Кими. Жизнь - штука сложная

      Не знаю, как Минато и Рю, но я впервые оказалась в кабинете у Хокаге. Сразу напротив входа в просторное помещение у окна располагался большой письменный стол, на котором находились несколько аккуратных стопок листов и свитков. Сарутоби Хирузен стоял к нам спиной, рассматривая что-то за окном. Когда мы зашли, он развернулся и стал набивать трубку, задумчиво разглядывая нашу троицу. Хокаге мало изменился со второго этапа экзамена на чунина, когда я его видела в последний раз. Только черные круги под глазами стали более отчётливо видны. Несмотря на добродушный и усталый вид, глаза у него были цепкие и холодные.       — Учиха Рю, Намикадзе Минато, Кими, — после нашего дружного приветствия с трубкой в зубах кивнул нам Хирузен, — у меня есть для вас миссия.       Хокаге подошёл к столу и взял один из свитков, замеченных мною ранее. Минато вышел вперёд и, забрав свиток, вернулся к нам.       — Ваша цель: торговец Сакаи Таро. Согласно контракту, он должен был отправить нам крупную партию продовольствия. Караван покинул город под охраной, но к месту назначения не прибыл. По полученным сведениям, караван был уничтожен, продовольствие захвачено. Удалось выяснить, что Сакаи Таро сотрудничает с разведкой Кумо, — Хирузен сел на свой стул и, выдохнув дым, продолжил, — У нас нет прямых доказательств его вины.       Миссия мне уже не нравится.       — Сакаи Таро уважаемый торговец, поэтому, — Хокаге внимательно посмотрел на меня, — будет очень грустно узнать, что ему стало плохо со здоровьем.       Ясно, яд отпадает, как и кунай, нападение бандитов и другие неожиданности. И поэтому в группу ликвидаторов включили меня, ирьенина.       — Вопросы?       — Охрана торговца, сроки, — уточнил Минато.       — Неделю назад в ней отсутствовали шиноби. Никто из окружения Сакаи Таро не должен пострадать, — Хокаге сделал глубокий вдох и выдохнул новую порцию ароматного дыма. — Месяц. Все подробности изложены в свитке.       Вот и все, аудиенция закончена. Мы дружно поклонились и повернулись к выходу.       — Ребята, — развернувшись обратно, мы посмотрели на хмурого Хокаге. Возможно, мне показалось, но взгляд Сарутоби изменился, словно он сожалел о чем-то, — будьте аккуратнее. И, Минато-кун, Кими-чан, своего сокомандника вы сейчас можете найти возле морга. Вы, как сироты, лучше всех поймёте его состояние. Идите.       Юма…       — Я с вами, — за дверью коротко обмолвился Рю, на что мы с Минато только кивнули и ускорились.       Юму мы нашли в коридоре на лавочке, как и сказал Хирузен, у морга. Он сидел, опустив голову и уставившись в никуда перед собой. При виде Кандема ребята непроизвольно остановились, а я наоборот ускорилась и, сев на лавку рядом, молча обняла. Юма вздрогнул, но уже через мгновение обнял в ответ, уткнувшись мне в плечо. Его объятия становились с каждой секундой все сильнее, причиняя мне боль, но я лишь в ответ прижала его сильнее. Рядом присели ребята, в свою очередь крепко обняв нас. Так мы и сидели вчетвером. Рубашка на плече давно промокла. Но от Юмы не донеслось ни звука.       — Перед миссией отец показал мне нашу семейную технику. Я так долго ждал этого… Отец словно чувствовал, что… — Юма отстранился, вытерев покрасневшие мокрые глаза рукавом. — Извини.       — Юма…       — Он сказал, что когда вернётся, проверит… Но они не вернутся.       — Юма, война безжалостна. Но знай, — я отстранилась и положила руку на грудь внимательно смотрящего на меня Юмы, — любовь и забота родителей всегда будет в твоём сердце. А здесь, — я легонько ткнула ему в лоб. Мой голос дрогнул, — хранятся все светлые воспоминания о родителях, что ты должен передать своему маленькому брату, а позже и своим детям.       — Теперь ты наследник и проводник воли своих родителей. Никто, кроме тебя, не сможет передать все знания брату. Ты не один, — присоединился Минато.       — А еще у тебя есть друзья, весь наш выпуск, не забывай, — присоединился Рю.       — Спасибо вам, ребята…. спасибо, — Юма принялся яростно вытирать снова набежавшие слезы. — Вы правы, спасибо вам, — он сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. — Как вы узнали?       — Нас вызвал к себе Хокаге, — Минато запнулся, но потом со вздохом продолжил, — после получения миссии он сказал, где тебя можно найти.       — Вот как… Надолго? — нахмурился Юма, мрачнея.       — Месяц, может, чуть больше.       — Понятно. Ребят, у вас ведь нету времени, верно? Вы не переживайте, я справлюсь, — голос Юмы дрогнул, но он через силу улыбнулся. — Я буду ждать вашего возвращения.       Мальчики хлопнули Юму по плечу, а я еще раз крепко обняла, прошептав ему на ухо, что он не один и мы скоро вернёмся. Но у нас действительно время поджимало. И оттого, что мы покидали Юму именно в такой тяжёлый для него момент, было гадко на душе.

