Твое убедительное притворство

Маринетт пронзительно вскрикнула, залетая в ворота школы. – Простите, мистер Апрэль! – воскликнула она, оказываясь внутри. – Ничего страшного! – добродушно откликнулся он, как делал почти всегда, когда она опаздывала. Не надо было патрулировать до трех часов ночи! Что ж, она стала проводить много времени с Котом, и они постоянно придумывали всякие шутки в отношении ее нового статуса хранительницы, так что, может быть, это было не так уж и плохо… «НЕТ, СОСРЕДОТОЧЬСЯ, МАРИНЕТТ!» – мысленно завопила она. Задыхаясь от бега, невозможно было вздохнуть с облегчением, но, кажется, она все-таки пришла вовремя. Все еще слышен был галдеж одноклассников, а значит, мисс Бюстье еще не было в классе. Маринетт так этому обрадовалась, что не заметила, как наступила на помятую жестяную банку. – У-а-а! – завопила Маринетт, готовясь к столкновению с полом. Вместо этого ее подхватили сильные руки, и ее лицо впечаталось в чью-то грудь. – Маринетт, ты в порядке? – раздался над ухом взволнованный голос Адриана Агреста. – Адриан? – Маринетт подняла глаза, увидев его встревоженное лицо. – О, да, я… я в порядке! – нервно произнесла она, отступая на пару шагов. – Уверена? Ничего не сломала? – Нет! Все отлично! – улыбнулась Маринетт. Три месяца назад у нее бы душа ушла в пятки от необходимости сказать предмету своего увлечения что-нибудь столь же простое, но теперь она гордилась собой за то, что больше не путает при нем слова. Три месяца назад она отказалась от своих чувств к нему, позволив ему и Кагами обрести свое счастье друг с другом. Что ж, они продержались добрые две недели, прежде чем решили поставить точку и остаться друзьями. И, к счастью, это также никак не повлияло на ее дружбу с Кагами. Адриан и Кагами чувствовали себя несколько неловко где-то с неделю, но довольно скоро преодолели это и стали довольно близки. И Маринетт была приятно удивлена тому, что ее это ничуть не волновало. Фактически, они с Адрианом очень сблизились друг с другом за последние несколько месяцев. Не стоит понимать это превратно, часть ее всегда будет любить Адриана, но того тянущего, непреодолимого желания быть с ним непременно в романтических отношениях более не было. И некий черный кот с зелеными глазами, с которым она проводила все больше времени, определенно этому поспособствовал… – Маринетт? Голос Адриана заставил ее осознать, что она отключилась. Опять. – О нет. Не говори мне, что я снова выпала из реальности, – простонала она. – Сколько меня не было на этот раз? – Три минуты? – хихикнул Адриан. – И ты просто смотрел, как я пялюсь в никуда? – сердито сказала Маринетт. – Ну… надо признать, – сказал он, ведя ее к лестнице. – Ждать, пока ты поймешь, что слишком ушла в свои мысли, довольно увлекательно. По крайней мере, в этот раз ты не подпрыгнула до потолка. Маринетт тяжело вздохнула. Порой Адриан был хуже ее Котёнка. – Это было всего один раз! Сколько вы с Альей еще будете напоминать об этом? – Алья предупреждала меня так не делать, – признался он виновато. – Конечно, она предупреждала, – вздохнула Маринетт, поднявшись по лестнице. – Так, как же так вышло, что ты пришел в то же время, что и я? Разве это не у тебя идеально организованное расписание? По какой-то причине Адриан, казалось, занервничал. – Ну, знаешь ли. Я всю ночь делал домашку. Я был так занят с этим турниром по фехтованию, что отстал от всех школьных занятий. – О, точно, мы же всем классом ходили туда! – взволнованно сказала Маринетт. Кагами произвела хорошее впечатление на их класс, и все болели за нее так же громогласно, как и за Адриана. Ну, все, за исключением Лилы, которой не было из-за ее очередной «благотворительной поездки», над чем охали и ахали все, кроме самой Маринетт и Адриана. Когда они зашли в класс, Аликс и Ким кидались друг в друга скомканными бумажками, а Макс вел счет. Большинство учеников смеялись и подбадривали их. Нино сидел на месте Маринетт и взволнованно разговаривал о чем-то с Альей. – Эй, привет! – помахала им Алья и самодовольно взглянула на Маринетт, которая одарила ее пристальным взглядом. – Не возражаешь, если