Целую: Твой директор - мудак

БОНУС 2. — Эмм. И что прям вот так вот взяли и стали жить вместе? Я сейчас сплю или как? — спросил Чондэ, зная что точного ответа не получит, поэтому ущипнул себя за руку. — А тебя не удивляет то, что Бэкхён переспал с ним, даже не зная кто это? — Кенсу поправил очки на переносице и усмехнулся. — Блять… Бэкхён выложил все как на духу, как только они поднялись на крышу, потому что те напирали и отделаться от них было невозможно. Его руки дрожали и он значительно вспотел, несмотря даже на то, что на открытом воздухе было ещё прохладно. Это было волнительно и страшно, но маркетолог почувствовал облегчение от того, что смог поделиться этим со своими друзьями. Он, конечно, совсем не мог смотреть им в глаза и пока рассказывал всю историю, опустил голову и не поднимал её. — Ну Бэк может налакаться так, что потом не вспомнит как его зовут. Но чтоб так просто взять и… — Ким округлил глаза прежде чем сказать. — Не, а мы точно говорим о директоре Паке, да??? Бэкхён аж поежился и отвернулся. Удобно было сидеть на скамейте и любоваться на голубое небо, в котором, между прочим, по прогнозам в воздухе должен быть превышен уровень мелкой пыли. Время близилось к десяти утра, но они сидели и разговаривали. — Чондэ, по-моему нужно относится к этому спокойно, — Кенсу пожал плечами. — Нет ну подумаешь… — Подумаешь, что он состоит в отношениях с нашим боссом, действительно! — Чондэ не мог отойти от шока, особенно после того, как Бэкхён признался в том, что переехал к директору уже больше недели назад. — Вы как хотите, но я буду в ахуе до тех пор, пока цветут мои фикусы! — Ну всё, пошли… — буркнул Бэкхён и встал, но Ким дернул его за рукав, так что пришлось плюхнуться обратно. — Да блять я уже все сказал! И тут аналитик хитро улыбнулся, что ни о чем хорошем не говорило, наверняка у него в запасе остались самые каверзные вопросы, от которых захочется сигануть с крыши без парашюта. — Так! — Бён вскочил с места и отбежал в сторону. — Даже не смей! — Что? — До состроил невинную моську. — Ну я один маленький вопросик задам. — Нет! Я не хочу на него отвечать! — Бэкхен выставил руки вперед, словно защищаясь от него. — Только попробуй… — Признайся честно, — Кенсу все-таки удалось перебить его. — Ты лезешь на него, как на пальму за кокосами? Чондэ заржал в голос, а Бэкхён покраснел то ли от злости, то ли от смущения, но Кенсу выглядел как невинная булочка с корицей и играл бровками. Откуда в одном маленьком и тихом человеке было столько похоти, было известно только ему одному. — Ах ты пидор озабоченный! — прошипел Бён и отвернулся, делая вид, что смотрит на прекрасные городской вид. — Ну мне просто интересно… — До хихикнул. — Он не использует плети или может быть…хм…привязывает тебя? — А ну блять заткнись, конченный извращенец! — Бэк не выдержал и подлетел к нему, отвешивая тумаков. — Зараза такая! Да чтоб директор Ким оказался натуралом! Чондэ ржал уже, как недобитая чайка, и из-за смеха чуть не свалился со скамейки прямиком в куст декоративных роз. Кенсу визжал, пока Бён колотил его по спине и несколько раз даже зазвездил по голове. Когда он закончил избиение собственного друга, то выдохнул и выдал: — Он не извращенец и не любитель БДСМ, как ты, жертва фильмов для взрослых и антицензуры! — Тогда следующий вопрос, — Чондэ облизнул губы, но понизил голос, чтобы не отхватить. — А какой он? Бён нахмурился, только бить этих двоих было бесполезно. Вполне логично, что они хотели знать некоторые подробности о человеке, который заставляет колени от страха трястись. Наверняка было интересно как ведет себя суровый директор Пак Чанёль в среде, где ему не надо стрелять во всех глазами, словно из ружья. Тем более, если было у кого спросить, почему бы