Часть 2. Глава 9.
28 октября 2021 г., 15:26
Загляни в глаза! Загляни в глаза мне! Загляни в глаза и прочитай! О том, что в мире, где нас растили так много гнили! Так мало мира, но я буду сильна! Дана Соколова & Скруджи — Индиго.
Минато убрал печать, тем самым снимая барьер. Каждый из нас погрузился в раздумья, вызванные откровенным разговором. Мы и не заметили, как пролетело время. — Привет, ребята. Я обернулась, радостно улыбнувшись. Хоть одна хорошая новость за весь день. — Привет, Сузаку. Ты рано, — Минато поднялся навстречу другу. — А смысл тянуть, все равно вы уже тут, — пожал плечами тот. — А как же восьмерка? — поумерила свою радость. — У Хиаши какие-то проблемы в клане, поэтому его минимум на год перевели в патруль вблизи Конохи, а я попросился к вам. Грустно, но вот так и распадаются команды. Удивительно, как нашу не распустили. — Итак, все в сборе, — хлопнул в ладоши Минато, привлекая к себе внимание. — Подожди, а разве нам не назначат временную замену сэнсэю? Я же еще генин. — Нет, — Минато улыбнулся. — Нам дали три недели на срабатывание, а после отправят на фронт как боевую тройку. Значит, мой экзамен на ирьенина В ранга чисто формален, наверху уже все решили. Если в команде есть хоть один генин, то ему положен наставник, и команда должна быть из четырех человек. А тут сразу на фронт. Мы и раньше вместе тренировались, но из-за войны и распределения на команды это происходило все реже. Поэтому каждый рассказал кратко, что нового изучил и над чем сейчас работает. Я предупредила ребят, что мне нужно минимум шесть часов в сутки уделять Госпиталю, да и про свой будущий экзамен через две недели рассказала. На основе полученной информации Минато и Сузаку стали делать основные наброски будущих командных тренировок. Я же внимательно слушала. — Учитывая способности нашей команды, я считаю, что к нам на фронте прикрепят в будущем Яманака или Учиха, — не отрываясь от исписанных листков, обронил Сузаку. — Захват и допрос, — согласно кивнул Минато. От их слов у меня все внутри похолодело. Но они правы. К полноценным тренировкам мы так и не приступили в этот день. Мне нужно было в Госпиталь, где моего внимания ждали Рика и Шимура, Нара ушел на клановые тренировки, а Минато, скорее всего, не терпелось начать разбираться с Хирайшином. Информацию об этой технике нии-сан пока придержал, ведь ему предстояло много работы по её освоению. В Госпитале время пролетело незаметно и пришло время идти к Сенджу. Интересно, что именно повлияло на их решение о встрече? Лично меня вполне устраивало нейтральное отношение со стороны кланов Сенджу и Узумаки. И жаль, что избежание этой встречи уже было бы воспринято как оскорбление. У квартала незнакомый мне Сенджу встретил и проводил меня в чайную комнату, где меня ждали Тсунаде-химе и Мито-сама. За то время, что мы не виделись, Мито-сама еще больше постарела. И я отчётливо чувствовала, что в ней что-то изменилось. Возможно, я и неправа, но мне кажется, что она больше не джинчурики. Если это так, то клан Узумаки действительно очень живуч. Интересно, как они добились того, что Мито-сама выжила, хоть и очень сильно сдала? После положенных приветствий завязался неспешный разговор ни о чем. Мне приходилось думать над каждым своим словом, чтобы не сказать лишнего. Очень изящно меня ткнули носом в недостатки знаний этикета, что я получила в Академии и из книг. Стало обидно, но что поделать, не в клане росла эти годы. Вообще, у меня возникло ощущение, что меня осмотрели, взвесили как товар и теперь решали, брать или не брать. Когда мозги уже стали закипать, в чайную заглянул один из Сенджу и что-то сказал Тсунаде. Химе извинилась и, обмолвившись, что она будет присутствовать на моем экзамене, удалилась. Внутренне хмыкнула: я давно переросла В ранг. Экзамен меня не пугал ни капли. — Прискорбно, что Джирайя задержался в Амегакуре, — Мито-сама бросила на меня мимолетный взгляд. После её слов я внутренне сжалась, решение сэнсэя вновь больно резануло по сердцу. По почти незаметной улыбке Узумаки я поняла, что она заметила мое состояние. Проклятье, домой хочу, когда уже эта пытка закончится. — Учитывая новый состав команды, вам будет непросто на фронте. — Мы справимся, Мито-сама. К чему она клонит? — Да, ваш выпуск богат на таланты. Но очень прискорбно слышать, как генины, лишённые поддержки, вынуждены покидать ряды активных шиноби из-за травм или погибают, не справившись с более сильным противником. Мои кулаки на коленях сжались, короткие ногти больно впились в кожу. На лицо уже давно была натянута безэмоциональная маска, что