Дочурка директора и Ко

POV Лунари Как я и рассчитывала, спустя сутки я восстановилась. Осторожно встав с кровати и, надев салатовое платьице с юбкой-солнцем по колено, пошла на кухню. Как оказалось, я немного проспала и все были в сборе. Стоило мне войти, как на меня было направлено 7 взоров. Мне кажется, или у Рея он... Радостный, что я здорова, что пропало у него беспокойство? Да нет, вряд ли, наверно наравне с остальными беспокоился... Я села за стол, ощущая на себе взгляды. Мысленно я осмотрела свой образ, вроде все нормально... -- Тао, что-то не так? -- все так! -- замахал он руками. -- просто... А кто ты? Ты же только наполовину человек? Я немного поморщилась, сглатывая откуда-то взявшийся ком. "Лучше бы молчала, дура" -- да, ты прав, наполовину я человек. -- я запнулась. Чёрт, мой голос дрожит. -- но моей матерью была Линиэль, или попросту, для отца, Лиен. -- я сглотнула. -- первые 12 лет жизни мы счастливо жили вместе, а потом... Она ушла. Простите, мне нужно отлучиться. -- я встала и отправилась к себе в комнату, молясь, чтоб никто не заметил наступивших слез. Конец POV Лунари Увидев, что Луна ушла, Тао приподнял бровь, явно не соображая, что случилось. Франкенштейн, стоявший до этого ко всем спиной и опиравшийся руками на стол, обернулся. -- я расскажу эту историю. Линиэль была последним представителем древнего клана Амариллис. Ее духовное оружие, Лунаир, лишь давало некую опору силам, что-то вроде энергосберегателя, ибо сама Линиэль была воистину сильна. Вода -- очаровательная стихия, способная на многое. Убить, защитить, излечить, впитать силу -- все это подвластно ей. Однако... Есть одно но. Даже с Лунаиром силы без источника воды не продержаться долго. Максимум неделя-две. Я познакомился с этой девушкой на пруду. Когда я гулял, я заметил, что вода превращается в чудные образы и будто живая. Я подошёл поближе и увидел прекрасную девушку: у нее были длинные белоснежные волосы с синей прядью, вплетаемой в косу; несильно облегающее небесно-голубое платье в пол, и... Лицо. Когда она повернулась ко мне, я увидел прекрасные, завораживающие глаза, аккуратные губы и нос. Я был так заворожен, что девушка рассмеялась. Я проводил ее до поместья, узнав в дороге, как ее зовут и предложив тренироваться. Она согласилась. Следующие дни почти полностью проходили в тренировках, одолеть ее было нереально сложно, лишь несколько раз мне удалось победить ее долгие годы. Шло время, как-то незаметно для себя мы стали встречаться, а потом сыграли свадьбу. Через 8 лет родилась прекрасная дочь, которую мы назвали Лунари. Это имя полюбилось многим. Но счастью долго длиться было не суждено. Иногда она отправлялась в мир людей; черт бы побрал всех и тот день, я никогда себе не прощу, что отпустил ее. Обычно она уходила где-то на неделю, как и сейчас. Вот только... Вернулась она вся израненная и изнеможденная. Она рассказала, что на нее напала чуть ли не армия людей. Видимо, они хорошо знали ее способности и подготовились: нигде не было чистого источника воды. Она долго сражалась, но ее сильно ранили. После пятидневной битвы она, как смогла, залечила раны и отправилась в Лукедонию. Я ни о чем не подозревал и просто прогуливался по берегу, но тут будто прозвенел тревожный сигнал. Спустя 7 минут я нашел свою любимую. Я, мастер, даже Лорд, пытались ее вылечить, но безуспешно. Обратный отсчёт шел на дни. Я, Лунари и мастер почти что все время были у нее. В один день, и если бы моя жена не умирала, то он был бы прекрасен, она попросила подойти нас по одному. Я был первым, остальные вышли за дверь. Я присел на край кровати и взял любимую за руку. -- Дорогой... Я тебя люблю. Очень-очень сильно. Но скоро мне суждено уйти, навсегда... Мои слезы не смогли больше держаться в глазах и потекли ручьем. -- береги дочь, наше солнце. -- она заплакала, не имея больше сил говорить. Слабо протянув руку к моему лицу, Линиэль убрала за ухо непослушный локон. Я наклонился, чтобы ей было удобно. Она поцеловала меня. В последний раз. В последний раз я чувствовал тепло ее губ. Я обнял ее так крепко, но чтоб не навредить. Она попросила меня выйти и позвать