Осколки

Киран стоял перед медным зеркалом и застёгивал наручи недавно выданной формы. Вернуться снова на службу короне Тендоу было странно. Наставления Тито, разговоры с принцем Велесом, тренировки с Анной — казалось, всё это было в другой жизни, хотя не прошло ещё и года. За окном завывал ветер, принося холод с моря. Зима не хотела уходить и уступать власть весне. Слегка отросшие волосы Киран заделал в короткий хвост, на лоб повязал повязку с гербом рода Тендоу, которая выдавала в нём одного из телохранителей наследного принца Адриана, единственного внука короля, надежду их королевство. Под глазами, которые напоминали потухшие угли, засели глубокие синяки сильного изнеможения, лицо осунулось, заметная щетина делала Кирана старше, чем он был. Меч, прикреплённый к поясу, казался слишком тяжёлым, он словно раскалённый метал обжигал кожу, даже через форму стражника. Часто, когда Киран смотрел на лезвие, он видел в отражение голубые, словно мёртвые замороженные земли, глаза человека, которого должен убить. Одна только мысль о том, чтобы отсечь голову Яру вызывала тошноту, но Киран не мог позволить себе отступить, только не в этом вопросе. Разве убийца Анна, человек, который не посредственно причастен к смерти Тито и принца Велеса, заслуживает милосердия? Чувства глупы и бесполезны. Киран больше не собирался колебаться. Когда придёт время, он убьёт Яра и защитить принца Адриана. Возможно, после Киран убьёт себя, и тогда они вновь встретятся с Яром в Аду. Собравшись, Киран покинул комнату. Сейчас Адриан в сопровождение Эйра и отряда телохранителей гулял по столице, поэтому можно было расслабиться, после последних месяцев службы, когда в каждой тени чудился убийца, пришедший по душу юного принца. После смерти сына, король настоял на том, чтобы внук находился в замке в столице Тендоу, подле него. К сожалению, под благородным порывом скорбящего отца слышался шёпот лорда Малиасса, который просто не хотел отпускать далеко свою добычу. Охраной нового наследного принца теперь руководил Эйр, из-за ухода Киран потерял свой ранг и восстановился в пониженном положение, но ему было всё равно на это. Покинув казармы, Киран направился в сторону тренировочной площадке. Погода была ужасной, ветер хлестал, как плеть сошедшего с ума палача, поэтому мечник удивился, когда увидел тренирующегося мужчину на площадке. Это был Лоран. Он был одет в зелёные и синие цвета, в форму гвардейца лорда Малиасса, и отрабатывал удары алебардой. Он ловко крутил оружие вокруг себя, то выбрасывая древко вперёд, то подтягивая к себе, в защиту, в широких движениях прослеживалось мастерство, не было ничего лишнего. — Решил отказаться от меча? — деланно скучающе спросил Киран. Лоран опустил алебарду и посмотрел на мужчину нечитаемым взглядом. Он перешёл от меча к алебарде, как от защиты идеалов принца Велеса к Кристиану. Кирану об этом сказал Эйр тут же, когда он вернулся на службу, но это был первый раз, когда они с Лораном пересеклись. Тот перехватил оружие и жестко усмехнулся, в глазах стояла тихая печаль. — Алебарда сильнее и надёжней меча. А в нынешнее время нужно хвататься за любой обрывок преимущества, который можешь получить. Киран усмехнулся в тон ему и подошёл ближе, замирая напротив. — Капитан Тито говорил, что оружие опасно настолько, насколько ты умело с ним обращаешься. Настоящий мастер меча может противостоять даже морю. Лоран молчал. У обоих мужчин в груди засело давящее чувство. Правда была в том, что умений Тито оказалось недостаточно, чтобы спастись от Этиля, а Анна, несмотря на всё своё мастерство владения мечом и луком, проиграла другому монстру. — Я уже встречался с новым главой Прайда, — неожиданно сказал Лоран. Он цепким, выжидающим взглядом смотрел на Кирана. — Как там Яр? — сказал он, не поведя и бровью. Лоран усмехнулся: — Я должен был догадаться, — на его лице появилась нехорошая