Миссия: сплавить замуж младшую сестрёнку

            Ситуация младшего Сенджу со всех сторон была невероятной. Вляпаться в печать какого-то давно помершего Узумаки и сменить половую принадлежность… Это надо было сильно карму подпортить за прошлые жизни. Учиха не знал, какие дела вел Тобирама с другими кланами, но с красноглазыми он активно вступал в бой в основном с Изуной. Да, Тобираму ненавидели, проклинали, клялись уничтожить, но всегда признавали как сильного противника, с которым справиться могут лишь единицы из клана Учиха. Изуна с альбиносом находились в равных уровнях силы, пусть у второго был более спокойный характер, который не мешал в ярости бросаться друг на друга сразу при появлении на поле боя.       Во время похода за ресурсами и новыми талантами в юности в одной очень отдаленой деревне у местных было ежегодное развлечение: они растили специальных быков и показывали публике за высоким забором представление, размахивая красной тканью перед животным. Бык в ярости бросался на ткань, а человек, державший её, красиво уворачивался и снова размахивал тканью, сильнее разъяряя животное. Некоторые представители втыкали тонкие шпаги в тело рогатого, доводя представление до смертного конца. Иногда погибали люди растоптанные копытами тяжеловесного животного, но они осознанно рисковали и охотно шли на это за деньги и славу. Мадара тогда сильно впечатлился смехом публики над кричащим в агонии поджарого красивого животного, которого с особой жестокостью протыкали различным оружием. Эта странная, далёкая деревня была в одночасье уничтожена каким-то хвостатым. Учиха редко вспоминал тех жителей, но в данной ситуации представлял Тобираму на месте того быка, кричащего в агонии. Первая реакция жалости прошла и Мадара осознал, что сильно ошибался. Тобирама — сильная личность, которую надо просто немного подтолкнуть и аккуратно подсказать нужное направление в минуты застоя или депрессии. Сенджу не сломается и не поддался бы на дешёвую провокацию брака с «сильнейшими». Хаширама был с одной стороны не прав, но… Но шок от происходящего никто не отменял, тем более что тело хоть и осталось тоже, но стало абсолютно другим и, глядя на сползающие мужские вещи и висящие доспехи на более маленьком и хрупком теле, Учихе пришлось резко задуматься о безопасности и восстановлении авторитета «ледяного демона».       — Защита через брак с Учиха… гениально и одновременно глупо, — вздохнул Мадара, прислонившись макушкой к стволу дерева, рассматривая зелёные кроны, через которые пробивались редкие солнечные лучи. Прикрыв аметистовые глаза, мужчина снова тяжко вздохнул, — Хаширама — идиот, ты никогда не умел тонко намекать, ещё и с братом спелся…       Внезапно инстинкты шиноби забили тревогу, Мадара подскочил на месте, слитным движением вставая перед деревом, одновременно закрывая спину от возможного удара. Он понимал, что это не панацея, но время враг должен был потратить на перегруппировку, чтобы можно было подловить неаккуратного противника. Но местная живность, благодаря оставленным трупам сородичей, старалась обходить опасную опушку стороной, пожрав съедобные части останков. Посыл настолько был груб и прост, что даже маленькие мозги монстров осознавали опасность оцепленной территории огненным двуногим существом. Мужчина прислушивался к шуршанию травы под ногами существа, лихорадочно припоминая всю живность, обитающей в данной местности Леса.        Звук шагов был скорее человеческим, чем монстрообразным, несмотря на это мужчина не ослаблял бдительность. Пусть он не был так хорош в чувствительности органов чувств как Инузука или Хатаке, но жизнь проведённая в постоянных сражениях с детства развили их, в том числе, слух до предела. Шаги были более уверенными, но дискомфорт от смены центра тяжести всё ещё ощущался в походке этого человека. Но Мадара не был удивлён, прошло меньше половины дня с преображения Сенджу. Несколько часов тренировок в резиденции под закрытыми дверями с фуином отдельного кабинета с надзирательством брата и Узумаки уже дали плоды упёртому как баран Тобираме.        «Хотя», — хмыкнул расслабленный Мадара, беззвучно вернувшись в прошлую позу, вновь закрывая глаза, — «теперь это упёртая Тобирама».        Тобираме было трудно. Трудно морально принять помощь от Учиха. Особенно от Учиха Изуны. Она до сих пор помнила собственную руку, пробивающую грудь младшего из братьев Учих, как рёбра с хрустом расходились от толщины и силы воткнутого куная с разрывом плоти возле сердечной мышцы. Изуна Учиха должен был умереть в той битве от рук Тобирамы Сенджу. Если бы не мгновенное решение Хаширамы, младший брат одного убил бы младшего брата другого. Было бы забавно, но нет.       