сейчас трещала по швам. Значит, лишённые поддержки? — Талант необходимо развивать, — не дождавшись от меня и слова, продолжила Мито-сама, чему-то кивнув сама себе. — Каждый клан специализируется в определенной сфере и не открывает свои секреты посторонним. Клан Сенджу известен своими ирьёнинами. Вот значит как. Понятно. Перестав ходить вокруг да около, Мито-сама прямым текстом сделала мне предложение, от которого мало кто отказывается. Разжав кулаки, я прикрыла глаза. Вопиющая наглость, но мне нужно было подумать. Мито-сама предложила мне войти в клан Сенджу, обещая защиту и знания. Но какой ценой? Я получу многое от согласия, но после вступления в клан я лишусь свободы выбора во всех сферах жизни. Жутко захотелось вернуться в прошлое, когда всё было легко, просто и понятно. Обучение в Академии, экспериментальный класс, затем спокойный почти год миссий с недосэнсеем. Относительно спокойный. Всё изменила война. Нет, я конечно понимала, почему предложение поступило именно сейчас, а не раньше. Война длится уже почти два года, за это время мы все выросли и многого добились. Да, в своей команде я одна осталась генином, но это не надолго, руководство возобновило экзамены ирьенинов, так что долгожданный жилет чунина я скоро получу. Знала я и о потерях среди клана Сенджу. Особенно сильно клан пострадал в самом начале войны. Если я соглашусь, то могу и не попасть на фронт, всё же мне сейчас где-то тринадцать-четырнадцать лет, пусть и выгляжу как ребенок, грудь совсем не хочет расти, зараза. Вполне подходящий возраст для подбора пары. Вот мы и выяснили, кто из двух кланов минимум интересовался мною. Сенджу. И да, повторюсь, предложение Мито-самы очень привлекательно, многие бы ухватились за него не раздумывая. Такой шанс! Не поднимая взгляда, я опустила руки на пол перед собой, соединив кончики указательных пальцев, образовав тем самым правильный треугольник. Тело двигалось одновременно с руками. Замерев в глубоком поклоне благодарности положенное время, медленно распрямилась и посмотрела на довольную Мито-сама. — Нет слов, чтобы выразить мою благодарность, — Мито-сама улыбнулась после моих слов. — Но я вынуждена отказаться. Улыбка пропала с лица женщины, взгляд стал жёстким, требующим объясниться. — Человек не ценит то, что получает легко. Только через пот и кровь он понимает, как важны навыки и знания. Но и они теряют свою ценность, если дома не ждёт тот, кто любит и любим. Я не отрывала своего взгляда от Мито-самы и только поэтому заметила тень улыбки в её глазах. Как женщина она меня должна понять, но она ещё и глава клана. Глупо ли я поступила? Очень. Возможно, что пожалею в будущем, но не могу по-другому. — Иногда я забываю, что вы с Кушиной и Минато ещё дети. Время уже позднее, тебя проводят, — кивнула головой Мито-сама, наконец-то отпуская меня. Я поднялась и еще раз поклонилась, хоть и не так низко. — Мое предложение останется в силе и после моей смерти. Тсунаде в курсе. Сказать, что я была удивлена, это мало сказано. Умеет же Мито-сама шокировать. Мне оставалось только гадать, почему она так решила. Я отчётливо поняла, что не могу после этого уйти просто так. — Мито-сама, я не знаю как сложится моя дальнейшая судьба, но могу вам обещать одно, — я посмотрела прямо в её глаза. — У Кушины всегда будет дружеская поддержка и прикрыта спина, она не будет одинока из-за своей жертвы. Покидая чайную, я ощущала пристальный взгляд в спину, но он не был враждебен. Возможно, я поступила глупо, но не могла по другому. За мной в любом случае будут приглядывать, Мито-сама на это четко намекнула. Джинчурики боятся и ненавидят, тайна Кушины не будет долгой, скоро ей в любом случае придется показать силу, если не в этой войне, так в следующей точно. И тогда ей не избежать ненависти со стороны посторонних. Мито-сама сама была джинчурики и должна это понимать. Мне хотелось, чтобы она знала, что мы не оставим её преемницу одну. Покинув квартал Сенджу, подняла голову и посмотрела на ночное небо. В последнее время я через многое прошла и испытала много боли, но жизнь продолжается. Но почему-то именно сейчас я отчётливо ощутила, как устала. Физически и морально. Воистину были правы философы: жизнь — штука сложная. Три недели пролетели стремительно. Позади остались экзамен и получение мною полевого чунина, выписка Рики и Шимура, бесконечные тренировки новым составом команды. Мне казалось, что Минато намерен сделать из меня неубивашку, его жесткость к моим тренировкам по-другому объяснить не могу. Но сжав зубы, я терпела, так как понимала, что он просто боится потерять еще