***

      Сакаи Таро жил в небольшом особнячке, расположенном на окраине города, окружённом деревьями и забором. Сам город находился рядом с границей со странами Рисовых Полей и Горячих Источников на перекрестке дорог, процветая за счёт торговли. Во время военных действий гарнизон был усилен Дайме, все продовольственные склады опустошены и вывезены вглубь страны. Торговля со страной Горячих Источников была прекращена, а она являлась основным источником дохода города, в отличие от той страны Рисовых Полей — та была бедной.       Наша команда достаточно легко проникла в город. Мы укрылись на пыльном и захламленном чердаке двухэтажного домика, где проживала пожилая пара. Они были уже глуховаты, но мы все равно были настороже и старались не шуметь. Еще при подходе к городу сняли протекторы и переоделись, замаскировавшись. Смерть торговца-предателя должна была выглядеть максимально естественно.       — Итак, давайте подведем итоги наших недельных наблюдений, — взял слово Минато, воспользовавшись отсутствием хозяев дома. — В особняке проживает торговец, его любовница, кухарка, садовник и пять охранников. Возле дома растет много деревьев, что плюс. Двое охранников, возможно, могут усиливать себя чакрой, но они намного слабее генинов. Иначе бы я почувствовал. Нужно с ними быть аккуратнее. Проснувшись, Сакаи завтракает, потом либо принимает посетителей в доме, либо отправляется в город. Вечером старается не пропускать чаепития в беседке со своей любовницей, что рассказывает ему свежие сплетни.       — После они расходятся по своим комнатам, но раз в два-три дня торговец уединяется с любовницей, — продолжил Рю, его скулы немного покраснели, ведь именно он занимался слежкой за торговцем вечером. — Кухарка приносит перекус вечером хозяину. После утех Сакаи кушает и всегда перед сном пьёт настой, что готовит ему кухарка. Любовница ни разу еще не оставалась на ночь у Сакаи в одной с ним постели, предпочитая мыться и, переодевшись, ложиться спать у себя.       Мы все дружно фыркнули. После слов Рю о настое, я подтянула к себе сумку с медикаментами и стала доставать порошки. У меня появилась идея.       — Любовница обладает истеричным характером, жуткая сплетница и сильно боится мышей и пауков. Два дня назад она визжала при виде маленького паука, а позже устроила скандал кухарке. Кухарка ее ненавидит, но не перечит. Обзывает шлюхой. А сама при этом изменяет своему мужу-садовнику с одним из охранников.       М-да, ну и страсти в доме торговца.       — Кими, а ты что скажешь? — Минато с интересом наблюдал за тем, как я растворяю порошок в колбе.       — Из-за ожирения и малоподвижного образа жизни Сакаи страдает одышкой, болями в спине и отечностью ног. Возможны проблемы с сердцем и давлением. Более детально я могу сказать только после осмотра. А для этого, — я отмерила необходимое мне количество полученного снотворного, — сегодня вечером я иду с вами. Держи, — протянула Рю колбу, — в нем слабенькое снотворное, его необходимо добавить в настой кухарки.       — Понял.       Повезло, и вечером я не стала свидетельницей утех торговца и его любовницы. Рю аккуратно проник в спальню Сакаи после ухода кухарки с подносом и подлил снотворное. Через час торговец сотрясал дом свои могучим храпом. Минато отслеживал передвижение жильцов, Рю страховал. Бесшумно оказавшись возле кровати, убедилась, что Сакаи крепко спит. Отлично. Так-так, а вот не надо кушать так много. Ожирение до добра не доводит, похоже, сердце пошаливает периодически. А бляшек-то сколько в артериях, м-да. Что ж, нам же лучше. Выбрав несколько крупных и мелких тромбов, чуть-чуть им помогла. Нам желательно, чтобы торговец умер днём и при свидетелях, а не ночью в кровати. Поэтому вмешательство в болезнь минимально. Готово.       Когда мы только направлялись на миссию, мне было очень плохо. Не только из-за Юмы, но и из-за задания на ликвидацию. Ведь именно мне предстояло отправить нашу цель на тот свет. Одно дело в разгар битвы, а другое — вот так. Ребята чувствовали мое напряжение и старались помочь, отвлечь. Особенно отличился Учиха. Я готова была его убить, но при этом все равно про себя благодарила. Когда же мы прибыли на место и узнали, что у Сакаи Таро нет жены и детей, мне стало легче. Намного. Нет, приказ есть приказ, я бы в любом случае его выполнила. Но одно дело, ликвидировать хорошего человека, предавшего свою страну из-за угрозы близким, а с другой — прервать жизнь зажравшегося перекупа, готового на все ради наживы и собственных удовольствий. Так что вряд ли меня будут мучить кошмары.       — Сакаи частенько стал тереть грудь и покашливать, — Минато через три дня снова собрал наш маленький совет, — но пока что еще старается не нарушать свой режим. Что скажешь, Кими?       — Нужна встряска. Что-то, что вызовет мощный прилив адреналина.       — Жаль, что основную работу в любовных играх выполняет любовница, — задумчиво протянул Рю, ловко увернувшись от кинутой мной пыльной тряпки, что валялись на чердаке повсюду.       — Предлагаешь напугать? — задумчиво посмотрел на меня Минато.       — Как вариант, — кивнула.       — А что если, — Рю подвинулся к нам поближе, — во время чаепития любовница увидит рядом с собой большую жирную мышь?       Мы с Минато, переглянувшись, коварно улыбнулись. А что, неплохой вариант.       На следующий день, во время вечернего чаепития любовница внезапно завизжала на высокой ноте и кинула в угол чашку. За ней последовала остальная посуда. Сакаи дернулся от испуга, стал в свою очередь орать на любовницу. Но вдруг, запнувшись на полуслове, схватился за грудь. Любовница умолкла, а когда торговец упал, завизжала с новой силой. К беседке бежала охрана.       На следующий день мы тихо покинули город. Миссия выполнена.