я посижу здесь, пока мисс Бюстье не придет? – спросил Нино у Маринетт, и она улыбнулась и кивнула головой. – Конечно, Нино! Я тогда пока что сяду с Адрианом. Как только они заняли свои места, Алья начала разговор: – Итак, я тут подумала, что, если нам вчетвером посмотреть какой-нибудь фильм в эту пятницу? Мы уже довольно давно не собирались все вместе. – Я только за, если только это не ужастики, – сказала Маринетт. – Конечно, родная. Нино смог меня переубедить насчет этого. – Погоди, я не ослышался? – с недоверием спросил Адриан. – НИНО умудрился переубедить в чем-то Алью? – Если честно, я до сих пор в шоке, бро, – невозмутимо произнес Нино. – Ох, не напоминай, – фыркнула Алья, и Адриан с Маринетт рассмеялись. – Что насчет тебя, Адриан? – спросила Маринетт. – Как думаешь, сможешь пойти с нами? – Э… Думаю, да, если покажу высокие результаты в фехтовании, китайском и баскетболе, игре на фортепиано, и мастерски справлюсь с фотосессиями, – по мере перечисления его голос становился все более угрюмым, и Маринетт прекрасно понимала, почему. – Ну, тогда заметано, – констатировала Алья. – Так как присутствие Адриана все еще под вопросом, давайте выберем фильм, который ему нравится, так что даже если он сможет быть там только по видеосвязи, он хотя бы сможет посмотреть фильм, который хочет. – Отличная идея! – сказала Маринетт. – Да, большое спасибо, Алья, – широко улыбнулся Адриан. – Но я, в общем… не особо киноман? – Ага, всякий раз, как у нас получается встретиться, все, что ты хочешь смотреть – это аниме, – сказал Нино. Адриан одарил его испепеляющим взглядом, и Маринетт захихикала. Тем не менее, перед ней он почему-то совсем не чувствовал себя смущенным. – Ну, а есть у тебя какие-нибудь любимые актеры?.. – начала Маринетт, но была прервана чьим-то пронзительным голосом. – Ох, ничего себе, ребята, вы собираетесь устроить киновечер? – взволнованно произнесла Лила Росси. Маринетт захотелось призвать силы Ледибаг, чтобы отправить ее в полет с этой планеты. Адриан куда лучше скрывал свои эмоции, но даже он не удержался и взглянул на нее раздраженно. – Да, Лила, – сказала Алья. – В эту пятницу. Маринетт захотелось придушить ее. – Это так здорово! Я тоже свободна в эту пятницу! Можно с вами? Алья и Нино относились к ней дружелюбно, но в тот момент чувствовали себя явно некомфортно. Маринетт сделала глубокий вдох. – Но я думала, что в эти выходные ты собиралась на то празднество в Риме, в честь твоей мамы! – невинно произнесла она. Это даже не было ложью. Лила хвасталась насчет этого уже месяц. – Ты говорила, что сядешь на самолет двадцать девятого, а это как раз в пятницу. Адриан гордо улыбнулся Маринетт. Она просто потрясающая, ей даже не пришлось повышать голос, чтобы избавиться от нее. – О, э-э, да. Должно быть, я забыла! – нервно сказала Лила. – Наверно, у меня снова проблемы с кратковременной памятью. – Жаль, что так вышло, – добродушно сказал Нино. – Да, может, в другой раз, – добавила Алья. Адриан и Маринетт с облегчением переглянулись. – Так, о чем мы говорили, – начала Маринетт, не потрудившись даже проверить, ушла Лила или же нет. – У тебя есть какие-нибудь любимые актеры? Может, мы сможем посмотреть один из их фильмов? Адриан задумался. Нино был прав, он не так уж часто смотрел фильмы. И единственным фильмом, который он смотрел очень внимательно и с благоговением, был тот… в котором снималась его мама. Ему вовсе не хотелось поднимать столь тягостную тему, особенно когда его друзья были в приподнятом настроении, так что он сказал: – Эмили Грэм де Ванили. Это моя любимая актриса. К счастью, никто из них не узнал это имя. – Хм, никогда о ней раньше не слышал… – сказал Нино. – Она играла в довольно редких фильмах, но это одни из немногих, что я смотрел. Вам они… покажутся довольно скучными, так что, может, будет лучше, если мы выберем что-нибудь другое, – сказал он извиняющимся тоном. – Ты уверен? – спросила Алья. – Ага! Я не возражаю… – Погоди, ты сказал – Эмили Грэм де Ванили? – вмешалась Лила и так фальшиво рассмеялась, что у него скрутило живот. – Я ее так люблю! Она давнишний друг моей