и меня. А когда к нему присоединился еще и Сузаку, с полигона я почти буквально уползала. Кендзюцу, стихийные техники, развитие ловкости и выносливости. Хотелось выть. Минато в кратчайшие сроки освоил Хирайшин буквально перед нашим выступлением на фронт. Пришлось вносить изменения в наше командное взаимодействие из-за этого. Нии-сан сделал намек, что намерен в будущем научить этой технике и меня. Но, учитывая ее затратность и сложность, мы понимали, что Хирайшин станет для меня «последним шансом» смыться с поля боя и, если повезет, прихватить еще кого-нибудь, не более. Поэтому я сконцентрировалась на менее затратном Шуншине, намереваясь довести эту простую технику до идеала и сократить затраты чакры до минимума. После разговора с Мито-самой я ждала каких-то действий со стороны клана Сенджу, но ничего не изменилось. Никто ко мне не подходил и предложений больше не делал. С одной стороны, затишье, но как бы не разразилась буря. Это напрягало. Не забрасывала я и Госпиталь. Из-за нагрузки скоро стала напоминать себя со времён обучения в экспериментальной группе. Только поддержка со стороны Минато и Сузаку помогала. И если Минато я давно воспринимала как брата и его внимание было привычно, то вот поддержку со стороны Сузаку в первое время было неловко принимать, но, что скрывать, очень приятно. Ранним утром мы втроём стояли возле ворот Конохи чуть в стороне от группы шиноби, что должны были уйти на фронт. Нас определили на границу с Аме и Кусой, постоянно менявшуюся из-за непрекращающихся столкновений, в том числе и с Ивой. Скоро отряд должен был отправиться в путь. Снаряжение проверено и не раз, вечером мы дружно решили выспаться перед долгой дорогой. Я чувствовала, что скоро мы будем мечтать о минутке сна. — Готовы? — оглядел нас с Сузаку Минато, на что мы ответили уверенными кивками. Мы все были одеты в стандартную форму и укреплённые жилеты. Минато вытянул вперёд руку ладонью вниз, потом я положила сверху свою, Сузаку последним накрыл наши руки. — Вместе мы сила. Вперёд!***
Два года спустя. Взрывы отдалялись все дальше, пока я в темпе залечивала рану на груди потерявшего сознание шиноби. Мы с ребятами только вернулись после последней вылазки, как нас срочно сорвали с базы для оказания помощи попавшему в окружение отряду. Сигнал о помощи доставили жуки Абураме. Прорвавшись сквозь окружение Ивовцев, ребята стали оттеснять врага от их изначальной жертвы, кем оказались раненые и недавно выпустившиеся генины вперемешку с чунинами. Очень знакомая ситуация, не правда ли? И пусть я понимала необходимость показать генинам, что сражение на фронте это кровь, грязь и смерть, и что в них нет ничего романтического и героического, никто не отменял риски при переходах. Так и оказалась тут, снова. Оставив очнувшегося шиноби на товарищей, я осмотрелась в поисках пострадавших, отдавая приоритет тяжелораненым. Царапины шиноби были в состоянии сами перевязать или подождать своей очереди. — Ирьенин, сюда! Соблюдая положенные предосторожности, поспешила на крик о помощи. Но, слава Ками-сама, они оказались лишними и помощь требовалась нашим. Меня повторно позвал парень лет пятнадцати, чей товарищ был прислонен к дереву, зажимая сильно кровоточащую рану на ноге. Чуть от них в стороне я заметила тройку генинов, что склонились над кем-то маленьким. Сначала поспешила к раненому в ногу и, убедившись, что была задета артерия на ноге, быстро ее залечила. — Туго перевяжи, — всучила раненому широкий бинт и поспешила к генинам. Пострадавшим оказался не ребенок, как я думала сначала, а собака-нинкен, поэтому ее не было видно за спинами ребят, что по виду были моими ровесниками. — В сторону, — растолкала ребят и приступила к диагностике. Повезло нинкену, вот что могу сказать. Но без медицинской помощи он умрет. — Ты не закончила лечение! — возмущённо подскочил ко мне парень, что звал на помощь. — Рана твоего друга не смертельна, кровью не истечет, — сухо отрезала, не поднимая глаз и не прекращая технику шосена. — Ты, ты, — стал задыхаться от возмущения горлопан, — это собака может подождать! А вот это он зря. Вся тройка ребят моментально оказалась на ногах, из-за чего горлопан заткнулся и отступил. — Это не тебе решать. Лучше помоги другу перетянуть рану, я позже к нему вернусь. — Он выживет? — услышала справа голос, показавшийся мне знакомым. — Да, не отвлекайте. Залечила глубокую рану и помазала, не жалея мази. Попросив помочь придержать собаку, быстренько перевязала. Ну вот и всё, на вид было страшнее, чем оказалось на самом деле. — Сделайте носилки, старайтесь не беспокоить