***

      — Привал.       Удалившись от города, переоделись в привычную для нас одежду. Хоть мы и находились на своей территории, приходилось быть настороже. Вот и сейчас, пока я доставала кушать, Минато сканировал окрестности, а Рю забрался на дерево, скрывшись в листве.       — Готово, — тихо доложила ребятам. Как же я соскучилась по нормальной пище. Домой хочу.       — Рю, что там у тебя? — первым заметил заминку Учиха Минато. Рю что-то внимательно рассматривал чуть в стороне от нашей стоянки.       — Здесь проходил небольшой отряд недавно, — Учиха прошел немного вперёд и склонился, что-то поднимая. Мы с Минато обеспокоенно подошли поближе.       От увиденной находки в руках Рю у меня все в душе перевернулось.              — Ребят, мы должны догнать этот отряд, — на их недоуменные взгляды пояснила, — это человеческий волос. А красный цвет волос чаще встречается у…       — Узумаки, — вмиг побледнел Минато.       — А если это просто кто-то из членов отряда потерял? — усомнился Рю.       — Извинимся и уйдем. Мне не нравится направление, в котором двигается отряд, — ну не говорить же им, что это скорее всего Кушину похитили. Ведь и правда мог кто-то из членов отряда потерять. И что я им скажу, откуда знаю, что это именно Кушина? Вспомнила прошлую жизнь, где мы все в виде мультика существовали? Да они меня сразу к Яманака поведут. А у меня и так проблемы с воспоминаниями. И я хорошо помню тех бедолаг, что нам приносили с Орочимару в Отделе Дознания и Пыток. Я жить хочу. И да, мне очень страшно. — Скоро стемнеет. Прошу вас, ребят, давайте проверим.       Все же у меня отличные друзья. Без лишних разговоров и вопросов, они поспешили вслед за отрядом. Минато пытался периодически их найти с помощью своих сенсорных способностей, а Рю своими глазами смог отследить передвижение отряда в стремительно темнеющем лесу. Мы нашли еще три раза волоски, а потом на протяжении почти получаса их больше не было. Честно говоря, я занервничала. Нас обнаружили? Или Кушина спалилась с выдергиванием волос? Проклятье!       — Я их обнаружил, — радостно сообщил Минато, — их шесть… Догоняем.       — Поспешим, — ускорилась.       Мы все ближе подходили к границе нашей страны, когда Минато знаком показал нам остановиться.       — Трое развернулись. Приближаются.       — Минато, — сглотнула, стараясь скрыть, как мне страшно, — оставь их на нас. Иначе не успеем.       — Уверены?       Я кивнула. Через несколько секунд мы увидели тех, кого так упорно догоняли. Кумо.       — Коноха совсем обмельчала, коль послала в погоню всего лишь детей, — презрительно ухмыльнулся один из кумовцев. Мальчики нахмурились, кинув на меня мимолётный взгляд, — О, да нам везёт. С Учиха поаккуратней, глаза не повредите.       Кумовцы, похоже, решили не использовать стихийные техники, стараясь не повредить ценный материал. А, может, они побоялись привлечь внимание наших патрулей? Граница-то рядом. Не знаю. При очередном обмене ударов, Минато отправил одного из противников мощным ударом на землю и кинул в него кунай, поранив ногу. Резко развернувшись, Минато исчез в листве, не став добивать раненого. Один из кумовцев дернулся за ним, но ему помешал мой кунай с прикрепленной взрыв-печатью.       — Оставь пацана, Кио, ему все равно не победить, — самоуверенно прокричал все тот же шиноби.       А вот Рю воспользовался ситуацией и поймал взгляд раненого — по поляне раздался крик боли и ужаса, кумовец схватился за голову, катаясь по земле. Увы, мой метко пущенный сенбон успел отбить говорун. Жаль.       — Закругляемся. Не смотри ему в глаза!       