Факультет имени Змеи: Философский булыжник или Спасение Василиска

Учебный год близился к завершению. На улице стояла ужасная жара. В огромном кабинете, в котором мы писали экзаменационные работы, было не только жарко, но и невыносимо душно. Перед экзаменами всем раздали специальные перья, заколдованные так, что тот, кто брал в руки это перо, лишался возможности хитрить, надо ли говорить, что это сильно ударило по некоторым слизеринцам, для которых хитрость - одно из качеств, по которому направляют на факультет, а именно по Крэббу, Гойлу, Забини, Паркинсон и Булстроуд, только тем и занимавшимися, что вялянием дурака весь учебный год. Так что перед экзаменом они маниакально разглядывади учебники, пытаясь запомнить хоть что-то из огромного клубка информации, которую нам постепенно выдалбливали весь этот год. Те же, кто всё это время учился, то есть я, Ала, Теодор, Эдвард, Драко, Дафна и неприметный сперва мальчик Роджер Мун, просто проверяли друг друга, задавая вопросы и отвечая на них. Также были и практические экзамены. Профессор Флитвик по одному приглашал в свой кабинет и требовал заставить плясать лежащий на столе ананас. Профессор МакГонагалл давала задание превратить мышь в табакерку. Количество полученных за экзамен очков зависело от того, насколько красивой получалась табакерка. Но если у табакерки были усы, балл автоматически снижался. А на экзамене у профессора Снегга не только гриффиндорцы, но некоторые слизеринцы (а именно вышеперечисленные валятели дурака) жутко перенервничали, пытаясь вспомнить, как приготовить зелье, отнимающее память. Последним экзаменом была история магии. Нам предстояло в течение часа письменно ответить на вопросы о древних выживших из ума волшебниках — кто из них изобрел самопомешивающиися котел и все в том же духе. А впереди ждала свобода. Целая неделя свободы до объявления результатов экзаменов. Целая неделя скуки от нечего делать. Я так привыкла к домашним заданиям, урокам, мётлам, что вряд ли найду чем себя занять в эту неделю. Кошмар. И когда профессор Вине сказал, что пора сдавать работы, кто-то ликовал вместе с остальными, а я, привычно выделяясь, грустила по поводу окончания учебного года. - Эл, ты чего? - не понимал меня Эдвард. - Что грустишь, радоваться надо, - твердил Драко. - Эли, я конечно понимаю, что ты привыкла к урокам, домашке и прочему, но ведь грустить из-за этого не надо, - попыталась поддержать меня Ала. - Вот же странная эта Лестрейндж, - донёсся до меня голос Уизли, - Радоваться свободе надо, а не грустить. Я резко обернулась на звук. - Уизли, - начала я, - если у тебя мозгов хватает только на то, чтобы нарушать правила, то я в этом не виновата, и если ты не понимаешь, что учиться на самом деле интересно, то прошу тебя пожаловать в общество Крэбба и Гойла, у них тоже головы только этим и забиты, лишь бы отсидеть, для галочки, и всё. И ещё жалеть о том, что здесь семь курсов, а не один, а то, представьте себе, посидел годик, постарел, кое-как экзамены сдал, и иди гуляй на все четыре стороны. Вперёд! А моё отношение к учёбе и всему этого касающегося, прошу не комментировать, а получишь довольно миленькое заклятье немоты, понял. А невербальные чары ты точно исполнить не сможешь. Я развернулась на каблуках и отправилась в сторону озера. - Эл, подожди, - кричала мне вслед Ала. Через какое-то время вся наша компашку сидела на берегу, и строили планы, что нам теперь делать. Недалеко под деревом сидели гриффиндорцы, а какие-то третьекурсники занимались тем, что дёргали кальмара за щупальца. - Так что делать будем? - спросила Ала, - Я имею в виду сейчас. - Поиграем в салки, - предложил