рану. Сегодня давать только воду. Завтра поменяйте обязательно повязку и можете покормить бульоном, — убирая в набедренную сумку бинт и мазь, кратко проинструктировала. — Спасибо, Кими-чан. А? Вот это встреча. Генинами оказались мои бывшие одноклассники из группы А, Инузука Кэтсу и Хьюга Ироха, а вот Абураме был мне незнаком. Ребята сильно выросли за то время, что мы не виделись, рядом с ними я ощущала себя коротышкой, доставая обоим макушкой до носа. Обидно. — Поговорим позже, — хлопнула благодарно пожирающего меня глазами Инузуку по плечу и убежала дальше. Наша группа успела вовремя, и все выжили. Этому отряду очень повезло. Благо, что далеко от базы уйти не успели. Теперь, учитывая обстоятельства, было принято решение отойти немного в сторону и переночевать, охраняя отряд. База утром пришлёт другую группу, что заменит нас и проводит раненых до Конохи. Пока готовился ужин и маскировался наш временный лагерь, я закончила осмотр всех нуждающихся в медицинской помощи и с облегчением пошла к своим. Обнаружила их возле маленького замаскированного костра с котелком в компании Хьюга и Инузуки, рядом с последним спал нинкен на носилках. Привычно упала между Минато и Сузаку, сразу же получая миску с кашей от Нара. М-м-м, еда. — … пробыли на базе три дня, выступив обратно сегодня утром, — рассказывал не прерываясь Кэтсу, — первыми заметил неладное Ироха, Широ проверил с помощью жуков. Ивовцы мастерски замаскировались. — Нам повезло, — сухо обронил Ироха. Это он точно подметил. — Вы долго тут? — Два года, — ответил Минато, подбрасывая в костер тонкие ветки сушняка. — И ни разу не возвращались в Коноху? — удивился Инузука. — Нет, но нам обещали скорый отдых, — вытянула гудящие ноги, устало помассировав шею. Два долгих года, наполненных постоянными сражениями, кровью и смертями товарищей. Первые месяцы нас не кидали в бой, ограничив наши обязанности патрулем окрестностей и моей работой в полевом госпитале. Через полгода нахождения на фронте мы, под командованием шиноби из клана Яманака и поисковой группы, совершили первую вылазку с целью захвата «языка», позже было еще несколько таких вылазок. Иногда Яманака заменяли Учиха, но постоянного четвертого члена в нашу команду не назначали. Что хорошо в работе с Яманака или Учиха, так это то, что пленников не пытали физически, моя работа заключалась только в контроле и предупреждении самоубийства. В основном нашу команду перемещали по границе с Аме и Кусой. Но, несмотря на это, мы редко пересекались с командами, сформированными из экспериментальной группы. Пару раз виделись с Орочимару. Джирайя так и не появился. Несколько раз мы с ребятами выживали только чудом. Я уже и забыла, что такое нормальный душ и хорошая еда, про долгий сон вообще молчу. Нам обещали, что ещё месяц, и нас отправят домой. Осталось дожить. — Мы возьмём твое дежурство на себя, иди спать, — забрал у меня пустую миску Сузаку. — Опять? — я нахмуренно посмотрела на ребят. — Не спорь, ты больше нас выложилась, — согласно кивнул Минато и, улыбнувшись, добавил, — это приказ. Вот же мамочка-джонин. Минато всегда чувствовал, когда я собиралась с ними спорить, и иногда пользовался своим званием для преодоления моего упрямства. Мне ничего не оставалось, кроме как идти спать. Пообещав взглядом ребятам скорую мстю, поднялась. — Кими-чан, можно тебя на пару слов? — успел перехватить меня Кэтсу, чем сильно удивил. Кивнув, отошла вместе с ним немного в сторону. Зайдя за дерево, Инузука внезапно поклонился. — Я прошу прощения. Чего?! Он что, головой ударился? — Кэтсу-кун, прекрати немедленно, — потребовала от Инузука. — Тебе не за что просить у меня прощения. — Ты ошибаешься, — разогнулся Инузука. — В Академии именно из-за меня у тебя были проблемы и именно я устроил ту засаду с девчатами. Я прошу прощения не из-за того, что ты спасла моего нинкена, а потому, что давно понял ошибочность и подлость своих действий. Тогда обида и злость руководили мной… Если можешь, прости. М-да? Вот это поворот. — Я догадывалась об этом, но никогда не держала на тебя зла, Кэтсу-кун, — я положила руку на плечо внимательно смотрящего на меня Инузуки и сжала. — Характером ты не изменилась, хоть внешне и похорошела, — улыбнулся Кэтсу, вогнав своими словами в краску. Похорошела? — Спасибо. Инузука вернулся к костру, а я, стараясь справиться со смущением, поспешила к отведенному для сна месту, что приготовили ребята. Почувствовала пристальный знакомый взгляд Сузаку. На его молчаливо приподнятую в вопросе бровь, жестами ответила, что все нормально. На удивление, стоило мне закрыть глаза, как моментально вырубилась.***
