I'm a wanted man

Единственными зданиями в Уикете, которые вызывали уважение одним своим видом, были каменные тюрьма и банк. Правда оба полупустые. Ненадежная на первый взгляд железная решетка в камере оказалась куда крепче, чем Блэк мог предположить. Может быть именно поэтому в тюрьме и охраны-то почти не было, а может быть не посчитали нужным охранять троих заключенных. Первым был сам Эррон. Уже часа три он не оставлял решетку в покое: пытался ее расшатать, выбить, даже разогнуть. Замок тоже настрадался от ковбоя - тот пытался открыть его и какой-то ржавой железкой, похожей на гвозь, которую нашел на полу, и даже шпорой с сапога. Ни решетка, ни замок так просто сдаваться не собирались. - Прекрати, а! - не выдержал наконец второй узник. - Не снимешь ты их! Ему до чертиков надоели эти шум и скрежет. - Если ты смирился со свой участью, то я еще нет! - отмахнулся Эррон, пока его собеседник демонстративно отвернулся к стене. Третим был молодой паренек, который все твердил, что все его обвинения ложны, и вообще он почти что святой, просто нимб где-то потерял. Блэк тяжело вздохнул, прижавшись лбом к решетке. Завтра утром на станцию прибудет поезд, который должен будет доставить его на север. В шахты. Так как Уикет находился на дальней железнодорожной ветке, поезд был всего один, и перевозил он и пассажиров, и грузы, и скот, и почту. В разных вагонах и в умеренных количествах, конечно. Эррон не мог сказать точно, какая участь лучше... Умереть на виселице или под землей, погребенным под каким-нибудь обвалом, которые случались с завидной регулярностью. А все потому, что в шахтах чаще использовали динамит, чем руки преступников. А на последних было плевать. Задохнутся пылью и каменной крошкой, погибнут под обвалом - не беда, еще доставят. Блэк не мог утверждать, что такая участь страшила его, вовсе нет. Просто он бы предпочел умереть от пули в перестрелке... А лучше не умирать вообще. Уже сгустились сумерки, и ковбой, глядя на полную луну в окне с решеткой, широко улыбнулся. Он представил, как через пару десятков лет отказывается от жизни наемника, уезжает еще дальше на юг в какое-нибудь тихое местечко, становится там трудолюбивым фермером... Такие фантазии развеселили его. Если бы только Эррон знал, что с ним будет на самом деле через эти несколько десятков лет... Внезапно ночную тишину нарушили чьи-то легкие быстрые шаги. Стрелок надвинул шляпу на глаза, чтобы казаться спящим, а сам прислушался. Кажется, человек остановился как раз у его камеры. - Эй, эм... Эррон Блэк, верно? Стрелок на память не жаловался, он узнал этот голос. И убедился в этом, когда подошел к решетке. - Не ожидал тебя здесь увидеть, голубка. - шепотом проговорил он. Элизабет поморщилась от этого обращения. Конечно, это мужчина ей напоминает о работе "грязного голубя" в том салуне! - Я была на площади, когда тебя казни... Пытались казнить. И слышала все твои обвинения, среди которых было убийство Алдера. Это правда ты его убил? - Нет. - улыбнулся ковбой, - Это сделала динамитная шашка, которую я вставил ему в рот и поджег. - Значит, ты... - девушка представила описанную мужчиной картину и тут же пожалела об этом, - Я хочу сказать тебе спасибо. Ты отомстил Алдеру за убийство моего отца. Эррон представил, за скольких он еще отомстил одним этим убийством, прикидывая, сколько ему теперь должны. - Мне, конечно, приятно это слышать, но... Может выразишь мне свою благодарность другим способом? Например, откроешь этот замок? - Я похожа на взломщика? - искренне удивилась Элизабет. - Нет. Я пришла не только за этим. Ты немник, и тебе платят за каждое убийство. А мне нужна совсем небольшая сумма для билета на поезд до завтрашнего утра. - Я тоже поеду на этом поезде. - хмыкнул Блэк, - Причем совершенно бесплатно. - Мне это известно. - девушка задрала подол своей юбки. К ее бедру были примотаны два револьвера Эррона, однако когда тот протянул за ними руку, она отпрянула. - Так сделки не заключают, куколка. - заметил Блэк. - Ты даешь мне деньги, а я завтра в поезде даю тебе револьверы. Именно в поезде, не раньше, чтобы у тебя не было соблазна обмануть меня. - Деньги... О, да, именно они правят этим миром. Я рад, что ты это понимаешь. - Можно подумать, деньги оборвали веревку на твоей шее. Эррон невольно закатил глаза. - Только не нужно твердить мне сейчас о Боге и прочем. - Почему ты так относишься к религии? - несколько оскорбленно просила Элизабет. - Представь мальчика двенадцати лет, который испытывает чувство постоянного голода с самого своего рождения. И у которого нет денег даже на еду. И вот однажды у церкви мальчик видит женщину, которая кормит хлебом птиц. Как ты думаешь, она поделилась хлебом с мальчиком? Она заявила, что в тела птиц вселяются чистые души умерших, и давая им пищу, она поддерживает их. Умерших. В то время, когда помощь нужна была живой душе! - тут Блэк умолк, он не хотел будить сейчас своих "соседей". Элизабет слушала его, не перебивая. Да, в его словах была доля правды, та женщина была не совсем права, но... - А тебе приятнее, что тебя в городе считают порождением дьявола? - И ты тоже так считаешь? И все равно пришла ко мне, чтобы... - Эррон протянул руку сквозь решетку, - Заключить сделку с дьяволом? - Я... Я так не считаю. - девушка своей дрожащей ручкой пожала его плотную ладонь, но пока не отпускала. - Но сначала ты дашь мне деньги. Ковбой неожиданно притянул Элизабет вплотную к решетке, наклоняясь так близко к ее уху, что девушка чувствовала его дыхание на своей тонкой коже. - Я закричу... - пригрозила она. - На краю города стоит старая лавка портного, что рядом с домом старика Миллера. За прилавком найдешь три гнилые доски на полу. Под ними и будет тебе счастье. - Эррон поцеловал ее в ушко, наконец отпуская. - И не забудь о своей части сделки, голубка. - Мне следовало включить в сделку запрет так меня называть... - прошипела Элизабет, быстро покидая здание тюрьмы. В любом случае, подумал про себя ковбой, он ничего не терят.