Кодекс чести. Закон второй.

— Едут! Едут! — закричал кто-то на улице часа через три. К тому времени Алексия успела поесть, еще поболтать с девочками и жутко соскучиться по своему возлюбленному. Поэтому неудивительно, что, едва услышав такие восклицания, девушка подорвалась из-за стола и выбежала из палатки прежде, чем кто-либо успел ее остановить. Впрочем, на улице она быстро вспомнила о дневном происшествии и торопливо стала искать глазами кого-то, кому могла доверять. А, вот и Колиджения. Что ж, хоть принцесса и ревновала к ней жениха, у служанки Фейдры не было причин желать ей зла. Да и выбора особо не было. В пределах видимости находилась только эта девушка. Остальных Алексия не знала. — Принц едет! — гомонили люди. — Принц едет! И верно. Став рядом с Колидженией, девушка ясно расслышала топот копыт. Ее сердце запело. Еще пара секунд — и она увидит своего возлюбленного. Скоро, совеем скоро, тот предстанет перед ней во всем своем великолепии! Наконец-то Алексия сможет подойти к нему, обнять его, повиснуть на шее, прижаться к плечу, вдохнуть знакомый запах и даже поцеловать. Девушка вся трепетала в ожидании, моля небо о том, чтобы ее жених был целым и невредимым. Только бы его не ранили! Только бы не ранили! Но все мысли разом повылетали из головы принцессы, когда внезапно кто-то напал на нее со спины. Одна грубая рука зажала рот, вторая потащила назад. Сдавленно закричав, Алексия стала яростно сопротивляться, но где ей справиться? Колиджения вдруг посмотрела на девушку в упор. Сердце принцессы озарила надежда. Она взглядом постаралась дать служанке понять, что ей нужна помощь. Но нет. Как ни в чем ни бывало, та повернула голову туда, откуда все ожидали Филиандера. Алексия осталась одна. Совсем одна. — Тише, красотка, а то шейку сломаю, — прошипел ей на ухо грубоватый голос. Принцесса билась, корчилась, брыкалась, но ее уже тащили в кусты, откуда никто, при всем желании, не мог ничего увидеть. Насильник развернулся, и Алексия увидела, что с ним были еще двое. Более того, она узнала молодых людей. Это они сегодня ворвались в палатку и увидели принцессу обнаженной. Не нужно быть гением, чтобы понять: держал ее третий из этих непрошенных свидетелей. Впрочем, надо отдать должное самому молодому из них, — тот был явно испуган. — Ты что, с ума сошел?! — напустился он на товарища. — Почти на глазах у принца?! Да он с нас заживо шкуры сдерет! — Не сдерет, — отмахнулся тот, что держал Алексию. — У него сейчас каждый союзник на счету. В конце концов, это — всего лишь девка. Ты с нами, или нет?! Решайся! — Ну, нет! — отрезал юноша. — Я в этом не участвую! Мне пока еще жизнь дорога! С этими словами, он убежал обратно, к повстанцам. — Дурак! — констатировал второй, плотоядно облизываясь. — Ладно, черт с ним. Кто первый? — Давай прислоним ее к дереву и вдвоем… А ну не дергайся! Последнее восклицание предназначалось Алексии, которая, сопротивляясь, пнула парня в колено. Девушка, однако, не теряла надежды. Она знала: Филиандер находился неподалеку, и ему просто нужно было подать какой-нибудь знак. Он тут же примчится и сделает из этих двоих бифштексы. Но вот, ее прижали к дереву, а грубые руки начали шарить по телу. Принцессу охватил панический страх. Нет! Она не позволит никому так дотрагиваться до себя! Только Филиандеру! Только своему суженному! Алексия начала сопротивляться с удвоенным рвением, но где ей — хрупкой девушке — справиться с двумя крупными парнями?! Их руки блуждали по ее телу, мяли груди и пытались залезть под платье. Несмотря на то, что насильников было всего двое, принцессе казалось, будто ее лапали буквально везде. Силы начали оставлять Алексию. Их глаз брызнули слезы страха и унижения. Нет! Только не так! Господи, пусть этих двоих постигнет самое суровое и жестокое наказание! Пусть они горят в Аду! Чистая