— Разделяемся и ищем, Нара со мной, — отдал приказ Сато-тайчо, резко разворачиваясь. Я только цыкнула про себя. Неделя, жалкая неделя осталась до возвращения в Коноху, когда нас отправили на очередную миссию по добыче «языка». Капитаном назначили Яманака Сато, молодого джонина лет семнадцати. Сразу после краткого знакомства мы отправились в путь в Ущелье Двух Рек или, как часто в последнее время его называют, Кровавое Ущелье. Располагалось оно на территории Ивы, в тридцати часах бега от нашей базы. Сейчас там шли постоянные бои. Через двое суток мы прибыли на место и достаточно быстро нашли пустую приграничную деревушку, где дома за время войны обветшали и покосились. Выбор наш пал на удобно расположенный с краю деревни дом, в котором мы обнаружили небольшой подвал. На следующий день нам было необходимо поддержать нападение на заставу ивовцев, а именно группу, что должна прорваться через ущелье и уничтожить склады в заставе. При отходе необходимо захватить «языка». Еще накануне капитан показал три карточки с изображением шиноби, что интересовали руководство. Достаточно было захватить хоть одного, но Сато-тайчо явно хотел выпе… кхм, выделиться, поэтому приказал по возможности захватить всех. Как по мне, это было глупо. — За мной, — отдал распоряжение Минато, ускорившись и немного смещаясь в сторону группы, что должна была прикрывать прорыв и отвлечь на себя внимание. Я привычно перестроилась, прикрывая брату спину. Вокруг раздавались взрывы, звон оружия и крики. Через десять минут боя, в котором мы больше играли в салки с противником и периодически огрызались, за одной из рек раздался оглушительный взрыв. Кажется, группа прорыва выполнила свою миссию. Всё это время я пыталась найти хоть одну из наших целей для захвата, но никого не заметила. Повинуясь сигналу Минато, мы направились в сторону второй реки, где должны были находиться Нара и Яманака. Может, хоть они нашли нужных нам шиноби. Своих сокомандников мы обнаружили чуть в стороне от основного поля боя благодаря платиновым волосам капитана, завязанным в низкий хвост. Ребята как раз спрятались за одним большим круглым камнем. — Никого, — поймав вопросительный взгляд Сато-тайчо, отчитался Минато, отбивая по ходу летящий кунай и укрываясь за валуном. А у ребят тут жарче. Я пристроилась рядом и, заметив кровь на руке у капитана, пригнувшись, направилась к нему. — Ясно. Просто царапина, — остановил мой порыв капитан. — Мы обнаружили только одного, Шисо. Он вместе с двумя шиноби, действуют довольно эффективно. Смотрите, вон он, рядом с рыжим. Мы посмотрели в указанную сторону. Тройка шиноби грамотно использовала местность и активно отбивалась от группы коноховцев. Двое ивовцев прикрывали, толстяк и наша цель, рыжий же атаковал техниками дотона и катона. А силен парень. Сколько же у него чакры? Времени у нас оставалось не так много, так как наши выполнили свою цель и теперь потихоньку стали отходить. Поэтому выбора у нас не оставалось — необходимо было захватить Шисо как можно скорее, иначе останемся тут одни. Тактика у нас была отработана уже давно, но капитан явно хотел выделиться и захватить еще и рыжего. Мы с ребятами только обречённо переглянулись мельком, но деваться было некуда — приказы не обсуждаются. Мы с Минато одновременно выскочили из-за валуна и активировали техники, отправив в нашу цель Большой Огненный Шар, усиленный ветром. Используя его как прикрытие, подобрались чуть поближе, заняв удобную позицию для захвата. Счёт пошел на секунды. Пока рыжий совместно с Шисо активировал каменную стену, укрываясь за ней, Минато кинул свои специальные кунаи, Сузаку сложил печати, и по земле стремительно поползла тень, мы с капитаном замерли в ожидании. Огненный шар врезался в каменную стену, но последняя устояла, частично разрушаясь и поднимая пыль. Ивовцы, как только угроза миновала, сразу убрали стену, и в нашу сторону полетели кунаи, но я была к этому готова. Напитала чакрой воздуха кодати и активировала ветряной порыв, что снёс кунаи в сторону, часть из них были с начинкой и взорвались. Тем временем из-за поднятой пыли ивовцы не заметили тень Сузаку, и были одновременно пойманы. Мгновение спустя Минато материализовался рядом с толстяком и Шисо, первому чиркнул кунаем по горлу, а через несколько секунд Шисо закатил глаза под действием убойной дозы снотворного и исчез вместе с Минато. Рыжий застыл, как и капитан, что использовал на нем свою технику переноса сознания. Я облегчённо перевела дух, кивнув коноховцам, что до этого сражались с тройкой ивовцев. Наши