и…да? — Ну уж точно не тиран, — Бэкхён расслабился и плюхнулся на лавочку, расталкивая друзей локтями. — А вполне себе обычный мужик! — Айгу, что даже семейки носит и носки разбрасывает? — хохотнул Кенсу, за что получил тычку прямо в живот. — Ну нет, я представляю себе, как Бэкхён заходит домой и сразу надевает ошейник… — начал Чондэ, а потом на последних двух словах перешел на шепот, встретившись со злобным взглядом коллеги. — Я думал только Кенсу здесь отбитый маньяк! — Бэк всплеснул руками. — Да вы можете не думать об этом??? — Вообще нет, потому что отношения начавшиеся с перепихона, обычно так же и продолжаются, пока не надоест. — решил сумничать До. А вот эти слова явно задели внутренние нежные струны души Бэкхёна, потому что ему не нравился тот сценарий, где их отношения с Чанёлем могут просто взять и закончится. Скорее всего это четко отразилось на его лице, от чего аналитик ударил сам себя по губам. — Боже! Я не думал что все так серьезно, что ты готов зарыдать! — протараторил он, хватая Бёна за плечи. — Ты что по уши влюблен? Бэкхён вышел из транса и одарил его взглядом полного раздражения. — Ай блять! Ты сейчас посмотрел на меня так же, как смотрит директор Пак! — До отсел от него и обнял себя за плечи. — Мороз по коже! Чондэ так же поспешил отодвинуться, а потом осторожно хотел что-то сказать: — Ну, если так, то… эм… На этом Бён снова подорвался с места и подошел к краю балкона, облокотившись руками на поручни. — Если честно, — он глубоко вздохнул. — Чанёль достаточно ласковый и заботливый, чтобы развеять все мифы про его тиранию. А ещё у него гель для душа и шампунь для малышей, потому что он склонен к аллергии на парабенты, кстати, из-за этого я пахну как четырехлетка, если вы не заметили, однако если он заливает это тонной своего «аква ди парма», то мне палиться и вонять, как он, нельзя. Он ворчит из-за всяких мелочей, но никогда не орёт, потому что зачем? Склонен слегка к доминированию, но блять ремнями меня не привязывал! Представляете, сколько я в день про него дерьма выслушиваю, а потом домой прихожу, а там сидит человек и смотрит Зверополис, потому что под него легко засыпается? Чондэ и Кенсу вмиг притихли, понимая, что из того польется тонна откровения, так как сам по себе Бён Бэкхён такой человек, который если что-то очень долго в себе держит, то потом его прорывает, словно дамбу, смывая все на своем пути. — Представьте только, как мне было трудно последние три месяца? Потому что я первое время его боялся, думал придушит в один прекрасный день. Мне было жутко забавно просто спать с ним и думать, что я властелин мира, но все равно страх быть зарытым где-нибудь под автодорожным мостом так и оставался, а потом, когда я в очередной раз проснулся в его квартире и не смог пошевелиться по… эм… особым причинам, Чанель принес мне завтрак в постель! Да он мне посуду мыть не дает, потому что ему жалко мои руки. Он их обожает! — Бэкхён уже стал хвалиться, его выдал горделивый вид и легкая ухмылка. — Я для него больше, чем просто для перепихона, прошмандовки вы офисные! — Сука, ты глянь, он хвастается! — Кенсу оторвал от декоративного куста листья и швырнул их в Бёна. — Ну ты и мудила! — Скажи мне, Бёнка, ты в прошлой жизни кем был вообще? Может куртизанкой? — добавил Чондэ. — А то откуда у тебя такой талант в укрощении привилегированных особ? — Да вы блять просто завидуете! — Внезапно Бэкхён стал мстительным и лукаво улыбнулся. — Отсосите! Он почти был уверен, что смог отомстить этим двум оболтусам за свои мучения на этой крыше, однако забыл, что ум Кенсу острее, чем чанелевские японские ножи. — Ну, ты этим чаще занимаешься последние три месяца… В общем, на этом терпение на стеб от своих друзей у Бёна иссякло и он уже было хотел подойти