Я хочу тебя...

Хамфри сидел в пещере, вспоминая, каким рукоблудием он занимался два месяца назад. Вспоминая это, ему стало мерзко и стыдно. Это был единственный и последний раз, когда он это делал, потому что больше гормонов не было, а значит, и желания тоже. Но сейчас он сидел в пещере с торчащим из мешка членом и с желанием заняться сексом. Стоило выделить, что из-за возбуждённого состояния он готов был заняться этим с любой волчицей, как и с Кейт. Но он бы не позволил этого. Ни за что! Но что ему делать? А если Кейт не согласится? Ему опять придётся мастурбировать в укромных местах, избегая кого попало. Но поможет ли ему это? Ему кажется, что гормоны стали ещё сильнее, и одним движением лап от них не избавится, как это было в прошлый раз. Но выхода у него не было. Либо так, либо страдать. Прямо сейчас он смотрел на свой орган и возбуждался ещё больше, из-за чего член вылезал дальше. — Опять… — Хамфри определённо не был рад вернуться к этому омерзительному процессу, — Ладно, выхода у меня нет. Хамфри собирался снова это делать, но было бы неприятно, если бы кто-то зашёл и увидел, что делает омега. Особенно, кто-то, кроме Кейт. Кейт могла бы и понять омегу, как-никак она его жена и всегда понимала его. Но если бы зашёл Уинстон, или, ещё хуже, Ив… Хамфри не хотел представлять. Поэтому он собирался выйти из пещеры, оглядеться и убедиться, что к пещере никто не идёт. Хамфри начал разворачиваться, но не успел полностью развернуться, как его повалила альфа. — Нашёлся, наконец! — удовлетворительно воскликнула альфа, радуясь, что нашла свою пропажу. — О… Кейт, — Хамфри немного стукнулся головой при падении, из-за чего не до конца понял, что сейчас произошло. — Я тебя везде обыскалась. Куда ты пропал? — сделала наигранно грустную морду Кейт. — А-а… я… гулял, — отойдя от потрясения, сказал он. — Я проснулся раньше тебя и решил прогуляться. — Серьёзно?! — Кейт рассмеялась. — Никогда бы не подумала, чтобы ленивый омега проснулся раньше бодрой и натренированной альфа-самки, — гордо ответила она, задрав голову. Хамфри усмехнулся. — Ну, как ты заметила, ты проснулась без ме… — Хамфри прервался. Он заметил, что его член всё ещё торчит. И если он ещё немного поднимется вверх, то коснётся живота самки. — Хамфри, что такое? — спросила та. Кейт заметила, что он опустил взгляд куда-то в сторону живота. Кейт подумала, что он смотрит прямо на её интимное место. Из-за этого подозрения она игриво ухмыльнулась. — Хамфри, куда ты смотришь? — с задором спросила Кейт. Хамфри испугался, что она догадалась, куда он смотрит и о чём думает. — Ам-м-м… Я… смотрел на выход из пещеры, чтобы никто не зашёл и не подумал ничего странного, — начал оправдываться Хамфри. — Вот как? — альфа продолжала ухмыляться. — Да-а… И как я вижу, — Хамфри снова посмотрел на него. Член увеличивался всё больше из-за того, что Кейт была прямо над ним и слишком близко к его морде, — там никого нет, — он снова поднял взгляд на Кейт. — Да, я знаю, что там никого нет, — она продолжала смотреть на него подозрительным взглядом. Хамфри это не нравилось, он боялся, что она обо всём догадается и сочтёт его за извращенца. Этого он не хотел. — А… слушай, Кейт, — он на секунду отвёл взгляд в сторону, — я хотел с тобой поговорить. — Да, и о чём же? — Не в такой позе. Зря он это сказал. Из-за этой двусмысленной фразы он возбудился ещё больше. — Почему? Тебе неудобно? — задала она вопрос невинным голосом. — Нет, удобно, просто… — он не соврал, ему всегда нравилось, когда Кейт занимала позицию сверху. Но если они и дальше будут в такой позе, орган Хамфри достигнет живота Кейт. — Скажем так… я хочу поговорить мордой к морде «горизонтально». — Оу… ну ладно, — Кейт начала слезать с Хамфри, пятясь, что было неподходящим для Хамфри, ведь она могла встретиться с его головкой своим носом. Поэтому, как только она начала отходить, Хамфри сразу перевернулся на левый бок, закрыв пенис левой задней ногой. Кейт посмотрела и не поняла, зачем он это сделал. Хамфри обратил на это внимание, ведь это было видно по её выражению лица. — Хамфри, ты хотел поговорить… горизонтально? — напомнила Кейт. — Ах, да, Кейт, можешь закрыть глаза на пару секунд? — Хамфри было неудобно задавать этот вопрос. — Что, зачем?! — Кейт ничего не понимала. Что за странные вопросы задавал омега, что он скрывал? — Пожалуйста, мне нужно это от тебя, — Хамфри просил её глазами. — Ну… — она всё равно ничего не понимала, даже не догадываясь, о чём он, — ла-адно, — она закрыла глаза. Хамфри быстро встал, но он