кивнули в ответ и, подхватив раненого товарища, поспешно отступили, повинуясь сигналу к отступлению. Больше противников поблизости не было, повезло. Запечатав кодати, повернулась и пошла к капитану, когда почувствовала сзади ужасающую чакру. Я застыла, через силу заставляя себя пошевелиться и обернуться. — А-а-а! — Ра-а-а! Два крика, жуткой боли и ярости, слились в один, от которого кровь стыла в жилах. Повинуясь инстинкту, отпрыгнула подальше, но не успела вовремя до конца — удар, что должен был пробить мне грудь, только чиркнул по плечу, обжигая и разворачивая в полете. От адской боли в плече и удара об землю, по которой я несколько раз перекувыркнулась, у меня потемнело в глазах. Паническая мысль — что за фигня творится — сразу сменилась страхом, когда мое тело само по себе оттолкнулось от земли, а рядом что-то сильно ударило, отчего в лицо полетели комки грязи, благо, что глаза закрыты были. Пересилила боль и открыла глаза. Я чувствовала вокруг чакру огромной мощи, подавлявшую самим фактом своим присутствием. Мое тело снова само припало к земле, и над головой пронеслось что-то обжигающее и быстрое. «Что-то» оказалось огромной огненной чакролапой, а мое тело контролировала тень. — Отпускай! — закричала, увидев, как в сторону Сузаку понеслась еще одна чакролапа. Нара услышал меня, моментально прекратил технику и отпрыгнул. Хозяином жуткой чакры оказался рыжий парень, сейчас преобразившийся до неузнаваемости: его тело покрыла огненная чакра, а сзади виднелся хвост. Мы нарвались на джинчурики, сомнений не осталось. Ксо! Я не думала, что мощь Джинчурики настолько велика. Он подавлял. Уворачиваться от его атак было очень сложно. Рыжий парень, покрытый агрессивной чакрой, посмотрел в нашу сторону и прорычал: — Вы трупы! Пока уворачивалась от преследующей меня чакролапы, увидела в стороне капитана, что лежал в луже крови. Доигрался, теперь все тут погибнем, мы для джинчурики словно мухи. Что делать? Что?! Неожиданно чакролапы перестали гоняться за мной с Сузаку и поменяли цель, коей оказался Минато, который, благодаря Хирайшину, был неуловим. В джинчурики с разных сторон полетели кунаи, сюрикены и техники, последние преобладали. Таким темпом брата надолго не хватит, но мои техники для рыжего как комариные укусы. Ну нет у меня в арсенале убойной пробивной техники, впрочем, как и у Минато с Сузаку. Мы ему не соперники, надо бежать. С такими паническими мыслями я смогла наконец-то добраться до Яманака, но только чтобы удостовериться, что он мертв. С такой дырой в груди не живут. Проклятье. Запечатав тело в свиток, я обернулась на ребят, отвлекавших джинчурики. Сузаку попытался обездвижить противника своими тенями, но джинчурики всплесками своей мощной чакры сбрасывал контроль. Отбиваясь одновременно от Минато и Сузаку, парень явно потерял терпение, иначе формирование второго хвоста объяснить не могу. Я прикусила губу до крови, наблюдая за стремительным боем. Нужно отвлечь джинчурики, вывести его всего на минуту максимум, чтобы Минато успел перенести поочередно нас с Сузаку отсюда. Вколоть что-либо в пылающую тушку не получится, да и смесь должна быть убойная, чтобы чакра хвостатого не сразу все выжгла. Значит, порошки. Медлить было больше нельзя — я отбежала подальше и стала формировать адскую смесь из всего, что было у меня убойного в сумке ирьенина. Благо, что порошков в запасе много: слабительное, различные яды, снотворное, паралитик, но больше всего было жаль готовой смеси для раствора, дестабилизирующего чакру. Запаковав все в простую бумагу в форме шарика, рванула в сторону джинчурики. У меня будет всего одна попытка. Джинчурики заметил мой маневр и развернулся ко мне. — Кха! — Куда лезешь?! — неожиданно появился рядом ни-сан, перехватив за талию и вместе со мной уходя подальше от атаки чакрой, что джинчурики просто-напросто выплюнул в мою сторону. Удар был такой силы, что снёс всё на своем пути подчистую. Если бы я попала под этот удар, простым переломом не отделалась бы. — Держи, он должен это проглотить, — понимая, что у меня шансов изначально было мало, передала бумажный шарик Минато. Сама я побежала поближе к Сузаку. Лишь бы получилось. За что люблю брата, так это за отсутствие глупых вопросов. Забрав у меня подготовленный подарок, Минато исчез, чтобы появиться снова возле джинчурики. Он активировал Технику Великого Огненного Шара в упор и моментально исчез до взрыва. Джинчурики откинуло и опрокинуло, но он успел защитить лицо скрещенными руками. Видимого урона огненная техника не нанесла, но рыжий впал в ярость и ударил удлинёнными хвостами