Darkness - убийца Мери Сью.

— Ты серьезно? — Ред с сомнением… точнее, с двойным сомнением осмотрела парня за решеткой и дважды прикинула, сможет ли Он выбраться? А, может быть, и да… всё-таки мордочка у него какая-то слишком хитрая. А так же… слабаком его тоже назвать едва получится. Это, как ни странно, подсказывало рыжей её внутреннее чутьё, из-за которого она могла по запаху определить, что за экземпляр перед ней. А перед ней точно не слабак находился, к тому же самоуверенный… Хотелось бы и ей иметь такую же самооценку, как у этого парня. Отчего-то показалось, что она у разноглазого просто запредельная. — Ага, — кивнул брюнет и посмотрел в сторону, когда они оба услышали недовольное шипение остальных пленных, и он весьма ехидненько так улыбнулся, слушая ругань из соседней камеры. Герда заломила бровь и, замолчав на некоторое время, посмотрела в ту же сторону, на парня, потом снова в сторону и тяжело вздохнула: — И что же смешного ты там разглядел? Разноглазый вернул взгляд на неё, продолжая улыбаться: — То, что старикан меня знает. — Знает? — нахмурилась девушка. — Ага. Я весьма знаменит. Не знаю, правда, есть ли уже листовки с моей наградой, но если следовать логике мирового правительства, конкуренты у меня должны быть не хилые. А они явно захотят лишить меня моей расчудеснейшей головушки… А раз так, то только они и те, кому я неудобен, могли бы назначить за меня награду. Ред закатила глаза на его самолюбие и скривила лицо. Кажется, этот парень перестал ей нравится с того самого момента, как открыл рот. — Ну да… Ты позвал меня только ради этого? У меня дела… — тихо фыркнула рыжая. — Видимо, ты меня плоховато слушала, да? — слабее улыбнулся брюнет, — Я же спросил, куда направились стражники? А точнее, где замок вашего короля? Там мои вещи, смекаешь? Без вещей и необходимой суммы, городок я не покину. Герда отошла на пару шагов назад, внимательно осмотрев камеру парня. Решётки, толстые, старые, но весьма надежные стены… Рыжая подавила в себе желание рассмеяться. Он в таком положении, но считает, что может выбраться? — Как будто тебе это поможет… — выдохнула она с безнадегой и вновь подошла ближе. Затем указала влево, себе за плечо, — Там. Идешь прямо, а затем сворачиваешь налево, через рынок и главный мост. Только не думаю, что у тебя вообще получится выбраться, что уж говорить про вторжение в замок короля. Брюнет снисходительно улыбнулся, довольно отчуждённо глянув на девушку, будто смотрел не на неё, а сквозь. Или глядел так, словно она — манекен, или её вообще здесь нет. — Ладно. Спасибо. — он отошел от прутьев и стал красноречиво рассматривать стены. Ред хмыкнула, развернулась в сторону обратного пути к дому и, сделав несколько шагов вперед, внезапно остановилась. Кинув взгляд за плечо, она уточнила: — Кем ты себя возомнил, что так уверен, что тебе вообще удастся отсюда выбраться? Брюнет кинул в её сторону безразличный взгляд, но снова начал улыбаться, весьма самоуверенно: — Я вроде не просил тебя выражать своё сомнение. Я попросил просто узнать, где королевский замок. С чего вдруг такие неожиданные вопросы? Рыжая пожала плечами: — Да так… Ты не местный. Здесь такая вольность — редкость. Вот мне и интересно, сможешь ли ты действительно, сдержать своё слово и выбраться отсюда. Хотя бы — выбраться. — Я никакого слова не давал. — присев у дальней стены на корточки, брюнет, не поворачивая головы к девушке, стал постукивать костяшками пальцев по кирпичам. — Так что… можешь избавиться от этого тона. — Какого тона? Брюнет повернул к ней голову, и девушка едва ли вздрогнула, когда тот самый, белёсый глаз с бледно-бледно серой, практически белой радужкой сверкнул в её сторону. — Насмешливого, — бросил весьма странно тот, от чего Ред всё-таки поежилась и, сделав несколько шагов вперёд, даже ускорила шаг, поспешно направляясь в сторону дома и искренне не понимая, что могло поднять в ней внезапное и тревожное чувство. Не его же жуткий взгляд, верно? Или… да. Скорее всего. Страх перед стражниками, что явно не будут церемониться, если увидят её, одну, во мраке города, что через пару часов будет готовиться ко сну. А внешний мир — к беззаконию.       