понимал, что стоя на приемлемом расстоянии, она так и так увидит красный «ствол» омеги. Поэтому он встал максимально близко к морде Кейт, чтобы расстояние между ними было чуть меньше сантиметра. Спустя пару секунд она открыла глаза и, удивившись, что он стоит так близко к ней, немного испугалась. — Воу, Хамфри, ты… слишком близко стоишь ко мне, — от смущения она немного отвела взгляд в сторону. — Просто… я хочу быть ближе к тебе, — сказал Хамфри Кейт, романтически улыбаясь. — Оу-у… вот оно как, — Кейт ещё больше смутилась, она никогда не слышала от Хамфри таких двусмысленных слов, — ну ладно, — она вернула взгляд в изначальную позицию. — Так, ты хотел поговорить? — Да, точно. В общем… — смотря на Кейт так близко, он возбуждался менее эффективно, когда она была сверху. Но успокаиваться личные чувства Хамфри не собирались. — Учитывая, что я, как и ты, теперь лидер стаи, мы должны быть натренированными и уметь охотиться на оленей и прочих животных. Но учитывая, что ты уже мастерски владеешь навыками охотника, учится должен я. Сказать, что он соврал, не получилось бы. Хамфри уже давно хотел научиться охоте. — Хамфри, ты уверен, что хочешь вернуться к этому? — Кейт посмотрела на него удивлённым взглядом. — Ты помнишь прошлый раз? — Да, я помню. Но прошло уже немало времени. Пора бы повторить тренировку. Тем более, я сейчас помню все твои «рассказы», — Хамфри безобидно улыбнулся, чтобы Кейт не расстроилась. Она рассмеялась, её это уже не оскорбляло. — Что ж, омега, хорошо. Пойдем, — она развернулась и провела пушистым хвостом по носу омеги с желанием заставить его чихнуть. Но он сдержался и злодейски посмотрел на Кейт. Та просто улыбнулась. По пути в лес Хамфри всё время смотрел на Кейт. На её талию, зад и даже клитор. Он пытался отвести взгляд, но при возбуждённом состоянии этого совсем не хотелось. «Да ладно, всего лишь буду смотреть, спрашивать не буду, докапываться тоже. Я же не извращенец», — гормоны бешено играли с его организмом. Хамфри пытался успокоиться, иначе он опять отвлечётся, облажается и подведёт Кейт. Почему же он тогда так вздохнул? Всё просто — тёмные мысли о Кейт. Пока они шли, омега вспоминал всё, что она ему говорила. Ветер, смотреть под лапы, дыхание… С одной стороны, Хамфри было бы полезно заниматься тренировками, с другой стороны, он всего лишь не хотел, чтобы Кейт обо всём догадалась. Они остановились. — Что такое? Ты учуяла кролика или оленя? — спросил он. — Первого, и он будет твоим, — она перевела взгляд на него, — Я не чувствую рядом других кроликов, поэтому это будет твоим вторым шансом, — сказала Кейт, намекая на то, что он должен ей завтрак. — Что ж, я не против. Самое время вспомнить былое, — посмеялся Хамфри. — Отлично, побежали, пока он не пропал. Кейт ринулась вперёд, а за ней и Хамфри. Они прибежали к необходимому месту. Впереди них был ничего не подозревавший житель леса. — Ты помнишь, чему я тебя учила? — шепнула она омеге. — Да. Анализировать ветер. Следить, куда наступаешь, «раскачивать» тело перед прыжком. Я всё помню, — Хамфри было скучно обо всём этом говорить, он хотел поскорее приступить к делу. — Отлично, помни, что я всё ещё верю в тебя. Хамфри кивнул и «отправился» за кроликом. «Итак, смотрим под вниз, идём медленно, не торопясь, — он заметил перед собой несколько веток. Каждую из них он аккуратно перешагнул. — А теперь анализируем поток ветра… Ветер дует в левую сторону, несильно и не слабо. Отлично, я останусь незамеченным», — он подкрался ещё ближе. Кейт наблюдала за ним и думала про себя: «В этот раз он точно справится» — она не сомневалась. Хамфри подкрался в упор, вдохнул воздуха, начал «раскачиваться» и, выдохнув — но уже намного тише, — он прыгнул… и попал точно в цель! Он сломал пастью шею кролика, тем самым умертвив. — Отлично, — сказал Хамфри обычным тоном, будто бы он делал это каждый день, но на самом деле он был очень рад и горд. Кейт подбежала к нему. — Молодец, Хамфри, я в тебя верила! — она обняла и потёрлась об его шерсть. Он положил тушку животного к лапам Кейт. — Он твой. Я вернул должок, — улыбнулся Хамфри. — Я его обязательно съем, — она опустила взгляд на кролика — но не сейчас, — снова подняла на Хамфри. — Ты серьёзно? — он сделал лицо, соответствующее его вопросу. Кейт рассмеялась. — Да ладно тебе, Хамфри. Всё равно спасибо, — она лизнула его в носик, — Я его точно съем, но не сейчас. Потому что сейчас мы будем обучаться кое-чему другому, не менее важному. — Чему же? — омега поднял правую бровь. — Самообороне, — Кейт хитро