по Минато, однако ни-сан уже переместился в другое место. Джинчурики схватился за голову, вокруг него увеличился поток чакры, становясь еще агрессивнее, хотя казалось, куда больше то? Покров стал темнеть, постепенно приобретая темно-красный окрас. Проклятье, если он преобразится, то мы трупы. Джинчурики закричал от боли, возникающей из-за сильных ожогов, что причиняла своему носителю чакра демона. Он упал на четвереньки, вокруг него земля под действием чакры просела, образуя небольшой кратер, трава вокруг моментально сгорела. Рыча, джинчурики поднял голову и посмотрел на нас с Сузаку. Возле его рта стал формироваться темно-красный шар из чакры. — Дело дрянь, — озвучил мои мысли Сузаку. Минато появился справа от рыжего, сильным ударом в лицо нарушил формирование техники и опять исчез, уходя от хвостов. Шар из чакры пулей полетел в сторону реки, разрушая все на своем пути, оставляя только выжженную землю. Вода с шипением расступилась, брызги от волн долетели и до нас. А потом, когда шар достиг скалы, произошёл взрыв. Полет техники продолжался всего пару секунд, но впечатался мне в мозг намертво. Я непроизвольно сглотнула, осознавая как никогда свою слабость. Джинчурики взревел от ярости. Именно этот момент выбрал Минато и появился перед лицом джинчурики, буквально затолкав ему в рот бумажный шарик. Второй рукой он мощным ударом по челюсти снизу закрыл джинчурики рот и тут же исчез, уходя от атак рук-лап. Рыжий выплюнул мой разорванный подарок, но похоже, хоть что-то да попало ему в глотку: парень схватился за горло и упал, катаясь по земле и страшно рыча. — Уходим, — появился рядом со мной Минато и схватил за плечо. Резкий толчок, я успеваю заметить, как меняется несколько раз окружение вокруг, а потом падаю на пол покосившегося дома, что мы выбрали как временное убежище для этой миссии. Через секунду рядом со мной никого уже не было. Откатившись чуть в сторону, замерла на полу в позе звезды, прерывисто дыша. Секунд через двадцать-тридцать рядом падают мои друзья, относительно целые и невредимые. В доме слышится только наше хриплое дыхание. Я посмотрела на друзей, устало откинувшихся на пол, последовав моему примеру. Подумать только, мы пережили бой с джинчурики! От вида ребят меня пробило на какой-то нервный смешок, постепенно набирающий обороты. Ребята посмотрели на меня немного удивлённо, но через несколько секунд вначале Минато, а потом и Сузаку присоединились к моему облегченному смеху. Мы выжили. — Где Шисо? — первым заговорил Сузаку, стоило смеху смениться на непродолжительное молчание. — В подвале, — поморщился Минато и приподнялся с пола. — Покажи руку, — я встала и требовательно посмотрела на брата. Минато хотел было возмутиться, но, встретившись со мной взглядом, уступил и протянул ко мне обожженную кисть. — У тебя самой плечо обожжено, — проворчал Минато. Пока я обрабатывала ожог от чакры хвостатого, брат посмотрел на Сузаку. — Учитывая состояние джинчурики, часа три-четыре у нас есть, а потом нужно уходить. Рисковать не стоит. — Согласен. Кими, нужно еще вколоть снотворного Шисо. После слов Сузаку я замерла, внутренне холодея. — Ты все потратила, — заметил мою заминку Нара. Со стороны Минато послышалось тихое ругательство. Потерев переносицу, Нара посмотрел на Минато. — Нет, не получится. Я сильно потратился, да и моя техника далека до идеала. Ты же знаешь, я не могу пока переносить несколько человек одновременно на дальнее расстояние, а вас я не оставлю одних, — правильно понял взгляд Сузаку Минато. Он прикрыл глаза и провел здоровой рукой по лицу. — Мы не можем вернуться без сведений. Придется допрашивать самим, тут. В комнате наступила оглушительная тишина. Я кляла себя последними словами. Почему не подумала о нашем пленнике, ведь Яманака-тайчо мертв, и допрашивать его больше некому. А тащить плененного джонина через границу слишком рискованно. Мне захотелось провалиться сквозь землю. — Пойдёмте, время дорого, — хлопнув себя по колену, первым поднялся Сузаку. — Останься на страже. Сузаку посмотрел на обожженную кисть Минато и сложил печать, рядом появилось два теневых клона. Один из них вышел на улицу, а второй спустился в подвал. — С твоей раной будет сложно вести допрос. Жду внизу, — Сузаку исчез в подвале вслед за свои клоном. — Прости, — пробормотала, заканчивая бинтовать кисть брата. Рана, нанесённая агрессивной чакрой хвостатого, очень плохо поддавалась лечению и требовала больших затрат. Заживать будет долго. — Мы выжили, не кори себя, это произошло бы рано или поздно, — брат положил на мои плечи руки и сжал. — Ты