Попадание в Эквестрию. Новая история.

      Меня заставил проснуться запах чего-то сладкого. Стащив с себя одеяло, я уселся на кровати, после чего еще долгое время заставлял себя встать и спуститься на первый этаж. Спустя какое-то время, мне удалось пересилить себя и направиться к лестнице. Спустившись вниз, я вспомнил о том, что служанка хотела испечь торт. Наверное, этот сладкий запах — результат её кулинарных умений. Но первым делом стоило провести водные процедуры. Умывшись, я решил заглянуть на кухню, чтобы убедиться в своих догадках о том, чем является источник столь приятного запаха. И они оправдались. Служанка не заметила моего присутствия, потому когда я попривествовал её, изменив голос с помощью магии, она тут же вскрикнула и подпрыгнула на месте, после чего развернулась и огрела меня скалкой по голове. Осознав, что произошло, она тут же затараторила: — Господин! Прошу прощения, я не ожидала, что это вы… Никогда больше так не пугайте меня! И что это был за странный голос? Как вы это сделали? — И каждый раз ты так бьёшь кого-то, кто подошёл сзади? — отвечаю, потирая больное место. — А про голос… секрет фирмы!       — Я прошу прощения, господин Чарльз, обещаю, что такого больше не повторится. — кобылка сделала виноватое выражение мордочки.       — Ладно, прощаю. Над чем хоть корпишь тут с самого утра? — Над яблочным пирогом, — ответила та, — торт я сделаю нам вечером на ужин, в качестве десерта. А пирог будет к чаю на завтрак. — А что у нас на завтрак? — Овсяная каша, — ответила горничная, — она уже готова, если вы голодны, то я вам наложу. — А давай! — произнес я, усевшись за стол. Марта поставила передо мной миску с горячей овсяной кашей и ложку. Взяв «орудие труда», я принялся дегустировать кашу, которая оказалась довольно вкусной! С удовольствием позавтракав, служанка поставила передо мной чашку чая и тарелку со свежеприготовленным куском пирога. — Я хочу, чтобы вы попробовали его, — произнесла она. — Я бы с радостью, но я, к сожалению, уже наелся, я думаю, что вряд-ли съем его целиком… — единорожка взяла вилку, ткнула ей небольшой кусочек пирога и подставила к моему рту. — Не заставляйте меня кормить вас, как маленького, — грозно произнесла та, а затем резко изменила тон на жалобный: — я же так старалась, вы же не хотите, чтобы мои старания ушли за зря? — А почему бы Бервису не попро… — в мой рот залетел кусок пирога, который мне пришлось пережевать и проглотить. — Ну как? — ожидая моей реакции, произнесла кобылка. — Довольно вкусно! — похвалил её старания я, и увидел, как её лицо «засияло» от радости. — Правда?! Я так старалась, чтобы вам понравилось! С самого утра стояла на кухне и готовила специально для вас! Поведение Марты мне казалось довольно странным. Обычно она вела себя довольно сдержанно и старалась контролировать чуть-ли не каждый свой писк, а сегодня она ведет себя немного дерзко, и куда менее сдержано, чем ранее. И что на неё нашло? Похоже, тоже кукухой поехала из-за вчерашних событий. — Кстати говоря, я считаю с вашей стороны огромным невежеством то, что вы мне так и не назвали своё настоящее имя. — Фрост, — ответил я, — зови меня просто Фрост. — Хорошо, господин Фрост, — милым голосом произнесла служанка, — похоже, что вы не лгали мне, и всё это время мне являлись именно тем, кем были. Потому, я доверюсь вам сообщить свои планы: я собираюсь уволиться с работы горничной в поместье Бервиса. Я узнала, что эта личность покрыта очень толстым слоем грязи и лжи, потому, планирую увольняться с этой работы. Я лучше найду какую-то другую работу, возможно, даже в другом городе. В любом случае, денег у меня сейчас достаточно чтобы купить небольшой домик на окраине соседнего