Эдвард. - Эйвери, у тебя голова вообще работает, - сказал Теодор, - Мы не семилетки, а солидные и... - Не совсем умные почти второкурсники Хогвартса, - закончила за него я. - Говори за себя, - обиделся Драко. - Ой, смотрите, там ссора намечается, - заметила Ала, - Забини со свитой к гриффиндорцам лезут. - А нам какое дело? - протянут Нотт. - Ну не знаю... - ответила Ала. - Да, просто посмотрим и поржём, - Эдвард. - Идиот, - прокомментировал Драко. - Элисон, - услышала я из озера. Стоп, что? Я вскочила и побежала к воде. Мелькнула чёрная молния. - Вы ничего не слышали? - спросила я друзей. Всё помогали головами. Так, понятно. Никто не слышал, следовательно говорили на парсултанге, значит, говорил Ангуис, так как других огромных чёрных змей здесь не водится. - Ясно, - сказала я и помчалась за сумкой. - Ты куда? - поинтересовалась Ала. - В  подземелья. Ладно, пока, - ответила я и побежала к замку. - Камень украдут сегодня, - рассказал мне Ангуис, - и, разумеется, Поттер и Ко пойдут его спасать. - Ясненько, - прокомментировала я, - Значит, сегодня. А поточнее время не знаешь? - Нет, но я послушаю. Если что, сообщу тебе через трубы. Не ходи сегодня к озеру.  - Ладно, спасибо, Ангуис. Я очень благодарна тебе за помощь. Когда я проходила мимо учительской, я заметила, как Флитвик о чём-то разговаривает с Гермионой. - Профессор Флитвик, - я сделала обеспокоенное лицо, - я так волнуюсь, мне кажется, что в экзаменационной работе я неправильно ответила на вопрос 146… - Ну что вы, мисс Лестрейндж, - ответил профессор, - Вы с мисс Грейнджер набрали по сто двадцать баллов, хотя обычно выше сотни никому не ставят. Вы вдвоём лучшие ученицы Хогвартса. Вот только никому не говорите, что я вам про баллы сказал, хорошо. Мы с Гермионой одновременно кивнули. Странно, я на этого ожидала, ну ладно. Спорим, Грейнджер шпионила за Снейпом, но всё же я уверена, что это Квиррелл. Дело близилось к ночи. Ангуис сообщил, что Поттер и Ко вышли из гостиной. Я поспешила к двери на третьем этаже. Дезилюминационные чары делали своё дело. Мимо меня то и дело проходили патрулирующие школу учителя, в упор меня не замечая. Я встала около двери в коридор с Пушком. Вот наконец подошли СФК (Спасатели Философского Камня). Я скинула с себя чары. - Как мило, - сказала я, чтобы обратить на себя внимание. - Как? Откуда? - удивился Уизли, - У тебя что, тоже есть мантия-невидимка? - Нет, но у меня есть палочка, которой возможно наколдовать дезилюминационные чары. - Но как? - удивилась Гермиона, - Это же материал старших курсов, как и невербальные заклинания. - Их я тоже могу исполнить. Я модча подняла палочку, также молча взмахнула ей, и дверь отворилась. - Ну как, идёте? Или подождёте пока Волдеморт вернётся? - Идём, - быстро сказал Гарри, а я быстро накинула на себя дезилюминационные чары. Раздался громкий скрип, и до нас донесся раскатистый громоподобный рык. Пес не мог нас видеть, но повернул голову в нашу сторону, принюхиваясь всеми тремя носами. Ни мантия, ни чары не могли помешать ему нас обнаружить. — Что это валяется у него под ногами? — прошептала Гермиона. — Похоже на арфу, — ответил Рон. — Должно быть, это Снегг ее здесь оставил. — Пушок засыпает, когда слышит музыку, и просыпается, когда она замолкает, — напомнил Гарри. — Ну что, начали? Он поднес к губам флейту и дунул. При первых же звуках все шесть глаз Пушка начали закрываться. Гарри дул, не останавливаясь и едва успевая переводить дыхание Рычание становилось все тише и постепенно стихло. Пес закачался и опустился на брюхо, а потом повалился на бок. Не было никаких сомнений в том, что он крепко спит. — Продолжай играть! — шепнул