улыбнулась. — Серьёзно? — Кейт кивнула. — Меня это заинтересовало. И как я научусь? — спросил он. — На практике, — ответила она. — На практике? Сразу? Хотя… всё, что угодно, лишь бы не нудное вступление, — Хамфри был определённо рад сразу перейти к физическим нагрузкам. Хоть он и был очень ленив, но что-то делать намного веселее, чем учиться по учебнику. — Новички всегда любят пропускать обучение, так и не прослушав вступления, — хоть она и была солидарна с Хамфри, но, чтобы идеально познать определённый навык — нужно узнать его от дна до верхушки. — Итак, на ком я буду практиковаться? Кейт два раза сыграла бровями, намекая Хамфри. — Стоп, я буду драться против тебя? — Хамфри был в недоумении. — Да, — она кивнула. — А чего ты ожидал? — Но… я не хочу с тобой драться. Ты моя жена, — Хамфри отказывался бить того, кого должен защищать. — Хамфри, пойми, ты должен научиться драться, не заботясь о последствиях. Да, иногда нужно думать, что делаешь и какие последствия будут. Но если ты не в состояние нанести даже малейший удар — защитить стаю ты не сможешь, а именно этого ты хочешь, — Хамфри задумался. Он должен научится драться, чтобы защищать стаю, и Кейт — отличный вариант для практики: она не будет бить сильно, в слабые места, она будет аккуратна. Он не будет бить сильно, чтобы не навредить Кейт. Но и слабаком он тоже не будет, главное — представить, что это не Кейт, а какой-то нарывистый неадекват. — Ладно, Кейт, давай попрактикуемся, — Хамфри был готов. — Отлично! — Кейт была заряжена весельем, ведь сейчас она будет тренироваться со своим любимым омегой. — Не волнуйся, бить сильно не буду, — заботливо уточнила альфа. — Кто кого ещё побьёт, — подразнил её Кейт. — Так, значит? — Кейт подняла бровь. — Хорошо-о… — Хамфри подумал, что зря это сказал. — Ладно, давай разойдёмся по позициям, — сказала Кейт. — Окей, — Хамфри согласился и занял позицию. Кейт тоже. — Итак, готов, омега? — с азартом спросила альфа. — Ещё как готов! — они приняли боевую позы. «Надеюсь, чем-то плохим это не кончится», — Хамфри не хотелось ссориться с Кейт из-за того, что он сильно ударит её. Или наоборот. — Нападай, — нахмурился Хамфри. Он побежал в её сторону и прыгнул, но Кейт уклонилась в сторону. Омега упал, пролетев мимо. — Медленно, — Хамфри встал обратно на лапы — Нужно быстрее. Он разозлился и побежал на неё снова. Она опять уклонилась в противоположную сторону, но Хамфри приземлился на лапы. — Ну же, нападай, — снова подразнила его Кейт. Хамфри снова напал, но теперь Кейт не уклонилась, а перекинула его через себя задними лапами, из-за чего тот больно упал на спину и перевернулся. — А-ай! — это было больно для Хамфри. Кейт это заметила, ей не хотелось делать больно Хамфри, но по-другому она его научить не могла. Он — омега с большим сердцем, который и муху не обидит. Она должна спровоцировать его на гнев. В гневе любая безобидная зверюшка становилась яростным зверем. И Хамфри не исключение. Она понимал, что если разозлит его, то он в состоянии будет нанести сильный удар Кейт, поэтому она должна быть осторожна. Но Кейт не боялась за себя, она знала, что Хамфри не будет слишком сильно и молниеносно избивать жену. — Ну же, Хамфри, ты слишком предсказуем. С такой скоростью тебя даже волчонок отделает. Как ты собираешься защищать меня и нашу семью, если ты даже попасть по противнику не можешь? Хамфри лежал на боку, отходя от полученной боли. «Она права». Он не сможет ничего сделать, если не может ударить того, кто сейчас ему поддаётся, помогает и заботится. Если он хочет защитить будущее его, с Кейт, стаи, он должен стать сильнее. Хамфри встал и занял боевую позу, готовый нападать. Кейт стало интересно, и он это заметил. Она встала в позу и готовилась отразить атаку. — Нападай, омега, — она сделала акцент на последнем слове. Хамфри разозлился и побежал на неё. Как только он приблизился к ней, он собирался нанести удар челюстями, но Кейт увернулась в сторону. Хамфри последовал за ней и замахнулся когтями левой лапы, и от этой атаки она увернулась, быстро среагировав. Но за этим замахом последовал следующий — она увернулась. Но Хамфри не расслаблялся, он наносил удары за ударом, не давая сопернику даже полсекунды на размышления. Кейт заволновалась, ведь удары Хамфри были молниеносны, даже слишком. Дрался бы он с каким-нибудь неопытным альфа-волком, он бы точно смог навалять ему таким градом ударов. Но одной атакой не одолеешь врага, он приспосабливался и разрабатывал контратаку, тем самым одолевая своего соперника. Это и сделала