городка. Заодно там же могу устроиться поварихой в местной таверне, либо же официанткой. Но сначала я подожду своей заработной платы, прежде чем уволиться. Так что, я очень вас прошу, не говорить о моих планах Бервису. — Разумеется, — произнес я, — но и я бы хотел, чтобы ты умолчала о том факте, что я, — перейдя на шепот, я продолжил: — «не местный», если так можно выразиться. — Даже если бы я кому-то рассказала, мне бы вряд-ли поверили. Всё это звучит довольно странно, так что далеко не каждый в это поверит. Но, обрадую вас, у меня даже и не было в мыслях «рассекречивать» вас. — Замечательно, — выдохнул я с облегчением, — слушай, я, пожалуй, нанесу визит своему другу, проверю его, как он там. — Хорошо, господин Фрост, я догоню вас. — А почему ты обращаешься ко мне как к господину? — Вы же находитесь в поместье, — начала та, — а я тут лишь горничная, значит должна обращаться ко всем проживающим в этом месте подобающе. — Ну, хорошо. Я пошёл! — произнес я и вышел из поместья. Я направился в сторону дома Алессии, чтобы навестить своего друга. Интересно, а он сейчас вообще проснулся? Вдруг он решил поспать подольше, а я заявлюсь и разбужу его? Тогда он будет, мягко говоря, не в восторге. Спишь себе спокойно, а тут друган к тебе приходит, говорит: «как поживаешь?». А я очень не люблю, когда кто-то прерывает мой сон без особой на то причины. Почему-то, когда я подходил к дому пегаски, у меня было плохое предчувствие, будто бы мне не стоит сюда заявляться. Несколько раз постучавшись, я понял, что дверь почему-то открыта. Зайдя внутрь, я еще раз постучал уже по стене и окрикнул хозяев дома. Осмотревшись, я увидел Парвеира, который пытался взломать какую-то дверь, запертую на несколько замков. Судя по всему, его усердия не увенчались успехом. — Ну что, навык взлома в фоллауте не вкачал? — шуточно заявил я, подойдя к другу. — Да блять, эта сука закрылась на несколько замков, я достать её не могу! — А чего это она закрылась? — Потому что сотворила кое-что, и знает, что от меня пизды отхватит за это! — А что же такого она сотворила, что ты так озлоблен на нее? — А не твоё это, сука, дело! — начал орать на меня друг, — пиздуй-ка лучше отсюда, а то глотку вырву! И вообще: стучаться не учили, что ли, блять?! В пещере родился? Давай топай к своей шмаре, глаза не мозоль! От его слов я остолбенел, не в состоянии что-либо ему ответить. Продолжив игнорировать меня, друг взял свой меч и попытался сломать замки им, но все его попытки были четны, — БЛЯТЬ! — Андрей со злости кинул меч в мою сторону. Я посмотрел на холодный клинок и вгляделся в него. Обнаружив на нем какие-то алые капли, я, сначала, не понял, что это, а затем, посмотрев на свое переднее копыто, до меня сразу же дошло, что меч, во время полета, нефигово так полоснул меня. Из свежей раны полилась струя крови, волна боли нахлынула на меня с огромной силой. Я заорал во все горло, схватился за рану и стал кататься из стороны в сторону. Друг с кирпичным выражением лица молча наблюдал за моими мучениями. Я кричал ему что-то типа: «Блять! Что ты сделал, придурок! Помоги!», но все мои слова были проигнорированы. Наверное, он бы так и стоял столбом и смотрел на то, как я истекаю кровью, если бы из своего укрытия не выбежала бы Алессия. Андрей сразу же переключился на неё, напав. Тот повалил её на пол и стал пытаться сломать ей крылья. Пегаска истошно завопила от боли. Не знаю, сколько бы продолжался весь этот треш, если бы не Марта, прибежавшая на крики. Увидев меня, она сразу же подбежала ко мне. — Господин, что с вами? — нервно пролепетала она. В конце концов, служанка увидела причину моей агонии. Её рог засветился, моя рана окуталась пурпурной дымкой, и