Она сделала протяжный вдох-выдох и, прижавшись к одной из стен, невольно, как-то с опаской, осмотрелась по сторонам, приводя мысли в порядок. И всё-таки, тот парень не мог никак вылететь из головы. Особенно сейчас, когда их королевство находится в таком не самом выгодном положении. Он явно нарывается на то, чтобы спровоцировать свою дальнейшую казнь. И, по мнению Ред, парень бы ещё легко отделался, так как хуже чем казнь (она хотя бы мгновенная) — только рабство у Тенриюбито. А для того, чтобы задабривать высшие Власти, приходится прибегать к методам, которые пугали жителей Бегонии неимоверно. Никто из ушедших не возвращался, а о том, что если Цин-Ран — её брат — вляпался во что-то подобное и его ждёт такая участь, и вообще подумать страшно!       Приведя мысли в порядок и более спокойно шагая к дому, рыжая ступила на тропинку, которая вела прямо туда, рядом с самой таверной и когда подняла голову, то вздрогнула. Дверь оказалась раскрыта настежь, от легкого, но явно ощутимого ветра, она билась о стенку и скрипела. В таверне, как и во всём доме, горел свет и это настораживало. Рыжая нахмурилась, медленно опустила взгляд под ноги и, сделав осторожный шаг в сторону порога, взялась за косяк. Заглянув внутрь, она ещё больше ужаснулась и даже дёрнулась вместо того, чтобы нормально вздрогнуть. Губы беззвучно произнесли слово, которое описывало всю данную ситуацию. Когда она рванулась внутрь, то моментально подвернулась на какой-то упавшей бутылке и рухнула на спину, стукнувшись головой, но сильнее спиной и взвыв, медленно и обессиленно, приподнялась на локтях. В доме творился сущий бедлам. В камине догорали остатки дров, многие лампы были побиты и потушены… Как ещё не начался пожар — неизвестно. Некоторые столы опрокинуты, бутылки разбросаны и разбиты, а мёртвая тишина давила на нервы так, что впору пугаться собственной тени.       Герда снова заторможенно, испуганно и медленно осмотрелась по сторонам, искренне не понимая, что могло случиться. А главное, кто и за что смог сделать такое с их заведением? Для матери девушки это была целая жизнь, а Герда могла бы бизнес в дальнейшем унаследовать, чтобы дела шли только преуспевающе… Однако ни матери, ни былого порядка и уюта не было. Лишь немые вопросы и желание зарыдать в голос, прямо здесь и сейчас. Полное непонимание в голове и ужас, который с каждой волной только сильнее с треском обрушивается на всё её естество.       Припомнился их недавний инцидент с братом: Цин, который порывался ранее в путешествие и даже в море, однажды спорил с матерью по поводу того, что в королевском замке есть необходимая ему вещь, без которой начать путешествие было бы невозможно и повадился изредка строить планы по проникновению внутрь огромного замка. Вначале Зельда и некоторые знакомые, что слышали о проделках парня, списывали это на юношеские шалости, а кто-то даже выстроил теорию, что паренёк влюбился в здешнюю принцессу и таким образом хочет добиться её знаков внимания. Ну прямо Алладин местный! Правда, не до шуток стало в доме уже тогда, когда Цин-Ран бывало подолгу не возвращался домой или в таверну. Семейный бизнес полностью лёг на плечи Зельды и дочери. А если юноша и возвращался, то Герда в порыве гнева начинала распускать кулаки. Эти ночные рандеву аукались Цину затрещинами, порой доходило до драк.       Герда, как и Зельда, волнуется за неразумного братишку. Всё-таки, родная кровь… и хуже всего, что в эти моменты, вспоминались авантюристские штучки покойного отца и рассказы матери, что девушке невольно хотелось плакать, кричать на брата и трясти его за грудки до тех пор, пока он, наконец, не поймёт - после смерти Короля пиратов, жизнь изменилась. Не все мечты можно исполнить одним энтузиазмом, безумием и дурачеством. Это не шутки. Это реальная жизнь, и лучше вести её так, чтобы ни о чём позднее не приходилось жалеть. А уж о преступных делах тем более.       