Кейт, тем более, Хамфри начал уставать от такой скорости. Альфа — нет, ведь у неё было намного больше выносливости по сравнению с омегой, который почти никогда не бегал. Уклонившись ещё пару раз, Кейт перепрыгнула Хамфри и сильно толкнула его задними лапами прямо в дерево, из-за чего тот впечатался мордой в него. — Ау!.. — пробубнил Хамфри, «поцеловавшись» с корой. Кейт поняла, что это было ещё больнее, чем когда он упал спиной. Но это было лучше для него, ведь он изучал её атаки, пробуя что-то новое. Текущая атака была очень хороша. При улучшенной выносливости и натренированной скорости эта атака могла «снести» противника с поля боя или, при желании, убить. Хамфри столько раз говорил, что готов защищать любой ценой своих друзей и Кейт, что ей казалось, что он будет готов убить за неё. Хамфри «отстранился» от дерева и медленно встал, покачиваясь, так как этот удар был для него немного оглушающим. Он не понимал Кейт. — Я разочарована, Хамфри. Ты так стремишься защитить меня и своих близких, но даже не можешь меня коснуться. Хамфри стоял к ней хвостом и слушал всё, что она говорит. — Если бы у тебя появился родной ребёнок, я бы защищала его одна, без твоей помощи. Нет! Она бы этого не сделала, она говорила неправду. Она бы защищала их обоих. Она говорила это, чтобы привести его в ярость, она говорила неискренне. Но она перешла границу. Хамфри был подавлен. Она надеялась, что Хамфри прямо сейчас разозлится и покажет настоящий опыт, но она ошиблась. — Ты права. — Кейт сделала вопросительную морду, она не поняла его — Я не смогу защитить близких себе волков, если не буду стараться. Он повернулся мордой к ней, и она ужаснулась. У Хамфри выше с левой брови текла кровь. Удар о дерево был слишком сильным. Кейт хотела прекратить это. Она совершила ошибку, говоря всё это и «отдавая» ему все эти атаки. — Хамфри, ты разбил бровь! — он почувствовал, как с его брови, стекая по глазу, что-то течёт, и это была кровь. — Всё, Хамфри, пора заканчивать… — она хотела подойти к нему, но он выдвинул лапу. — Нет, Кейт, рано нам кончать тренировку. Я должен продолжать, чтобы улучшить свои навыки, — он вытер струю крови, но она продолжала понемногу стекать. — А кровь — пустяки. Ничего страшного. Но Кейт настаивала на своём. — Нет, Хамфри, я больше не хочу причинять тебе боль. Ты уже достаточно нахватался сегодня. Пошли домой, уже вечереет. Солнце начинало заходить за горизонт. Начало темнеть. — Нет, я буду продолжать тренироваться, сколько бы крови я ни пролил… Хамфри еле стоял на лапах. Он начал терять равновесие, но Кейт поддержала его, взяв его левую переднюю лапу на себя. — Хамфри, что с тобой?! — она волновалась за него. — Голова… кружится… — Хамфри было трудно говорить, он еле стоял. — Хватит тренировок, Хамфри. Пошли домой, мама тебе поможет. Кейт помогала ему идти, но Хамфри остановился. — Нет… я… — он хотел что-то сказать, но все его мысли испарялись прямо в голове, ему было больно, зрение было затуманено. — Ладно… пошли домой. — Идём, Хамфри, нам недалеко.

***

Они вернулись в стаю. Волки встретили их встревоженными взглядами. — Всё хорошо, Хамфри, мы дома, — пыталась утешить его взволнованная Кейт. — Кейт… — он пытался что-то сказать, но головная боль не давала ему это сделать, перед его глазами всё начало темнеть, и он потерял сознание, упав на землю. — Хамфри! — она вскрикнула от страха. — Хамфри, проснись! — пыталась она разбудить его. К ней подбежали волки. — Кейт, что случилось? Что с Хамфри? — спросил один из волков. — Позови мою маму. Скажи, чтобы пришла в пещеру, срочно! — приказала она одному из волков. — Сейчас! — волк побежал за Ив. — Помогите донести его до пещеры! — приказала она остальным двум волкам. Альфа-волки взяли на себя бессознательного омегу и понесли в пещеру его и Кейт. «Держись, Хамфри!» — молилась она про себя. Они забежали туда вместе с ней, аккуратно положили его на пол и посмотрели на Кейт, ожидая её приказов. — Спасибо, можете быть свободны. Они кивнули и вышли. Кейт присела к Хамфри. Она положила правую лапу ему на щеку и посмотрела на него. На его морде были усталость, боль и подавленность. Кровь продолжала стекать. — Это я виновата! — её глаза начали слезиться. — Прости меня, Хамфри, — она не могла сдержать слёз и заплакала. Она никогда бы не подумала, что сможет причинить такую физическую боль своему самому любимому омега-самцу. Она не должна была так унижать и деморализовать его, доводя до гнева. Она должна поддерживать и помогать ему, заботиться о нём, а не обходиться с