на моих глазах рана перестала кровоточить. Боль всё ещё была адская. Затем она быстро переключалась на Парвеира, и, вооружившись метлой, стала пытаться колотить моего друга, чтобы тот перестал наносить увечья Алессии. К сожалению, у нее ничего не вышло, к тому же, она отхватила нехилый удар от Пара, после чего без сознания упала на пол. Я же просто пребывал в шоке и смотрел на происходящее, я не мог поверить в то, что это настоящее воплощение монстра — мой друг. Я никак не мог поверить в то, что он творит. От осознания того, что он с таким же хладнокровием может так же мучить меня, мне стало не по себе. Не знаю, сколько по времени все это продолжалось, но в один момент все прекратилось. Почему-то я подумал, что он убил Алессию, но я увидел, что она все еще шевелилась и дышала. Что ж, он хотя бы не убил её. Друг взял пачку сигарет из своей сумки и вышел на крыльцо, чтобы покурить. Я немного отошел от шока, после чего осторожно подобрался к Алессии. — Зелья… в кладовке… — смогла выдавить пегаска. Я зашел в кладовку. Там в большом ассортименте стояли синие флаконы. Я взял одну из них, решив, что она должна подойти для лечения нашей подруги. Взяв с помощью магии ящик с зельями, я подошел к пегаске и дал ей один флакон. Она сразу же выпила его, и, похоже, ей стало легче. Она взяла еще одно зелье и с жадностью выпила его, после чего, попробовала пошевелить крыльями. К счастью, зелья помогли, и все ее переломы магическим образом зажили. — С-спасибо, — сказала она, а затем обратила внимание на Марту, — Чарльз, не могли бы вы принести нашатырь из кладовки? — Да, сейчас! — ответил я и ринулся в кладовку, где взял необходимое и вернулся к пегаске. Алессия с помощью хлорида аммония привела служанку в чувства. Она открыла глаза и осмотрелась. — В-всё кончилось? — произнесла она, — госпожа Алессия, вы в порядке? — Да, всё хорошо, — успокоила пегаска Марту, — господин Чарльз, по моей просьбе, достал из кладовки лечебное зелье, которое я выпила. Теперь со мной все в порядке, — она пошевелила крыльями, чтобы подтвердить свои слова. — Г-господин Чарльз, вы в порядке? — спросила она меня. — Да, — на самом деле, я солгал. Боль еще не собиралась отступать, и все так же мучила меня, — я в порядке. Похоже, что мои слова успокоили горничную. Она улыбнулась и присела на пол. Я бросил свой взгляд на крыльцо, где сейчас курил Парвеир. Похоже, мы сейчас совсем его не волновали. Друг был погружен в свои мысли, смотря куда-то вдаль. — А что произошло? — спросила шепотом служанка, — почему он стал вас избивать? — У нас с Парвеиром произошел… «конфликт». — тихо объяснила пегаска. — Не во время, блин, решили навеститься, — дополнил я, — думал друга повидать, ага, как же. — Мне кажется, что с Парвеиром в последнее время что-то не так, — сказала Марта, осторожно оглянувшись в сторону курильщика, — может, в него какие силы нечистые вселились? — Да, хуебесы, — пробубнил я себе под нос. — Что-что? — спросила меня единорожка, — я не расслышала. — Говорю: вряд ли. Не верю я во всех этих бесов, демонов и прочую мистику. — Тогда… он сам по себе такой? — Честно говоря, сколько лет я уже знаю его, он еще подобного не вытворял. Мне уже самому страшно находиться рядом с ним после того, что сейчас произошло. — Так если он вас ранил, — сказала мне Марта, а затем обратилась к Алессии, — а вам поломал крылья, то какой же он вам, господин Чарльз, друг, а вам, госпожа Алессия, вот какой он вам суженный после произошедшего? Возникло молчание. Я решил включить мозги и помыслить рационально. Если бы Андрей действительно считал меня близким другом, то я не думаю, что он стал бы срываться на мне. Но стоит и допустить тот факт, что он вовсе не