как, справишься? Я кивнула, стараясь придать себе уверенный вид и скрыть дрожь в руках. Минато кивнул в ответ и, еще раз ободряюще хлопнув по плечу, встал и ушел вслед за Сузаку. Я быстро намазала свое обожженное плечо мазью, даже и не думая его лечить чакрой, она еще мне понадобится. Собрав сумку, прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Он прав, это произошло бы рано или поздно. Это война, и здесь и сейчас нам нужно получить сведения, чтобы выжили наши. Одернув жилет, более уверенным шагом отправилась к ребятам. Пока я обрабатывала свою рану на плече и собиралась с духом, Минато и Сузаку уже все подготовили. Пленника привязали к столу, полностью раздев и прикрыв куском ткани только гениталии. Все как обычно, вот только рядом нет Яманака или Учиха. Поджав губы, достала необходимые мне инструменты и оставшиеся препараты, через минуту убрав последние обратно. М-да, нехило я потратилась, придется воздействовать на нервную систему чакрой, одновременно следить за состоянием пленника и не дать ему себя убить. Будет сложно, очень. Но я обязана справиться. — Готова? — обратился ко мне Минато, когда я встала у изголовья и положила на плечи пленника руки. — Да. — Буди. Глубоко вздохнула и пустила чакру, выводя снотворное из организма. Через несколько минут дыхание пленника изменилось, но он не открывал глаза. Опытный. — Можешь не притворяться, — обычно теплый голос Минато преобразился до неузнаваемости. Пленник открыл глаза и окинул нас быстрым взглядом. Я сильнее сосредоточилась, пока только контролируя его состояние. — Сосунки, вы мне ничего не сделаете, духу не хватит, — ощерился Шисо. Да, по сравнению с этим матерым мужчиной мы и правда выглядели неопытными птенцами. — А вот я скоро повеселюсь, особенно с тобой, крошка. Я люблю молоденьких. — Разговорчивый, это хорошо, — оборвал противный смех пленника ледяной голос Минато. Повинуясь кивку брата, воздействовала на нервную систему. Пленник дернулся от увеличенной многократно боли в сломанном пальце и замычал. — Ты ведь понимаешь, что живым отсюда не выберешься. Гарантирую быструю смерть в обмен на информацию. Ответом был поток брани и красочное описание того, как именно он нас убьет. Я старалась сосредоточиться на своей работе и не слушать, но когда он стал описывать, как именно он развлекался с захваченной бесклановой куноичи, непроизвольно вздрогнула. Я вспомнила пару девушек чуть старше меня, что прошли через плен. Их пустой взгляд и изуродованные тела часто преследуют меня в кошмарах. Поток воспоминаний прервал звук удара и наконец-то наступившая тишина. — Кими, не отвлекайся, — отрезвил меня Сузаку. — Ха-ай, —закусила до крови губу и сосредоточилась на работе. Пленник пытался вывести нас из себя, возможно, рассчитывая на наш юный возраст. Чего он конкретно добивался — потери моей концентрации или ножа от ребят, я не знаю. Но ему не повезло. Из подвала я вышла первой спустя час. Хотелось оказаться на улице и проблеваться, меня начала бить дрожь. Но нельзя, я сейчас не в том состоянии, чтобы контролировать окружение, и буду легкой мишенью. Я подошла к заколоченному окну и посмотрела в щель, прислонившись плечом к стене. Потревоженная рана напомнила о себе болью, отчего я тихо зашипела. — Ты как? — сзади раздался тихий голос Сузаку. Когда он успел подняться? Я оглянулась и непроизвольно сразу посмотрела на его руки. Сузаку успел смыть кровь и сейчас в его руках был только огрызок ткани, которой он вытирал влагу. Нара заметил мой взгляд и нахмурился. — Нормально, не переживай, — потирая раненое плечо, постаралась придать голосу уверенности. Вот только чего я не ожидала, так это того, что Сузаку откинет в сторону ткань и, приблизившись, крепко обнимет. Я замерла, радуясь, что Сузаку не видит моего удивленного лица. Спустя несколько ударов сердца расслабилась и уткнулась носом ему в плечо, непроизвольно прижавшись сильнее в поисках тепла и защиты. В ответ Сузаку обнял крепче, одной рукой погладив по волосам. Простая ласка вызвала бурю непонятных мне чувств, щеки вспыхнули. — Кими, я… — Нара чуть отстранился и поднял руку, убирая выбившийся локон за ухо. Его пальцы замерли на моей шее, отчего по телу прошла волна тепла. Сердце забилось чаще, лицо Сузаку приблизилось непозволительно близко к моему. — Сузаку, помоги мне. Голос Минато из подвала был словно ледяным ведром воды, что вылили на нас обоих, от чего мы отпрянули друг от друга. Я поспешно отвернулась обратно к окну, чувствуя, как щеки горят не хуже раны на плече. — Иду, — услышала уверенный ответ Сузаку и его шаги. Что это сейчас было?
