- Я живой, Саске. И Наруто мой.

      

      Итачи смотрел на небо и вспоминал. Еще в детстве его лучший друг как-то сказал: «Смотри на мир широко открытыми глазами». Итачи смотрел широко: он видел в легкомысленно смеющейся девочке сильную куноичи, в толстом добрячке Акимичи и ленивом Нара будущее Конохи. Он видел смерть, скорбь и вину в темных провалах маски АНБУ, видел и безудержную жадность и смертельную тоску за добродушной улыбкой Змеиного Саннина. Он видел даже грядущую мировую войну шиноби на тайных собраниях клана Учиха. Итачи видел и принимал тяжелые, невозможные для рядового шиноби решения. Но после Итачи будто ослеп. Он начал тонуть во тьме, он мог лишь верить и надеяться на единственное, что у него осталось, на глупого и наивного младшего брата.       Он не видел перед собой ничего: ни насмешливой ухмылки Кисаме, ни настороженных взглядов остальных членов организации, ни темной тени, стоявшей за делами Акацки.       И вот однажды Итачи снова открыл глаза и увидел мир вокруг. Он увидел восхищение и уважение в глазах Кисаме и других Акацки, он четко увидел темную тень за спиной Учиха Мадары и Лидера. И принял решение, которое устроит не только весь мир, но и его самого. Но для начала…       - Что ты видишь своим шаринганом, Саске?       Итачи хотел знать, сможет ли Саске оставить свою месть и идти вперед.       - Итачи, я вижу твою смерть.       Итачи закрыл глаза. Надежда еще есть. Он должен верить в Саске, хотя бы это он может сделать для него.       - Видишь мою смерть, - Итачи сосредоточил чакру в своем теле, направляя ее на сознание Саске, меняя его восприятие.       Саске стоит неподвижно ровно сорок две секунды и раздраженно сбрасывает иллюзию.       - Впрочем, твои угрозы не так пусты как раньше.       Итачи подбирает слова, умело ковыряясь в мозгах младшего брата, вытаскивая на поверхность все воспоминания о детстве. Лицо Саске заметно морщится при каждом слове и иллюзии.       Итачи смотрит широко открытыми глазами, и теперь он видит, что ошибся. Может, расскажи он тогда обо всем, что происходит с их кланом, Саске смог бы изменить отца, маму и весь клан. Может, он имеет право знать и не такой уж Саске и белый лист, как думал Итачи. Возможно стоило больше доверять глупому и любимому младшему брату. Потолок храма рушится, бой приобретает большие масштабы. Они оба измотаны. Итачи с большим усилием держит глаза открытыми. Небо прочерчивает меч, способный поглощать души. Итачи чувствует легкое отвращение к Змеиному Саннину, приобретшему вид монстра похлеще Девятихвостого-Демона Лиса.       - Невозможно – выдыхает Орочимару и исчезает.       Итачи расслабляется. Он выполнил одну из главных задач боя с младшим братом. Время пришло. ***       - Итачи подал сигнал, данна, - сообщил Дейдара, спрыгивая с дерева.       Сасори ничего не ответил. Он сложил последнюю печать. План пришел в действие.       - Как думаете, данна, мелкий Учиха взорвется от гнева, когда узнает, что Итачи жив?       Сасори действительно было жаль, что напарника убивать было нельзя. И бесполезно. Сделай из него куклу и он будет еще бесполезнее своего оригинала.       Игнор со стороны напарника ничуть не смутил Дейдару. Он лично собирался убить сопляка Учиха, но Итачи ясно дал понять, что это будет последним взрывом в его жизни. А умирать подрывник не собирался, он еще покажет, что такое искусство в предстоящих битвах.

