Треугольник

      На удивление, дверь почти сразу распахивается, и девушка уже открывает рот, намереваясь сходу засыпать Дино оправданиями, как замирает, ошеломленно уставившись на гостя.       — Вы?..       Фенцио стоит перед ней, сурово глядя сверху вниз. Должно быть, случилось что-то максимально экстраординарное, если сам архангел Фенцио решил навестить сына, а не вызывать его в свой кабинет, как делал это всегда.       — Дино в больничном крыле, — коротко, почти сипит. Его красные от усталости белки глаз, синяки и тусклый болезненный вид вызывал сочувствие.       — Ч… что? — сердце делает кульбит и замирает где-то в районе затылка, бешено гоня кровь по венам. Вики стоит, глядя на профессора округлившимися, как два больших блюдца, глазами, не веря в сказанное.       Срывается с места и бежит что есть сил в больничное крыло, задыхаясь от рвущихся наружу слёз. Уже не слыша, что кричит вдогонку Фенцио, несётся, расталкивая и задевая крыльями встречных студентов. В голове лишь одна мысль: «Лишь бы с ним всё было хорошо».       За считанные минуты добираясь до палаты, Вики вбегает словно ураган, отчаянно ища глазами архангела. Он лежит неподвижно на самой дальней койке, закрыв глаза и сморщившись от боли. Вики подходит ближе и ужасается, увидев неестественно выгнутое крыло и кое-где опаленные перья.       — Что произошло? — выдыхает, стараясь справиться с дыханием от быстрого бега, ангел садится на кровать, аккуратно беря его ладонь в свою.       — Не справился с управлением, — Дино грустно усмехается, открывая глаза. Его зрачки чересчур расширены, указывая на то, что недавно он получил большую дозу адреналина.       Его бледное лицо измазано в крови, а волосы из привычного строгого пучка растрепались, рассыпавшись по подушке. Вся одежда в грязи, рубашка висит лоскутами, а из рассечённой кожи на груди струятся небольшие алые ручейки. Вики проводит большим пальцем по его щекам, пытаясь стереть почти запекшуюся кровь, но лишь сильнее размазывает её. Печальные глаза архангела неотрывно смотрят на неё, а пальцы сильнее сжимают хрупкую ладонь.       — Правда, Дино, что случилось?       Он тяжело вздыхает, морщась от ноющей боли в крыле:       — Непризнанный задирал дракона. Пришлось выручать.       Вики ахает, поднеся руку к губам.       — Ты с ума сошёл! — неприлично громкий вскрик эхом отдаётся в пустой палате, а слёзы вновь катятся по щекам. — Он мог убить тебя!       — Но ведь не убил же, Вики, всё хорошо…       Девушка мотает головой, рукавом вытирая слезы и разрываясь между желанием накричать на него за такой безрассудный поступок и зацеловать до смерти, что всё обошлось. Сердце сжимается от осознания того, что сегодня она могла его потерять.       Дверь в палату распахивается, и ангел-врач направляется к больному, неся на подносе множество склянок и баночек с лекарствами вкупе с горкой бинтов и ваты.       — Посторонним нежелательно находиться при лечении, — врач выразительно смотрит на Вики, давая понять, что их короткая аудиенция подошла к концу.       Ангел встает с кровати, освобождая место доктору и выпуская руку Дино:       — Когда можно будет зайти?       — Хмм… — врач задумчиво смотрит на состояние пациента, оценивая сколько понадобится времени на исцеление. — Приходите ближе к ночи.       Вики кивает, наклоняется к Дино, целуя его в лоб и шепча на ухо:       — Поправляйся.       Он, благодарно улыбаясь, чуть напрягается от касания её горячих губ, задевающих кровоточащую ранку, и закрывает глаза, внутренне готовясь к болезненным, но необходимым медицинским процедурам.       Вики спешит поскорее покинуть помещение, не желая слушать его болезненные стоны. Наверняка, крыло необходимо вправлять, если не накладывать гипс, и слышать хруст суставов не было абсолютно никакого желания.       Дверь за её спиной захлопывается, и усталость мучительным грузом сегодняшнего дня опускается на плечи ангела. Неудавшийся урок у Кастиэля, смешанное чувство вины вместе с болью от недавней измены, непрекращающаяся мигрень — всё это тяготило её, высасывая последние соки и выжимая словно губку.       Вики понимает, что из-за событий сегодняшнего дня сил на самоподготовку не осталось совсем, поэтому возвращаться в комнату смысла нет. Решив скоротать время до того момента, когда позволят посетить Дино, девушка направляется в свое излюбленное место, где можно будет обо всём подумать и настроиться на нужную волну, успокоив своих внутренних демонов.       