и отвесить обоим оплеух, если бы не громко заоравший в кармане мобильник. Он подпрыгнул на месте и достал телефон, сразу же округляя глаза до европейских размеров, потому что звонил ему никто иной, как Пак Чанёль, который был ласково подписан (для конспирации естественно), как «Мистер-палец-в-рот». Маркетолог покосился на друзей, отходя в сторону и как тихушник взял трубку. — Да? — шепотом проговорил он в трубку, прикрывая рот рукой. — Ты куда пропал? — голос Чанёля был серьезными и обеспокоеным. — На совещании тебя не было, теперь тебя нет и в офисе, все в порядке? — Да, все нормально, просто я в туалете… — У тебя болит живот? Может стоит в больницу поехать? — Нет, я сейчас вернусь в офис… Тем временем, два шпиона уже тихо подкрались со спины и навострили уши, но Чондэ не выдержал и хихикнул, сразу же затыкая себе рот, а Бэкхён злобно на него шикнул. — Эм. ты не врёшь? — донеслось в трубке. — Ты всё ещё мстишь мне за утро? — Да нет же, давай потом, я сейчас вернусь в офис. Потом все расскажу. — отвешивая свободной рукой по подзатыльнику, ответил Бэкхён. — Уже бегу! — Если реально болит живот, то иди в больницу. Я говорил тебе не есть столько острой еды на ночь, черт возьми! — тембр Пака стал слегка грубым, но через секунду смягчился. — Ты представляешь чего мне стоит звонить тебе, когда мы в офисе? — Ёль, я вернусь уже сейчас. Что даже не дашь мне спокойно справить нужду? — забыв, что рядом с ним присутствуют два горячих уха, Бён ляпнул уменьшительно-ласкательное, которым пользовался, чтобы долго не мусолить многогласное «Чанёль». Кенсу и Чондэ мгновенно отреагировали, тут же начиная бесшумно ржать и повалились на прорезиненную поверхность крыши. — Ладно, занимайся своими делами, — ответил Пак, вздохнув. — Увидимся позже. На этом Бэкхён поспешил бросить трубку, и через секунду Кенсу прорвало на громкий хохот. — Ёль??? То есть ЁЛЬ??? — гоготал аналитик, а рядом с ним Чондэ до припадка надрывался от смеха. — Прямо как кличка для той-терьера! — Я тебя скормлю этому той-терьеру, ты у меня сейчас договоришься уже! — Бён пнул его ногой, а потом начал уходить, оставляя двух придурков валяться на полу. — Ну вас к черту, почему даже такие моменты они превратили в комедию? Когда он уже подошел к двери, ведущей на лестницу, Ким и До догнали его, обступая. — А теперь серьезно, дружище, — Чондэ сделался серьезным, даже при том, что минуту назад чуть не лопнул от смеха. — Клянусь своими фикусами, твоя тайна умрет вместе со мной! — Я не знаю чем могу поклясться, но присоединяюсь, — Кенсу кивнул. — Но все-таки, какого это? Бэкхён выдохнул, переставая злиться, потому что в глазах его друзей читалась искренность и доверие. Теперь то их жизни точно в его руках, ха! Он повернулся и хитро улыбнулся, делаясь загадочным. — Знаете сорт тайских бананов rhino? — он подмигнул им и вздернув головой, гордой походкой вышел за двери. — О черт! — одновременно произнесли Чондэ и Кенсу, закусывая кулаки и начиная хихикать. *** Чанёль действительно начал беспокоиться за то, что Бэкхён отсутствовал на совещании, а после не появился и на своем рабочем месте. Он не смог думать как начальник, которых должен наказать подчиненного за прогул, скорее в нем всё ещё что-то зудело из-за их утренней перепалки. Как-то глупо вышло, а всё потому что Пак хоть и сам звал маркетолога жить с собой, по вине того, что по ночам страдал из-за стойкого чувство собственничества, какого мол черта его маленький секрет так далеко от него где-то ночует, но всё никак не мог привыкнуть жить с кем-то. Слишком долго в его жизни царила молчаливая пустота, а тут сразу метр семьдесят четыре сантиметра и шестьдесят пять килограмм шума и беспорядка. Поэтому мозг у директора, привыкший к тишине и порядку иногда