Рон, когда они сняли с себя мантию и медленно двинулись к люку, который охранял Пушок. Жаркое зловонное дыхание, вырывавшееся из трех пастей, чувствовалось все сильнее. — Думаю, мы легко откроем люк, — заверил их Рон, вставая на цыпочки и бросая взгляд за спину Пушка. — Хочешь пойти первой, Гермиона? — Нет, ни за что! — воскликнула та, отступая назад. - Ладно, иду я, - я скинула с себя дезилюминационные чары. — Хорошо. Я опасливо переступила через лапы Пушка, нагнулась над люком и потянула за кольцо. — Что ты там видишь? — возбужденно прошептала Гермиона. — Ничего. Темнота. Никаких ступеней не видно, придется прыгать. Я прыгнула. Летела я довольно долго, а дна все не было, и… ПЛЮХ! Видимо, я упала на что-то мягкое. Я села и огляделась. Глаза еще не привыкли к темноте, но было такое ощущение, словно я сижу на каком-то растении. — Все в порядке! — прокричала я, подняв голову вверх, где в вышине светился открытый люк, отсюда казавшийся размером с почтовую марку. — Можете прыгать! Через мгновение рядом со мной оказались Гарри и Рон. — Это что за штука?— первым делом спросил Рон. — Не знаю, какое-то растение, наверное, — покачал головой Гарри. — Я думаю, оно здесь специально, чтобы смягчить приземление. Давай, Гермиона! Доносившаяся сверху музыка смолкла. Послышался громкий лай, но Гермиона уже летела к ним и вскоре приземлилась по соседству. — Мы, наверное, в нескольких километрах под школой, — заметила она. — Это точно. Нам повезло, что здесь есть это растение, — улыбнулся Рон. — Повезло?! — внезапно взвизгнула я. — Да вы посмотрите на себя! Гермиона вскочила на ноги и попятилась к отсыревшей стене. Сделала она это с большим трудом, потому что в тот момент, когда она приземлилась, растение сразу начало обвиваться вокруг ее лодыжек. А что касается меня, Гарри и Рона, то длинные ползучие побеги умудрились связать ноги так, что мы даже этого не заметили. Гермиона успела освободиться прежде, чем растение смогло ее опутать, и теперь, прижавшись к стене, она с ужасом смотрела, как Гарри и Рон пытаются сорвать с себя стебли. Но чем больше усилий они прикладывали, тем сильнее и быстрее обвивались вокруг нас змееподобные побеги. И тут я поняла, что это «дьявольские силки», так что быстро спалила обвившиеся вокруг меня побеги. — Не двигайтесь! — приказала я. — Я знаю, что это. Это «дьявольские силки»! — Я ужасно рад, что это именно так называется! — прорычал Рон, пытаясь помешать стеблю, пытавшемуся обвиться вокруг его шеи. — Это, конечно, нам поможет! — Заткнись! Растение стремилось уползти подальше от света и тепла. Судорожно извиваясь и вращаясь, охватившие их отростки поспешно размотались и наконец исчезли. — Как хорошо, что ты была внимательна на занятиях по травологии, Элисон, — произнес Гарри, утирая пот с лица. - Нет, - ответила я, - Спасибо Гермионе за то, что вовремя заметила. — Пошли, — Гарри махнул рукой в сторону единственного каменного прохода, который вел отсюда. — Слышите? — прошептал Рон. Я прислушалась. Откуда-то сверху доносилось мягкое шуршание и тихий звон. — Думаешь, это привидение? — спросил Гарри. — Не знаю… — Рон пожал плечами. — Но вообще похоже на крылья. Гарри задумался. — Там впереди свет… И я вижу, что там что-то движется, — наконец произнес он. — И чем бы это ни было, другого выхода у нас нет. Они дошли до конца коридора и очутились у входа в ярко освещенный зал с высоким дугообразным потолком. Зал был полон порхающих и кружащихся птиц — маленьких и ярких, как драгоценные камни. На другой стороне зала виднелась тяжелая деревянная дверь. — Думаешь, они нападут на нас, если мы попытаемся пройти через зал? — спросил