ним подобным образом. Если она и дальше будет такой со своим омегой, то она может забыть о материнских отношениях и заботе к своим будущим волчатам. Ради чего эта забота Хамфри о Кейт? Он хотел для неё как можно лучше. Он страдал ради неё, принимая удары на себя, зарабатывая раны, и всё ради того, чтобы измениться к лучшему. Измениться для стаи. Стать достойным вожаком, чтобы у его стаи было достойное будущее. А вместо этого она впечатывала его морду к дереву и пускала ему кровь. Разве так должна поступать любящая жена? «Нет», — ответила она себе. Она больше не позволит себе делать ему больно. Как физически, так и морально. Он защищал её от задир-волков, которые кусали, били, грызли бедного невинного омегу, а защищал он её, потому что любил. Он ни разу не разбил ей сердце, ни разу не сделал больно физически, он принимал всю атаку на себя. Он принимал удары копыт оленей на себя, чтобы спасти её. А она в ответ пускала ему кровь. Кейт думала об этом. и ей становилось больнее, а слёз становилось больше. В пещеру наконец прибежала Ив. — Кейт! — Кейт посмотрела на мать мокрыми глазами. — Дочурка, что случилось с ним? — Он разбил бровь. Это… долгая история, — Кейт не хотела об этом говорить, ей было стыдно признаться. — Ладно, ничего страшного, — начала успокаивать её мать. — Сейчас я ему помогу. Кейт, душенька, извини, но мне нужно, чтобы ты ненадолго вышла, — попросила Ив выйти свою дочь. — Конечно, только позаботься о нём! — умоляла её расплакавшаяся Кейт. — Конечно, Кейт, конечно, не волнуйся. Я сделаю всё, что в моих силах. А теперь иди, — начала та выгонять свою дочь из пещеры. Кейт вышла. Она стояла и думала о Хамфри, волновалась за него. Она надеялась всем сердцем, чтобы её мама помогла Хамфри. — Кейт, — к ней подошёл её отец, Уинстон, — что случилось? — Это я виновата… — Кейт опустила взгляд. — Ты? — Уинстон не понимал, о чём она. — Что ты имеешь в виду, Кейт? — Мы тренировались… Уинстон выслушал Кейт от начала до конца. С одной стороны, он мог поругать Кейт за неосторожность по отношению к Хамфри. Но с другой, она хотела как лучше для Хамфри. Кейт продолжала плакать. Уинстон решил её успокоить. — Ну, ну, Кейт, не плачь, — Уинстон обнял дочь, она прижалась к нему — Не волнуйся за Хамфри. Я уверен, с ним всё хорошо будет. Уинстон сам на это надеялся. Он тоже волновался за Хамфри, как-никак он его приёмный отец. А отец — приёмный или нет — сыну — тоже родня. Уинстона мучила совесть, как и Хамфри. Он отстранил его от себя, когда тому ещё от половины нынешнего возраста не исполнилось. Но почему он это сделал? Ответ был прост — Кейт и Лили. Когда они родились, у Уинстона появилось в два раза больше обязанностей. Он следил за стаей, за её пропитанием, позже он нашёл Хамфри и стал следить за ним. Он заботился о нём год, а потом на свет появились Кейт и Лили. Он, как ответственный вожак и муж, должен был следить, защищать, кормить своих детей, особенно, когда одна из них станет будущим вожаком стаи. Они были для него важнее, чем неизвестный волчонок, который просто взялся из ниоткуда и был обычным омегой, на которого нельзя переложить даже четверти ответственности, что лежала на Уинстоне. Поэтому он оставил его на второй план. Но бросил ли он его совсем, что даже не мог проверить, как у него дела? Нет. Уинстон следил за ним, он не мог выбросить из головы своего первого приёмного сына. За один год к одной личности можно привязаться так, что уже не развяжешься. И Уинстон не мог развязать эти узы. Он стал за ним следить ещё больше, когда заметил, что с ним очень часто начала играть Кейт, за что Уинстон волновался. Ведь она могла привязаться к нему, и Уинстону пришлось бы сказать, что альфа и омега не могут быть вместе, из-за чего разбил бы сердце Кейт. Он не знал, каким будет у этого итог: она могла сбежать с Хамфри из стаи, и он больше никогда бы её не увидел, как и сына. А могло бы пойти иначе, но тоже не в лучшую сторону: Хамфри ушёл бы из стаи, а Кейт вышла замуж за Гарта, которого бы невзлюбила при первой встрече, и была бы несчастна всю свою жизнь. А Лили осталась бы без своей второй половинки. Досадно, что из-за одного закона, который ни на что не влиял, могло бы пойти всё не так. Потерять сына, разбить сердце дочери, оставить одну Лили, разочаровать Гарта. Он хоть и был самым сильным альфа-самцом, но накачанные мышцы не сделают чувства металлическими. Уинстон будет благодарен Хамфри всегда. Если бы он не встретил его зимой, одиноко лежащего, он бы не изменил судьбу всей стаи. Он не знал, как Хамфри