***

      - И че это за х*йня? П*здишь как дышишь, бл*дь! – кричал Хидан, указывая пальцем на Лидера.       Лидер перевел взгляд на Итачи.       - Каков твой план?       - Заставить мир объединится против Мадары.       - Так это предательство, мм, - Дейдаре было плевать на цели организации, но Четвертая Война Шиноби означала, что его искусство увидит большое количество людей.       - Я согласен, - проскрипел Сасори из своей куклы. Поле боя идеальное место для поиска новых «кукол».       - …., - Какудзу промолчал, выразив свое согласие азартным блеском в глазах. Он без усилий сможет собрать несколько дорогих тел.       - Я принесу этого с*аного Мадару в жертву во имя Джашина-сама! И кстати, где зеленый п*здюк? Уж он-то будет рад сожрать всех *баных слабаков, первыми подохшими на войне.       - Он шпион Мадары.       - Вот б*ять. А казался нормальным растением.       - Именно поэтому мы не остановим свою деятельность. Мы продолжим собирать информацию, копить силу, соберем для Мадары Хвостатых Демонов. И, когда мы соберем половину из них, мы объявим войну пяти великим странам.       - Эй! Я чего-то не понял. Тогда какого хрена мы пойдем против Мадары? – спросил Дейдара, яро жестикулируя.       Лидер перевел взгляд на Итачи. Остальные члены организации тоже уставились на единственного человека, не проронившего ни слова за все время собрания. Итачи открыл глаза, в которых горел шаринган, предупреждая всех и каждого о решимости Учиха.       - Учиха Мадара сильнейший представитель моего клана. Конан вопросительно посмотрела на Нагато. Каким образом это утверждение должно поспособствовать сговорчивости нукенинов? Но ответ пришел сам. Только взглянув на них, Конан могла видеть, что у каждого есть причина убить Мадару. Тем более что поодиночке им не справится с ним, зато все вместе они смогут его победить. Конан решила не представлять, что сделают эти шиноби с телом Учиха. Но зачем им нужна война? Нагато перевел взгляд на сбитую с толку Конан.       - Война против общего врага сплотит шиноби Пяти Великих Стран..

***

      Саске мог вздохнуть спокойно. Итачи мертв. Его клан, его родители отомщены, больше ничто не отравляет его существование. Пустота медленного поглощала его, вытесняя все эмоции и чувства. Саске грузно упал рядом с телом брата. Шел дождь и казалось, что небеса оплакивают смерть Итачи. Саске выкинул глупые мысли из головы и закрыл глаза. Итачи мертв.       Итачи медленно моргнул. Действие яда проходило медленнее, чем ожидалось. Нужно поторопиться и покинуть это место, пока Саске ничего не понял. Чувствительность вернулась к кончикам пальцев, когда Итачи услышал чьи-то торопливые шаги.       - Саске!       Сердце Итачи пропустило удар. Может быть, стоит пересмотреть последовательность некоторых пунктов Плана?       - Черт, где же Сакура. Он еле дышит тебайоооаааААААААААА!       Наруто удивленно закричал, когда мертвое тело Итачи дернулось и исчезло в шуншине. Итачи схватил руки Наруто. Наруто ошарашенно дернуля, но Итачи даже не дрогнул. Учиха-старший перевел взгляд с Наруто на лицо младшего брата.       - Я живой, Саске. И Наруто мой! – прошептал Итачи.       Наруто на этих словах хотел возмущенно заорать, но не успел. Придерживая руки Наруто одной рукой, другой Итачи мягко повернул тому голову и прижался губами к губам Наруто. Пока только в простом прикосновении. Скользкий язык проник в его рот, наполняя дурманящим ядом. Тело Наруто тут же обмякло, распахнутые в удивлении глаза закрылись, позволяя Итачи без труда поднять его и бежать в подготовленное заранее убежище в стране Волн. Наруто там определенно понравится.