Вот теперь они стали воспринимать нас всерьез. И если Рю мог сражаться на равных с говоруном-командиром, то вот мне приходилось несладко. Вой отправленного в гендзюцу кумовца прекратился — похоже, потерял сознание. Это я отметила краем сознания, старательно уворачиваясь от зажатых в руках противника кунаев. Надо было раньше распечатать кодати, дура. Еще одна ошибка чуть не стала смертельной для меня: я потеряла всего лишь на мгновение Рю с его противником из поля зрения, и тут же почувствовала сильный толчок в бок. Это Учиха успел выдернуть меня из-под смертельной атаки командира тройки. На миг бой приостановился. Рю перенес нас на ветку дерева, но неожиданно покачнулся и чуть не упал. На его плече проступила кровь из неглубокой царапины, вены на шее вздулись. Учиха застыл, только глаза его бешено вращались. Яд? Нет, это…       — Наконец-то он парализован. Знаете, в чем ваша проблема, коноховцы, — пока говорун решил похвастаться, я обхватила Рю поперек груди, преследуя сразу две цели: не дать ему упасть и достать скрытно антидот. В который раз похвалила себя за свою запасливость как у хомяка. Жаль, что у меня всего один шприц с противоядием, — Вы всегда защищаете своих слабых товарищей.       Дальнейшее восхваление Кумо я не стала слушать — вколола антидот в шею Рю. Откинув шприц, под яростный крик кумовцев обхватила Учиху покрепче, перепрыгивая с ветки подальше, избегая кинутых кунаев. Сосредоточившись, активировала шосен, помогая лекарству быстрее распространяться. Со стороны кумовцев последовали новые ругательства. Начались салочки. Но, к сожалению, они не продлились долго — очередной кинутый кунай оказался с прикрепленной печатью и взрывная волна отбросила нас в неконтролируемый полет, закончившийся встречей моей спины и стволом дерева. Но кто его кинул? Неужели третий очнулся? В глазах в миг удара потемнело, но перед этим я хорошо разглядела радостный оскал приближающихся двух противников, как вдруг почувствовал новый рывок — Рю смог нас перенести шуншином чуть в сторону, покачиваясь и тяжело дыша. Слава Ками-сама, наконец-то антидот подействовал.       Не злите Учиха. В гневе они страшные, в который раз убеждаюсь. Мне оставалось только прикрывать спину другу, меткими бросками кунаев и сенбонов заставляя противников отступать или уклоняться. Рю ловко подловил подчинённого командира-говоруна и чиркнул ему кунаем по шее. В этот момент я заметила движение справа от нас. Уклонюсь — пострадает Рю, что сражался с командиром. Время на раздумья не осталось: перенаправляю удар и ощущая резкую боль в бедре, вмиг сменившись холодным онемением в месте удара. Но мой зажатый в руке кунай уже нашел свою цель — правый глаз с лопнувшими капиллярами очнувшегося от гендзюцу кумовца. Весь бой проходил на толстых стволах деревьев. Я больше не могла контролировать свое тело — медленно покачнувшись, стала падать вниз. Будет больно. Очень. Если не разобьюсь.       Слава Ками-сама, мне не удалось узнать результат — меня поймали. Испытав на себе действие парализующего яда, Рю сразу догадался, что случилось. А я могла только глазами шевелить. Гадство. Ну же, чакра моя милая, давай…       — У тебя есть еще один антидот? — тяжело дыша спросил Рю, аккуратно укладывая меня на землю. Я только глазами из стороны в сторону поводила, сосредоточившись. Не отвлекай меня, Учиха, сама справлюсь, хоть это и займет больше времени. Спасибо тебе, Орочимару, за науку и яды, что периодически вырабатывали у моего тела иммунитет.              — Я сейчас, — Учиха исчез. Послышались какие-то непонятные звуки, шорохи. Похоже обыскивал кумовцев и убеждался, что никто из поверженных противников больше не сможет очнуться. А может, ещё и антидот искал.       Какой сильный паралитик. Но ничего, справлюсь. Чакра все больше мне подчинялась, потихоньку дернулись кончики пальцев. Когда Рю вернулся и подхватил меня снова на руки, смогла закрыть глаза. Отлично. Снова открыв их, заметила, как Рю с сомнением посмотрел сначала назад, потом в направлении, куда побежал Минато. Увидев мой взгляд, он похоже правильно все понял и последовал за Намикадзе. Умница. Я справлюсь, верь в меня. Дайте только немного времени.       В который раз убеждаюсь — нам сегодня невероятно везло. Через почти десять минут бега мы услышали условный крик ночной птицы, обитающей в этих лесах. Не знаю как Рю, но я с облегчением выдохнула. Несколько ударов сердца, и рядом с нами оказался Минато с Кушиной на руках. Выглядела она неважно.       — Парализующий яд, — внимательно посмотрев на меня, сделал вывод Минато.       — Да, у них все оружие им смазано было. Я захватил парочку, — кивнул Рю.       — У … нас … есть… время? — с трудом выдавила из себя, удивив ребят. На положительный ответ рублеными словами объяснила, какой порошок нужно достать из сумки и положить мне под язык. Пара минут страданий, и мой организм с помощью лекарства стал намного успешнее бороться. Отлично.       — Я возвращалась из строящегося квартала Узумаки домой через полигоны, решив срезать путь, когда меня окликнули. Очнулась уже связанная и покачиваясь на плече одного из похитителей, — рассказывала тем временем Кушина. — Я очень долго не могла пошевелиться, но как только смогла сжать пальцы, постаралась выдернуть несколько волосков незаметно. Увы, но скоро один из них увидел, что я шевелю пальцами и вколол парализующий яд. Когда стемнело, кумовцы расслабились и сбавили темп. Я уже совсем отчаялась, как один из них сказал, что он почувствовал троих преследователей. Их командир приказал ускориться и, взяв с собой двоих, в том числе и сенсора, ушёл. А потом появился Минато.       — Повезло, что они не оставили сенсора, иначе я не смог бы так легко освободить Кушину, — кивнул головой Минато, — Ты не сможешь узнать, кто окликнул тебя?       — Нет, голос мне не знаком. Но он точно из Конохи, мой клан усилил на днях барьер вокруг деревни, — мрачно пояснила Кушина. Теперь понятно, почему ее так легко одну отпустили. Но предатель в Конохе… плохо.       — Кими, ты как? — кивнув Кушине, посмотрел на меня Минато.       — Лучше, но пока что сама передвигаться не смогу. Мне нужно еще время. Кушина, ты как, помощь нужна?       — Не переживай, я теперь быстро восстанавливаюсь, — ответила Кушина, отведя взгляд.       — Тогда выдвигаемся. Рю, — обратился к Учиха Минато, с сомнением посматривая на Узумаки.       — Да без проблем.       — Только не на руки, — успела сказать я, пресекая попытки Рю снова взять меня как принцессу на ручки.       — Как скажешь, — пожал плечами Учиха, помогая мне встать на ноги. Только и успела заметить озорной блеск в его глазах, как моментально оказалась перекинута через плечо, почти уткнувшись носом в его поясницу. Ах ты ж гад!       — Я тебе что, мешок с рисом? — возмущённо ткнула ему в бок.       — Понял, понял, — притворно заохала эта зараза.       Под смешки ребят наконец-то удобно устроилась на спине у Учихи. Сначала ребята поддерживали невысокий темп, но как только убедились, что Кушина справляется, немного ускорились, стараясь быстрее отдалиться от места схватки. Странно, что до сих пор на звуки боя не появился никто из наших. Я же старалась побыстрее прийти в форму.       Ночь вступила в свои права. Тихие шаги ребят при беге, щекочущие щеку короткие каштановые волосы Рю и мелькающие перед взором ветки деревьев…       Волосы мамы попали мне на лицо. Оглянувшись назад, я с беспокойством посмотрела на спину отца — миг, и он исчез, так и не повернувшись.       — Ка-сан…       — Он нас догонит, милая, папа же обещал… А теперь тихо, помнишь? — дрогнувшим голосом ответила мама, посильнее меня прижав. Я посмотрела вперёд, крепче обхватив ее за плечи. Из-за еле сдерживаемых слез силуэты деревьев размывались, в ночной мгле приобретая зловещие силуэты.       — Кими!       — А? Извини, слишком ушла в себя, — очнувшись от яркого видения, снова ухватилась за плечи Рю.       — Ты чуть не упала, — проворчал мне в ответ Учиха, крепче сжав мои ноги.       Я с огромным усилием заставила себя вернуться к лечению. Потом, как доберёмся домой, все потом. Через полчаса я смогла бежать самостоятельно. По моим ощущениям была глубокая ночь, когда Минато остановил нас, сказав, что чувствует приближение большого отряда, что двигался нам навстречу. Затолкав нас с Кушиной себе за спину, ребята приготовились к бою. К счастью, это оказались наши: поисковый отряд, в который входили как члены клана Узумаки, так и поисковики — Хьюга, Инузука и Абураме. Выяснив кратко, где и как мы обнаружили Кушину, отряд разделился: часть остались с нами, а часть отправились к месту боя с кумовцами. Мы делали несколько раз остановки, но, к сожалению, нам не дали времени на сон. К вечеру мы достигли Конохи, где нас всех отправили в Госпиталь. На автомате отвечая на вопросы сэнсэя, после его отмашки привела себя в порядок и завалилась спать.       — Ка-сан!       Мама в темноте поскользнулась, неловко взмахнув руками. Я сорвалась и погрузилась в ледяную воду, больно ударившись о камни. Отплевываясь, поспешила к тихо шипящей от боли матери.       — Все в порядке, солнышко.       — У тебя кровь!       Не слушая возражения матери, помогла ей встать и выбраться на берег. Из-за скользких камней мы падали, а я в какой раз проклинала свою лень, из-за которой так и не научилась нормально ходить по воде. Тогда маме не пришлось бы меня нести и мы бы не упали. Смахнув злые слезы, я пообещала себе, что не буду больше лениться и обязательно стану сильнее.       Сняв домашнее кимоно и рубашку под ним, выжала все и надела на тело только кимоно. Холодно. Рубашку разорвала на бинты и перевязала рану на ноге матери. Раздеть себя она мне не позволила. Так. Мы недавно пробегали по краю деревню. Я видела там сохнущие крестьянские вещи.       — Я скоро, подожди меня тут, — устроила маму поудобнее и, не слушая ее возражения, отправилась в деревню. Оглянулась назад: мама закрыла глаза, тяжело дыша. Я смогу. Аккуратно ступая и стараясь ходить бесшумно, так, как учил отец, я потихоньку прокралась к висящим вещам на верёвках. Аккуратно сняла грубую ткань, прикусила губу и остановилась. Никогда не брала чужого. Оставить свою одежду не могу, денег у меня нет. Надо было у мамы взять, и как я не догадалась? Но времени возвращаться нет, скоро начнет светать. О, у меня же есть красивые ленты, оставлю тут вот эту пару, что дядя подарил. Надеюсь, он не обидится. А вот красную ни за что не отдам — мне ее папа подарил.       Вернувшись к матери, я помогла ей переодеться в сухую одежду. Как непривычно видеть ее в этом, привыкла, что она всегда у меня красивая и опрятная. Из остатков ткани сделали и мне одежду, так как мама попросила обернуть наши вещи вокруг камня и выбросить в реку. Мама привязала остатками своей мокрой нижней рубашки катану, спрятав ее под грубой тканью крестьянской накидки. Пока она переодевалась, я нашла ей крепкую палку, понимая, что из меня опора так себе.       — Пойдем.       — Но ты не сможешь больше идти по воде. И не спорь! Ты устала, я же вижу.       — Знаю, милая, и не спорю с тобой. Похоже, нам придется немного задержаться в стране Огня и сделать небольшой крюк. Пойдем.       Вскоре мы углубились в лес.       — … проснись уже, соня!       С трудом открыла глаза, пытаясь сообразить, где я. Только же по лесу шла с мамой, а теперь почему-то как в Госпитале пахнет.       — Кими!       Посмотрев на настойчивую Умеку, с сожалением застонала, понимая, что она прервала мой сон-воспоминание. Впервые мне захотелось на нее накричать.       — Тебе плохо?       — Что случилось?       — Меня попросил разбудить вас всех Тетсуо-сама. Он сказал, что через час вам нужно быть у Хокаге. Тетсуо-сама подойдёт и осмотрит тебя минут через пятнадцать, — подперев бока, высказалась девушка.       — Я поняла тебя. Не разбудишь мальчиков, тех, что вчера со мной пришли? — я старательно растерла руками лицо, стараясь прийти в себя.       Умеко фыркнула, но согласилась. Вот и хорошо. Не успела я привести себя в порядок и позавтракать, как пришел сэнсэй. В голове был бардак от мыслей.       — Все хорошо. Кстати, спасибо за оружие с парализующим ядом, что ты мне вчера отдала.       — Это Учиха его захватил, — фыркнула в ответ.       — Не фырчи, — взлохматил мне прическу сэнсэй. Развернувшись, он остановился и спросил: — Кандем Юма не с тобой в команде случайно?       — Что с ним?       — Не переживай, все нормально, — поспешил успокоить меня Тетсуо-сэнсэй. — Но пока тебя не было этот месяц, паренёк почти прописался тут. Скоро можно койку персональную подбирать.       Сэнсэй внимательно посмотрел на меня и, удостоверившись, что я все поняла, покинул палату.       Юма, что с тобой происходит?