относится к нему на сегодня. Он, вроде бы, не показывал недовольства к бывшему вожаку, но что, если он обижен глубоко внутри? Он не знал, но надеялся, что Хамфри погасит в себе лишнюю обиду. Он не хотел, чтобы единственный сын его ненавидел. — Спасибо, пап. Кейт успокоилась и отстранилась, но всё равно волновалась. Она посмотрела на него и увидела в его глазах тревогу. — Пап, что такое? — она посмотрела на него. — Что-то не так? — ей стало интересно, что с ним. Можно было бы сказать, что он волнуется за Хамфри. «Но Хамфри для него лишь омега», — подумала она. — Я… — он сделал небольшую паузу. — Волнуюсь за Хамфри, — ему не хотелось это говорить, чтобы не показывать слабость дочке. Кейт удивилась. Да, он был для него зятем, а значит, начал что-то значить для Хамфри. Но значимым ему он стал очень давно. — Серьёзно? — Кейт переспросила отца. — Да, — он медленно покивал. — Для меня Хамфри не просто твой муж и волк, изменивший судьбу стаи. Он… мне как сын, — Уинстон опустил глаза. — Сын? — Кейт была удивлена, она не ожидала, что Хамфри будет настолько значим для Уинстона. — Пап, объясни. Он посмотрел на неё и стал рассказывать. — Это было за год до твоего рождения. Лили родилась через два месяца. Я и группа волков отправились в лес на охоту за добычей, тогда была зима, было суровое время. Мы ходили довольно долго, я уже собирался давать команду возвращаться, но я не хотел сдаваться, и мы шли ещё минут пять. А потом я встретил его. Он лежал на земле, покрытой льдом, и дрожал. Я осмотрел его и понял, что это омега. Волки из группы предложили съесть его, так как они сильно устали и голодали. Но я отказался, не потому, что не был голоден, напротив. Я его не бросил, потому что увидел в нём себя. Меня тоже когда-то бросили родители, но я успел их увидеть, услышать, научиться у них навыкам выживания. Я тоже выживал один в лесу, мне тоже было страшно. Но ему не повезло больше. Он был младше, он был брошен раньше, он родился зимой, а зимой омеги в одиночку не выживают, что уж там говорить про волчат. Поэтому я сжалился. Да и плюс, я не хотел быть равнодушным и безразличным. Не хотел бросать того, на чьём месте я когда-то был. Я всегда мечтал о сыне. Сыне, которого мог воспитать и назначить будущим вожаком западной стаи. Но судьба выдала мне омегу. Веселого, жизнерадостного омегу. Мне казалось, что в стае будут в ярости из-за того, что я принёс омегу, которые ни на что не способны. Хамфри был первым омегой в нашей стае. Я думал, что у меня родится сын-альфа, но родилась дочь. Поэтому я отказался от идеи сделать своего сына вожаком и рассчитывал на тебя. Но судьба не прогадала, она подарила непростого омегу. Я знал, что в стае не найдутся те, кто позаботится о омеге. Поэтому я рассчитывал на Ив. Я думал, Ив будет в ярости, что я привёл голодного омегу, так ещё и попросил его кормить его вместо того, чтобы беречь молоко для будущих вас с Лили. Но… я был удивлён, она не злилась. Напротив, она была рада. Она хотела, чтобы у неё родились сын и дочь, но она боялась, что будут две дочери. Поэтому она решила приютить его. Потренироваться на Хамфри как мама. Она со дня до ночи лежала в пещере и отдавала своё молоко ему. А я сидел и наблюдал за этим. Однажды, когда я сидел в пещере, а Ив лежала и кормила Хамфри, он отстранился от неё и сказал то, что вызвало у неё слёзы. «Мама», — сказал он и уснул. Ив просто не могла сдержаться и расплакалась, а я не мог сдержать улыбки. Меня же он называл «дядя Уинстон». Я и не знал, что случайно встреченный мной волчонок сделает твою маму такой счастливой. Да и я подобрел немного. Я уверен, она была счастлива. Ив всё слышала. Она вспомнила эти времена и улыбнулась. Она и вправду была счастлива благодаря ему. — Но потом родилась ты, и я… откинул его от своих забот, — Уинстон не хотел говорить это Кейт. Он боялся, что она возненавидит его из-за того, что он оставил Хамфри одного. — Потому что в нашей с Ив жизни появилась ты, а позже Лили. У меня появился груз забот. Я стал работать в два раза больше и интенсивнее. Вы с Лили были мне важнее Хамфри, потому что вы родня мне, а ты, Кейт, будущая вожатая. Я отбросил Хамфри, чтобы у меня появилось время на вас. И этого я себе не прощу. Я чувствую, как Хамфри таит обиду в себе, что я оставил его одного. Но я не забыл про него. Я периодически присматривал за ним, чтобы он себе не навредил — и ему тоже. Меня гложет чувство вины. Я так и не поговорил с ним насчёт этого. Может, потому что я боюсь, что поссорюсь с ним. А может, просто не хочу