улыбка. — Неужели прибежал тебе похвастаться, что смог убить человека, чьё имя заставляло поджилки многих опытных воинов трястись от страха? — Нет, я просто наткнулся на него, когда пьяный шастал ночью, — Киран усмехнулся, не позволяя себе вестись на провокацию. — Сначала подумал, что допился до галлюцинаций, попытался напасть, но в итоге Яр легко победил меня и представил меч к горлу. Видимо, теперь даже я ему неровня, — он развёл руками, насмешливо смотря на Лорана. — Кто бы мог подумать? Лоран какое-то время смотрел на него нечитаемым взглядом, а потом жестко сказал, заставляя всё внутри Кирана сжаться от напряжения. — Он монстр. Я смотрел в его глаза — такие не могут быть у живых людей. Во взгляде не было ни жестокости, ни жажды убийство, но я знал, что если перейду ему дорогу, он легко убьёт меня. Киран молчал. Правда резала сильнее любого меча. Он знал, он прекрасно знал: всё же росли вместе — и именно в этом безразличие к жизни была сила Яра. Он не боялся меча врага, что его убьют во время битвы. Яр сражался, не думая о своей жизни, именно поэтому он был очень опасным противником. Молча Киран отстегнул ножны от пояса и выставил их вперёд: — Давай сразимся, — решительно сказал он, а потом слегка улыбнулся: — В последний раз мы тренировались ещё когда принц Велес был жив, да и мне интересно насколько хороша твоя алебарда. Лоран усмехнулся, покачав головой, перехватил древко и начал медленно двигаться по кругу. — У тебя не возникает чувства, что всё это было в прошлой жизни? — Постоянно, — ответил Киран, холодный ветер хлестал тело и пробирался под одежду, посылая мурашки под кожей. Они кинулись друг на друга. Киран уклонился пропуская наконечник алебарды над собой и ножнами ударил Лорана в живот. Тот только поморщился и попытался ударить Кирана древком, но тот заблокировал движение своим предплечьем. Битва была ни тренировочной, ни смертельной, они просто хотели покалечить друг друга, выплеснуть накопившуюся злость. Лорану хотелось кричать на Кирана за то, что тот не смог убить Яра, хотя спокойно мог это сделать. Возможно, тогда бы Этиль не убил Велеса, возможно, тогда Лоран не отказался от всего во что верил и не встал бы на сторону Кристиана. Киран же не понимал, как Лоран может кланяться перед герцогом Малиассом? Защищать его? Кристиан отравлял королевство, он убивал Тендоу изнутри, чтобы набить свои карманы и потешить самолюбие. Народ становился беднее с каждым годом, ресурсы иссякали, тогда как владения герцога Малиасса крепли день ото дня. Со сбившимся дыханием, мужчины отошли друг от друга. Когда-то Киран и Лоран вместе учились в военном лагере, прошли бок о бок множества битв, теперь на них была разная форма. В глазах обоих застыла печаль по прошлому, что было утеряно. — Ты пожалеешь о том, что связался с Кристианом, — спокойно сказал Киран. — А ты жалеешь, что связался с Яром? — в том ему сказал Лоран. Они пристально смотрел друг на друга, не желая уступать. Как бы Кирану не было стыдно и больно признавать, но он не жалел, если бы ему дали возможность прожить заново жизнь, он бы всё равно на рынки потащил белобрысого мальчишку за собой. В какой-то мере он винил себя за то, что в самый тяжёлый момент не был рядом с Яром, не схватил его, когда тот шагнул в пропасть вслед за Этилем. Киран сожалел о многом, но не о встрече с Яром. — Я так и думал, — усмехнулся Лоран и расслабился. — Закончим на этом, уж от тебя я лекций не потерплю. Киран хмыкнул и заткнул меч за пояс: — По мне так в Тендоу не найти человека пролившего больше крови, чем Кристиан. Даже все наёмники Прайда не отняли столько жизней, сколько он. Развернувшись, Киран пошёл прочь. Настроение было паршивое, хотелось выпить, но он гнал прочь от себя такие мысли. Пьяница не сможет победить Яра, только лучший мечник Тендоу сможет противостоять главе Прайда. Киран собирался стать сильнее во что бы то ни стало.

