Старейшина И Лин

Сегодня был замечательный день, а потому Лань Ванцзи решил прогуляться в саду. Вэй Усянь показал ему весь свой дворец и всю территорию, напоследок сказав, что его почётный гость может гулять, где ему вздумается. Лань Чжань пользовался этим только тогда, когда больше не мог выносить вечной болтовни вездесущего Старейшины Илина и хотел предаться медитации в тишине и покое. Вэй Ин рассказывал обо всём на свете: от историй о ночных охотах, до мелких шалостей из детства. Привыкший к тишине Облачных Глубин, рядом с Вэй Усянем он просто терялся, успокаиваясь только, когда переписывал правила ГуСу Лань. Тяжело вздохнув, Лань Ванцзи осмотрел небольшую поляну и находящуюся на ней магнолию. Подойдя к дереву, чтобы помедитировать возле него, Лань Чжань услышал тихий шорох. Обойдя дерево, Лань Ванцзи увидел пушистый белый комочек, длинные ушки которого подрагивали толи от холода, толи от страха. Бесшумно опустившись на колени, Лань Чжань осторожно протянул руку маленькому кролику, стараясь не спугнуть. Тот смотрел своими черными глазками и забавно шевелил носиком, но сбежать не пытался. Погладив мягкую шёрстку, Лань Ванцзи осторожно поднял кролика на руки, бережно прижимая к себе. Малыш испуганно замер, но под ласковыми пальцами быстро успокоился. Лань Чжань положил ладонь на спину кролика, пальцами перебирая мягкую шерстку и пряча его за рукавами своего ханьфу. Лань Ванцзи решил отнести кролика в свою комнату, а потом принести ему что-нибудь с кухни, однако его путь проходил через главный зал. Надеясь, что на него не обратят внимания, Лань Чжань шёл по краю зала, стараясь скрываться в тени колонн, вслушиваться он даже не пытался — правилами ГуСу Лань это запрещено. -Лань Чжань! — услышав знакомый окрик, Лань Ванцзи замер, даже не поворачиваясь в сторону голоса. — Лань Чжань, — настойчиво позвал Вэй Ин, поднимаясь. -Мгм, — ответил Ванцзи, даже не оборачиваясь. -Неужели даже не взглянешь на меня? — насмешливо спросил Вэй Усянь. Лань Ванцзи тут же обернулся, оставляя однако одну руку за спиной. Старейшине Илина это всё больше не нравилось — ему вообще не нравилось, когда Лань Чжань что-то от него скрывал. Он никогда не лгал, а если ситуация вынуждала, то запечатывал себе рот заклятием молчания. Вэй Усянь даже испытал его на себе, отчего с минуту сидел напротив Лань Ванцзи, занимающегося переписывание правил, удивленной статуэткой. А после того, как первый шок прошёл Вэй Ин начал возмущаться как только мог: он бегал вокруг невозмутимого Лань Чжаня, писал извинения, а когда их безжалостно разрывали, пытался сам снять заклятие, что у него не очень-то получалось. Но сейчас он намеренно что-то от него скрывал. -Лань Чжань, что ты прячешь у себя за спиной? — холодно спросил Старейшина Илин. Присутствующие в зале разом поёжились и отошли от эпицентра подальше. Лань Ванцзи же не чувствовал никакого беспокойства — за последние несколько дней они довольно сильно сблизились. И Лань Чжань понял, что на самом деле Вэй Усянь не такой уж и плохой. Просто у него свои методы. -Лань Чжань! — рыкнул Вэй Ин, серебряные глаза полыхнули красным, а тело окутала темная энергия. Почувствовав, что кролик в его руке вновь задрожал, Лань Ванцзи показал Старейшине Илин маленького кролика, что испуганно дрожал. Нахмурившись, Лань Чжань кинул осуждающий взгляд на Вэй Усяня, что мигом потерял весь запал, и стал ласково гладить кролика по мягкой шёрстке. -Лань Чжань, — пробормотал Вэй Ин и посмотрел в золотистые глаза, что светились бесконечной нежностью, Вэй Усянь ещё никогда не видел такого взгляда у Лань Ванцзи. — Это… -Кролик, — закончил Лань Чжань и просительно посмотрел на Старейшину Илин, отчего тот заметно дрогнул. — Я оставлю? -Да, — солнечно улыбнулся Вэй Ин, а после с ухмылкой добавил: — Из него получится замечательный ужин! — Вэй Усянь с восторгом поймал холодный взгляд — разводить этого мужчину на эмоции было забавным занятием. -Вздор! -Я пошутил! — рассмеялся Старейшина Илин и осторожно провёл кончиками пальцев по мягкой шёрстке, отчего кролик снова задрожал. — Конечно, ты можешь его оставить. -Спасибо. Вэй Ин вновь солнечно улыбнулся. Он чувствовал, что для этого человека сделает всё, чтобы тот был счастлив. Также счастлив, как и сам Вэй Усянь только от одного присутствия Лань Чжаня рядом. Он не мог дать определение этому чувству, но чувствовал, что только с Лань Чжанем он чувствовал себя по-настоящему хорошо.