Из тени демона

14.09.20

      Живая волна из разношёрстных подростков ленивым организмом двигается в сторону школы. Когда в очередной раз за их спинами раздаётся тихий рокот автомобиля, они слаженно растекаются на узкие тротуары. Без особого интереса гадая по звуку, кто катит на сей раз, все с удивлением провожают взглядом тёмно-красный Мустанг. Никто не успел, да и не додумался заглянуть в салон, и теперь все гадают, кто именно за рулём: кто-то новенький или уже знакомая личность сменила тачку.       Когда спорткар останавливается около учительской парковки, у женской части наблюдающих синхронно ёкают сердца́: вдруг за рулём безумно красивый, богатый и, главное, неженатый учитель? Их фантазии томятся несколько минут, пока со стороны машины ничего не происходит, а через тонированные окна ясно только то, что в салоне находятся двое. Наконец водительская дверь открывается, и из неё выходит молодой светловолосый парень в кожаной куртке, одним своим видом круша мечты девушек о сексуальном преподе, но оставляя надежду на горячего и богатого одноклассника.       Новичок одаривает всех полным безразличия взглядом, локтем захлопывает дверь и обходит авто, после чего галантно помогает пассажирке явиться взору публики. Её лицо скрывается за копной таких же светлых волос, которые порождают у всех мысли о родстве. Когда же девушка поправляет чёлку, то свобода красавчика снова встаёт на повестку дня. Ну не похожи эти двое!       Мэтт идёт первым, ведя за собой Лиз. Он нарочно не смотрит по сторонам, но прекрасно ощущает на себе море взглядов. Они уже были в подобной ситуации, когда впервые пришли в школу после смерти родителей. Тогда каждый их шаг оставлял шлейф трагедии, а при их появлении в классе воцарялась гнетущая тишина. Многие считали святым долгом сказать ничего не значащие слова поддержки, чем не подбадривали, а только теребили свежую рану откровенным безразличием.       От мрачных воспоминаний Мэтта отвлекает Лиз, которая требовательно хватает за локоть. Мэтт с пониманием улыбается и одними губами шепчет «я рядом». Отвлёкшись, он замечает, как во двор школы въезжает громадный люксовый внедорожник. Попав на сторону наблюдающих, Мэтт ждёт развязки явно интересного события, о чём говорит реакция остальных учеников. Чёрный Лексус останавливается у дорожки, и с водительского места сразу же выходит высокий мужчина чёрном дорогом костюме. В представлении Мэтта с азиатскими чертами — типичный якудза. Совпадение? Вряд ли у Вселенной есть специфичное чувство юмора для троллинга серийного убийцы. Когда задняя дверь открывается, Мэтт на полном серьёзе готов к любой неожиданности, однако оттуда выходит старшеклассник в модном пиджаке с заклёпками и белой рубашке навыпуск.       — Китайцы даже сюда добрались, — нарочно ошибочно хмыкает Мэтт.       — Они японцы, — хором поправляют его и Лиз, и демон.       — А ты откуда знаешь?       — Эм… — Лиз вспыхивает и слегка отворачивается. — Идём, не хочу опоздать.       Поворачиваясь вслед за Лиз, Мэтт в последний момент ловит на себе взгляд водителя, от которого бросает в дрожь. Неужели япошка тот самый, кого якудза послали за головой Мэтта, а пацан просто прикрытие?       «Да нет никакой слежки! Выключи уже паранойю!» — раздражённо требует демон.       Мэтт слышит в его словах толчок к действию. Вместо того, чтобы просто успокоиться, он притворяется глупцом и нагоняет сестру, остро ощущая зуд в затылке. Кем бы ни были азиаты на самом деле, они сами же хоронят свою конспирацию.       «Либо на твой накачанный зад сейчас пялятся все девчонки в округе», — демон ржёт, чем вгоняет Мэтта в краску.       На него смотрят, и не кто-нибудь, а тот самый водила. Мэтт хочет в это верить и обернуться, чтобы оказаться правым. Он пересиливает порыв и толкает дверь в здание. Та хлопает за ними раз, затем ещё раз, когда их соперник по эффектному появлению проходит следом, а потом словно нарочно растворяется в тишине. Интереса ради Мэтт сам пробует идти тихо, но бетонный пол глухо отвечает на каждый его шаг. Бесшумный преследователь не отстаёт, о чём говорит продолжающийся зуд. Злясь, Мэтт стискивает зубы и сжимает кулаки: третий день как приехали, а уже в такое дерьмо вляпался.       «Остынь, — грубо бросает демон. — И не устраивай шоу посреди школы. Может, он юный сенсей бесшумной походки».       «Разве тебя это не волнует?!»       «Нет».       — Здравствуйте, — подойдя к окошку, Лиз обращается к секретарше, чем прерывает мысленную перепалку.       Встав рядом с сестрой, Мэтт как бы невзначай оглядывается самым краем глаза и видит метрах в пяти преследователя, демонстративно разглядывающего информационный баннер на стене. Когда секретарша бросает свои дела и поднимает взгляд, Лиз продолжает:       — Мы новенькие, Мэтт Ньюман и Элизабет Стикман. Можно нам расписание уроков и свободные шкафчики?       Мэтт замечает, как преследователь плавно приближается. Страх вынуждает Мэтта стянуть субстанцию к кистям и быть готовым к любой атаке, а главное, защитить Лиз. Он обещал, даже если придётся раскрыться перед сестрой.       — Привет! — заявляет японец на чистейшем английском, буднично наваливаясь на стойку рядом с Мэттом и не делая никаких подозрительных телодвижений. — Я Хиро Хамада. — Остальным присутствующим непонятно, к кому именно обращается иностранец: то ли пытается познакомиться с Мэттом и Лиз, то ли говорит секретарше, то ли всё сразу. — Я тоже новенький. Вы ведь к Беннеру? — спрашивает у Мэтта с полными невинности глазами.       — Ага! — бойко отвечает Лиз, получая от секретарши необходимые бумаги.       — Типа того, — холодно цедит Мэтт и принюхивается, но от парня не исходит ноток грязной крови, даже модные шмотки не воняют от контакта с убийцей. Он с интересом поглядывает на чистокровного японца, в котором абсолютно всё говорит о принадлежности к родной культуре: от лица с острыми чертами и профилированной причёски с густой рваной чёлкой до стиля одежды. Американские японцы так не выглядят. Наверное, умей он петь, стал бы популярным айдолом на родине или в Корее.       Получив последнюю стопку бумажек, Хиро отходит на пару шагов, но останавливается, вчитываясь в расписание.       — Вы сейчас тоже на алгебру?       — Да, а что? — отвечает Лиз и с интересом подходит к нему поближе.       — Нам по пути, — встревает Мэтт, заслоняя сестру от японца. Он несколько секунд смотрит на него почти в упор и сверху вниз, ведь почти на голову превосходит в росте и заметно шире в плечах. Хиро не отворачивается и немного хмурится, но стойко отвечает, пока взгляд не дёргаются в сторону, когда Лиз с любопытством выглядывает из-за плеча Мэтта.       — Я Мэтт. Ньюман, — прерывает Мэтт слишком длинную паузу и протягивает руку. Если Хиро действительно Хиро, и череда совпадений никак не связана с убийством в метро, то ему не нужно показывать свою обеспокоенность и подозрительность. Особенно в присутствии Лиз.       — Хиро Хамада, — раздельно повторяет новый знакомый и отвечает на крепкое рукопожатие, больше напоминающее живые тиски злейшего врага, чем жест дружбы. — Японец, но были хорошие репетиторы, поэтому нет акцента. А вы откуда?       — Нью-Йорк. А любопытная мадам за моей спиной — Лиз. Моя сестра.       — Очень приятно познакомиться. — Теперь уже Хиро выглядывает через Мэтта.       — Постой, — просит Лиз, замерев на ступеньках уже снаружи здания. Так и не разобрав, к кому именно она обращается, парни оборачиваются на неё. — Хиро Хамада?       — Эм, да?       — Так ведь зовут главного героя из «Большой шестёрки героев». — Лиз заканчивает своё умозаключение нервным смешком.       — А, да, есть такое. Совпадение! — Хиро синхронно вскидывает плечи и тонкие брови, а затем смущённо чешет затылок.       Мэтт с новой волной недоверия смотрит на ходячее сборище подозрительных совпадений. Прошло не больше десяти минут с момента их знакомства, а сколько уже накопилось? Мэтта сдерживает порыв затащить азиата в ближайший закуток и вытряхнуть из него правду, если она есть. Демон же никак не реагирует и вообще словно исчез, однако Мэтт чувствует в груди затаённое зло и субстанцию в руках — кровавый паразит всё ещё в его теле.       «Это я-то паразит?»