Уж сколько они отговаривали младшего от этих глупостей, но, видать, Цин пошёл в отца, раз так упорно хотел добиться своего.       Когда воспоминание схлынули, а сознание прояснилось, девушка медленно вошла в здание таверны и, хорошенько всё осмотрев, втянула в себя здешний воздух. Среди знакомых и привычных запахов раздались и незнакомые — те, которые иногда пугали и её саму, и нищих горожан. Меж бровей легла морщинка. Ред сделала несколько шагов вперёд и, вернув один из столов в нормальное положение, обнаружила вышивку символики королевской стражи. Бегония на красном щите и острой трехпалой ножке, что изображались позади самого бутона в виде распущенных листков. Подняв вещицу, Герда поднесла её к лицу и, прикрыв глаза, принюхалась. Не чищенный металл, дорогое спиртное, пшеничные закуски, рис и ветчина. Королевская стража была здесь после хорошей трапезы.       Рыжая готова была прямо сейчас свалиться на колени и кричать. Не может быть, чтобы её опасения подтвердились! Не может! Цина не могли поймать, а даже если поймали, то зачем устраивать всё это?       Она обвела влажными глазами зал и кое-как поднялась. Вытерев глаза и громко, надрывно всхлипывая, Герда направилась обратно ко входу, иногда поправляя разворошённую мебель. Сев у самой двери на табуретку, она тихо заплакала. Плакала до тех пор, пока в здании мельком не пронесся, словно воспоминанием, уже знакомый ей запах. Этот запах она чувствовала в одной из камер. Мускус и корица. Немного пороха и железа… Светло-карие глаза медленно поднялись на зал и двинулись по нему к барной стойке и через секунду, едва заметный ореол запахов, что представился Ред как нечто бордовое и сиреневое, выстроилось в высокий силуэт, что склонялся над стойкой, но побыл там не долго.       Она встала и двинулась в сторону едва уловимых и быстро иссякающих ноток, что при таком раскладе унесло бы ветром. Быстро сообразив, рыжая толкнула входную дверь и заперла её. Ореол запаха заколебался на месте. Но через мгновение, всё равно улетучился в сторону двери. Рыжая слегка нахмурилась и поняла, что запах знает. Закрыв глаза, она втянула в себя воздух посильнее и когда открыла, то тут же бросилась обратно к двери, а после из дома. На улице уже начало прилично темнеть. Вдали зажигались факелы и начинался обход улиц стражниками. Пришлось идти окольными путями всякий раз, куда-нибудь сворачивая, когда вдали показывались огни. Пальцы крепко сжимали эмблемку королевской стражи, а девушка бежала со всех ног за тонкой нитью своего вопроса, постоянно оглядываясь по сторонам, и выбежала как раз на главную площадь. Она запыхалась, глотая шумно кусочки кислорода и недоумённо осматривая огромные загоны для нищих и словно не верила своим глазам, точнее — своему носу. Она осмотрелась по сторонам, чтобы не наткнуться на стражников и медленно, всё время озираясь, двинулась вперёд, частично прикрывая нос ладонью. Резкие запахи для неё были так же сильны, как для какого-нибудь животного. А амбре, исходившее из загонов с людьми, было не очень даже освежающим. Она боялась лишний раз рискнуть вздохнуть, чтобы понять, чей муксусно-коричный запах был мимолётно в таверне и почему он ей знаком.       Она всё-таки вдохнула, но тут же неприязненно зажмурилась и прикрыла лицо рукой, начиная глухо кашлять. Этого порыва было достаточно, чтобы привлечь внимание заключённого, с которым она пару часов назад беседовала. — Странно снова тебя здесь видеть… что-то забыла? — послышалось из той самой камеры.       