- Я живой, Саске. И Наруто мой.

Наруто не знал, каким образом оказался на поле боя. Последнее, что он помнил, это спокойное дыхание Итачи. Но вот он уже стоит напротив огромного монстра и двух шиноби на нём. Сердце стучало где-то в горле. Он не понимал, что происходит. Руки и ноги двигались сами по себе. Да фиг с руками, чакра двигалась и формировала разенган сама по себе! Гендзюцу! Вдруг пришло осознание. Точно это проделки Итачи и его шарингана. - Давай, уделаем его, Наруто! - прорычал в его голове Девятихвостый. Но вместо Наруто ему ответил Итачи. - Да, тебайо! По крайней мере Наруто на это надеялся. Иначе как объяснить волну чакры Девятихвостого и удивительную силу тепла и жизни, которая переполнила его тело? Он все еще не мог пошевелить ни единым мускулом на собственном теле. Даже чакра не поддавалась ему. - Все хорошо, Наруто. Все будет хорошо, просто спи. Мягкий и спокойный голос будто окутал сознание Наруто и заставил провалится в небытие.

ОоО

Тем временем бой набирал обороты. Четвертая мировая война шиноби длилась уже неделю. Первая волна Белых Зецу забрала самых слабых. Вторая принявшая облик друзей и союзников забрала доверчивых, заставив уставших шиноби сомневаться во всем, включая себя. И, наконец, третья волна пришла вместе с воскресшими шиноби. Но, к удивлению альянса шиноби, среди них не оказались погибшие члены Акацки. Канкуро нервно сжимал и разжимал кулаки, ожидая нападения Скорпиона из Красного Песка. Но вместо него пришла старейшина Чиё. Она соединила нити чакры к десяткам мертвых и недееспособных самураев и отбросила отряд Канкуро и живых самураев к кромке леса. Между деревьями сложно напасть, но и увернуться тяжеловесным самураям не так просто. Мертвые самураи при каждом шаге издавали хруст костей и чавкание из открытых ран. А живые, но бессильные самураи могли лишь издавать придушенные стоны. Канкуро призвал Карасу и отделил части его тела. Спрятанные лезвия с легким шелчком расправились. Холодный блеск металла предупредил Белых Зецу и те успели увернуться. Чиё тем временем не гнушалась прикрываться еще живыми самураями. - Чёрт, - Канкуро отвел оружия от бессильных самураев и вновь собрал Карасу. - Ну, раз так. Чиё-сама, прошу меня простить. Канкуро призвал куклу, которую создал Сасори. - Эй-эй, там ваше тело болтается. Ну, как вам такое бессмертное искусство, мм? Сасори нахмурился. Он усердно работал над своим телом и если этот ребенок, окажется не достойным его творения, он его убьет. Прямо на глазах бабули Чиё. Дейдара и Сасори наблюдали с вышины за сражением. Бой в основном шел на земле, да и его участники были слишком сильно увлечены друг другом, чтобы заметить кого-либо. Пожалуй, убить из с этой позиции было бы легче простого. Но их планы отличались от первоначальных. Для всего мира шиноби они были мертвы. Даже вездесущий Зецу не знал, что они живы. - Хия! - самурай совершил серию быстрых ударов катаной, но не смог даже вскользь коснуться нитей чакры, удерживающих его товарищей. - Берегите силы и оставьте ее мне, - Канкуро дернул пальцами и тем самым отправил хвост Сасори в атаку. Извиваясь подобно змее хвост ускользнул от захвата двух самураев-марионеток и крепко обвился на талии Чиё. Она собиралась отправить своих «кукол» к открывшемуся этой атакой Канкуро, но Сасори-марионетка выпрямил свои руку перед собой. На руках открылся ход огнемёта. Струя ужасного пламени направился на мертвое тело Чиё. Она не успевала ни призвать самураев, ни даже дернутся. Пламя захватило ее старое тело и она превратилась в пепел. - А он не плох, данна, - Дейдара ухмылялся. Он не понимал, всего плана и чего добивался Итачи всем этим. Но главное для него всегда было его искусство и он собирался продемонстрировать ее всему альянсу шиноби. - Первая фаза окончена, мм. Нам пора на главное сражение.