Смерть не терпит насмехательства. Смерть не терпит шуток с ней. Рано или поздно она заберет шутников с собой и жестоко покарает.        Именно поэтому Тобирама больше не мог сопротивляться желанию старшего брата. Сенджу заключили союз с Учиха. Коноха была создана. Детская мечта новоиспечённых глав двух кланов сделала из кровных врагов верными союзниками.        Хашираму выбрали правителем всеобщим голосованием, но заместителем неожиданно был выбран не его младший брат, а Учиха Изуна. Время показало мудрость этого решения. Тобирама с Мадарой взаимодействовали больше с армией, чем с мирным населением, но идея младшего Сенджу о Академии шиноби была хорошо принята, несмотря на требования найма толковых учителей, разработку умеренного учебного плана, самых важных на первом этапе дисциплин и экзаменов. Начало терпимости и продуктивного взаимодействия между враждующими кланами началось через юные умы. Время шло, другие кланы по разным причинам присоединялись к деревне, принося клятву верности Конохе в лице Хокаге. Молодая Страна Огня стала поручать особые задания деревне, постепенно повышая планку доверия к альянсу бывших кровных врагов.        Отношений между младшими братьями… Их не было. Они не избегали друг друга намеренно, знали обычное местоположение с маршрутом другого и спокойно разговаривали о вопросах деревни, но не более. Тобирама, будучи ещё мужчиной, больше взаимодействовал со старшим Учихой, оставив все контакты с Изуной старшему брату. Мадара подобное не комментировал, но и не лез в отношения бывших врагов, посчитав, что два гордеца сами рано или поздно разберутся, ведь Ледяной демон лично жёстко отбирал и тренировал отряд охраны правой руки Хокаге. Если говорить откровенно, старший Учиха считал, что у самого каге сопровождение было немного слабее, чем у заместителя. Поэтому Мадара занял пост наблюдателя и Хашираме влезать в их отношения не дал, вызвав очередную скорбно-мрачную фигуру в кабинете правителя. Из-за чего Изуне пришлось тормошить покрытого иллюзорными поганками Сенджу и требовать у двух друзей детства причины очередной скорби, но они стойко молчали. Подозрительному заместителю пришлось сдаться, отложив очередной вопрос к старшим в долгий ящик.       Преображение брата Хокаге привело к всеобщему ступору, несмотря на Хирайшин в резиденцию, слухи моментально потекли по всей деревне в рассветный час, заставив всех глав подконтрольных кланов выскочить с теплых постелей и заниматься составлением срочных планов.       Глупостью даже для Хаширамы было рассчитывать на элементарное сочувствие к попавшему в беду человеку, ведь шанс пробраться к сильнейшим кланам засиял новыми красками, усилив заодно будущее поколение своей семьи одной из сильнейших ниндзя. Две цели, если не больше, одним сюрикеном. К сожалению для многих, Хаширама в самых искренних чувствах спутался с не менее желанной принцессой Узумаки, отвергнув все заявки на встречу с потенциальными невестами, ещё и младший Сенджу стойко игнорировал все попытки сватовства. Кланы, смотря на агрессивное сопротивление, постепенно оставляли двух мужчин в покое, кроме самых упрямых. Один из них клан Хьюга.       Мадара долгое время выслушивал бурчание лучшего друга с короткими вздохами и комментариями младших братьев на упорную осаду с целью породниться от белоглазых. Смысла вмешиваться Учиха не видел, глядя на очевидное раздражение альбиноса к очередным посланникам с письмами. Сначала Сенджу отказывал аккуратно и деликатно по законами дипломатии и этикета, не желая ссориться с одним из многочисленных и сильных кланов с особенными глазами, но постоянное упорство и игнорирование желаний «жениха» приводили к вспышкам злости даже у Хаширамы, которого вовремя умудрялся успокаивать разумными доводами Изуна. Хьюга однажды откровенно нарвались, затронув сокровенную связь между братьями, вызвав у прославившегося своих терпимым и холодным темпераментом шиноби ярость. Учиха Мадаре лично пришлось успокаивать через кровавый бой в гендзюцу Сенджу, после почти сутки уничтожать флору и фауну 44-го полигона в жесточайших спаррингах. Благодаря чему была образована прекрасная опушка, полюбившаяся черноволосому для личных тренировок. Тобирама долго терпел притеснения