Летний лагерь

Незадолго до прибытия в столовую их повстречали Мицури и Шинобу, погруженные в свои мысли после услышанного в коридоре. Им было не по себе от одного взгляда на Шинадзугаву, который встречал каждого у входа в помещение с ароматом чего-то вкусного.  — Шизик-Шизик-Шизик! — парень, всегда нарывающийся на драку, пытался напеть какой-то своеобразный мотив, находясь в нескольких шагах от начальника лагеря, пока Танджиро делился с ним подзатыльниками.  — Не Шизик, а Шинадзугава-сан, — шикнул его друг с карточными серьгами в ушах, сведя брови к переносице, и посмотрел на своего друга как можно убедительнее — как мамы смотрят на своих детей, рассказывая, что Дед Мороз на самом деле существует. Светловолосый мальчик-плакса порхал где-то вокруг сестры Камадо, напоминая ей о том, какая же она красивая и добрая, ласковая и нежная… Но все портило бесконечное его напоминание о том, «не хочет ли Незуко-чан выйти за него замуж?» Мицури с Шинобу зашли в столовую, обыскивая взглядом свободные места и по-тихоньку вливаясь в разряженную обстановку. Повсюду были расставлены небольшие столы, а вокруг каждого из них находилось по четыре стульчика — все оформлено в необычном «деревенском» стиле, так как резная деревянная мебель многим только деревню и напоминала. Кочо с задорностью толкнула подругу под локоть, обратив внимание на столик, за котором расположились Томиока с Игуро, оставившие напротив себя свободные места. Сиренеглазая оживленно подмигнула, ведя Канроджи за собой и иногда останавливаясь из-за вечной беготни первого отряда. Вроде бы дети и не такие маленькие, а шумят, как в зоопарке — но с рук им не сойдёт после одного взгляда Шинадзугавы.  — У вас свободно? — Шинобу демонстративно оперлась рукой о поверхность стола, задиристо вскинув челку. В ответ Обанай усмехнулся, аналогичным образом закинув ногу на ногу и для особой важности поставив обе руки под подбородок.  — Если проблемы со зрением, то вам к окулисту, юная леди, — тот указал на стул, стоящий напротив, — Вы даже не способны увидеть здесь морского котика.  — Смотрю, у Вас намеки на шизофрению, — Шинобу на вздохе прошлась к другому краю стола, вплотную наклонившись к Гию и с неразличимой поддельностью состроив просящие пощады глазки, — А у Вас? Томиока-семпай? Синеглазый сидел молча, сверля взглядом одну точку и держа руки в замке. После слов Кочо он медленно повернул голову в ее сторону, но даже на столь близком расстоянии от нее способен был ни капли не смутиться.  — Со мной все в порядке, — на одной ноте произнес Гию, обрушив все надежды услышать что-то более остроумное, — Могу до медпункта провести? — и со всей серьёзностью посмотрел Шинобу в глаза.  — Спасибо, лучше займусь самолечением, — девушка приземлилась на стул, откуда красовался вид на Томиоку, а затем обернулась к своей подруге, стоявшей где-то в метре от столика, — Не бойся, не съедят тебя. Садись сюда, — призывающе похлопав по месту напротив Обаная, улыбнулась Кочо. Канроджи послушно села, стараясь не смотреть человеку напротив в глаза, после чего начала перебирать пальцы своих рук.  — А еду официанты что ли приносят? — попыталась вступить в разговор Мицури, оглядываясь по сторонам.  — Насчет официантов ты ошиблась, — Игуро плавным движением кисти указал на низенькую бабульку в голубом фартуке, которая с подносами бегала по столовой.  — Может, помочь ей… — тихо произнесла зеленоглазая, но этого было достаточно для того, чтобы ее услышали собеседники. В это время из-за одного столика трепетно выбежали те девчонки, с которыми Мицури и Шинобу недавно познакомились — Аой, Канао и Незуко. Они следовали за бабушкой-официанткой, а затем остановили ее и начали что-то говорить, жестикулируя руками. Как можно было заметить, бабушка улыбнулась и повела подверженных новому делу трёх девочек за собой в кухню.  — Похоже, сейчас тот мальчик сойдёт с ума, — Кочо, облокотившись о спинку стула, дернула подбородком в сторону светловолосого парня, бросившегося в колени к своему другу, который пытался отцепить его под фоновый вопль: «Танджиро-о-о, позволь мне жениться на твоей сестре-е-е!»  — Боже мой… — Обанай тяжело вздохнул, откинувшись на спинку стула. После того, как отделил свое внимание от предстоящей картины, он встретился взглядом с девушкой напротив. Мицури снова загляделась на его гетерохромические глаза и, похоже, это продолжалось довольно долго. Затуманенность Канроджи остановила подруга, взметнув рукой перед ее лицом и тихо хихикнув. Зеленоглазая очнулась, подергав головой в разные стороны, и, ощутив взгляд наблюдающего Обаная, тут же покрылась румянцем.  — Сегодня на ужин: помидоры свежие, жареная курица, картофельное пюре, фрукты и чай с лимоном, — к столику подошла Аой в белом фартучке и с подносом в руках, на котором располагалось все ранее перечисленное, — Скоро принесу еще три порции.