Рон. — Возможно. — сказала я, — На вид они не особенно опасны, но если нападут все разом… Ну что ж, другого пути нет… Я попробую… Я шумно втянула в себя воздух, закрыла голову руками и метнулся к двери. Я добежала до двери и подёргала за ручку — дверь оказалась запертой. Убедившись, что птицы не опасны, я повернулась к Гарри, Рону и Гермионе и махнула им рукой. Они дружно тянули дверь на себя и толкали ее плечами, но даже втроем не смогли ее открыть. Не помогло даже заклинание Алохомора, которое несколько раз произнесла Гермиона. — И что теперь? — поинтересовался Рон. — Эти птицы… Они не могут быть здесь просто так, для украшения, — с умным видом заметила Гермиона. Они подняли головы, разглядывая порхающих у них над головами птиц — ярких, блестящих… Блестящих? — Это не птицы! — внезапно крикнул Гарри. — Это — ключи! Крылатые ключи! Присмотритесь повнимательнее — сами увидите. Это ключи, а значит… Гарри огляделся по сторонам. — Ну конечно, смотрите! — воскликнул он. — Метлы! Мы должны поймать нужный ключ! — Но их здесь сотни! — ужаснулась Гермиона. Рон наклонился к двери, изучая замок. — Нам нужен большой старинный ключ… скорее всего, серебряный, такой же, как дверная ручка. Мы быстро оседлали метлы, поднялись в воздух и оказались в облаке ключей. Сначала мы пытались наобум ухватить то, что им нужно. Но заколдованные ключи уворачивались, резко пикируя или набирая высоту, так что казалось, что поймать их просто невозможно. — Вот он! — крикнул Гарри, указавая на большой серебряный ключ с помятым крылом, — Этот большой, вот здесь… нет, вон там… с ярко-голубыми крыльями… одно крыло помято! Рон устремился туда, куда указывал Гарри, врезался в потолок и чуть не свалился с метлы. — Нам надо окружить его! — прокричала я, не выпуская ключ из виду. — Рон, ты заходи сверху, а ты, Гермиона, оставайся внизу и помешай ему спуститься, Поттер, справа. Я слева и попробую его схватить. Готовы? НАЧАЛИ! Рон поднялся вверх, Гермиона рванулась вниз, Гарри метнулся влешл, и ключ, не имея другого выбора, попал прямо ко мне в руку. Мы поспешно приземлились, и я бросилась к двери, чувствуя, как ключ пытается вырваться из его руки. Я с силой вонзила ключ в замок, повернула его и услышала щелчок. В этот момент ключ вырвался из замочной скважины и тяжело взмыл вверх. Вид у него был очень помятый и потрепанный. — Готовы? — спросила я, держась за дверную ручку. Остальные кивнули, и он потянул дверь на себя. В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило нам сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет. Я от изумления вытаращила глаза. Они стояли на краю огромной шахматной доски, прямо за черными каменными фигурами. На другой стороне доски стояли белые фигуры. — И что нам теперь делать? — прошептал Гарри. — По-моему, ответ вполне очевиден, — заметил Рон. — Мы должны выиграть, чтобы оказаться на другой стороне зала. Там, за белыми фигурами, виднелась еще одна дверь. — И как же нам выиграть? — нервно спросила Гермиона. — Я думаю, — выговорил Рон после непродолжительного раздумья, — мы должны стать фигурами. Он смело шагнул вперед и, подойдя к черному всаднику, игравшему роль шахматного коня, коснулся его лошади. В одно мгновение каменная фигура ожила. Лошадь стала рыть копытами землю, а всадник повернул голову в шлеме и посмотрел на Рона сверху вниз. — Нам… э… нам надо присоединиться к вам, чтобы перебраться на ту сторону? — запинаясь, спросил Рон. Рыцарь кивнул. Рон повернулся к нам. — Надо подумать, — прошептал он. — Полагаю, нам следует занять места четырёх черных фигур… Мы молча ждали, пока Рон закончит свои размышления. — Короче так — наконец поднял голову