***

      За всю свою недолгую жизнь Наруто и подумать не мог, что его поимеет старший брат лучшего друга. Ладно, думал, конечно, когда Учиха в плаще с красными облаками пришел по его душу в курортном городке, и он понял, что тот самый извращенный АНБУ и есть Учиха Итачи. Но с тех пор Наруто стал сильнее, он не может проиграть чертовому извращенцу-Учиха и вообще!       - Отпусти меня, извращенец! – кричал Наруто, слабо дергая привязанными к изголовью кровати руками. Действие яда все никак не хотело проходить, а странная печать, наложенная поверх Печати Восьми Триграмм, не давала Девятихвостому помочь своему джинчурики валить куда подальше от извращенца-Учиха. Правда, паралич распространялось лишь на конечности. Всеми остальными своими частями тела Наруто двигал на отлично, но без участия рук и ног у него не получалось даже хоть немного отодвинуться от извращенца-Учиха.       Итачи сидел на стуле у кровати и просто смотрел на него. Вот уже гребаные два часа просто сидел и пялился на него. Наруто был готов выть от злости. Какого у Саске-придурка не получилось убить этого извращенца?       - Ты очень красивый, Наруто-кун, - произнес Итачи.       Наруто аж передернуло. Он лежал почти голый, в одних трусах-семейниках, привязанный к кровати. Вот уж точно мечта извращенца. Наруто замер и опасливо покосился на Учиха. Сидит ровно и не рыпается. Наруто надеялся, что Итачи и дальше будет просто сидеть и позволит ему надрать его учиховскую задницу. А потом Наруто приволочет его к Саске. Пусть сами разбираются тебайо!       Пока Наруто пребывал в грезах о побитых им Учиха, Итачи сел на кровать и провел ладонью вдоль тела Наруто. Наруто подавился вздохом и что есть сил начал извиваться на кровати, стараясь оказаться как можно дальше от извращенца-Учиха. Хоть Наруто и не был поклонников творчества Джирайи и вообще заснул на десятой странице «Приди-приди, тактика», но все же в тех десяти страницах кое-что он узнал. А именно о том, что делают взрослые женщины (но не как сопливые пацаны вроде него) со взрослыми мужиками.       Итачи одним плавным движением оказался сидящим на бедрах Наруто. Итачи еле сдерживался. Сердце билось с такой силой и скоростью, что становилось больно, нервная дрожь проходила по позвоночнику, доходя до кончиков пальцев, заставляя их подрагивать. Итачи наклонился совсем низко, прижался ко лбу Наруто и смотрел в синие глаза. Точно такие же, как в ночь уничтожения клана. В тот день Итачи понимал, что шансов стать кем-то близким к маленькому солнцу не осталось, и поэтому поддался своему внутреннему зверю. Он вероломно схватил маленького Наруто и украл его первый поцелуй. Буквально обесчестил. Сейчас Итачи понимал, что хотел тогда поставить на нем свою метку, которая бы отпугивала маленьких девочек и мальчиков. Впрочем, что мешает поставить метку сейчас?       Итачи все так же плавно спустился к загорелой коже шеи и прижался губами к судорожно дергающемуся кадыку. Наруто пораженно вздохнул. Это было слишком интимно, еще никто не касался его так. Обычно это был захват с последующим знакомством с вражеским кунаем. И никогда, чтобы так откровенно и пошло. Итачи отстранился и полюбовался ярким засосом. То, что надо. Следующим на пути Итачи попалась ложбинка между ключицами. Наруто задыхался. Дыхание Итачи было горячи, язык скользким и…. Наруто прервал свои мысли. Вот еще! Будет он думать о том, что теплое дыхание щекочет ставшую чувствительной кожу, а колено Учиха раздвинуло его колени и…что?       - Чеееерт, - выдохнул Наруто. Итачи посчитал это за стон. Итачи прижался к бедрам Наруто, отчетливо чувствуя, что его солнцу происходящее очень даже по душе.       Наруто не прекращал извиваться чувствительной частью тела. От сползшего ниже корпуса, веревки связывавшие руки впились в кожу до посиневших пальцев. Итачи отстранился от шеи Наруто и задумчиво оглядел состояние рук Узумаки. Еще немного и Наруто останется без рук. Заманчиво, но это станет препятствием в достижении цели Плана. И у него созрела другая идея. Ведь веревками можно вязать не только руки-ноги.       Итачи легким движением освободил руки Наруто, не забыв проехаться по бугорку на трусах Наруто. От грубого трения Наруто еле сдержал жалобный всхлип. Он шмыгнул носом и еле удержался от желание потереться об Итачи-гребаном-извращенце-Учиха словно течная сука. Тем временем Итачи мысленно перебирал в голове все возможные вариации связывания его солнца. Наконец он выбрал.       