хотел причинять вред лично мне: возможно, он кинул меч со зла, как это бывает со многими. Например: разозлился ты после проигранной катки в какой-нибудь онлайн игре, и начинаешь орать, кидать мышку со злости. Хотя, обычно до такого доходят люди с неустойчивой психикой, ну или просто очень вспыльчивые по характеру люди. Ладно, допустим, Алессия сделала что-то действительно обидное по отношению к моему товарищу, потому, возможно частично его злоба и оправдана. Но ломать крылья своей «возлюбленной», кидаться острыми вещами в сторону своего лучшего друга — это явно перебор. У Андрея явно проблемы с контролем своей собственной злобы, один он вряд-ли сможет справиться, потому, ему нужна моя поддержка. Возможно, если он научится, наконец, контролировать собственную агрессию, то подобных казусов больше не будет. — Господин Чарльз, я бы очень хотела, чтобы вы хорошенько об этом подумали. В один момент, этот пони просто убьет вас, даже бровью не подвинет. Вы же сами видели, как он… — Хватит, — перебил я служанку, — я понял тебя. Но я считаю, что у Парвеира просто есть определенные проблемы, которые нужно помочь ему преодолеть. В этот момент в дом вернулся Андрей, закрыв за собой дверь. Мы все уставились на него, ожидая его дальнейших действий. Друг просто смотрел на нас, в его глазах я больше не видел той злобы и того огня, что полыхал в нем, когда он избивал пегаску. Похоже, к нему потихоньку стало приходить осознание того, что он только что сейчас совершил. — В общем, г-хм, давайте пройдем к столу и… обсудим произошедшее, — сказал Парвеир. Я чувствовал, как ему тяжело удавалось подбирать слова и, в целом, он был немного растерян. Мы поднялись с пола и сели за стол. Поначалу, никто не был в состоянии сказать хотьслово, но тишину прервал сам Андрей: — г-хэ, так вот, ребят, я понимаю, что сотворил действительно ужасное. И вы вправе злиться на меня, ненавидеть и желать мне всего наихудшего. Но я бы хотел искренне перед всеми вами извиниться. Я был очень зол, я даже толком не мог сообразить, что я творю. Всё было словно на инстинктивном уровне. Так что, я еще раз очень прошу вас простить меня. — Так что же вызвало в тебе такую злобу? — спросил я. — Это был конфликт с Алессией, — ответил друг, — она наговорила мне много обидных вещей, которые меня очень разозлили. — я сразу понял, что друг врет. Да и поверить в то, что его до такого состояния довели слова пегаски — довольно трудно. — Понимаешь, что у тебя сейчас проблемы? Причем серьезные! — на повышенном тоне произнес я, — понимаешь, что ты убить её мог в порыве ярости? Да и меня тоже! Так ты еще и Марте треснул, которая тебя вразумить пыталась! — я уже не на шутку разозлился, и сам стал орать на провинившегося. Тот лишь молча слушал меня. — почему должны страдать мы из-за того, что ты не умеешь контролировать свою ярость? Почему ты даешь злости взять верх?! Я уже боюсь тебя, серьёзно! Хуй знает, что ты еще сможешь выкинуть в порыве гнева! Поубиваешь нас тут всех и даже не хмыкнешь, тебе похуй будет! А когда осознаешь, что сотворил, то твои“извините, я просто погорячился» не помогут воскресить тех, кого ты уже убил! — Г-господин Чарльз… — попыталась успокоить меня Марта. — Не сейчас! — гаркнул я на неё, после чего служанка сразу же зажалась и замолчала, — ты сейчас нам представляешь настоящую угрозу! Так что, ради нашей же безопасности, я попрошу тебя отдать свой меч мне. Друг молча снял с себя ножны, в которых находился его клинок, и аккуратно положил на стол, пододвинув меч ко мне. — Забирай, — ответил Парвеир, — если тебе так будет спокойнее, то забирай.