***

Держать меч в руках было успокаивающе. Киран иногда мог это признать себе. Клинок был продолжением его самого, во время боя не было времени на то, чтобы придаваться терзанием за ошибки прошлого, во время боя была только жизнь и смерть. Месяцы на службе пролетали один за другим, но Киран, держа обещание матери Тито и себе, иногда брал отгул, чтобы навестить Лилиан. Он поклялся, что больше никогда не бросит дочь. Киран и не надеялся стать хорошим отцом, но он мог по крайне мере не исчезать из жизни девочки насовсем. Адриан был милым ясноглазым мальчиком, но Киран не приближался к нему. Он оставался просто безликим телохранителем и наблюдал со стороны, позволяя Эйру обхаживать осиротевшего ребёнка. Киран ещё помнил разговоры с принцем Велесом в его кабинете, как тот делился своими мыслями и рассказывал занимательные истории. Наверное, они были в какой-то степени друзьями, насколько могут быть мечник, вышедший из деревни, и наследник престола, которого он должен охранять. Киран не собирался повторять с Адрианом ту же ошибку. Он всё сделает ради его защиты, но не более. Месяцы тянулись. Киран тренировался до остервенения, вспоминая пустой взгляд Яра и как тот легко победил его в последнюю встречу. Он кидался на любое задание, где фигурировали наёмники. Несколько раз ему повезло наткнуться на Прайд, но глава гильдии был всё так же неуловим. Яра видели, он был слишком заметен, но потом он словно исчезал. Глава Прайда был подобен туману, который просачивался сквозь стены: ни одна жертва не могла от него скрыться, никто не мог его схватить. Прошёл почти год службы. Год его погони за неуловимым призраком, которым казался глава Прайда. За это время он несколько раз отбивался от наёмников из другой гильдии, которые хотели голову Адриана, зачистил множество разбойничьих гнёзд и выиграл не один королевский турнир. С Лораном они обходили друг друга стороной, стараясь лишний раз не встречаться взглядами, с Эйром… Возможно, когда-то они были друзьями, но сейчас превратились в чужаков. Между ними была смерть Анны от рук Яра. Анны, в которую Эйр был влюблён и которая была лучшим другом Кирана, поддержкой и опорой в самые тёмные годы, когда он думал, что потерял всё. Её убил Яр. От этой мысли внутри Кирана всё скручивалось от бессильной ярости. Он же видел пробелы в истории друга, пятна и не состыковки, но молчал, не давил и надеялся, что у того будет когда-нибудь смелости рассказать ему всё. Яр и рассказал, когда Прайд пришёл за головой Велеса, чтобы отнять у Тендоу будущие. Киран сделал глубокий вдох, провёл рукой по волосом и посмотрел на дверь спальни Адриана. Мысленно он напомнил себе, что надежда ещё есть. Кристиан ещё не победил. Если Киран уничтожит главу Прайда, то лорд Малиасс потеряет своё главное преимущество. Он сильнее сжал рукоять меча при воспоминаниях о Яре. Тот подарил ему самую сильную радость и причинил ужасную боль. Их души были переплетены, связаны кровавыми нитями лжи и обмана. Киран не сможет жить без Яра, он понимал это, поэтому готов был принять смерть вслед за ним. А Лилиан… А ней позаботиться прабабушка, она не останется одна. Неожиданно после смены к Кирану подошёл слуга и сказал, что лорд Малиасс настоятельно просит подойти к нему в зелёной гостиной. Это было подозрительно. Очень. К