***

      — Так, класс, внимание, — осмотрев выданные документы, громко говорит математичка. — Сегодня у нас сразу трое новеньких, и все из Нью-Йорка. Прошу поприветствовать: Элизабет Стикман, Хиро Хамада и, эм, Мэттью Ньюман.       В образовавшейся после её слов тишине троица ловит на себе два десятка любопытных глаз: Лиз удостаивается оценивающих взглядов по большей части от девушек и меньшей — от парней, Хиро чуть больше, ведь даже на фоне остальных выглядит слишком вызывающе, а Мэтту достаётся едва ли не всё зрительское внимание. Особенно красноречивые и даже пошлые взгляды прилетают от женской половины.       — Конниттива, — с глуповатой улыбкой выдаёт Хиро на родном языке и поднимает руку, чем разряжает обстановку и вызывает смешки из разных мест класса. Даже совсем далёкий от японского Мэтт догадывается, что этот подозрительный тип из Нью-Йорка сейчас ляпнул. — Шутка, я знаю английский.       — Ты случайно не родственник Джая Ньюмана? Местного бизнесмена, — спрашивает девушка из первого ряда, сидящая почти напротив Мэтта и прожигающая самым плотоядным взглядом из всех девчонок в его жизни.       Её глаза буквально кричат о конкретных планах на Мэтта, что едва не вгоняет в краску. Такая реакция пусть и нова, но ожидаема. Девушка чем-то напоминает Рейчел, и Мэтта передёргивает от мысли, если у мачехи могут быть схожие планы.       «Готовишься выгулять Мэтти-младшего? — ехидничает демон. — Уже выбрал лужайку?»       — Он… мой отец, — Мэтт впервые вслух называет его так, да ещё и перед незнакомой аудиторией. Немного неловко, но становится легче. А ещё он сын Райана Стикмана, который вырастил и воспитал, сделав тем, кто он есть сейчас.       «Параноиком?»       «Иди на фиг», — шипит Мэтт и слегка кривится от злости, пока класс накрывает возбуждённый галдёж.       Для новичков урок проходит под знаменем скуки. В прошлой школе Мэтт и Лиз уже проходили интегралы Римана буквально на той неделе. Скучая, Мэтт рассматривает новых одноклассников. Чем быстрее он поймёт расклад сил в классе, тем быстрее сориентируется, с кем стоит водить дружбу, кто безобиден, а от кого следует держаться подальше. Девчонок много, у них даже численный перевес, и каждая только за первые минут десять урока успевает по несколько раз обернуться и посмотреть на него, демонстрируя тот или иной интерес.