На отвесной скале сегодня было ветрено, и Вики чуть поморщилась от холода, но это было даже на руку — студёный воздух отрезвлял, очищая разум от ненужных мыслей, раскладывая всё по полочкам и приводя к наиболее верному решению.       Вики опускается на зелёную траву, расправляя крылья во всю длину и закрывая глаза. Кровяной мешок гулко стучит где-то в груди, и Вики не хочет думать о том, что сегодня один такой мог замолчать навсегда. Разъярённые драконы невероятно опасны, одним ударом они могут разломить череп и отправить в небытие ангела или демона, неспособного справиться с яростью животного. Дино невообразимо рисковал, защищая этого безмозглого непризнанного.       Её снова охватил гнев на архангела — настолько испытывать судьбу, отважиться вступить в схватку с драконом, подвергая себя опасности, мог только действительно сильный духом и телом. Вики тяжело вздыхает и пытается справиться с чудовищным смятением в душе — страх, что она испытала, услышав слова Фенцио, сменился ноющей тоской в груди, заглушая боль от предательства.       « — Ты просто испугалась, что, если он умрёт, плакала твоя карьера.       — Я боюсь его потерять.       — По какой причине?       — У меня есть к Дино чувства. Мы многое пережили вместе.       — Да, но ты как-то слишком быстро остыла и простила после его измены, не находишь? Недолго горевала.       — Сейчас есть дела поважнее, чем моё разбитое сердце.       — Моя дорогая, а есть ли оно у тебя вообще?»       Конечно, Вики понимала, что её реакция ненормальна. И её начало пугать собственное безразличие к поступку Дино и так некстати, невесть откуда, взявшиеся чувства к Люциферу. Не то, чтобы она совсем остыла к архангелу, нет. Но того, что она чувствовала к нему до того, как он поступил, больше не было. Светлый огонь их недолгой любви погас, и она понимала, что даже её отзывчивость на притязания Люцифера не были тому причиной. Просто так сложилось.       Дино был всем для неё. Добрый, заботливый, готовый всегда прийти к ней на помощь, жертвуя собственными интересами и рискуя получить нагоняй от отца. И то, что она упорно старалась возродить некогда былые чувства к нему, являлось не больше, чем сладким самообманом. Вики больше не осязала тяги к нему как к мужчине, и тоска по ушедшим чувствам давила на грудную клетку, заставляя упрямо бороться за сохранение того, что развалилось бы со временем, в лучшем случае оставив их добрыми друзьями. Ангел жалобно стонет, закрывая лицо руками и понимая, что ей предстоит серьезный разговор, который расставит все точки над i.       А Люцифер… Был не больше, чем порочной страстью, запретным плодом, который так сладок. Который хочется заполучить, но в тоже время ты понимаешь, что как только начнёшь сближаться с ним, чувствовать его, касаться — он уничтожит тебя, вернув с небес на землю, безжалостно разбив розовые очки и потоптавшись на руинах воздушных замков. Вики осознавала это, как и то, что влечение к нему не отпускает её, принуждая вновь и вновь идти у него на поводу. Вот только… зачем он хочет сблизиться? Чтобы разрушить её жизнь, будущее, которое и так уже одной ногой в пропасти? В этом прекрасно преуспевает и сама Вики, собственными руками разваливая свою выстроенную огромным трудом долгожданную действительность, раз за разом своими поступками выкладывая по кирпичику стену, закрывающую ей светлое будущее.       Обдумывая свои поступки, Вики понимает, что единственным способом узнать, что задумал Люцифер — это принять правила его игры. Опасной игры, в которой можно погрязнуть с головой, если прикипишь всей душой к коварному демону. Но иного пути ангел не видела — ничто не заставит Люцифера отступить, а если она притворится, что он ей не безразличен, то в конечном итоге сможет узнать его план и навсегда избавиться от его дьявольской задницы.       Вики открывает глаза и с изумлением осознает, что она провалялась здесь почти 4 часа, раздумывая над своей жалкой жизнью и запутавшимися чувствами. Скоро отбой, а значит мучительного разговора не избежать.       С тяжелым сердцем Вики поднимается, отряхиваясь от земли. Широко взмахнув молочными крыльями, она делает прыжок и летит обратно в родную обитель.