сожалению он не мог отказаться, поэтому с нехорошим предчувствием, плотно поселившимся внутри, Киран пошёл на встречу с убийцей принца Велеса. Он не раз видел Кристиана в коридорах замка в сопровождение Лорана, но лорд не обращал на него внимания, словно тот был простой тенью из прошлого. — Ваша Светлость, — Киран вошёл в зелёную гостиную и поклонился. — Добрый вечер, — лорд поздоровался кивком головы, а потом подозвал его жестом к себе. — Я рад, что вы так быстро исполнили мою просьбу. — Ну что вы, я не мог позволить вам ждать меня, — вторил его вежливой улыбке Киран. Зелёная гостиная не была большой, но поражала своим богатством: тяжелые парчовые портьеры глубокого изумрудного цвета, люстра и подсвечники, инкрустированные драгоценными камнями, мебель из редкого красного дерева и с бархатной зелёной обивкой. В комнате так же был круглый стол из обработанного кварца, вокруг которого стоял диван и кресла, в одном из которых и сидел лорд. Кристиан не сделал приглашающего жеста, чтобы Киран сел, поэтому тот с прямой спиной стоял возле него, как и полагается солдату на службе короны. — Возможно, вы слышали, что недавно мой старший сын пропал? — не спеша заговорил Кристиан, и Киран сразу понял, что от него тому надо, но молчал. — Недавно я выяснил, что один герцог — не буду загружать вас именами и моей связью с ним — сделал заказ Прайду. — Я не думаю, что кто-то осмелиться перейти вам дорогу, — Киран послушно склонил голову, чем вызвал улыбку на губах лорда. — Иногда находятся такие глупцы. Они даже прислали мне письмо с шантажом, — ответил тот. Мечнику не хотелось тут быть, он не хотел вести с Кристианом вежливые беседы, он хотел достать меч и перерезать ему горло. К сожалению, политика так не работала и смерть Кристиана бы погрузила Тендоу в ещё больший хаос. Кирану не было дело до старшего сына лорда, пусть с этим разбираются люди Кристиана. — Вы же меня вызвали, чтобы я взялся за это дело? — прямо спросил Киран, при этом вежливо склонив голову, он устал танцевать словесные танцы. — У вас же есть Лоран. Мы с ним вместе учились и служили, я уверен, он сможет вызволить вашего сына. — Лоран безусловно хороший воин, — Кристиан хмыкнул своим мыслям, а затем чуть помолчал и продолжил: — Я послал его выследить похитителей. Мой сын пока ещё у Прайда, его не передали заказчику. Лоран нашёл, где те скрылись. Я уже был готов послать людей на подкрепление, как… — лорд досадливо цыкнул и покачал головой. Внутри Кирана всё онемело, когда он понял. — Глава Прайда лично участвует в похищение моего сына, — сказал Кристиан, пристально вглядываясь в мужчину. — Я не собираюсь терять своих людей в бессмысленной битве с ним. Насколько мне известно, только вы достаточно искусны, чтобы противостоять ему. После первого шока Киран почувствовал, как его накрыла пелена ярости. Он сильнее невольно сжал руки в кулак, по лицу заходили желваки. Яр. Чтобы добраться до него Киран готов был помочь хоть самому дьяволу. Он посмотрел мрачным взглядом на торжествующего лорда, который получил ту реакцию, которую хотел. — В нашу последнюю встречу я проиграл ему, — твёрдо сказал Киран, бросая молчаливый вызов. — Так выиграйте в эту, — снисходительно улыбнулся Кристиан. Лорд Малиасс победил. Опять. Кирану оставалось только поклониться.