***

Восхищению Мицури, похоже, не было предела, потому что ее глаза загорелись новыми огнями от вида на пищу, которая так и манила притянуть себя ко рту. Все друг другу пожелали приятного аппетита — даже неразговорчивый Гию удосужился выдавить из себя доброе слово.  — Держи, — Игуро ложкой выкинул дольку лимона из своего чая в кружку друга, ни капли при этом не замешкавшись.  — Спасибо, — на удивление девочкам ответил синеглазый и отодвинул от себя тарелку.  — Томиока, ты любишь лимоны? — невзначай спросила Шинобу, приготавливаясь к удалению кислого фрукта из своего напитка.  — Люблю, — тот остановил взгляд на Кочо.  — Тогда, вот, — девушка с улыбкой выловила из своего чая дольку лимона и отдала темноволосому. Ее примеру последовала и Мицури. И вот, когда у Томиоки было целое царство из четырёх кусочков излюбленного фрукта, все, кроме знающего Обаная, уставились на парня, раздумывая о том, как же ему нелегко будет сдержать выражение лица непоколебимым. Гию уничтожил сначала одну дольку, ни капли не поморщившись, а затем и остальные. Он выглядел так, будто бы ел не лимон, а безвкусную травку в сочетании с водичкой, оставляя свои темно-синие глаза такими же спокойными, как и прежде.  — Я от одной аскорбинки дар речи теряю, а тут такое… — шокированно прошептала Канроджи, приостановив свою трапезу.  — В тихом омуте черти водятся, — таинственно произнесла Шинобу, прищурившись.