ОоО

Итачи стоял перед Мадарой и задумчиво оглядел его сверху вниз. Мадаре это не понравилось. Этого щенка вообще не было в плане «Вечное Цукиеми». Он все еще чувствовал досаду из-за Обито. Ведь тот не собирался его воскрешать и позволить погрузить всех людей в лучший мир, где не нет места предательству лучшего друга и смерти родных и близких. Мир, где все будут живы и жить в мире и счастье. Даже если это означает полное уничтожение мира шиноби. И ему никто не помешает. Мир погрузился в вечный сон. Глаз с девятью томое на лбу пульсировал. Если бы не Десятихвостый, Мадара был уже мертв. Эта техника забрала огромную часть его чакры, но она в тот же момент востановилась. Какая мощь. Мадара улыбался широко и безумно. Внезапно его грудь пронзила боль и появилась подавляющее волю аура позади него. Некто почти нежно прислонился к нему. В поле зрения на мгновение показались длинные белые волосы. Обретенное могущество быстро покидало тело вместе с жизненными силами. Мадра мертвым грузом свалился с небес на землю.

ОоО

Итачи закрыл с помощью Сусаноо Наруто. Они, оставшиеся в живых Акацки, как раз успели на поле боя, когда чакра Девятихвостого иссякла. Какаши потерял сознание от слишком долгого использования шарингана, а Майто Гай легко попал в сети гендзюцу. Обито закрыл их всех в барьере и был безумно этим горд. Пока не понял, что это не они заперты с ним, а он заперт с ними. Объединенные силы нукеринов S класса оказалось достаточно, чтобы довести Обито до грани. Он не понимал, каким образом они все оказались живы. Ведь он лично видел из мертвые части тела, чувствовал угасающую чакру и самолично присутствовал при пересадке глаз Итачи к Саске. - Гхра, - Обито сделал отчаянный рывок и ему чудом удалось добраться до Наруто, а затем вытянуть из него Девятихвостого. Но Наруто все еще стоял на своих двоих и имел крайне воинственный вид. - Не знаю, почему ты все еще жив. Однако это не важно. Ведь я собрал всю силу хвостатых демонов и до начала Вечного Цукиеми остались считаные минуты! Выражие лица Итачи не менялось. На самом деле на данный момент единственным, кто мог сражаться был только он. Дейдара взорвал сам себя, забрав с собой Сасори и Какудзу. Кисаме зажарили в его же воде. Хидан раскидан мелкими кусочками по всей земле. Он остался один. Загорелая рука схватила его за плечо и Итачи встретился взглядом с упрямыми глазами Наруто. Гендзюцу спало. Наруто смотрел напряженно и хватка на плече только усиливалась. Но не смотря на это, его чакра изменилась. Итачи провел бесчисленные исследования, пытаясь найти способ сохранить жизнь Наруто после извлечение Девятихвостого Лиса. И он нашел простой в исполнении способ. Погрузить Наруто в глубокое гендзюцу, заставить его подсознание раздвоиться, создав двух Наруто. После того, как Итачи вернул Наруто в Коноху, в сознание прешел созданный двойник. Именно он изменил Нагато, встретил Четвертого Хокаге и смог образовать связь с Хвостатыми демонами. И все это лишь для того, чтобы оставить в живых его Наруто. С извлечением Девятихвостого погиб двойник, у которого и была связь с ним. Но его Наруто отрезанный от чакры демона остался с ним. Живой и невредимый. Вроде бы этого было достаточно для него. Итачи мог со спокойной душой покинуть эту войну и засесть в какой-нибудь глуши. Жить мирно и спокойно вместе с Наруто. Они могли бы