***

С неба сходили кровавые краски заката и постепенно проступали звёзды. Они были прекрасны. Деревья лениво шелестели листьями, в воздухе витал запах соли, который доносился с побережья неподалёку. Безмятежность была иллюзией, спокойствие — ложью, верность — разменной монетой. Киран ненавидел лорда Малиасса, ненавидел то, что помогает ему, но это был шанс добраться до Яра, ещё раз ему может просто не повезти. Ясные голубые глаза приходили в мечтах, являлась в кошмарах, они смотрели на него из тени деревьев, из глубины зеркал. Киран понимал, что это не нормально, что ему нужно выдрать Яра из сердца, но тот пророс так глубоко, что это просто убило бы его. Киран был готов к встречи с неуловимым призраком, который являлся главой Прайда. Он надеялся, что был готов. Лоран был удивлён и нет одновременно, увидев Кирана. Приспешник Кристиана был напряжён, пристально смотрел на него, но ничего не говорил. Киран же отдал ему письмо с распоряжением лорда без всяких объяснений. Лоран молчал, но это было ярче любых слов. План был прост: часть солдат нападут на базу Прайда, где они скрывали старшего сына лорда, отвлекут на себя внимание, а небольшой отряд проберётся внутрь с тыла и найдёт пленника. Киран был в группе тех, кто атакует и отвлекает внимание. Ему это не особо нравилось, но единственный шанс на встречу Яра был только если повиноваться приказам Лорана. Киран притаился в лесу с остальными бойцами и стал ожидать сигнала. Он прозвучал с заходом последнего луча солнца и воины — среди которых была и королевская охрана, и замаскированные наёмники, нанятые для спасения старшего сына Кристиана — ринулись в бой. Киран бежал со всеми, с лёгкостью отражая атаки и уворачиваясь от стрел и копий. Наёмники их заметили сразу и атаковали, словно заранее знали об этом. Впрочем, даже если бы наёмники и правда знали, им было некуда бежать с базы, представляющей собой странное каменное сооружение. Здание стояло на низком берегу, окружённое лесом, оно было приземистое, каменное, с маленькими окнами, тремя башнями, одну из которых омывали морские волны. На берегу было драться не удобно, нога всё норовила соскользнуть с гальки, смешанной с глиной. Лоран с отрядом поменьше вскоре собирался зайти сзади в убежище Прайда, чтобы начать поиски. Киран растворился в ритме битвы, он прекрывал своих союзников, безжалостно расправлялся с врагами и неотвратимо продвигался вперёд. Только это получалось медленнее, чем хотелось. Наёмники, почувствовав в Киране опасность, стали наседать и объединять усилия против него. Для Кирана это не было проблемой: он жил битвой, меч был продолжением руки. Не зря многие отмечали его одарённость, стоило взять себя в руки, как в Тендоу он стал самым искусным мечником. В какой-то момент, движимый странным предчувствием — или, возможно, Кирана привлекли крики полные ужаса, — он поднял глаза и увидел его. В бледных росчерках луны Яр скорее танцевал, чем дрался, около входа в здание. Стены и земля около его ног были пропитаны кровью, а вокруг валялись десятки трупов. Внешний мир перестал существовать для Кирана, он замер, не в силах отвести взгляд от до боли знакомой и чужой одновременно фигуры. Яр не выглядел напряжённым, в каждом его движение были лёгкость и мастерство. Ни эмоций, ни сомнений, ни страха. Ничего. Пустота. Киран рефлекторно дёрнулся, в сантиметре от его лица просвистел меч, он повернулся и убил напавшего наёмника Прайда, а когда снова обернулся ко входу, то Яр смотрел прямо на него. Шок, радость и боль настолько быстро промелькнули в голубых глазах, сменяясь безразличием, что если бы Киран не знал его с детства, то точно бы ничего не увидел. Выдержав пристальный взгляд, Яр развернулся и скрылся в здании. Внутри всё сжалось, то ли от ликования, то ли от тошноты. Киран