***

После окончания ужина все разошлись по своим комнатам, а кто-то решил походить по улице и осмотреть обстановку лагеря, наблюдая за тем, как солнце постепенно уходит за горизонт.  — Подруженька моя, а ты, случаем, не влюбилась в того красавца с первого взгляда? Хотя, обычно такое бывает только в сказках… — подняв брови и прикрыв глаза, таинственно улыбнулась Кочо, сидя на одной из нескольких скамеек в большой рекреации, которую им показали, заведя за корпус-общежитие. Повсюду росли высокие деревья, а на земле кругами были проложены асфальтированные дорожки для бега, которыми они начнут пользоваться с завтрашнего утра. Где-то в глубине этого леса, если его так можно назвать, стоял небольшой кирпичный домик Санеми, который он разделял с остальными «преподавателями», а неподалёку располагалась еще одна постройка, представленная ребятам как «кладовка».  — Н-нет, ты чего? — Мицури заерзала на скамье, всеми силами стараясь скрыть смущение, — Между прочим, Томиока тоже неплохой. Может, это ты влюбилась в него с первого взгляда? — за мгновение перестроив выражение лица, прищурилась та.  — Ну уж нет, — хмыкнула Кочо, скрестив руки на груди, — Ты его лицо видела? Ходячая мумия… Да он скучный, меня такие не интересуют! Канроджи в ответ засмеялась, прикрыв рот ладошкой, а подруга специально состроила мрачную физиономию, пытаясь спародировать Гию, отчего вторая залилась еще сильнее.  — Урокодаки-сан! Давайте, мы Вам поможем? — из-за угла выбежала тройка парней, следующая за стариком в маске Тенгу, который взялся подметать дорожку.  — Крокодайка, дайте-ка сюда, — зеленоглазый парень выхватил у него метлу и принялся долбить ей об землю, со старанием прикусив кончик языка.  — Ага, ты б еще крокодилом его назвал, — буркнул светловолосый, с недоумением наблюдая за другом. — Иноске! — парень с волосами бордового оттенка отвесил разбушевавшемуся «помощнику» хороший подзатыльник, после чего озлобленно на него зыркнул, — А ну извинись!  — Извиняйте, — предпочтя не перечить другу, темноволосый неловко приподнял метлу, второй рукой держась за голову.  — Да уж, все мозги ему выбили, — незаметно появившись у кирпичной стены здания, произнес парень с мятным цветом волос и осуждающе поглядел в сторону происшествия.  — Успокойтесь, ребятки, — протянув руку к своему венику, тихо выдал старичок в маске и снова начал подметать, одновременно продолжая реплику, — Если хотите помочь, то сбегайте в кладовую и возьмите еще три метлы. Троица ринулась к небольшому домишке, устроив состязание на скорость.  — Боже, еще один человек в маске, — шепнула Шинобу, обратив внимание на старика и вспоминая преподавателя физкультуры, — Его зовут Урокодаки Саконджи, ведь так?  — Да… Жалко его. Нелегко, наверное, в таком возрасте работать дворником.  — А он еще и сторож в ночную смену, если я правильно слышала от других.  — Как я поняла, то того парня, который тогда в маршрутке бушевал, зовут Иноске.  — Да, а других двух — Танджиро и Зенитсу… Девочки увлеклись разговорами и не заметили, как прозвенел звонок, говорящий о том, что пора укладываться спать. Было около девяти вечера, но в это время, похоже, никто погружаться в сон и не собирался, только лишь делать вид спящего человека, с трудом пытаясь сдержать улыбку, когда вожатый будет проверять свой отряд. Если же заметит нарушителей, то им явно не сдобровать, как всеми было услышано из правил лагеря.  — Хочу пить. Чай, — Мицури, лежа под одеялом и скрестив руки за головой, повернулась в сторону подруги, пытающейся заснуть на противоположной кровати.  — Ну так завари, в чем проблема? — вздохнув, на полушёпоте выдала Шинобу, — Боишься идти в комнату Игуро и Томиоки?  — Н-нет, мы же еще так и не спросили, где пользоваться чайником…  — Не бойся, ничего они тебе не сделают…  — Ладно, тогда я пойду, — Канроджи, припустив свою нежно-розовую сорочку до колен, шустро встала с постели, схватила кружку и, на ходу накинув тапочки, ушла за дверь. Шинобу, зная, что может случиться непредвиденное обстоятельство, а точнее — Узуй-сан способен заглянуть в комнату для проверки и не увидеть под одеялом кого-то спящего — положила на кровать подруги несколько подушек и укрыла все это дело. Убедившись в том, что эта постройка вполне похожа на Мицури, Кочо выключила светильник и попыталась заснуть.