Приоткрыв чуточку слезящиеся глаза, она отшатнулась в сторону, но после откашлялась и сконцентрировав плавающее зрение на той камере, попыталась вздохнуть и поняла, что чует. Причём только ей зримый ореол запаха полностью окутывал этого парня. Она широко распахнула глаза и так и уставилась на него. Брюнет даже тревожно поёжился. — Это что за взгляд хищника? Эй… — Ты… — Ред указала на него и, поправившись, двинулась медленно в его сторону, — ты… Хотя шла она так, будто у неё обе ноги были прострелены, и она едва их переставляла. Брюнет достаточно подозрительно прищурился, и стоило рыжей оказаться у прутьев, она даже не успела за них схватиться, как вдруг ухнула куда-то вниз. — Эй-эй! Ты чего?! — вытянув руки и схватив дамочку за подмышки, чуть ли не в панике выдал парень и поднял рыжую снова, удерживая её и слегка тряхнул. — Так. Не надо этой драмы, я не любитель театров. Так что или оживай и отвечай, чего ты стала зомби, или топай домой, если не с пользой сюда пришла! Да очнись ты! Он тряхнул её так, что если бы перестарался, то лоб Ред столкнулся бы с прутьями, однако через пару секунд девушка всё же начала приходить в себя, но выронила прямо рядом с прутьями на землю эмблемку. Брюнет зацепился за неё взглядом. Он всё ещё удерживал Герду, не давая ей упасть, хотя про себя отмечал насколько это неудобно. — У меня нет нашатыря… Пожалуйста, без конвульсий… Ну или, чтобы умереть, ты выбрала неудачное место. Я отсюда сваливаю, слышишь меня, нет?       Для пущей профилактики он ещё разок её тряхнул.       Девушка кое-как проморгалась, открыв глаза и бессильно выпрямив голову, будто ничего не узнавая уставилась в уже знакомое лицо. Ред заторможено глянула сперва на заключённого, потом на его руки, её положение, медленно покрылась краской и дёрнувшись, вскрикнула и прилично вмазала парню так, что его аж откинуло обратно на пол камеры. Тот скрючился, тихо выругавшись и перевернулся на бок, держась за нос. — Я тебя не лапал, королева ты восковой драмы… — зашипел он неприязненно. — От… откуда мне знать, что нет! — выкрикнула та, хотя и сама прилично так осела на землю, когда брюнет её все же отпустил.       Парень лишь потёр ладонью нос, посмотрел, нет ли крови, и, вернув взгляд на девушку, явно сделал определённые выводы по поводу её шизанутости. Отодвинувшись на пятой точке от неё на безопасное расстояние, брюнет решил, что к прутьям он ни-ни… Он кое-как сложился пополам, сел и поднял голову, достаточно оценивающе-враждебно уставившись на Герду. Та всё ещё была красненькая. — Это ты тут сознание теряешь так, что тебе явно не хватает Оскара… — фыркнул разноглазый. — Ни… ничего я не теряла! — вспыхнула та, — Просто… голова…       Она снова повернула голову в сторону и почувствовав явно будто неприятный запах, побледнела и пошатнулась, наклонившись вперед и вцепившись в прутья. Следящий за этим брюнет по ту сторону, лишь заломил бровь и, встретившись с карими глазами удалой актрисы, мотнул головой. — Не-а… И не мечтай. Больше тебя ловить не буду. Даже спасибо не сказала, что не дал твоим мозгам познакомиться поближе с кафелем. — Я не… — рыжая тяжело сглотнула, будто ее мутит и приподняв руку, прижала рукав к своему носу. Брюнет снова непонятливо на неё уставился, а после посмотрел по сторонам, на себя, слабо и с явной неохотой предполагая, что она тут испытывает муки несварения из-за него. Он принюхался. Хотя в камере пахло чисто землей, ржавчиной и цементом. Даже немного стрёмно стало. — Это ты… чего? — слегка недовольно уточнил разноглазый. — Камеры… Там так несёт болезнями… — выдохнула измученно Ред. Брюнет посмотрел в сторону тех, что явно были забиты под завязку и снова принюхался, а после почесал за ухом. — Ничего не чую… — И не почуешь… так как ты обычный человек. — Ну, насчет обычного, я бы поспорил… — усмехнулся конопатый, а потом пристальней уставился на рыжую и слегка нахмурился. Улыбка медленно выровнялась в линию. — Кто ты? Помесь человека и минка? Или… — Фруктовик… — выплюнула глухо девушка. На секунду повисла пауза. — О-как… Интересно. — Я шла на твой запах, — приподняла голову собеседница. Кажется, становилось ей легче. Брови брюнета медленно поползли вверх. — Если честно, очень сильно хочется уточнить… но я не буду… — Да нет… дубина, — мотнула та головой. — Во-первых, нет, ты мне не симпатичен… — Не очень-то и хотелось… — пожал тот плечами. — А во-вторых, твой запах был в таверне «Мёртвый Плотник», когда я вернулась домой. — А ты… — наклонил голову в бок брюнет. — Я дочь хозяйки того заведения, — снова вскинула голову