***

      — Доктор, к нему можно? — ангел аккуратно приоткрывает дверь в кабинет врача, робко стучась и с надеждой заглядывая тому в глаза.       — Он сейчас спит, я дал ему успокоительное. Можете побыть рядом, если хотите, — не отрываясь от работы, произносит молодой мужчина в белом халате. Оборачивается и, уже глядя на Вики, добавляет: — Не рекомендую Вам долго находиться рядом с ним, так как сейчас идет процесс восстановления и заживления поврежденного крыла. Лишний стресс пациенту ни к чему.       — Я поняла, — девушка кивает, опуская глаза. Теперь я для него и правда лишний стресс.       — Насколько страшны его…       — Ох, не волнуйтесь, Дино невероятно повезло. Отделался малой кровью — вывих крыла, ушибы и ссадины. Всё могло обернуться гораздо хуже, — врач грустно усмехается. — Через неделю-две будет как новенький.       — Хорошо, спасибо, — Вики благодарно кивает, разворачиваясь и направляясь к палате.       Внутри прохладно и пахнет лекарствами, а от чистоты и блеска начищенных плиток пола жжёт в глазах. Рядом с Дино молчаливой статуей неподвижно застыл Фенцио, неотрывно смотря на сына. Вики нерешительно приближается, садясь на другой край постели, исподтишка рассматривая его. Седые волосы взлохмачены, одежда смята, а на лице застыла маска жуткой скорби — девушка никогда ещё не видела, чтобы архангел столь сильно переживал.       — Он спит, — хрипло, даже не повернув головы в сторону девушки, произносит мужчина.       — Да, я знаю, — тихо отвечает Вики, беря руку Дино в свою, поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем.       Они молчат, каждый думая о своём, не нарушая глухой тишины комнаты. Мягкий свет от лампы кидает тени на лицо безмятежно спящего архангела. Во сне он выглядит как невинный ягнёнок: расслабленные мышцы лица разгладили морщины, делая архангела на пару лет моложе, губы сложены в умиротворённую полуулыбку, а волосы мягкими волнами рассыпаны по подушке.       — Как это случилось? — спрашивает Вики, не выдерживая тяготы неловкого молчания.       Фенцио молчит, по-прежнему не двигаясь, лишь чуть дёрнув уголком губ. Стоит, внимательно рассматривая спокойное лицо сына, и Вики уже кажется, что он не расслышал, и собирается повторить вопрос, как он размыкает губы и медленно произносит:       — Непризнанный решил показать перед остальными, что он может, и поплатился за это мой сын, — последние слова тихо, почти не слышно, и Вики приходится напрячь слух, чтобы уловить его речь: — На показательном уроке драконов, он открыл клетку и выпустил его. Думал, хватит силёнок справиться, но если бы Дино вовремя не появился, тот был бы мертв.       — Теперь его исключат?       — Да, — отрывисто бросает архангел. Его крылья приходят в движение, чуть встряхнувшись и снова укладываясь на прежнее место.       Вики задерживает дыхание, не решаясь продолжить разговор. Но в конечном итоге обдумав и заключив, что другого шанса узнать у неё может не представиться, ведь Дино всё равно не расскажет ей всей правды, защищая её от лишнего стресса и нервов, задает следующий вопрос:       — Как Дино там оказался? На уроке у непризнанных?       — Не знаю, — Фенцио опускает голову, шумно выдыхая. — Вальтер сказал, что отвлёкся лишь на мгновение, когда паршивец открыл клетку, а в следующую секунду появился Дино. Может, хотел спросить у него что-то насчёт Фыра.       Вики не хочется находиться рядом с Фенцио, ведь их взаимная неприязнь, возникшая с момента её появления в школе, никуда не исчезла, лишь отойдя на второй план ради Дино. Архангел никогда не одобрял их союз, но ни разу не позволил себе сказать что-то против, благоразумно щадя чувства сына. Поэтому Вики немного озадачилась, когда профессор снова обратился к ней:       — Оставь его.       Девушка не сразу понимает, что он имеет в виду, но когда смысл его слов доходит до неё, возмущенно поднимает глаза на Фенцио, резко заявляя:       — С чего вдруг?       — Ты сама знаешь, почему.       Не найдя что сказать, она отворачивается. В душе сразу стало пусто и противно. И как только у него получалось каждый раз испортить ей настроение? Феноменальная способность, воистину.       — Не знаю, — звучит нервно и немного жалко, но Вики не может не ответить. Впервые он открыто заявил протест. Вот только что поспособствовало этому?       — Ты знала, я никогда не одобрю ваш союз. И рано или поздно, это бы случилось. Так найди в себе смелость признаться и оставь моего сына, не тяни его за собой на дно, — архангел разворачивается, за всё время так и не взглянув на девушку, и покидает больничную палату, оставляя после своих слов ощущение плевка в самую душу.       Вики смотрит ему вслед, чувствуя как щиплет в носу от подступающих слёз, и старательно моргает, не желая снова ощущать себя убогой истеричкой, плачущей по любому поводу.       Дино чуть ворочается во сне, морщась и болезненно выдыхая. Вики смотрит, как подрагивают его ресницы, представляя как красивые серые глаза наполнятся недоумением и болью, когда она скажет ему, что, может быть, им стоит побыть немного вдали друг от друга. Как бы ни хотелось терять Дино, она уже это сделала. Фенцио, чёрт бы его побрал, был прав. Но Вики упорно продолжает прятать голову в песок, не желая признавать поражение.       Ангел уже собирается уходить, когда Дино сжимает её руку, открывая глаза, и сонным голосом произносит:       — Привет, солнце.