***

      — И мы правда все три урока просидели вот так? — спрашивает Лиз, озираясь по сторонам в просторной столовой.       Только сейчас, находясь с Мэттом вдвоём за пустым столом, она видит множество направленных на них взглядов. Хоть Мэтт вынужден констатировать, что большинство опять адресованы ему. Или Хиро, который по неизвестной пока Мэтту причине явно поднабрал очков внимания. Многие наверняка желают оказаться на месте Лиз за их столом, но никто не решается стать первым.       Пользуясь случаем, Мэтт ищет информацию на нового знакомого. Благодаря опыту быстро вычисляет японца на просторах интернета. И тут перед ним встаёт языковой барьер, потому что практически всё написано иероглифами, из-за чего перевод превращается в самую натуральную кашу. По крайней мере удаётся выяснить, что Хиро — член крупного японского клана банкиров, который по непонятной пока причине очутился сначала в Нью-Йорке, а теперь ошивается в Денвере. Странности ещё и в том, что найденный Инстаграм Хамады богат фотографиями из Японии, и только последние три поста сделаны в Штатах. Причём самый ранний всего неделю назад.       «Только не начинай заново, — вымученно стонет демон. — Ты даже после первого убийства меньше страдал паранойей».       Обдумывая новые детали, Мэтт чувствует слегка позабытый зуд в затылке и замирает. Кажется, волос касается чьё-то крайне самодовольное дыхание. Взгляд поднимается к Лиз, которая смотрит на него и едва сдерживает спокойное лицо.       — У меня за спиной Бэймакс?       Лиз прыскает от шутки, а волосы на затылке Мэтта обдувает порывом воздуха.       — Свободно? — спрашивает Хиро за спиной у Мэтта. Не дожидаясь ответа, он садится рядом с Мэттом.       — Да-да, конечно, — дожевав салат из зелени, доверительно отвечает Лиз и смеряет Мэтта укоризненным взглядом.       — А еда тут довольно вкусная, не находите? — интересуется Хиро.       Мэтт заглядывает в его поднос с мясной запеканкой, салатом, сэндвичами и бутылочкой «Липтона». И как в такого тощего парня влезает столько еды? Потягивая сок из трубочки, он почему-то видит японца, вместо домашки до седьмого пота отжимающегося и качающего пресс, дабы всегда нажираться до отвала и влезать в модные костюмчики. Мэтт хмыкает от своих мыслей и вполуха слушает дискуссию Лиз и Хиро о разнице питания нью-йоркских и денверских столовок, в которую Лиз ненавязчиво, но более чем искусно пытается втянуть самого Мэтта. Тот же опять вспоминает Инстаграм Хамады: фото у Статуи Свободы, Манхэттен, аэропорт Денвера. Налицо «достижения» туриста, а не жизнь социально-активного подростка.       — Зараза! — картинно восклицает Хиро и достаёт телефон. Под любопытные взгляды Мэтта и Лиз он поправляет еду в подносе, после чего почти минуту вертит вокруг него камеру, пока не делает один точно выверенный снимок.       «Во кадр!» — демон откровенно ржёт, тогда как Мэтт с некоторым отвращением отворачивается и смотрит на Лиз. Та, в свою очередь, практически пялится на странного азиата.       — А вообще, жуткий городок этот ваш Денвер, — замечает Хиро и беззаботно принимается за еду.       — Он не «наш». — Мэтту не нравится такая трактовка.       — В каком смысле «жуткий»? — переспрашивает Лиз, сдвигаясь на своей половине стола так, чтобы оказаться напротив нового знакомого. Видя перед собой вместо сестры спину какого-то волосатого хипстера, Мэтт испытывает странное чувство в груди и недовольно поднимает взгляд сначала на Лиз, а потом на её новое увлечение.       «Не ревнуй, это попахивает инцестом. Фу!»       «Ты дурак? Или кретин?» — парирует Мэтт.       — А вы не слышали, сколько проблем у города? Преступные группировки, маньяки… Жуть же! — Хиро взмахивает вилкой с кусочком запеканки.       — Если тут так страшно, зачем приехал сюда? — спрашивает Мэтт.       — Решение родни, — Хиро картинно вздыхает и отправляет запеканку в рот. Пока он жуёт, у Мэтта складывается ощущение, что молчание — умышленная драматическая пауза, чтобы передать всю глубину и трагедию последней фразы. — «Посмотри мир, узнай другую культуру, расширь кругозор, побудь самостоятельным»… — доев, он пародирует слова старших.       — Сначала был Нью-Йорк, но там не задалось после… Петерсона, — Хиро резко мрачнеет, а вслед за ним и Лиз. — Меня там не было, но родителей это не успокоило. И вот я тут. В школе, где директор стал целью Монеточника. Повезло же, зараза, — безрадостно заканчивает он и отправляет в рот новую порцию запеканки.       — В каком смысле «целью»? — Лиз безжалостно сыплет вопросами.       — Вы не знали? — жуя, переспрашивает Хиро. Так и не получив ответа, он доедает кусочек и продолжает: — Всего меньше месяца назад дочь Эриксона была похищена Монеточником. По крайней мере, такова официальная версия.       — И откуда ты о таком знаешь? — ненавязчиво спрашивает Мэтт.       — Парни в туалете об этом говорили. А я подслушал, — Хиро пожимает плечами и продолжает беззаботно есть. — Ставили как и когда найдут девочку. Уж не знаю, на деньги или просто на интерес. Вон, кстати, один из них.       Хиро кивает в сторону. Мэтт поворачивается и видит парней, одетых в атрибутику местной спортивной команды. Обходя столики, те подходят прямо к Мэтту.       — Ты новенький? Мэтт, верно? — спрашивает один из них и выходит вперёд, опираясь руками о столешницу.       Мэтт взглядом оценивает говорящего: высокий, крепкий с самоуверенным и наглым взглядом альфа-самца. На одной стороне его фирменной синей куртки логотип школы, а на другой вышивка с разинувшим пасть медведем. Спортсмен и гордость школы, а судя по эскорту таких же не по годам широких верзил ещё и капитан местной команды.       — Верно, — безразлично отвечает Мэтт и вспоминает подготовленную на этот случай речь.       — Я Алекс Кинг…       «Какое подходящее имя, ты посмотри».       — Извини, что перебиваю, но мне неинтересно.       Кинг теряет весёлый тон, стирает улыбку с лица и уже холодно смотрит на Мэтта.       — Ни футбол, ни баскетбол? Бейсбол?       — Нет, — отрезает Мэтт. В конце концов, сюда он приехал не за мячиками гоняться.       — Неспортивный, значит. И откуда тогда такое тело? Из спортзала просто так не вылезаешь?       «На стройке всё лето горбатился», — думает Мэтт и подбирает слова, как бы побыстрее и покультурнее послать.       — Работал летом.       — Ясно, — тянет Кинг и кривит губы. — В общем, если передумаешь, подходи к любому из «медведей» — без вопросов примем.       Молчаливый эскорт расступается и схлопывается, когда их главарь проходит дальше. Все они одаривают Мэтта презрительными и высокомерными взглядами. Кто-то усмехается. Мэтт возвращается в исходную позу и цедит сок через трубочку, одаривая Лиз взглядом, аналогичным её вопросительному. А как ещё он мог ответить Кингу? Даже до смерти родителей он плохо дружил со спортом, а сейчас командные игры вызывают у него в разы больше неприязни, чем раньше. И дело даже не в Секущем Лица, хотя альтер эго тоже влияет на его решения. Мэтт просто считает спорт и прочие хобби пустым времяпровождением.       «Куда интереснее сталкерить за будущими жертвами и рыть под нового приятеля, ага», — ехидно соглашается демон.       Через пару секунд Мэтт слышит грохот падающего на пол подноса с едой. Все тут же оборачиваются на звук.       — О, прости, Микки, совсем не заметил твою мелкую тушку. Тебе помочь? Нет? Ну ладно, извини ещё раз.       