вскипал, как чайник, разве что из ушей пар не валил. По Бэкхёну было сразу видно — человек торопился жить, будто не успеет, поэтому он даже по квартире передвигался слишком быстро, часто сбивая дверные косяки и самого Чанёля. А тот терпит всё это и сам не знает зачем, когда как можно было бы и переделать его под себя. Только вряд ли тогда «переделанный» Бэкхён, будет хоть отдаленно напоминать того Бэкхёна, из-за которого, собственно, он и поставил под сомнение свою репутацию, комфорт и жизнь в целом. Нет, подстраиваться нужно равномерно, если Пак что-то уступает, то и маркетолог тоже должен, только вот пока Бэкхён вообще не требовал что-либо менять для него, ну если только просил мяса и острых приправ, да не открывать окно, потому что любит спать в тепле. Директор стал замечать, что растерял былую гордость и принципы, странно для него так просто сдаваться кому-либо, он даже иногда думал «а какого черта?» Но когда Бэкхён во сне переворачивался и, сладко потянувшись, обвивал его шею тонкими руками, молодой директор утыкался носом в мягкие волосы, пахнущие детским шампунем, что они стали делить на двоих, и единогласно решал, что дайте хоть когда-нибудь в этой унылой и полной дерьма жизни, быть просто подушкой для обнимания, зовущейся ласково до рвотного рефлекса «Ёлем». Кстати, когда Бэкхён впервые так назвал его, хотелось по началу возмутиться, но у того как горели глаза, типа «ну и что ты мне сделаешь, если я снова произнесу это слово, похожее на название детского питания?» За двадцать семь лет жизни, маркетолог стал единственным человеком, который рискнул выудить из его имени слог, чтобы сделать нечто похожее на ласковое прозвище. Сначала Пак считал это раздражающим, но чем чаще слышал «Ёль» из его уст, тем больше понимал, что это ещё одна вещь, которую хочет себе позволить. Быть единственным в своем роде для кого-то. Во время совещания Чанёль дергал ногой, косился на пустующее кресло и даже прослушал доклад о новой торговой марке, которая появилась в их торговых залах. Да ему в принципе стоило бегло глазами пробежаться по бумаге один раз, чтобы сразу понять всю картину — половина его подчиненных конченные, необразованные, купившие себе диплом дебилы. Хотя, наверняка это просто он слишком многого от них хочет, от простых и пытающихся выжить людей, которые работают на мизерную зарплату по шестнадцать часов в сутки. Что кстати как-то предъявил Бён, между делом, причем во время секса, что было вообще там неуместно. Зато Пак отлично запомнил и напоминал сам себе. Задумчиво посмотрев на завершенный звонок, где символы выводили аббревиатуру «МП», расшифровывающуюся как «мой пиздец», он почти что бросил телефон на стол и придвинулся к ноутбуку. Через секунду в кабинет без стука влетел Сехун, громко хлопая дверью, от чего Пак вздрогнул и поднял на него глаза полные недовольства. — Привет, братик! — Сехун улыбнулся и плюхнулся на кресло. — Доброе утречко, мой угрюмый милый гоблин! — Ещё раз влетишь так и вылетишь уже через окно, — спокойно «поприветствовал» его Чанёль, пытаясь сосредоточится на буквах, а не на том, что О тырил конфеты из вазы на столике. — Зачем пришел? — Поговорить, — успев засунуть конфету в рот, ответил младший. — Слышал новости? Минсока сделают заместителем Чонина. Мин-хён значительно поднялся! — Это всё? Тогда проваливай, — Пак сохранял хладнокровность, но что-то ему подсказывало, что зачастивший в его кабинет Сехун, что-то пытается сказать совсем другое. И был прав, потому что Сехун сидел и сверлил его глазами, так что у Чанёля пошли мурашки по спине, не от страха или ещё чего, а потому что когда младший так смотрит, становится не по себе. — Сехун, — довольно жестко произнес директор Пак, и О выпрямился. — Либо ты говоришь