вспоминать старое. В любом случае, он всегда будет мне как сын. Сын, которого я воспитал и которому подарил отцовскую заботу, —закончил он. Кейт не знала, что сказать, но она хотела успокоить его. — Пап, — она подошла к нему, — не грусти, — он посмотрел на неё, — я уверена, что Хамфри простил тебя. Он хорошо к тебе относится. Ты заменил ему отца, и поэтому он благодарен тебе, также как и маме, — она говорила это с полной уверенностью. Она знала, что Хамфри любит Уинстона как самого настоящего отца. — Уверена? — Уинстон хотел в это верить. — Абсолютно! — подтвердила она. Ты должен с ним поговорить, когда он… — она посмотрела в сторону пещеры. — Очнётся. Ей снова стало плохо, но она сдержала слёзы, она бы уверена, что мама Ив поможет Хамфри, как и год назад помогла ему не умереть с голоду. — Не волнуйся, Кейт, — она перевела взгляд на отца, — с ним всё будет хорошо. — Кейт благодарно улыбнулась и кивнула. — И спасибо, что успокоила. Я обязательно поговорю с ним, —улыбнулся он ей в ответ. Спустя ещё пару минут Ив закончила. Она вышла из пещеры и заметила, что рядом с Кейт стояли Лили и Гарт. Они подбадривали Кейт, особенно Лили, так как она не меньше Кейт волновалась за Хамфри. Хамфри тоже был для неё другом детства. Хамфри очень часто веселил её и играл с ней, а иногда втроём вместе с Кейт. Гарт тоже испугался за омегу. За пять месяцев два альфа и омега самца неплохо сблизились. Они стали чуть ли не лучшими друзьями. По крайней мере, Хамфри с Гартом. Ведь у Хамфри был Солти, дружеские отношения которых всё ещё оставались на плаву. После свадьбы этой пары Хамфри с Солти стали меньше общаться, так как у Хамфри появилось много дел. Но Солти всё понимал, у вожака стаи почти никогда нет времени, поэтому Солти не ругал его. Гарт очень уважал Хамфри, хоть и раньше считал беззаботным придурком. Гарт узнал его поближе, и его веселье и юмор заразили его. Гарт стал более настоящим. Не бестолковым нарциссом с мускулами, а альфа-самцом с юмором и искренностью. И этим он стал больше привлекать волчиц, но всё его время было посвящено Лили, и он не жалел. По количеству волчицы, который он стал привлекать, не могли сравниться с числом привлеченных Хамфри, но им обоим это было не важно, ведь у них самые лучшие в стае самки. Кейт посмотрела на Ив, ожидая от неё ответа. — Я закончила, — со спокойным взглядом сказала Ив. Кейт забежали в пещеру и села к Хамфри. За ней зашли остальные, но остались у входа, чтобы не мешать. Она осмотрела его. На его брови лежал травяной листок. На его морде было успокоение. Он крепко спал. — Мам, что с ним? — спросила Кейт. — Ничего серьёзного. Всего лишь небольшое сотрясение мозга, — она подошла к Кейт и посмотрела на Хамфри — Я положила ему лист на бровь, он поможет. Рана благодаря ему быстро заживёт. С ним всё в порядке, милая, — она подняла взгляд на Кейт и улыбнулась. — Не волнуйся, — успокоила её мать. — Спасибо, мам! Огромное, — Кейт встала и обняла её. — Пустяки, Кейт, — та обняла её в ответ. — Для Хамфри не жалко. — Кейт разорвала объятия. — Уже завтра он очнётся как новенький. Лили расслабилась и выдохнула. Она подошла к Кейт. — Кейт, не волнуйся, — та посмотрела не неё. — Если что-то понадобится, мы с Гартом тебе поможем, — улыбнулась Лили. Кейт посмотрела на Гарта. — Он и мой друг тоже. Если он окажется в беде, я ему помогу, — искренне ответил Гарт. Кейт кивнула. — Ладно, — заговорил Уинстон, — мне кажется, Кейт нужно побыть с Хамфри. Они устали. — Согласна, голубкам нужно отдохнуть, — подтвердила Ив. — Ма-ам! — смущенно ответила Кейт. Ив подмигнула. Все начали уходить. Перед уходом Уинстон посмотрел на Кейт и кивнул, намекая на то, что он ещё поговорит с омегой. Альфа в ответ кивнула. Кейт осталась со спящим Хамфри. Она хотела с ним поговорить, а ночь — это отличное время для душевного разговора. — Ладно, завтра с ним поговорю, — она лизнула его в носик, как бы желая спокойной ночи, и легла, прижавшись к нему. Глубокой ночью, когда все спали, Хамфри застонал от боли. Кейт спросонья открыла глаза и приподнялась. Хамфри попытался встать, но Кейт остановила его. — Хамфри, спокойно, не двигайся, отдыхай, — говорила она ему. — Кейт, — Хамфри хотел что-то сказать ей, но головная боль лишала его сил, — мне нужно… тебе кое-что сказать… — Не надо, Хамфри, завтра скажешь. А сейчас спи. Быстро, — приказала ему Кейт. Но Хамфри не мог сопротивляться и просто свалился с лап. — Извини… — последнее, что сказал Хамфри перед тем, как отрубиться. — И ты меня, — сказала Кейт и закрыла глаза.