Итачи наклонился за легким поцелуем. Но изнемогающий от острого и болезненного возбуждения Наруто вцепляется в нижнюю губу Итачи зубами и тянет. До крови. Запах и вкус крови опьяняют, заставляют забыть обо всем и тереться членом об Итачи будто от этого зависит его жизнь. Наруто готов кончить, когда холодные пальцы проникают в трусы и сжимают член с такой силой, что Наруто задыхается и жалеет, что не может схватить Учиха за его длинные волосы и хорошенько засосать. Прямо как главный герой в пошлой книге извращенного отшельника на третьей странице.       Итачи не может заставить себя вздохнуть, ощущая власть над Наруто. Это чувство переполняет его, сбивает с мыслей и стучит в мыслях только "Мой. Мой. Мой!". Итачи вдыхает запах Наруто, вспоминает зачем он вообще сжимает в руке веревку, когда можно стянуть эти совершенно-упомрачительно-сексуальные семейники с узором маленьких сюрикенов и... Выдох. Веревка. Наруто связанный веревкой.       Наруто протестующе мычит на убравшего руку Итачи. "Черт возьми, верни руку там где ей и место! В моих трусах!" - хочется заорать Узумаки, но следующие действия Учиха сбивают с мысли.       Итачи оплетает веревками сначала руки, потом туловище, снова руки. Веревка не стягивает кожу, не натирает, пока что. Она сходится на груди в смущающем сознание Наруто узоре и начинается и кончается на руках, которые связаны сзади. Лежать в такой позе неудобно и скоро станет больно. А Итачи еще не закончил. Он развязывает ноги Наруто, чтобы добавить еще. На этот раз веревка проходит между ног, не сковывая нижние конечности, зато не давая трусам сползти ниже или вообще их снять. Наруто протестует. Ему вроде как обещали жаркий трах, а на деле связали так, что ни себе, ни ему, ни-ко-му.       Итачи облизывает пересохшие от представшего вида губы. Рот тут же наполняет металлический вкус собственной крови. Которая еще никогда так не возбуждала. Итачи проводит рукой вдоль тела Наруто, любуясь своей работой. Да, в связывании ему нет равных. Точно так же как и в метании оружия. Итачи тянется к оставленному на стуле сумке с кунаями.       Наруто пораженно наблюдает за доставшим кунай Учиха. Наруто понимал, что по логике его пыл должен поутихнуть, а член растерять весь боевой запас крови и обмякнуть. Но будто издеваясь, кровь приливает к члену и он дергается. Его член дергается от вида Учиха Итачи с кунаем. Возможно ему стоит пересмотреть свое отношение ко многим вещам.       Итачи подносит кунай к члену Наруто, все еще преступно скрытому семейниками, и подцепляет ткань. Она трещит и рвется, являя свету потемневший и мокрый от возбуждения член. Он все еще дергается от вида Итачи с кунаем и почти готов... Итачи снова сжимает основание члена Наруто. От этого Наруто хочет выгнуться и вдалбливаться в кулак Учиха до цветных кругов перед глазами. К его сожалению, Итачи держит крепко, а веревки не позволяют двигаться от слова совсем. Наруто чувствует как от болезненного возбуждения у него щиплет глаза и по загорелым щекам катятся слезы. Итачи все еще крепко держит член Наруто и другой рукой прорезает трусы ниже, открывая путь к сжавшемуся колечку мышц.       Наруто видит, как Итачи непринужденно кидает кунай в сторону и опускает руку к его заднице. Вот черт. Наруто не успевает вздохнуть, когда мягкий и ошеломляющий шлепок выбивают жалкие крохи воздуха из легких. Наруто внезапно осознает, что чувствует свои конечности и видит как двигаются пальцы ног. Он со всей силы отталкивается от кровати и садится на Итачи сверху. Как удачно, что тот был слишком занят разглядыванием его задницы. Но вместо того, чтобы сделать хоть что-то для освобождения, Наруто впивается требовательным поцелуем и в пару резких движений бедрами об ладонь Итачи кончает. Сдерживаемая все это время сперма не выплескивается лениво на живот, а достигает чертовски сексуального лица Учиха, делая его еще сексуальнее. Сперма стекает с губ, с ресниц и щеки. Наруто восторженно наблюдает, как в глазах Итачи вспыхивает шаринган и тянется к нему. Не за поцелуем. Он слизывает собственное семя и когда лицо Итачи снова чисто, приникает к губам, передавая собранную сперму в его рот. Итачи возбужденно стонет принимая все и глотает. - Ты мой, Наруто-кун, - шепчет Итачи и Наруто фыркает. Ага, твой.