Луну. В последний раз взглянув на любимую, я тихонько вышел. Луна стояла рядом и теребила подол своего золотистого платья. Она зашла, а я, прикрыв дверь, побежал. Далеко. В лес. Хотелось рвать и метать, убивать всех и вся, просто орать. Я взвыл и стал крушить все вокруг, избив руки до крови. Вернувшись, я обнаружил, что Мастер уже зашёл. Моя дочка, моя девочка, стояла и беззвучно плакала. Я обнял ее, и мы, не выдержав, зарыдали. Я отвел нас подальше от двери, чтоб не волновать лишний раз любимую. Спустя 5 минут вышел и мастер, сообщив, что Линиэль всё-таки хочет, чтобы мы зашли все вместе. Стоило нам зайти, как она сказала, что любит нас, что мы были ее семьёй и... Уснула. Навсегда. Чуть позже, через 20 лет, я узнал диалог дочери. Но скажу только разве что Лиен передала ей кольцо, сказав, что в нем частичка ее силы, ее души. -- Франкенштейн стоял у окна, держась за подоконник, и если бы кто-то увидел его лицо, то... Его взгляд был пуст и смотрел в никуда, а по щекам текли слезы. -- вот такая вот история. Все притихли. В это время заметили, что Рейзел куда-то ушел. Но... Никто не вмешался. Не был вправе. Гробовая тишина -- вот ответ на рассказ. Я ушел к себе в комнату, взял ее портрет, обнял и что-то шептал. Конец POV Франкенштейна Двадцатью минутами ранее POV Рейзел Я ушел с кухни. Эта история мне была знакома, а слушать, как друг пытается себя сдержать, и одна из причин -- мое присутствие, невозможно. Я искал комнату Луны. Через 5 минут я услышал тихие всхлипы и, постучавшись, зашёл. Увидев кроху, всю заплаканную, отложившую фотоальбом, но пытающуюся скрыть все это, я вздохнул. Больно. Ей очень больно. Я присел рядом с ней на кровать и осторожно обнял. -- не прячь свои эмоции, выпусти их, станет легче. Маленькое солнышко прижалась ко мне и стало что-то непонятное говорить. Иногда она срывалась на крик, иногда слишком сильно сжимала руки, иногда что-то шептала. Все это сопровождалось горькими слезами. Я сильнее прижимал ее к себе, шептал успокаивающие слова, гладил по спине и голове, целовал в макушку. Спустя час ее дыхание постепенно восстановилось, сердцебиение почти пришло в норму, только иногда шумные вдохи-выдохи говорили о прошедших слезах. Она отстранилась от меня и немного сиплым голосом сказала: -- м-мастер, я испортила ваш костюм! Почему вы позволили мне это сделать? Я быстро приготовлю вам новый. -- пыталась быстро говорить -- Луна, послушай меня. -- глубокие глаза тут же посмотрели на меня. -- костюм это что? Это просто какая-то вещь. Это просто вещь. Я могу хоть 1000 таких новых сделать. А каждый человек уникален. И душа человека весьма хрупкая. Если очень долго сдерживать себя, то она будет сломлена эмоциями. Никогда нельзя до этого доводить. Поэтому, если тебе будет ещё когда-нибудь тяжело -- не бойся, приходи. Я поддержу. Не оставлю. Малышка с благодарностью посмотрела на меня и крепко обняла, а я в ответ. Так мы просидели какое-то время, какое -- непонятно, все смешалось в голове, но девушка отпустила меня. -- спасибо -- благодарно улыбнулась она, я тоже улыбнулся. Она отвернулась и смущённо пробормотала: -- мне нужно привести себя в порядок. -- да, хорошо. -- я быстро вышел, восстанавливая костюм, и направился в холл. Там сидел очень грустный Тао. Все было понятно и без слов: он сожалел о сказанном. Я не знал, как ему помочь, поэтому просто посоветовал зайти и поговорить перед ужином. Обед мы пропустили. Конец POV Рейзела POV Лунари Я хотела уже отправиться на ужин, голодный желудок уже давал о себе знать, как в дверь постучали и после моего "можно" вошли. Это был Тао. Весь его вид говорил, что он очень переживает и сожалеет. -- Луна... Прости меня, пожалуйста, что такое ляпнул за завтраком. -- знаешь, Тао. Да, я очень по ней скучаю. Но ты был вправе спросить меня. Я не сержусь. -- и будто в доказательство я подошла и обняла его. На секунду он растерялся, но как только сориентировался, ответил тем же. Будто в доказательство лишь будто, ведь он выглядел таким несчастным, что и ему была нужна помощь. Простояв так минуту, мы вышли к столу. -- и да, Тао, я говорила, что хочу присоединиться к РК-6?