мне, что хотел, либо я запрещу тебе подниматься на этот этаж. И тот сразу как-то заерзал и занервничал, делаясь еще более подозрительным. — Лучше сразу скажи что натворил иначе я не смогу оправдать тебя перед отцом, — Чанёль оторвался от ноутбука и внимательно на него посмотрел. — И так? — Нет, я совсем ничего не натворил, я бы сразу тебе сказал…. — О отвел взгляд и закусил губу. — В общем… Я знаю, что у тебя дома кое-кто живет! Фух! — Чего? — не понял Пак, из-за того что последнее Сехун слишком быстро протараторил, а с его шепелявостью это стало похоже на кашу. — Спокойно, во-первых. — Можешь убить меня прямо сейчас, но я в курсе всего и Чонин тоже. И я пришел сдаться! — младший сложил ладоши вместе. Чанёль ещё секунду соображал, а потом отодвинулся от стола, поднялся, оттеняя Сехуну лучик солнца, бьющийся сквозь штору, и вдруг понял, что только что спалился, как последний лох на всем белом свете. Ведь можно было посмеяться и сказать, что Сехун несет какую-то чушь и выкинуть его из кабинета, но нет же, даже не видя свое выражение лица, он знал, что тот уже убедился, просто потому что Пак поднялся с места, это было видно по ехидному взгляду. — Я прав, что… — улыбнувшись начал Сехун, но тут Чанёль стал обходить стол, и тот встал с места выставляя руки вперед. — Нет, нет, нет! Я клянусь, что кроме меня и Чонина никто не знает, и то мы знаем, потому что сами тебя на это подтолкнули! Пока младший пытался спрятаться за диван, старший спокойно следовал за ним, испепеляя взглядом. — Чтобы вы там не знали, я выбью из вас всю дурь! — прорычал он, чем заставил Сехуна взвизгнуть, как девчонка. — Погоди, погоди, хён! Я же не пытаюсь тебя шантажировать! — А я привык устранять попытки на корню! Сехун уже почти что завизжал в голос, но тут взгляд Чанёля зацепился за знакомую фигуру, что двигалась за окном, выходившим прямо на офис. Только что жопу этого мелкого засранца спас Бэкхён, который наконец явился свету, спустя два часа отсутствия, в сопровождении еще одного сотрудника офиса. Пак потерял бдительность и просто уставился на того, не удосужившись скрыть это перед своим братом, который при этом выпрямился и издал смешок. Директор вмиг перекинулся на него, за секунду переключая во взгляде с сердечек до ненависти и злости. О снова согнул колени, прячась за спинкой кожаного дивана. Чанель одним шагом подошел к окну, закрыл жалюзи и повернулся. — Сядь, — скомандовал он, и Сехун послушно сел, перепрыгивая через диван. — Только не злись… — виновато сказал он, опустив голову и играя в примерного мальчика. — Мы полностью на твоей стороне и… Директор Пак раздраженно вздохнул, перебивая его, и сел в кресло напротив. Он думал что делать, но мозг отказывался, потому что всю его голову последнее время занимал только один человек. Чанёль просто потерял контроль над всем и это было опасно. Но уже все равно что там будет, потому что впервые за всю свою жизнь, он чувствовал себя человеком, а не бездушной машиной. — Братец, ты что, напуган? — спросил Сехун, не скрывая удивления. — Ты только не нервничай, я и наш ванильный гений, на твоей стороне, счастливы, что ты поправляешь здоровье регулярным сексом и эндорфинами… С каждым словом лицо Чанеля становилось каменее и каменее, так что Сехун просто замолк, чувствуя себя маленьким пикинесом, перед огромный сибирским мастифом. Пак сложил пальцы, упираясь локтями на подлокотники и закинул ногу на ногу. Младший чисто не дышал, потому что в кабинете у старшего брата всегда была своя экосистема и другие живые существа тут не могли дышать. Да у него даже растений не было, наверняка потому что умирали через день, после того, как попадали сюда… — Ещё слово и я труп, я знаю! — проныл О. — Ну что ты такой бука сегодня? На самом