Кинг по дуге обходит сидящего на полу парнишку. Напоследок он бросает на Мэтта красноречивый взгляд, словно говоря: «вот что бывает с неугодными мне». Мэтт провожает его и его свиту с полным безразличием, а потом смотрит на пацана, который без каких-либо эмоций собирает с пола особо крупные ошмётки еды обратно в поднос. Собирает и просто кидает в общую кучу, словно ничего не произошло или подобное происходит постоянно. И никто, кроме троицы новичков, не смотрит на него.       Мэтт и Лиз переглядываются: не нужно быть гениями, чтобы уловить суть происходящего. То же самое было в их старой школе, такое они уже наблюдали и надеялись, что здесь не увидят. Но увидели. Поддаваясь умоляющему взгляду сестры, Мэтт встаёт из-за стола и идёт к бедолаге.       «Ты прямо ищешь лишние заботы на свою задницу. Оно тебе надо?»       «Ты бы прошёл мимо него?» — вопросом на вопрос отвечает Мэтт.       «Да».       — Не надо. Я сам, — пустым тоном заявляет парень, когда Мэтт приседает рядом и ускоряет улиточный процесс уборки. Кто-то всё же оборачивается, поглядывает на них, и сквозь фоновый шум раздаются снисходительные смешки.       — Кто-то спорит? Тебя Микки зовут?       — Микки — от Микки Маус, — немного поразмыслив, отвечает парень. — То есть мышь, мелкий, незаметный, незначительный…       — Я уловил мысль, — тихо перебивает Мэтт, пока логическая цепочка окончательно не завела жертву мажора в глубины рефлексии. — А вне школы у тебя есть имя?       — Райли.       Мэтт рассматривает его. Новый знакомый и правда похож на мышонка: узкоплечий, худой, а за отдающей медью чёлкой прячется бледное лицо с россыпью веснушек и акне. Одет соответственно имени, даже скромнее Мэтта неделю назад. Тогда что он делает в дорогой частной школе. Может, попал по какой-то программе благодаря хорошим оценкам или в лотерею выиграл?       - А я Мэтт.       — Все уже знают.       По столовой разносится обрывистый свист, и оба смотрят в сторону столика, из-за которого встал Мэтт.       — Слушай, у меня тут что-то аппетит пропал. Не хочешь? Не тронуто, — Хиро выдвигает свой поднос на свободное место рядом с собой и указывает на него пальцем.       — Я вегетарианец, — бормочет Райли и уходит прочь.       Сидя на корточках, Мэтт наблюдает за ним и за тем, как он закидывает поднос в мусорное ведро и выходит из столовой. Садясь обратно, он чувствует на себе презрительные взгляды и слышит нескрываемые насмешки. Мэтт не знает, каково сейчас Райли. Зато в подобной выходке видит отличный способ испортить себе репутацию в глазах сверстников. Так к нему должны меньше лезть.       — Кто же родители этого бакаяро? — вслух рассуждает Хиро, пряча ругательство в родном языке и ковыряясь вилкой в запеканке.       — Он сын мэра города, — поясняет девушка за спиной Мэтта, и тот картинно закатывает глаза. Нормально поесть ему сегодня определённо не дадут.       — Значит, сынок большой шишки? — он оборачивается к платиновой блондинке из своего класса. Как же математичка её звала? Что-то на «Л» — не Лиз, это точно. Кажется, Лили. Точно, Лили.       Поймав его взгляд, Лили поправляет практически белоснежный локон за ухо, демонстрируя россыпь серёжек и вид на тонкую шею.       — Да. Так что лучше держись от Райли подальше — меньше проблем себе наберёшь на голову.       — Ты поэтому сюда пришла? Предупредить нас о местном придурке? — встревает Хиро.       — Я пришла пригласить Мэтта на вечеринку у меня дома. Дашь телефон? Я забью свой номер и сброшу координаты.       — Только Мэтт? — вклинивается в разговор Лиз с уже пустым подносом перед собой.       Все слышат смешок Хиро.       — Я думала, вам двоим будет неинтересно, — Лили пожимает плечами и натягивает виноватую улыбку, пока вбивает в телефон Мэтта свой номер. — Но если хотите, приезжайте. Я отправлю тебе инфу позже.       Подмигнув Мэтту на прощание, Лили уходит так, что Мэтт не может оторвать взгляда от её задницы.