***

Кейт и Хамфри проспали вместе настолько долго, что проспали утро, которое так любила Кейт. Никто не стал будить пару, так как вчерашняя ночь была очень тяжела для них. Для Хамфри физически, Кейт — морально. В последнее время в стае становилось всё меньше пропитания, поэтому сегодня днём группа альф во главе с Кейт будет охотиться на дичь в поисках еды. Они могли бы сходить и утром, но вчерашнее событие заставило всех поволноваться, поэтому сегодня все спали. Чуть позже начала просыпаться небольшая часть волков, а позже и половина, но Кейт так и не проснулась. Она спала, обняв мужа, который лежал спиной к Кейт из-за того, что проснулся глубокой ночью и упал без сознания. Это была первая ночь, когда они спали не в обнимку. Кейт впервые проснулась не утром. — А-а-а… — она была сонная, так как поспала мало. Она посмотрела на Хамфри, он так и не двинулся после вчерашнего падения, а продолжал сопеть. Он вчера сильно устал, особенно после тренировки, которая окончилась для него не лучшим исходом. Кейт вспомнила вчерашний день и снова погрустнела. Ей до сих пор было стыдно перед Хамфри. Она перед ним обязательно извиниться. Неожиданно к пещере подошёл Уинстон и заглянул туда. Его заметила Кейт и подошла к нему. — С добрым утром, пап, — она обняла отца. — Доброе, милая, — он ответил взаимностью и посмотрел на Хамфри. — Как он? — спросил Уинстон. — Он проснулся вчера ночью и сразу отрубился. Хотел что-то мне сказать, — рассказала Кейт. — Мне кажется, ему есть что сказать. Так же, как и мне. Кейт посмотрела на него. — Ты поговоришь с ним сегодня? — спросила она. Он повернулся к ней. — Обязательно, — улыбнулся он. — Но я не только проведать вас пришёл. Кейт поняла, что Уинстон хочет сказать что-то серьёзное. — В чём дело? — она была обеспокоена. — Еды становится меньше. Тебе с группой волков необходимо сегодня отправиться на охоту, чтобы достать нам еду. К счастью, сегодня скота много, — закончил он. — Окей, я готова, — Кейт была полна решимости. — Когда начинаем? — Можем хоть сейчас, — ответил Уинстон. — Отлично, тогда… — она не договорила, потому что услышала звуки из пещеры. Это был Хамфри. Она побежала к нему. — Хамфри, ты как? — она подсела к нему. — А-а-а!.. — простонал от головной боли Хамфри. — Голова раскалывается, — он потёр голову. — Всё хорошо, Хамфри, пройдёт, — успокоила его альфа. — Кейт, — он посмотрел на неё, — мне нужно с тобой поговорить. — Мне тоже, Хамфри, — она развернулась к Уинстону. — Пап, у нас есть время на разговор с Хамфри? — с надеждой спросила она. — Конечно, но поторапливайся. У вас есть пять минут, — дал им время Уинстон и вышел из пещеры. Он отправился за другими волками. Они остались одни. Они могли рассказать друг другу всё, что хотят, пока есть время. Хамфри было, что сказать. Он хотел начать первым, но Кейт прервала его, не дав ему сказать даже буквы. — Хамфри… — начала она. — Мне… я хочу извиниться перед тобой… за вчерашнее. — Хамфри слушал её. — Я не хотела, чтобы так закончилось, — Кейт намекнула на разбитую бровь, прикрытую листом. — Также я хочу извиниться за все слова, что я сказала тебе вчера. Я не хотела так «гнать» на тебя. Я всё это говорила, чтобы ты разозлился, чтобы это придало тебе сил, и ты смог победить меня в схватке. Всё, что я сказала тебе вчера, — это неправда. Если бы у нас был ребёнок, мы бы защищали его вместе. С тобой. Я не хотела причинять тебе боль. Мне стыдно перед тобой. Я пойму тебя, если ты не простишь мне вчерашнее. Она закрыла глаза и опустила морду. Хамфри приподнял её за морду и сказал: — Кейт, ничего страшного. Я понимаю тебя. Да… мне было обидно. Твои слова немного подавили меня, из-за чего я пал духом, но… я понимаю, что ты не всерьёз. Ты хотела помочь мне, как и раньше, и на том спасибо. Но отчасти ты была права, я не смогу защитить нас, пока я в такой форме. Поэтому я буду и дальше развиваться. Вместе с тобой, — улыбнулся Хамфри. — То есть… ты меня прощаешь? Он кивнул. — Спасибо, Хамфри! — она обняла его. — Я всегда знала, что ты самый лучший омега! — он обнял её в ответ. — Не за что. Они улыбнулись друг другу, а она, в благодарность, лизнула его в носик. — Ты тоже что-то хотел сказать, — напомнила она. — Да, точно, — он скажет ей то, чего не хотел бы сказать сильнее всего. — В общем, меня уже несколько дней беспокоит одно чувство, которое я пытаюсь не показывать и решать сам. Оно появилось у меня ещё два месяца назад, и я от него избавился… должным образом. Но оно… точнее сказать, они, вернулись, и теперь мне нужно как-то побороть эту проблему, и я думаю, ты поможешь мне её решить. Но я раньше не решался тебе о ней сказать, потому что думал, что ты неправильно меня поймёшь. Но теперь они стали сильнее, и мне нужна твоя помощь, — сделал паузу Хамфри. — Конечно, Хамфри! Я всегда пойму и поддержу тебя. Мы же должны помогать друг другу, —вдохновлено ответила она. — Спасибо, Кейт. Ты всегда помогала мне, — улыбнулся он. — Хамфри, скажи, что за чувства тебя беспокоят? Ты начал к кому-то что-то испытывать? — подозрительно спросила Кейт. — Что?! Нет, нет! Я не к кому не испытываю никаких чувств. Только к тебе, любовные, — объяснился омега. — Да ладно тебе, я шучу. Какие же, Хамфри? — Хамфри было трудно признаться, он не знал, как ответит Кейт, но он ей доверял как жене и любимой альфе. Как она уже сказала: «Я всегда пойму и поддержу тебя». — Меня… беспокоят…