– он посмотрел на меня как на врага народа, — если ты не доверяешь мне больше, то хорошо. Наверное, я действительно заслужил этого. Я забрал меч и повесил его на себя. Теперь я чувствовал себя спокойнее, ведь в случае чего — я всегда смогу оголить холодный клинок и воспользоваться им по назначению. Мы на протяжении тридцати секунд прожигали друг друга не доверительным взглядом. Эту игру в гляделки прервала Алессия: — ну-у, что ж, я думаю, все высказали то, что хотели. Может, теперь стоит помириться? Мы же не можем бесконечно злиться друг на друга, потому, давайте просто успокоимся, забудем это происшествие и сделаем вид, что ничего не было. Нам пришлось помириться, но все понимали, что все это лишь для вида. Все натянули на лица маски довольных и ничем не обиженных. После «примирительной беседы», Алессия предложила всем вместе прогуляться по городу. Прогулка была абсолютно ничем не приметной. Мы шли и говорили о всяком, чтобы просто отвлечься от плохих мыслей. Прогулявшись, мы решили разойтись по домам. Когда мы с Мартой шли в сторону поместья, я в один момент решил забить на все и просто свернуть в сторону таверны, посидеть там, поесть и что-нибудь выпить. Когда моя спутница заметила, что я свернул в сторону таверны, она окликнула меня. — Господин Фрост, куда вы направляетесь? Особняк в другой стороне. — Да, знаешь, я приду позже. Я посижу в таверне, развеюсь немного, а потом вернусь. — Вы уверены? Может, лучше, пойдем домой? Я вас накормлю, напою, м-могу налить чего покрепче, если захотите. — Да нет же, говорю: устал я, отдохнуть хочу. Посижу в таверне, поболтаю с кем-нибудь, а затем вернусь. — Х-хорошо, — ответила она, — тогда, я буду ждать вас в поместье. Только не напивайтесь там до потери сознания, я, честно говоря, не люблю пьяных. — Я и не собирался так много пить, — успокоил я её, — так что, не бойся. Кобылка кивнула и пошла домой. Я же двинулся по своему пути. Прибыв в таверну, я увидел, что там сейчас довольно мало народу. Это меня смутило. Ведь, по сути, сейчас наоборот должен быть наплыв посетителей. За стойкой сидела пара поней, одним из которых был тот самый рыцарь, что спас тогда меня от нападения волков. Я подошел к нему и ехидным тоном произнес: — а чего это мы во время службы выпиваем? Тот, испугавшись, подпрыгнул на месте и ошарашенно посмотрел на меня. Я не смог сдержать собственного смеха, и прямо перед своим «спасителем» рассмеялся. Тот, по итогу, объяснил мне, что сейчас он не на службе, а потому и может позволить себе немного расслабиться. Перед единорогом стояла кружка пива, из которой он пил. Айден предложил вместе выпить и поговорить. Я решил не отказываться, потому тоже заказал себе пиво и присел рядом со «спасителем». Мы начали наш разговор. Я часто задавал ему вопросы, связанные с его работой. Тот очень подробно отвечал мне на каждый мой вопрос. Похоже, Айден очень общительный. После того, как мы разговорились, а половина моей кружки уже была выпита, рыцарь резко задал мне вопрос о Марте, и о наших с ней взаимоотношениях. Я сказал ему так, как есть. «Спаситель» сказал мне, что мне стоит признаться ей в своих чувствах. К сожалению, для меня это был не вариант, ведь мне не хватит сил на это, да и тем более: отношения… с пони! Да не, такими темпами и в психушку можно попасть! Мы еще долго так болтали, пока часы не показали полночь. Вспомнив свои слова о том, что я «недолго посижу и вернусь», я почувствовал себя крайне безответственно. Попрощавшись с Айденом, я отправился в поместье. По прибытию, меня встретила взволнованная служанка, та подумала, что со мной что-то случилось, и уже даже хотела идти за мной в таверну, но к счастью я сам вернулся. Марта предложила мне все-таки поесть перед тем, как я лягу спать, но я отказался, и направился к себе в спальню…