семьи! Адриану показалось, будто ему зарядили пощечину. – Прости, что ты сказала? – тихо спросил он. – Эмили Грэм де Ванили, Адриан! Мне тоже она нравится! Я была на всех ее премьерах, она давняя подруга моей мамы, они вместе закончили школу! Я могу устроить вам встречу, если хочешь, она ОБОЖАЕТ своих фанатов. – Ой, я тебя умоляю… – начала было с раздражением говорить Маринетт, но Адриан положил ладонь на ее руку, останавливая. Он натянул на лицо улыбку. – Это же здорово, Лила! Как думаешь, можешь устроить мне встречу завтра? У меня занята вся неделя, думаю, я смогу выкроить свободное время только завтра. Лила побледнела, но не отступила. – Я посмотрю, что смогу сделать, она очень занятой человек… – Ты сказала, она любит своих фанатов. Так что, несомненно, она будет рада со мной встретиться, – сказал он. Алья, Нино и Маринетт притихли. Напряжение между ними зашкаливало. – Ну… – Так узнай же, когда сможешь встретиться с ней, – настаивал он. – Но я… – Узнай, – он так сильно заскрежетал зубами, что весь класс притих. Хлоя, разговаривавшая по телефону, повернулась и пытливо посмотрела на него. Сабрина оторвалась от дописывания домашнего задания Хлои. Макс остановился на середине подсчета очков Аликс. Аликc выронила бумажный шарик. Ким смотрел на них пятерых с занесенной для броска рукой. Натаниэль больше не выглядел сонливым. Роуз, Милена и Джулека сидели с разинутыми ртами. Даже АЙВАН казался шокированным. Никто из них раньше не слышал, чтобы голос Адриана звучал так свирепо. – Адриан, почему ты злишься на меня? – Лила начала фальшиво всхлипывать. – Я попросил тебя узнать насчет нее. У тебя ведь с собой телефон, правда? – сказал он, пристально глядя на нее. – Э, да… – Лила поспешно набрала в поиске ее имя. – Что там говорится? – спросил он с фальшивым интересом в голосе. – Это… это… – голос Лилы дрожал. – Это Эмили Агрест. Весь класс дружно ахнул. Адриан поднялся на ноги. Маринетт была очень разгневана, но невольно чувствовала замешательство из-за злости Адриана. – Так что дай мне знать, когда сумеешь найти способ организовать встречу с моей мамой, которая пропала год назад, хорошо? – произнес он, так крепко сжав кулаки, что ногти почти до крови вонзились в ладони. – Адриан, я… – Ой, да ладно, хватит, – резко оборвал он ее и бросился прочь из класса. – Адриан! – крикнула ему вслед Маринетт, но он даже не обернулся. – КАКОГО ЧЕРТА, ЛИЛА?! – взревела она, повернувшись к лгунье. – Как ты могла соврать о таком?! – Дрянь, как ты посмела расстроить моего Адрианчика? – завизжала Хлоя, бросая свой телефон на парту. – Ты омерзительна, совершенно омерзительна! – Никогда не думал, что ты способна на такое, – Нино с виду не был столь же разгневан, как девчонки, но был крайне расстроен. – Тебе должно быть стыдно, Лила. Алья была вне себя от ярости: – Да как ты посмела? Что Адриан тебе сделал, чтобы заслужить подобное?! О чем еще ты врала нам?! – Я не врала! – рыдала Лила. – Он выглядел таким грустным на вчерашней фотосессии, что мне хотелось порадовать его! Я не знала, что его любимая актриса – это его мама! – О да, Лила, ты его оооочень порадовала. Поздравляю, – с сарказмом сказала Аликс, но ее глаза при этом горели от негодования. Маринетт хотелось остаться и понаблюдать за тем, как Лила красиво опозорится перед всеми, но она не желала в подобное время оставлять Адриана в одиночестве. Она выбежала из класса, наполненного какофонией громких обвинений и рыданий, и обнаружила его в самом низу лестницы. Он сидел на ступеньке, обняв свои колени и уткнувшись в них носом. Сердце Маринетт сжалось. Адриан не заслужил этого. Все знали, что он очень любил свою маму, но Маринетт только сейчас до конца осознала, насколько сильно. Адриан всегда был добр к Лиле, по крайней мере, до того, как понял, что ее ложь на самом деле вредит другим. То, что она решит этим воспользоваться… Нет, нельзя сейчас думать о Лиле. Адриану нужен друг. И ей надо быть с ним. Она медленно спустилась по лестнице, чтобы не напугать его. – Привет, Маринетт, – вместо этого сдавленный голос Адриана напугал ее. – П-привет, – сказала она. Он так и не поднял