Рон. — Не обижайтесь, но в шахматы я играю куда лучше вас… — Да мы и не обижаемся, — быстро вставил Гарри. — Просто скажи нам, что делать. — Ты, Гарри, встань на место того слона. А ты, Гермиона, займи место этой ладьи, Лестрейндж... - Можно просто Элисон, - оказала я Уизли великую услугу. - Значит так, Элисон, ты будешь ферзём. — А ты? — обеспокоенно спросила Гермиона. — А я буду конем, — уверенно заявил Рон. Похоже, фигуры слушали их разговор, потому что в следующее мгновение конь, слон, ладья и ферзь повернулись и ушли с доски, освободив четыре клетки. А мы заняли их не раздумывая. — Белые всегда начинают, — произнес Рон, глядя на ту сторону доски. — Ага… вот оно… Белая пешка шагнула на две клетки вперед. Рон начал руководить черными фигурами, которые покорно вставали туда, куда он им указывал. — Гарри, переместись на четыре клетки вперед! — скомандовал Рон. В первый раз мне стало не по себе, когда противник напал на их второго всадника. Белая королева сбила его на пол и стащила с доски — лежавший вниз лицом рыцарь не шевелился. — Мне пришлось им пожертвовать, — прошептал Рон, хотя, судя по его виду, он тоже был потрясен — но не неожиданностью случившегося, а жестокостью расправы. — Гермиона, теперь ты можешь взять этого слона. Белые фигуры были безжалостны. Вскоре у доски уже лежала целая гора неподвижных черных тел, а значит, скоро мог прийти и наш черед. Уже дважды Рон только в самый последний момент успевал заметить, что я, Гарри и Гермиона находимся в опасности. Сам Рон беспрерывно метался по доске, и следовало признать, что, несмотря на жестокость противника, белых фигур на ней осталось ненамного больше, чем черных. — Мы почти у цели, — вдруг лихорадочно зашептал Рон. - Дайте мне подумать… дайте мне подумать… Белая королева повернула к нему свое отсутствующее лицо. — Да… — тихо произнес Рон. — Это единственный способ… Мне придется пожертвовать собой. — НЕТ! — дружно запротестовали Гарри и Гермиона. — Но это шахматы! — крикнул в ответ Рон. — Здесь приходится идти на жертвы! Я сделаю один шаг вперед, и она меня заберет, и тогда ты, Гарри, сможешь объявить королю шах и мат! — Но… — начал было Гарри. — Ты хочешь остановить Снегга или нет? — голос Рона был твердым и уверенным. — Но, Рон… — вмешалась Гермиона. — Слушайте, если вы не поторопитесь, то камень окажется у Снегга! Рон был прав, и Гарри с Гермионой не могли этого не признать. – Готовы? — спросил Рон, его бледное лицо было полно решимости. — Я пошел, а вы, когда объявите им мат, не теряйте времени. Рон шагнул вперед, и белая королева метнулась к нему. Размахнувшись, она с силой опустила свою именную руку на голову Рона, и тот тяжело рухнул на пол. Гермиона закричала от ужаса, но осталась на своей клетке и завороженно смотрела, как белая королева стаскивает Рона с доски. Мне показалось, что Рон потерял сознание. Ошущая дрожь во всем теле, Гарри сдвинулся на три клетки влево. Белый король стащил с себя корону и кинул ее к ногам Гарри. Они победили. Белые фигуры, кланяясь, расступились. Путь был свободен. Заметив обеспокоенный взгляд Гермионы, я сказала: - Останься с Роном. Когда он придёт в себя, берите мётлы, они вас поднимут, возвращайтесь в замок и отправите сову Дамблдору. - Возьмите Буклю, - предложил Гарри. - Мы с Гарри пойдём дальше. В последний раз оглянувшись, мы открыли дверь и оказались в следующем коридоре. — А что, если он… — тихо прошептала я. Кажетбся, совместнын приключения сближают как никогда. — С ним все будет хорошо, — ответил мне Гарри, — Как думаешь, что нас ждет впереди? — Со Стебль мы разобрались, я хотела сказать, с ее «дьявольскими силками». С Флитвиком