обеспечивать себя охотой и рыбалкой. Ох, как же дивно Наруто нырял за рыбой. Он всегда раздевался до трусов и Итачи не мог отвести глаз от затвердевших от холодной воды сосков... - Мы должны его остановить. Четыре простых слова разбили его мечты в дребезги. Итачи мог лишь смотреть и соглашаться. Что еще ему оставалось? Наруто сплел их пальцы вместе: - Вдвоем, вместе. Мы сможем его победить. Не смогли. Силой Десятихвостого завладел Мадара и весь мир погрузился в сладкий сон. А затем погиб Мадара. Наруто широко раскрыв глаза смотрел на появившуюся женщину. Его не покидало ощущение, что миру пришел конец. И раз так ему есть, что сказать. - Итачи, - Наруто потянул Итачи за руку. Итачи обернулся. Он все еще выглядел обманчиво расслабленным и абсолютно спокойным. Будто не перед концом света стоит, а пришел любоваться полной кровавой луной. - Итачи, я… - Все хорошо, Наруто, - Итачи ласково улыбнулся. А затем резко метнулся на женщину. Кагуя активировала бьякуган и напрягла шаринган, чтобы не потерять потомка своего старшего сына из поля зрения. - Мама, давай скорее убьем его. Он слишком опасен. Её создание, единственное существо, которое искренне о ней заботилось. Но заменить ее сыновей оно не сможет. Легким движением руки Кагуя избавилась от Черного Зецу. От него ничего не осталось. Итачи подлетел на Сусаноо ближе на расстояние вытянутой руки. Кагуя с любопытством смотрела в ответ. Как же этот ребенок был похож на ее сыновей. Милых, любимых, но глупых сыновей-предателей. Нож в спине не переставал кровоточить ни разу за эти годы. Рана лишь гноилась и разрасталась. Кагуя улыбнулась. Настало время мести. Она уничтожит этот мир, на который променяли ее самые любимые люди. Кагуя протянула руку. Обманчиво мягко и по доброму улыбнулась. Итачи тоже протянул руку не менее мягко и не менее добро улыбнулся в ответ. Они пожали друг другу руки и в момент соприкосновения ладони к ладони, Кагуя поняла, какую ошибку совершила. Она собиралась отравить тело мальчишки остатками Черного Зецу и получить красивого и послушного раба, но вместо этого она почувствовала печать ее сыновей. Снова. Кагуя взревела, сопротивляясь. Но глыбы камня быстро скрыли ее от посторонних глаз. Наруто во все глаза смотрела как на небе появилась еще одна луна, только помельче первой. Но запечатывание, не освободило людей из гендзюцу. - Итачи, ты можешь что-нибудь сделать в глазом Луны? - Конечно, Наруто, - Итачи нежно улыбнулся и сложил ряд печатей. На последней луна стала прежней бледно-желтой. Коконы гиганского дерева засохли и люди начали выбираться из них. - Ты пойдешь со мной? - Итачи протянул руку точно так же как сделал этот несколько минут назад с Кагуей. Наруто, не задумываясь, схватил его руку и широко улыбнулся. С тех пор Узумаки Наруто никто никогда не видел.

ОоО

/несколькими неделями ранее/ Наруто тяжело дышал. Его руки не были связаны на этот раз, но у него все еще не было сил противостоять Итачи. Итачи бережно проводил руками по заглрелому телу. Как же давно он мечтал о нем. - Пости, Шисуи. - Меня зовут Узумаки Наруто, даттебайо! - Конечно, Наруто, - Итачи призвал ворона Шисуи. Наруто уствился в шаринган, который был вживлен в ворону. Итачи своим шаринганом заставил Котоамацуками передать Наруто лишь одно убеждение. - Я люблю тебя, Итачи, - Наруто забавно покраснел и смущенно отвел взгляд.