от бьякуганщиков, не рассказывая брату практически ничего из происходящего, отделываясь от неуёмного любопытства старшего отрывистыми короткими фразами, которые бы заставили дрожать от страха подчинённых, но Харишама был непробиваемый. Оба Учихи думали, что это из-за нескольких причин: личная сила старшего; игнорирование угрозы из-за привычных отношений братьев с постоянным нахождением рядом; взаимодополнение характеров этих двоих; ну и природная непробиваемая глупость Хаширамы, любовь которого тесно граничит с братским комплексом. Но черноволосые уверены в последнем варианте с полным отсутствием границ между братской привязанность и комплексом. Ведь Тобирама по своему оберегал старшего от лишних проблем, особенно связанных с ним лично. Учиха-старший был непроизвольным свидетелем этих раздражающих поползновений от Хьюга к альбиносу, но не мог ничего сказать ни белоглазым, ни брату с другом по личной просьбе Тобирамы. Он мог только оставаться наблюдателем в данных ситуациях и быть готовым к вспышке ярости, которая рано или поздно точно бы произошла.       Прогноз Мадары не был ошибочным: Тобирама впал в ярость. Учиха мысленно поддерживал идею смыть весь клан Хьюга «демонам под хвост», но в реальности уничтожение пятой части деревни было не восполняемой потерей. Как бы носители Шарингана не конфликтовали с владельцами Бьякугана — силу друг друга они признавали. Практически реализованная угроза с внезапным исчезновением клана белоглазых, заставило главу крепко задуматься о смене приоритетов. Шодай за закрытыми дверями резиденции при своём заместителе поставил перед фактом слишком упёртого «свата», завуалированно обмолвившись о личной мощи и невесте-джинчурики сильнейшего хвостатого демона. Хьюга наконец внял угрозе и временно угомонился, отправляя письма не каждый день, а каждую неделю по понедельникам точно к девятому часу утра, что заставило всю резиденцию выдохнуть с облегчением. До момента перевоплощения младшего из братьев Сенджу.       Не прошло и часа с момента прибытия девушки, как в резиденцию стали приходить письма от главы клана белоглазых с настойчивой просьбой о встрече с братом и сестрой Сенджу в ближайшее время. Учиха всегда морщились от расшифровки завуалированного словесного полотна с лёгким оттенком угроз и настойчивости в светской манере ведения письма. Иногда приходилось Шодаю останавливать второго человека в деревне, желающего спалить одного любителя нежных сиреневых одежд срывающего грубые оскорбления в адрес красноглазых под маской этикета и переживаний за «главный клан», полностью игнорируя факт того, что основателями являются два клана, а не один. После десятого принесённого письма «лично в руки Шодаю» к закрытой двери кабинета Сенджу прибыл слащаво улыбающийся посланник, на что злой как демон Мадара после ночного патрулирования вышел в белоглазым, светя узором Мангекью Шарингана, пообещал ещё за одно письмо сиреневого чудака спалить половину домов из квартала Хьюго и лично сжечь огнём Аматерасу каждого явившегося к резиденции свата. Послы к двери больше не подходили, но сенсорное восприятие хокаге засекло резкое увеличение числа шпионов вокруг резиденции. К счастью червёрки, принцесса мастеров фуиндзюцу заранее нанесла печати по всем окнам резиденции, не пожалев даже чакру Кьюби, для сохранности информации через стеклянные поверхности.        Клан Хьюга с самого первого письма в то злосчастное утро откровенно заявил свои «права» на новоиспечённую принцессу клана Сенджу, не забыв полить грязью честь красноглазого клана, припомнив не так давно окончившие сражения между кланами не на жизнь, а на смерть, затронув с трудом затягивающиеся раны на сердцах братьев Учиха.       Узумаки, Учиха, даже Хаширама стойко игнорировали требования о помолвке с Хьюга с обеих ветвей, сконцентрировавшись на первостепенной задаче о безопасности девушки. Слава Ледяного демона и статус сестры Хокаге перестали быть сдерживающей опорой. Пока Изуна с Мито обучали и примири с действительностью альбиноску, Мадара, смывшись на полюбившуюся опушку, размышлял о прямых намёках единственного друга. Импульсивная идея о спарринге двух демонов, должна была поправить личную репутацию девушки и показать, что смена пола не влияет на чакру и способности. В конкретном случае, одной беловолосой личности с красными полосками под кровавыми глазами.       По крайне мере, они рассчитывали заткнуть надоедливые слухи слабых идиотов банальной грубой силой.