деле, Чанель думал, что сказать, чтобы у этого мелкого паразита не возникло желание так вваливаться к нему в кабинет. Может сломать ноги? Может быть они с Чонином и действительно не проболтаются, но если логично подумать, то свидетели долго не живут. Пак прищурился, смотря на своего бледнеющего младшего брата. — Пожалуйста, не смотри на меня так… — Сехун сглотнул. — Я же говорю, клянусь жизнью… — Поклянись своим хером… — леденящим душу голосом проговорил директор маркетингового отдела. Сехун сглотнул и покосился на свою ширинку. — Ну Чанель-хён, ну почему ты такой злой? — А какой я должен быть сейчас? — Чанель цыкнул и наклонился, опираясь локтями на свои колени. — Это не то, о чем ты можешь говорить. Я запрещаю тебе упоминать это когда-либо и где-либо… Сехун стал таким же цветом, как серая подушка на диване, так как Пак как никогда выглядел устрашающе. — Клянусь тебе своим хером… — фальцетом пропищал Сехун, медленно вставая и ходя незаметно уйти. — Сядь! — рявкнул Чанёль и О прыжком подбежал к двери. — Чанелюшка! Братик! Клянусь тебе эта тайна умрет вместе со мной, Чонин умрет вместе со мной тоже! — протараторил он и дернул ручку двери. — очень здорово, что у тебя есть мужик! С этими словами он выскочил из кабинета и Пак даже ничего дополнить не успел. — Мелкий паразит… — он вздохнул и закрыл глаза, вставая с места. Подойдя к жалюзи, он раздвинул их и посмотрел на Бэкхёна, который был сосредоточен на экране своего компьютера. Ладно, главное, чтобы Бэкхёну это никак не повредило, а со своими братьями он сам как-нибудь разберется. Пак напрягся, про себя ругая самого себя за то, что из-за влюбленности потерял бдительность. Он достал телефон и набрал сообщение: «После работы, не хочешь со мной в ресторан?» Нажав кнопку «отправить», Пак сразу же посмотрел на Бёна, желая увидеть его реакцию. Тот покосился на телефон, сначала не трогая его, а потом его глаза сразу же расширились, когда он прочел сообщение. Бэкхён был немного в шоке, но начал широко улыбаться, озираясь по сторонам, будто его кто-то может поймать за тем, что он строчит ответное сообщение директору. «Ты не боишься, что нам могут увидеть в ресторане?» — было его ответом. Пак тут же напечатал в ответ: «Больше не боюсь. Я хочу еще раз извиниться за утро. Поехали? Куда-нибудь туда, где нас не увидят, подальше от нашего района?» И тогда маркетолог прислал: «Ну смотри, никакой твоей травы, я хочу стейк!» И довольный бросил телефон на стол, возвращаясь к работе. Чанель улыбнулся, отходя от жалюзи и сел ха рабочий стол, набирая Чонина. — Да, директор Пак? — официально ответил Ким, видимо находясь рядом с кем-то и не решаясь произнести «Чанель». — Слово кому-то и твой хер тоже окажется в опасности, неумелый девственник! — беззлобно проговорил Пак, сразу же бросая трубку. На том конце провода в ужасе застыл Чонин, который стоял спиной к своему подчиненному, который принес документы на подпись. Он медленно к нему повернулся, не меняя выражение лица. — Директор Ким? — спросил подчиненный, поправляя очки на переносице. — Э… вы в порядке? Чонин кивнул, отмирая и взял документы из его рук. — Вы же посмотрите, да? — подчиненный наклонил голову, спрашивая. — Это… серьезно. — Можно позже? — как-то испуганно ответил Ким, начиная ему глупо лыбиться, потому что только что его старший брат обещал оторвать ему хрен и он догадывался за что. — До, я сейчас немного… занят… зайди позже, ладно? Чонин взял пиджак со спинки кресла и накинул его. Аналитик посмотрел на него и поклонился. — Хорошо. ну… — Всё, свободен! Чонин вытолкал До за дверь, а потом вышел сам, быстро идя по коридору к лифту. — Сехун! Я просто придушу тебя! — смешно раздувая ноздри, ворчал он, нажимая кнопку этажа отдела по связью с общественностью…