взгляда. Она уселась рядом с ним, положив руку на его плечо. – Мне так жаль, – печально произнесла она. – Почему? – он поднял взгляд. Его глаза покраснели от непролитых слез. – Ты не виновата. Ты же не просила ее врать о моей маме. – Нет, но… я должна была узнать это имя, должна была сказать что-нибудь раньше… Он невесело рассмеялся, пытаясь сдержать слезы. – Думаешь, это бы ее остановило? Я должен был позволить ей зайти так далеко, даже если это и было столь болезненно. Ее нужно было поставить на место. – Ох, Адриан, – сказала Маринетт. – Ничего страшного, если тебе хочется плакать. Это всего лишь я. – Я знаю. Я… просто не хочу акуманизироваться. В тот момент Маринетт просто ненавидела Бражника и все, что означало его присутствие. Никто не мог даже расстроиться или погрустить, не боясь при этом, что его используют для злых дел. Пока он был где-то поблизости, быть просто человеком было роскошью, которую никто не мог себе позволить. Маринетт обхватила его руку и придвинулась ближе. – Я посторожу от акум, – пообещала она. Адриан посмотрел на нее так, как будто только что прозрел, хотя до этого был слепым. Возможно, даже буквально, потому что слезы затуманивали ему зрение. Маринетт положила голову ему на плечо, и он прижался к ней щекой, позволяя слезам катиться по лицу. Чем он мог заслужить Маринетт? Он был просто ничтожеством в сравнении с ней. Она была сильной, умной, храброй, прямолинейной и, самое главное, готова была подарить всем вокруг свою любовь. Все, что мог он – так это сдаться и постараться стать незаметным. С самого начала он знал, что она неравнодушна к Луке. Еще с их совместного похода на каток. И да, он знал, что Лука был хорошим парнем. Он был мягким, добрым и всегда готов был выслушать другого. Он понравился бы любому. С ним Маринетт могла бы быть невероятно счастлива. Он не понимал, почему мысли о том, что они могут быть вместе, всегда вызывали у него какое-то странное чувство. В тот момент, когда он понял, что почерк Маринетт очень похож на почерк с его валентинки, у него ёкнуло сердце. А затем он вспомнил, что в ее жизни уже был кто-то другой. Так что он не стал ни на что сетовать. Он не хотел делать ту же ошибку, что и с Ледибаг. Только не с Маринетт. К тому же, у него была Кагами, так что он просто не имел права на что-либо жаловаться. Что же ему так не везет в любви? Вначале Ледибаг нравился кто-то другой, затем Маринетт, а после этого у него ничего не вышло с Кагами. Маринетт с Лукой продержались даже меньше, чем они с Кагами. Фактически, как друзья они даже стали ближе, чем когда-либо раньше. И это очень радовало Адриана, что, в свою очередь, заставляло его ненавидеть себя за собственную радость. Прошло не очень много времени с тех пор, как он осознал свои чувства к Маринетт, не без помощи некоторого пинка от Плагга (ладно, он угрожал применить к нему Катаклизм, если Адриан не осознает правду). И по какой-то причине, это его пугало. Это было совершенно ново. Когда дело коснулось его любви к Ледибаг, он бросился в нее с головой. Он никогда не сдавался, пытаясь завоевать ее расположение, и ее отказы также его не останавливали. Так почему он вдруг так боится сказать Маринетт то же самое? Бум! – Адриан Агрест! – раздался демонический вопль из-за только что выбитой двери класса. – Что это было? – Маринетт чуть не упала, выскочив из его рук, когда они поднялись на ноги. Удержав ее, Адриан поднял взгляд и увидел парящую фигуру, одетую в свободную пурпурную мантию с длинными лентами, разлетающимися от рукавов. Ее длинные каштановые волосы были распущены и шлейфом колыхались позади нее. Ее кожа была светло-пурпурной и совершенно не сочеталась с багровой яростью в ее глазах. – Лила? – ахнула Маринетт. – Вы, двое! – пронзительно завизжала она. – Вы унизили меня! И вы за это дорого заплатите! Одна из лент потянулась к ним, но Адриан оттолкнул Маринетт в сторону, опережая Лилу. Та захихикала. – Вы правда думаете избежать Обличительницы Вины? – Адриан! Ее лента растет! – Маринетт завопила из-за его плеча. Не тратя более ни секунды, Адриан остановился только для того, чтобы подхватить