девушка. — А, понятно. А я-то думаю, кого ж ты мне напоминаешь… ясно, — закивал болванчиком парень и лёг на спину, забрав руки за голову. — Что тебе ясно? — начала раздражаться рыжая. — Что-то произошло… — он немного поднял голову, с ухмылкой посмотрев на Герду и вытащив одну руку из-под головы, поднял её, показав, что успел-таки прихватить при падении эмблему. — Это… — Ага… — брюнет так же глянул на вещицу в своих руках. — Видимо, символика вашего Короля, да? — Да… Я поэтому и пришла! — оживилась рыжая. — М? — брюнет прикрыл один глаз. — Кажется, стража схватила мою семью. — В подобных королевствах, это не редкость… — парень, играясь, стал вертеть фигнюшку в руках. — Я примерно знаю, за что могли схватить моего брата, — продолжила девушка. — Но моя мать… — И мать схватили? — уточнил равнодушно брюнет. Девушка сцепила губы, до самого конца прижимая рукав к лицу и посмотрев вниз, сильно нахмурилась и кивнула. — Хо-о… А мне она показалась приятной женщиной. — Ты с ней говорил? — Ты же сама утверждала, что я был в вашем заведении… — заломил бровь брюнет и вновь поднял голову, чтобы посмотреть на Герду. — Да… Верно. В общем, мне нужна помощь. А раз уж ты так самоуверенно говоришь о том, что можешь выбраться… — начала она. — Да, — перебил её тот, — могу. Но никому, бесплатно, не помогаю… — Что?! — опешила рыжая. Брюнет тяжело выдохнул, приподнял корпус, медленно сев, снова сгорбился, глянув исподлобья на свою собеседницу и, недолго помолчав, сказал: — Видишь ли, мало просто попросить меня о помощи… Нужно дать мне некоторые гарантии и, естественно, вознаграждение… — Вознаграждение? Какое? За что? В чём заключается твоя работа? — поинтересовалась осторожно Ред. — Ну, чаще всего, убирать неугодных людей, — сказал преспокойно парень. Девушка на этот комментарий чуть сильнее нахмурилась. — Но в данной ситуации, я берусь за любую работу. — почесал снова за ухом брюнет, тяжело и удрученно вздохнув. — Во-первых, деньги у меня закончились, а мне необходим корабль до следующего острова. А во-вторых… Он глянул прямиком на рыжую, довольно нехорошо и широко улыбаясь. — Мне нужен компаньон по ту сторону камеры…

***

      Уже прилично стемнело, когда несколько стражников, медленно приближались к площади, попутно громко обсуждая что-то, с недалеко находящимися товарищами. Шатаясь из стороны в сторону и иногда помахивая бутылем явно не с яблочным муссом, один из них, медленно брёл вперед, махнув рукой сослуживцу, что попался ему на встречу: — О! Перк… уже закончил? — Да что там, — хмыкнул усатый страж. — Больше нигде бомжей не намечается. Вроде всех загнали. — Ах да… На. — коллега протянул бутыль товарищу и приобнял того за плечи. — Как говорится, ты заслужил! Они оба засмеялись и в обнимку двинулись к площади, как вдруг, с той же стороны к ним на всей возможной скорости, выбежала рыжеволосая девушка с криком и врезалась в одного из стражей. — Кья-а-а! Оба рухнули, а когда второй солдат недоумённо покосился на картину маслом, рыжая медленно поднялась, болезненно зажмурившись и подняв голову, растерянно осмотрелась по сторонам, а после заметив на ком она на данный момент находится, тут же завопила еще громче вцепившись в бедного солдата: — Кья-а-а! Помогите! — Э-э? — не поняли сослуживцы, недоуменно переглянувшись между собой и, когда второй всё же сумел нормально подняться, они подняли гражданочку следом и выслушали, отчего на ночь глядя так визжит, собственно. — Та, крайняя камера! — выкрикнула панически рыжая. — С молодым парнем! Она пустая! — Э? — Солдаты снова переглянулись, поправили свои шлемы и, сурово кивнув друг другу, достали из поясов складные копья и, нажав куда-то, заставили те вытянуться. Ред достаточно удивлённо, но и не без интереса уставилась на конструкцию, чуть не выпав из роли. — Кхем… — сняв чехол с лезвия, один солдат глянул на рыжую. — Какая камера, гражданочка? Рыжая быстро очнулась, и указывая себе за спину, медленно двинулась обратно. Когда они добрались до нужного места и заглянули в последнюю камеру, что хорошенько выглядывала через площадь на город, то обнаружили, что там и правда никого нет. Стражники изумились. — Он тут был! Я его днём видела! Парень с чёрными волосами, без верхней одежды! — зачастила девушка. — Да, точно. Мы ж его в порту поймали, — опомнился один. — Угу… — тупо кивнул второй и стал доставать ключи.       