***

      Если посмотреть на всю ситуацию вокруг Сенджу, то становится неудивительно, что она сбежала тренироваться именно на огороженный специальным высоким забором из-за опасности 44-й полигон. Слабые шиноби и среднячки боялись даже на сто шагов приближаться к огороженной территории, банально боясь быть съеденным заживо огромной и сильной живностью или плотоядными деревьями. Довольно сильные ниндзя разумно осторожно относились к вылазкам в Лес смерти, заранее собирая дополнительные комплекты оружия и лекарств. Но Сенджу шла спокойно по проклятому Лесу, не боясь никого и ничего на своём пути. Мадара бессознательно удовлетворённо хмыкнул, одобрительно кивая не твёрдому, но уже уверенному шагу девушки.       Её белая кожа будто сверкала в скромных лучах солнца, делая тонкую фигуру более элегантной и утонченной. Её водно-леденая аура идеально подходила отблескам света в седых от рождения волосах, делая красные глаза и полоски по ними более яркими и насыщенными. После разговора с другом Учиха непроизвольно задумался о будущем партнёре альбиноски. Тобираме нужен сильный муж, который не будет ни подчинять, ни подчиняться. Тот, что будет держаться с ней на равных, помня о прохладном в обычное время характере девушки, не ущемляя достоинства и репутацию среди коллег и подчинённых, поддерживая её работе помощника хокаге и его заместителя. Мадара задумчиво окинул взглядом окрашенную в белые и красные цвета девушку, подмечая, что её больше подойдёт мужчина облеченный в черно-красные цвета с огненной аурой, чем в нежных лавандовых одеяниях. Из Учиха выйдет лучшая опора и поддержка в жизненном пути Сенджу. По скромному мнению одного пушистого Учиха… И его не самого умного, но единственного друга.        За время быстрых размышлений черноволосого, девушка умудрилась приблизиться к коллеге и с неловкой улыбкой попросить:        — Мадара, будь добр, потренируйся со мной!        — Прошу, — шутливо пригласил махнув рукой Учиха с легким наклоном головы, вызвав более расслабленный кивок благодарной девушки.       Сенджу с любопытством осмотрела тренировочное убежище Огненного демона с соломенными манекенами для метания снарядов, разнообразные макивары, прицепленные к деревьям, с разной степенью изношенности. Небольшие ящики в далеке были заполнены тренировочным оружием от маленьких звёздочек до коротких клинков. Душа альбиноски была довольна сортировкой во виду и размеру в разных отсеках и ящиках. Сенджу невольно вспомнила, что Мадара несмотря на вспыльчивый характер, вещам и обязанностям относился аккуратно со всей серьёзностью, не откладывая ничего на потом. Даже в своём доме у вещей было своё место, пусть Тобирама, будучи еще парнем, была на территории мужчины всего дважды и то на небольшое мгновение по работе. Этот факт тогда сильно удивил брата Шодая, но брат часто жаловался на чопорность темпераментного друга, периодически сравнивая их двоих.       Улыбнувшись своим воспоминаниям, девушка легким движением погладила мозолистыми пальчиками затупившийся кунай в ящике. Отдернув руку, Сенджу на пятках развернулась к товарищу по оружию, сияя алыми глазами:        — Давай начнем, Учиха-сенсей!        Мужчина, завороженный видом сияющей из-за хорошего настроения девушки, легко улыбнулся, приглашающе указывая на макивару, и произнёс:        — Не вздумай молить о пощаде, ты сама пришла ко мне.        — Так точно, Учиха-сенсей!       Тобирама стала хорошим учеником, любые заметки мужчины слушались и исправлялись практически мгновенно, стойка стала уверенной, движения отточенными, шаг чётким, походка лёгкой. Тренировки двух демонов проходили до самого вечера с перерывом на обед, который надо было поймать и приготовить. Шпионы бледнея докладывали о девушке маниакально топящей в водных техниках монстров со съедобной для человека плоти, пока спокойный Мадара разводил печь на импровизированной кухне в своем лагере, без сомнений ожидая крупный улов беловолосой для прокорма двух голодных шиноби.       