***

«Как же начать… Можно ли мне заварить чай? Могу ли я включить чайник…» — переминаясь с ноги на ногу, девушка ожидала ответа из комнаты, в которую только что постучала. В коридоре было темно, что малость ее пугало, но из маленького окошка доносился свет подмигивающих фонарей.  — Кто там? Канроджи, Кочо, это вы? — через несколько секунд послышался полушепот Обаная.  — Да, это я, Мицури…  — Ты что-то хотела? Заходи, вожатый может заметить, — парень, одетый в белую пижаму, ворот которой он тщательно принялся застегивать, открыл дверь, пропуская пришедшую внутрь. Темноволосый снова держал в руке книгу, хлопая глазами, чтобы перестроиться со строчек на реальную жизнь.  — Кхм… А… Игуро, можно ли мне вскипятить воду для чая? — Канроджи приподняла свою кружку, неловко улыбнувшись.  — Конечно, — Обанай указал на тумбу, где стоял водонагревательный прибор, а сам плюхнулся обратно на кровать, прислонившись спиной к стене и вновь взявшись за чтение.  — Спасибо, — девушка нажала кнопку, ожидая, когда закипит вода, — А Томиока спит что ли? — и перевела взгляд на кровать, где под одеялом кто-то лежал.  — Ага, как пришли, сразу улёгся, — тихо ответил парень, не отрываясь от книги, — Присаживайся, все равно долго ждать. Канроджи послушно уселась на краешек, почувствовав себя как-то неловко, и стала слушать звуки булькающих пузырьков воды.  — Что читаешь? — начала разговор зеленоглазая, повернувшись к Игуро.  — Классику, — тихо ответил он, — Наверняка ты сейчас скажешь, что это скучно.  — Почему же… — задумалась Канроджи, — У каждого человека свои вкусы, так что я не могу судить об этом. В ответ Обанай еле заметно улыбнулся, спокойно выдохнув. Еще несколько минут они провели в тишине, пока не закипел чайник. Радостная Мицури вскочила к нему, с нетерпением вертя перед собой кружку. Но в это время за дверью, из-за плохой звукоизоляции, послышались чьи-то размеренные шаги.  — Это Узуй? — округлив глаза, задал вопрос Игуро. Зеленоглазая вздрогнула, медленно развернувшись в сторону двери и поставив кружку на тумбу.  — Нам крышка… — прошептала девушка. Темноволосый быстрым движением выпустил из рук книгу, дотянулся до светильника и выключил свет, после чего схватил Канроджи за запястье, как можно осторожнее притянув ее к себе, и, поделившись с ней большим одеялом, укрылся, оставляя просвет только лишь для того, чтобы можно было дышать. Мицури не сопротивлялась, боясь того, что вожатый может хорошенько наказать за отсутствие сна в поздний час. Но, ощутив поверх себя тёплую руку, ее дыхание участилось, а сердце с каждым разом начало биться все сильнее.  — Не шевелись, — где-то сбоку от нее послышался шёпот Игуро. Вскоре шаги слышались все ближе и ближе. Узуй открыл дверь и заглянул внутрь, довольно хмыкнув. Видимо, из-за темноты ему не удалось разглядеть, что что-то не так, поэтому мужчина так же быстро закрыл дверь и размеренным шагом пошел обратно по коридору. Обанай откинул одеяло, включил свет и снова прислонился к стене, начиная хватать воздух. Девушка привстала и с раскрасневшимся лицом уставилась на него, не зная, какие слова можно было подобрать. Парень, узрев краску на лице Мицури, сам последовал ее примеру, ощущая, как постепенно начинают загораться щеки.  — П-прости, — Игуро прикрыл лицо книгой, оставив только сверкающие гетерохромические глаза, метающиеся в разные стороны при одном воспоминании о произошедшем.  — Н-ничего, спасибо… — Канроджи смущенно отвернулась, прикрыв лицо руками, и снова подошла к чайнику, чтобы налить себе горячей воды. Девушка наполнила целую ёмкость и торопливо отправилась к выходу из комнаты, стараясь не обронить кружку из-за своей неуклюжести.  — В следующий раз, когда захочешь попить, приходи раньше… — успокоив свой румянец, произнес Обанай и на прощание слегка махнул рукой.  — Хорошо, — улыбнулась Мицури и на выдохе покинула помещение…

***

 — Недавно приехали, а ты уже девушек в постель затаскиваешь, — после ухода зеленоглазой с возмущением подал голос Томиока, который все это время «спал».  — Эй!

***

 — Ну что, налила водички? Тут Узуй в комнату заглядывал, вроде бы ничего не заметил, — лежа на животе, приподняла голову Шинобу, обращаясь к пришедшей подруге.  — Налила, — пытаясь скрыть оставшиеся розоватые щёчки, многозначно протянула Канроджи, доставая из тумбы пачку чайных пакетиков.

***

Лагерь погрузился в царство Морфея, и лишь иногда за окном можно было услышать лай собак или проезжающие по дороге машины. Незаметно наступило утро, и тогда ровно в семь часов утра прозвенел звонок в сочетании с «приветствием» Шинадзугавы и его речи о том, что всем даётся полчаса для прочих дел, а после начинается утренняя пробежка, где предстоит встреча с Хаганезукой Хотару…