тоже: наверняка это он заколдовал ключи. МакГонагалл оживила шахматные фигуры, это ее работа. Остается Квиррелл… и затем Снейп... Мы оказались перед очередной дверью. — Готова? — шепнул Гарри. Я кивнула, и Гарри потянул дверь на себя. Нас встретил такой отвратительный запах, что если бы мы не зажали носы, то, наверняка, потеряли бы сознание. Даже глаза слезились, пока мы всматривались в полумрак. Наконец мы увидели распростертого на полу огромного тролля, значительно превосходившего по размерам Хэллоуиновского. Тролль явно был без сознания, а на его голове багровела гигантская шишка. — Хорошо, что нам не пришлось с ним сражаться, — прошептал Гарри. Затаив дыхание, мы перешагнули через толстенные ноги. - Пойдем отсюда скорее, тут нечем дышать, - предложила я. Гарри аккуратно приоткрыл следующую дверь и с опаской заглянул внутрь — за ней их могло ждать что угодно. Но в комнате не было ничего страшного. Посредине стоял стол. На нем выстроились в ряд семь разнокалиберных сосудов, наполненных какими-то жидкостями. — Тролля здесь поставил Квиррелл, а Снейп с ним разобрался, — шепнул Гарри. - Лично мне кажется, что это Квиррелл, а не Снейп. Крёстный точно такой дурью не мается. - Крёстный? - А что? Северус Снейп - мой крёстный. Ладно, проехали. — Значит, нам остается победить заклятие Снейпа. Только вот что нам делать с этими сосудами? Он подошел к столу, и вдруг позади них из-под пола вырвалось пламя, отсекая путь назад. Судя по ярко-фиолетовому цвету, это был не простой огонь, а волшебный. Тут же языки огня заплясали перед той дверью, которая находилась впереди. Мы оказались в ловушке. - Что делать? Элисон, ты тут специалист по зельям! — Смотри! — я схватила со стола свиток пергамента. Я прочитала: — Впереди опасность, то же позади, Но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперед отправит, еще одна — назад, В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд. Ты хочешь здесь остаться на долгие века? Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана. Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд, Найти его несложно — от вина левый ряд. Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж, Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь. Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь, А если из второй слева и второй справа глотнешь, Сам убедишься — налито одно и то же в них, Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых. Я глубоко вздохнула. Видимо, Гарри поразило то, что я улыбаюсь. Этого он ждал от нее меньше всего. — Гениально, — произнесла я. — Это не магия — это логика. Логическая задача. Между прочим, многие величайшие волшебники были не в ладах с логикой, и, попади они сюда, они остались бы здесь навечно. — Как и мы, — мрачно вставил Гарри. — Разве не так? — Разумеется, нет, — удивилась я. — В свитке есть все, что нам надо. На столе семь бутылей: в трех находится яд, в двух — вино, еще одна даст нам возможность вернуться обратно, а седьмая пропустит вперед. — А как мы узнаем, из какой мы должны отпить? — поинтересовался Гарри. — Дай мне пару минут, — попросила я. Я несколько раз прочитала написанное, а затем начала прохаживаться вдоль стола, рассматривая бутыли, тыкала в них пальцем и что-то бормотала себе под нос. Наконец я хлопнула в ладоши. — Поняла! — сообщила я. — Глоток из самой маленькой бутылочки даст нам возможность пройти вперед, к камню. Гарри взглянул на маленькую бутылочку. Мы посмотрели друг на друга. - Здесь хватит на двоих, - прокомментировала я, - Так что вперёд. Мы по очереди отпилить из бутылочки и шагнули вперёд. Здесь был не Снейп. Не Волдеморт. Здесь был Квирелл.