детектива внимательным взглядом, он не улыбался и глядел в ответ сосредоточенно. Руки вспотели, а по затылку побежал предательский холодный пот. В голове билась мысль, что что-то было неправильно. — Интуиция. Осознание приходит так быстро, что не успеваешь понять, что именно тебя встревожило и напрягло, — прошептал Шерлок и разогнулся. Я посмотрел на детектива, а тот кивнул мне за спину. Развернувшись, я посмотрел на окно, открытое окно. Энджел Скотт не собиралась совершать самоубийство, это не было самоубийством. — Если ощупаешь ее затылок, то заметишь сдвинутые позвонки, — тихим голосом сказал Холмс за моей спиной, — они заметят это только после осмотра тела в морге. Я обернулся, глядя на Шерлока немым взглядом. Язык прилип к небу, так что я мог только смотреть. Какой-то страх возник внутри, скручиваясь тугим узлом под ребрами. Хотелось произнести то, что и так было ясно. Комната резко оказалась пустой – Грег о чем-то болтал с Андерсоном за дверью, кажется, подперев ту спиной. Пространство вокруг сузилось до нескольких метров и начинало медленно давить, сжимая. — Самоубийство, — громко сообщил Шерлок под моим удивленным взглядом, — скука. Детектив, огибая кровать, приблизился, будто в замедленной съемке. Я съежился от ледяных игл зарождающегося внутри беспокойства. Холмс остановился совсем близко и загородил собой свет лампы, который ярким желтым светом очертил его фигуру. Чтобы посмотреть ему в глаза, мне пришлось поднять голову. — Дофаминэргическая целеполагающая мотивация к формированию парных связей* — так же тихо произнес Шерлок под моим удивленным взглядом. — Сложная химическая реакция и выброс в организм естественных психостимуляторов. — Шерлок, если это причина, по которой ты пытаешься им солгать, то я... — прошептал я, прикрывая глаза, но почему-то замер, заметив взгляд Холмса. — Это причина, по которой я пытаюсь солгать не только им, Джон, — рука детектива мягко легла на мое плечо, и я бросил на нее короткий взгляд. — Причина? — я поежился и непроизвольно отступил на шаг назад. — Простым языком – любовь, — голос Шерлока прозвучал так естественно, что я даже не сразу обратил внимание на слова, которые он только что произнес. — Любовь… — глупо уставился я на него и машинально облизнул губы. — И кто она? Детектив промолчал, сильнее сжимая руку на моем плече. Я ощутил это в полной мере, когда он прощупал мой шрам через толстую ткань куртки и костюма. Надавил в самый центр отметины, отчего я поморщился и отступил назад, скидывая его ладонь. — Да что с тобой?! — возмущенным шепотом прошипел я, осматривая замершего Холмса и нервно двигая внезапно заболевшим плечом. — Ты, Джон, — медленно проговорил детектив понизившимся голосом, и я замер на месте, удивленно открыв рот. Пол выбило из-под ног. Я просто попытался собрать осыпавшиеся мысли в четко сформулированный ответ. В животе неприятно заныло, когда осознание накрыло неприятной стороной: сам Шерлок Холмс пытался признаться мне в любви. А может, мне показалось? — Я… я тебе нравлюсь? — неуверенно переспросил я, потому что в четкий образ «Шерлок-женат-на-работе-Холмс» это не входило. Вера в то, что детектив настоящий асексуал, закрепилась еще несколько лет назад при появлении Ирэн Адлер. — Думаю, люди называют это «быть без ума от кого-либо», — нахмурившись, ответил Шерлок и замолчал, на секунду отведя глаза в сторону. — Без ума… в том смысле, что я твой хороший друг? — надежда еще теплилась внутри, не перерезанная ножницами окончательно заключения. — Джон, что непонятно в словах «я люблю тебя»? — закипел детектив. — То, что это ты, Шерлок. Я не могу знать, что творится в твоей чертовой голове, — разведя руками, пояснил я и улыбнулся, но поджилки откровенно тряслись, не сказать, что это был страх – скорее ответственность. — Еще одно признание «для меня ты не друг, у меня нет друзей». Может быть, у тебя и для определения любви свое значение? Шерлок завис. Кажется, я отчетливо видел, как в его голове идет мыслительный процесс. — Лучшее, что случалось со мной в этой жизни – это ты, Джон, — в голове детектива прорезались нотки отчаяния, не той фальшивки, что я слышал тысячи раз, а настоящей, которая режет по ушам. — Я хочу быть с тобой… хочу, чтобы ты был со мной. Я отрицательно мотнул головой.