Первый, пока вернулся к девушке и стал допрашивать, чего она так испугалась. Герда, нисколько не стесняясь, наплела с три короба, что он сам поведал ей, что собирается свалить отсюда, угрожал взять её силой, убить, а может, даже и короля, заодно. Она пошла относить очередной заказ, как вдруг заметила, что оного в камере уже не было.       Парень, о котором всё это повествовалось, услышав столь наглейшую ложь, закатил глаза. Ну да, ну да, сдалась она ему… Чтобы он её силой взял… Сама небось с первой встречи слюни на его тело пускает.       Дверца камеры у самого края скрипнула и отодвинулась. Брюнет прищурился, подмечая: так вот почему он не нашёл ни навесов, ни засовов?       Приготовив копьё, стражник медленно и на редкость осторожно прошел внутрь. В этот самый момент, брюнет был не против его похвалить. Кстати, о том, куда он всё-таки делся: наёмник всё это время был под снастями на потолке. К тому же, они так удобно расположены друг к другу, что можно даже вниз головой висеть. Пока рыжая усердно убалтывала стража, а также интересовалась его оружием, первый осмотрел камеру вдоль и поперёк. И лишь когда поднял голову, то не успел вскрикнуть, как его перебили фразой: — А вот и Джонни! — спрыгнув прямо на стражника, брюнет перекатился с ним, схватившись за копьё, пинком скинув того с себя, дёрнул оружие и вырвал его из рук. Поднявшись прыжком со спины, брюнет хорошенько огрел стражника безопасной стороной палки по лицу и тот вырубился. Когда спохватился напарник, на него уже бросилась Герда, но силы были явно не равны, потому тот быстро откинул одним хорошим тычком девчонку от себя. — Ах ты, дрянь! — замахнулся страж на неё острием, но тут его обхватили сзади, локтем в шее и сильно сжав… усыпили. Если можно так назвать. Уложив тело на землю, брюнет выпрямился, осмотрел копьё в своих руках и, дёрнув рукой вверх и вниз, сложил тот в мини-комплекцию. — Хо… Недурно… — он посмотрел на часто и испуганно дышащую жертву, хмыкнул и, наклонившись, подал Герде руку. Та слегка недоверчиво посмотрела на конечность, а после — на копьё в другой руке, с опаской, но всё же помощь приняла. Парень вручил копьё ей и стал рыться в карманах и форме стражей. — Зачем? — не поняла рыжая. — Хочу выпустить бедняков… — пояснил брюнет и, надыбав какую-то связку ключей, довольно подленько ухмыльнулся и поднялся на ноги, взяв копьё обратно. — Хочешь… потому что… — Герда и правда наивно полагала, что это из лучших побуждений, до того момента пока конопатый её не обломал. — Хочу, чтобы этой ночью у стражи… появилось побольше обязанностей, — хмыкнул он и закинув копьё на плечо, подошёл к камерам, пока чувствительная к запахам девушка держалась позади. Он вставил ключ в первую и повернул. Герда немного помялась, стоя на месте, но потом все же решилась уточнить. — Так ты… согласен? — Да. Будем считать это сделкой, — кивнул брюнет, не поворачивая головы. — Только плата — обязательное условие. Или корабль… — Ам… только если ты действительно всё выполнишь! — настойчиво насела рыжая. Брюнет устало вздохнул и посмотрел на неё через плечо: — Будешь выть — я могу просто уйти. И… как ты там говорила? Изнасиловать и убить тебя? Поверь, это в моей власти. Снова ехидный смешок, а рыжая отчаянно вспыхнула. Она замолчала на некоторое время, пока брюнет разбирался с ключами, но потом снова подала голос: — Так, как тебя зовут? С кем я заключаю сделку? Парень поднял голову, но в этот раз в сторону собеседницы не смотрел. Он лишь довольно ухмыльнулся, серый глаз блеснул, а фигура будто сделалась более выразительней от ночных теней, собравшихся в одном месте, из-за отблеска луны. — Даркнесс… Энтони Даркнесс, — представился наемник, снова повернув ключ в замке.