не мог понять. Ему казалось, что его охватила лихорадка, что он спит и бредит. Он бросился за Яром. Он не видел наёмников, которые пытались ему помешать. Киран действовал на чистых рефлексах и инстинктах, защищаясь и атакуя противника перед собой. Не слыша крики союзников, он вбежал внутрь здания и бросился вдоль полупустых коридоров. Киран не мог объяснить как, но он чувствовал куда ушёл Яр. Узы между ними были больными, обросшие гнилью, но крепче любых кандалов. В основном внутри никого не было, но редкие наёмники в коридорах не были ровней Кирану. Тот быстро расправлялся с ними, даже не обращая внимания. Он двигался к Яру, хватка на мече была твёрдой, но сердце билось в бешеном ритме, когда Киран начал подниматься по ступеням одной из башен. Яр и правда был наверху в круглой комнате с высоким потолком и парой факелов. Он стоял спиной, чуть ссутулив плечи, взгляд устремлён в пол, брови нахмурены, а губа закушена. Неровно подстриженные волосы до ушей были зачёсаны назад. Киран застыл. Это был Яр. Не видение из сна или кошмара, а Яр. Живой и настоящий. Осознание ледяными мурашками поползло по позвоночнику, предательской дрожью охватило всё тело и ядом растеклось по костям. Почему-то, стоило Кирану увидеть Яра, как вся злость, вся ненависть просто исчезла, как будто её и не было. Как будто Яр никогда не предавал, как будто он не поспособствовал убийству принца Велеса, как будто не он перерезал горло Анне. Яр был ужасным человеком, который давно утонул в крови и даже не имел и малейшего желания всплыть. Он был паразитом, который вцепился в Кирана, захватил его тело и разум и не желал отпускать. Для таких людей, как Яр, даже виселицы мало. И всё же… и всё же… Бессмысленно. Против законов логики и здравого смысла, Киран мог ненавидеть Яра только пока не встретил его снова. Это было удушающе, невыносимо, будь окна в башне большего размера, он бы давно выпрыгнул из них, чтобы море и ночь поглотили его. Внутри Кирана поднялась злость на Яра, чьей смерти он должен был желать, но не хотел, на Кристиана, который поспособствовал их встречи, на себя за то, что не мог ненавидеть убийцу Анны. Через пару секунд молчания Яр повернулся к нему: на лице ни следа усталости, только бессмысленная улыбка и холодный колючий взгляд. — Я никак не ожидал, что ты прибежишь на помощь сыночку Кристиана. Киран ничего не ответил, он покрепче перехватил меч и бросился на Яра. Ему казалось, что стоит открыть рот, как последние остатки злости, за которые он цепляется, исчезнут, оставляя после себя пустоту. Яр парировал с лёгкостью и атаковал в ответ. Их движения были привычны и нет одновременно. У них была одна база, оба выучили основы от капитана Тито, но потом мастерство Яра отшлифовал Этиль, а Киран отточил его сам. Они всегда лучше говорили на языке битвы, чем привычными словами. Есть вещи, которые нельзя произнести всхул, но можно передать через удары меча, подсечки и обманные маневры. Яр устал. Это была некая душевная усталость, истощение, он был словно остывший уголь. Киран же пытался передать, как его вымотала и достала вся ситуация между ними, их больная зависимость и невозможность отпустить. Яр улыбнулся, но не извинился. Ни словами, ни битвой. Он никогда не видел смысла в прощение. Киран вызвал перед собой образ Анны. Её ободряющие улыбки, их разговоров по душам, посиделкам в городе. Она заслуживала того, чтобы за её смерть отомстили. Она заслуживала того, чтобы Киран ненавидел её убийцу. Она заслуживала кого-то получше, чем он, даже в качестве друга. Эмоции ушли, забрав с собой всё. Киран чувствовал себя опустошённым, происходящие вокруг в раз потеряло смысл. Возможно, для него с Яром — их странной то ли любви, то ли ненависти — смерть единственный приемлемый конец. Резким движением Киран сделал