Маринетт на руки, и побежал прочь вместе с ней. – Что за… – пискнула она, вцепившись ему в шею. – Не бойся, Маринетт, я найду тебе безопасное место! – быстро сказал он на бегу, направляясь к женским туалетам. Маринетт не знала, что потрясло ее больше – появление акумы или же огромная сверхчеловеческая сила Адриана. Поставив ее на ноги перед дверью, он сказал: – Спрячься там, пока она не пришла! – Что? А как же ты?! – настойчиво спросила Маринетт. Адриан обошел ее, открыл дверь и мягко подтолкнул ее внутрь. – Ей не ты нужна, – сказал он на одном дыхании. – Нельзя, чтобы ты зря пострадала. – Адриан, ты с ума сошел?! Ты не пойдешь к ней один… – Запри дверь изнутри, – сказал он, прежде чем закрыть ее и броситься прочь в поисках места для трансформации. – Кажется, я нашла виновного! – раздался злобный смех за его спиной. Прежде, чем он осознал это, вокруг него крепко обернулась лента и потащила к своей хозяйке. – Пусти! – задохнулся он, пытаясь вырваться. – После того, что ты сделал со мной?! Ты мог просто оставить все, как есть! Кому это бы повредило?! Разве не это логика Адриана Агреста? Оставаться в стороне и ничего не делать? Ее слова жалили больше, чем должны были. Глаза злодейки внезапно налились еще более ярким пурпуром, и прежде, чем Адриан смог что-то предпринять, она прицелилась ему в шею и выстрелила. Боль поползла по его жилам, а потом он упал. Прямо в руки Ледибаг. – Прошу прощения, кажется, прибыл настоящий судья, Лила, – самоуверенно произнесла Ледибаг. – Я не Лила, я Обличительница Вины! – пронзительно закричала она, прежде чем выстрелить в Ледибаг. Ледибаг мастерски увернулась и бросилась прочь вместе с Адрианом. – Ты в порядке?! – спросила она его. – Да, все хорошо, мне удалось избежать худшей атаки! – ответил он, пытаясь отдышаться. Она выбежала к лестнице, ведущей в подвал. – Как думаешь, сможешь там спрятаться? – Да, спасибо, что спасла меня, Ледибаг, – сказал он, когда она поставила его на ноги. – С Маринетт все хорошо? – встревоженно спросил он. – Это именно она сказала, где тебя искать. Я сказала ей запереться в туалете, – улыбнулась она. Адриан вздохнул с облегчением. Если бы Маринетт пострадала из-за него, он никогда бы себе этого не простил. – Держись подальше от опасности, Адриан. И еще одно, – произнесла Ледибаг. – Да? – Не бери на себя ответственность за то, в чем ты не виноват, – сказала она серьезно, прежде, чем унестись прочь. «До скорой встречи, Багибу», – подумал он, сбегая по ступенькам. – Плагг, идем! – он распахнул край рубашки. – Я вообще-то наслаждался тут сыром… Адриан, что это у тебя на шее?! – завопил Плагг. – Что? – он взглянул вниз. Он даже не замечал, что его шея до сих пор пульсирует от боли. Теперь его шею туго охватывало ожерелье-чокер, на котором красовалась пурпурная подвеска с изображением треснувшего посередине зеркала. – Откуда это взялось? – поинтересовался он, а затем острая боль пронзила его голову. – Ааааагх! – взвыл Адриан, хватаясь за голову. – Адриан! АДРИАН! – закричал Плагг.

* * *

– Все идет превосходно, моя дорогая Маюра, – зловеще ухмыльнулся Бражник. – Лила Росси положила начало первой части нашего плана. Теперь твой черед. Маюра чарующе улыбнулась ему и сорвала перышко со своего веера. Зажав его в кулаке, она наполнила его темной энергией и соединила с шариковой ручкой. Закрыв глаза, она представила своего сентимонстра. Светлые, растрепанные волосы, яркие зеленые глаза, высокий и крепкий, одет в черную кожу, и финальный штрих – его хвост. Она открыла глаза и увидела перед собой идеальное воплощение Кота Нуара. – Кот Нуар, ты истинная любовь Ледибаг. Ты не остановишься ни перед чем, пока она не ответит тебе взаимностью и не станет твоей и только твоей. Ты готов? – она взяла его правую руку и вложила шариковую ручку в протянутую ладонь. Он открыл глаза. Маюра широко улыбнулась своему творению. Он был идеален. Он выглядел в точности, как его настоящая версия, но в его глазах, обычно глядящих с озорством и мягкостью, теперь читалось беспощадное желание завладеть своей добычей – Ледибаг. – Я был рожден для этого, Маюра, – ухмыльнулся он.