Сенджу ожидаемо оказалась хорошей охотницей, но довольно бездарным полевым поваром. Мадара от души хохотал смотря на красную от смущения альбиноску, даже её маленькие ушки полыхали ярче полосок под глазами. Разделана дичь была грамотно, чувствовался большой походный опыт, что не было удивительно: Сенджу, как и Учихи, часто отправляли отряды на разведку территорий и дипломатии с другими кланами.        — Хватит ржать! — Возмутилась алоглазая, на фоне красного лица глаза сверкали будто самые чистые рубины, делая белую тигрицу довольно милой. — Как будто у тебя нет слабых навыков в жизни, по любому что-нибудь да отыщется!       — Прости-прости, ты права.        Учиха резко оборвал свою мысль: «Эта тигрица милая?»       Помассировав лоб пальцами, мужчина снова бросил взгляд на всё ещё розоватое лицо Сенджу. Она милая? Фигура у Тобирамы хороша, чуть крупнее обычной миловидной девушки, но талия на вид удобная, его руке будет комфортно лежать при близком расстоянии, да и трогать во время тренировки было приятно. Пусть её тело покрыто шрамами, но это боевые отметины от битв с Учиха, некоторые держали тигрицу на грани жизни и смерти, где всё решала стальная воля к жизни. И судя по тихому бурчанию девушки, воля жить также сильна как жажда силы и признания. Сильная и гордая, но… Милая?        Мадара тяжело вздохнул, автоматически шинкуя овощи к мясу в котелке. Во всем виноват Хаширама с его глупыми идеями. Учиха решил на следущий день наведаться в резиденцию и хорошо вмазать другу. Освободив дурную голову от идиотских мыслей, направить заодно на решение важных проблем в виде чрезмерной наглости Хьюго. Соглядатаи не боялись заявиться даже в глубь Леса смерти, издалека наблюдая за взаимодействием боевых товарищей.       — Тобирама, не против переночевать в пещере? Может, хоть ночная живность даст побыть без наблюдения.       — Если ты не против.        — Продолжим завтра.       Уборка территории в четыре быстрых, но дотошных руки прошла быстро. Сидя возле маленького очага в пещере, Тобирама рассматривала Учиху с новой стороны. Если не смотреть на вечно торчащие черные лохмы, то Мадара довольно красив. Тело сильное, поджарое, каждый шрам рассказ о серьёзной битве с Сенджу, умный, умелый. Но Сенджу понимала, что в смертельной битве победителем будет не она — Учиха сильнее даже без алых глаз. Не зря мужчина постоянно на равных сражался с братом, чередуя победы, ничьи и проигрыши. Если бы не Изуна… Изуна…       — Мадара, — тихо позвала расстроенная Сенджу, — раз-разве ты меня не ненавидишь?        — За что? — удивился черноволосый мужчина, уставившись на собеседника.       — Изуна… Если бы не брат, то он…        Мужчина резким вздохом перебил заикающуюся от нервов альбиноску. Серьёзно посмотрев в глаза полные вины и раскаяния, мужчина задал интересующий его вопрос в ответ:       — Если бы я предложил брак, помня всю историю наших кланов и семей, какой ответ ты бы дала?       — «Да», — без малейшей запинки сразу ответила девушка, решительно смотря в чёрные глаза товарища.       — Что да?       — Я бы согласилась.        — Я — Учиха.        — Ты — Учиха Мадара. Тебя я знаю и как главу клана Учиха, и как Мадару. Этого достаточно, — лёгкая мечтательная улыбка вместе с румянцем украсили маленькое лицо альбиноски, — с тобой мы бы могли жить в мире и взаимном уважении как муж и жена.       — Я запомню твои слова. — мужчина в очередной раз улыбнулся миловидности этой проблемной Сенджу. Но какого будет приручать это гордое животное? Мадаре вдруг впервые захотелось начать отношения с другим человеком.       В глазах Учиха Тобирама больше не похожа на раненного быка из далёкой юности, она сильная, грациозная и гордая тигрица с чистой белоснежной шкурой, которая смирно сидит и смотрит в немом ожидании дальнейших действий.

***

      - Учиха, отойди, я желаю поговорить с принцессой Сенджу.       Ночь была мирной, как и раннее утро с завтраком, но раздражающие личности умеют только держаться на разумном расстоянии, смея словесно посягать на собственность Учиха. На собственность главы клана Учиха. Хьюго не зря боятся Учиха. Мадара это докажет. Лично.