ненависть вскипела в жилах девушки, придав ей сил. И вот, она, изловчившись, впилась зубами в руку, все еще зажимавшую ей рот. Когда же насильник инстинктивно ослабил хватку, Алексия закричала. Закричала так громко, что ее, наверное, услышали и в стенах цитадели. Но через мгновение грубая рука снова сжала челюсть, да еще и ударила макушкой о дерево. — Будешь кусаться — зубы повыдергаю, тварь! — заявил насильник. Что-то подсказывало принцессе: он не шутил. Но перестать сопротивляться девушка просто не могла — слишком много было поставлено на кон. Она не позволит этим ублюдкам надругаться над ней! Даже если Филиандер не услышал крика, его невеста найдет способ вырваться из этих лап! Она сдавленно рыдала, билась, корчилась, брыкалась, неистово сопротивляясь и защищая свою честь. Ни за что на свете девушка не отдаст ее этим уродам! Но вот, постепенно Алексия начала терять надежду. Как могла она в одиночку справиться с двумя мужчинами?! А помощи ждать неоткуда. Наверняка, Филиандер не услышал ее крика, а Колиджения принцессу предала. Вряд ли она расскажет что-то парню. А больше никто не видел, как ее тащили сюда. Алексия одна. Все кончено. — А ну руки прочь от нее! — завопил кто-то. В следующую секунду один из насильников упал, а затем, с коротким изумленным вскриком, на землю рухнул и второй. Насмерть перепуганная Алексия встретилась глазами с разгневанным женихом. Его буквально трясло от злости, руки сжимали рукоять меча так, что костяшки пальцев стали белыми. Прекрасное лицо его исказила ярость, а с губ срывалось рычание. И даже в таком виде Алексия была рада появлению своего жениха. Все хорошо! Рядом с ним она была в безопасности! Никто не посмеет дотронуться до нее в его присутствии! Принцесса, дрожа всем телом, буквально упала в объятия возлюбленного. Господи, какое счастье! Угроза миновала! Любимый снова спас свою невесту! Поначалу Филиандер был напряжен, но затем, как будто почувствовав страх девушки, выдохнул и крепко прижал ее к себе. Та благодарно обхватила спасителя за шею, вдыхая родной запах металла, пыльцы и… Филиандера. Этот аромат подействовал на принцессу не хуже сильного успокоительного отвара. Она перестала дрожать, но, подумав о том, что едва с ней не сделали, сильнее расплакалась. Страх, пережитый девушкой, оказался для нее чрезмерным и теперь выходил со слезами. Она была потрясена, унижена и испугана. Только руки возлюбленного, нежно обхватившие ее тельце, не давали впасть в истерику. — Тише, тише, тише! — успокаивал Алексию жених. — Все закончилось, любовь моя! Больше никто не причинит Вам вред! Никто и никогда! Он гладил невесту по волосам, позволяя плакать у себя на плече, и, казалось, на свете больше никого не существовало. Влюбленные словно оказались в пузыре непроницаемой защиты от всего плохого в мире. Никогда раньше Алексия не была так надежно укрыта. Объятия принца без слов давали ей клятву вечной любви и верности. Они же как будто делали ее неуязвимой. — Что прикажете с ними делать, Ваше Высочество? — спросил кто-то. От неожиданности Алексия вздрогнула, но Филиандер крепче прижал ее к себе, успокаивая. Обернувшись, девушка увидела Пирроса, Фейдру, Хестию, Нефел, Мессапа и еще несколько человек. Майрон же стоял рядом с хозяином, направив меч на бездыханных насильников. Однако вопрос задал именно староста поселения, гневно взирая на нарушителей порядка. — В данный момент я хочу убить их на месте! — заявил Филиандер. — Но не будем принимать решений на горячую голову. Заприте их где-нибудь, а завтра утром я попробую определиться. Пиррос кивнул и подал знак кому-то позади себя. Вышли четверо парней и унесли уже бездыханных насильников. — Все хорошо, любовь моя! — шепнул Филиандер на ушко невесте. — Больше Вы их не увидите! Я обещаю! Алексия лишь крепче прижалась к прохладному металлу его доспехов.