выпад, рассекая Яру бровь. Тот отшатнулся в последний момент и потерял равновесие. Киран воспользовался этим моментом, выбил меч из рук Яра, толкнул к стене, обездвижил и прижал лезвие к горлу. Они молчали. Тишина сковывала, давила, заглушая стук сердца в ушах. Яр из-за более узких плеч и тонкой фигуры казался ниже. Смотря в родные до боли глаза, Киран понял, что забыл, что они почти одного роста. Убить? Яр хитро улыбается ему на рынке, поедая персик, пока Киран получает тумаков от матери за плохое поведение. Это же правильный ответ? Яр устало улыбается в тренировочном лагере, после изнурительной тренировки и дополнительного спарринга. Смерть для них ведь единственный выход? Яр в форме стражника счастливо улыбается ему, утягивая в комнату, а потом прижимает к стене и нежно целует в губы. Киран хотел, чтобы кто-то опроверг это, чтобы кто-то показал другой путь, на котором не валяется гора трупов и который не затоплен кровью, чтобы кто-то указал дорогу к их бессмысленному и невозможному счастью. — Зачем ты здесь? — выдохнул Яр. Он обмяк, во взгляд вернулась уже знакомая усталость. — Кристиан сказал, что ты будешь тут, — шёпотом на грани отчаяния ответил Киран. Яр бы рассмеялся, если бы у него остались силы. — Заказчики — это сторонники принца Велеса, они объединили все свои деньги, чтобы перебить ставку Кристиана и пойти против него в контратаку, — кровь из рассеченной брови стекала по бледному лицу, выглядя на нём неестественно ярко. — Что ж, лорд Малиасс опять всех переиграл, — хмыкнул Киран, чувствуя оцепенение, которое медленно растекалось по телу. Меч в руке враз стал самой тяжёлой вещью на свете. — Мы никогда не учимся на своих ошибках, — вымученно улыбнулся Яр и поддался вперёд. Киран успел убрать меч до того, как он перерезал наёмнику горло. Яр захватил его губы в поцелуй, а руками крепко обхватил голову. В этом действие отчаяние перемещалось с жаждой. Так знакомо и чуждо, желанно и неправильно. Киран не отвечал. Он не знал, что делать. Ему хотелось кричать, возможно, плакать, чтобы появилась мама, отхлестала передником, оттянула за уши и вставила мозги на место. Яр отстранился, обратно привалившись к стене. — Прости, — во взгляде ни капли раскаяния. Снаружи раздался сигнал. — Похоже, Лоран забрал сыночка Кристиана, — равнодушно заметил он. Не говоря ни слова, Киран развернулся и направился прочь. Ему стоило огромных усилий, чтобы его отход не превратился в паническое бегство. Он старался дышать медленно, усилием воли подавлял дрожь, но стоило очутиться в лесу, вдали от всех, как Киран упал на колени и его стошнило. Он дрожал, сердце билось как сумасшедшее, воздух словно застревал в груди и не давал сделать лишний вздох. Его снова вырвало желчью. Звёздный свет почти не пробивался через кроны деревьев, Киран не слышал и не видел, что происходит вокруг. В конце концов он привалился к ближайшему стволу, закрыл рукой рот и отчаянно завыл, не замечая тихих слёз, стекающих по щекам. Через три дня по всему Тендоу прошла череда казней дворян, которые посмели похитить сына лорда Малиасса. Когда Кирана читал имя очередного повешенного, он вспоминал того или иного мужчину, с кем здоровался принц Велес или вёл тайные переписки. Возможно, ему чудился осуждающий взгляд Эйра, возможно, тот и правда знал, в чём он виновен. После казни Кирана вызвал король. Ему присудили титул первого мечника. Этот титул не могли присудить простолюдину, как бы он хорош не был, именно поэтому Кирану за спасение наследника лорда даровали титул графа Чэрен. Кристиан стоял у трона за правым плечом короля, чтобы ни у кого не было сомнений, кто на самом деле правит Тендоу. Киран просто надеялся, что когда-нибудь его решение не будет приводить к ужасным последствиям. Когда-нибудь он сделает правильный выбор.