Интеракция

      Сумирэ лениво разглядывала свои обоженные ладони. Они казались ей гадкими, противными. Принадлежали будто не ей. Она вернулась с миссии как раз тогда, когда в Конохе горело здание. Пока взрослые пытались потушить огонь, Сарада кинулась внутрь, решая спасти маленького ребёнка. Сумирэ от дикого волнения рванула за ней и обожгла руки, схватившись за горячую ручку двери.       С ними все хорошо, но Сумирэ пришлось идти за медицинской помощью. Сарада тоже была рядом с ней, так как прекрасно видела, с каким лицом Сумирэ отдернула руки, начиная их судорожно трясти. Вот только воздух там был горячий, и она скорее обжигалась больше, чем помогала себе. Сарада вывела и её, и маленькую девочку.       — Болят? — спросила она, открывая тяжёлую дверь больницы.       — Немного, — солгала Сумирэ, улыбаясь уголками губ. На самом деле, было чувство, что кожа слезает вместе с мясом, обнажая скелет. — Сакура-сама очень хорошая, она помогла.       Сарада утвердительно качнула головой:       — Да, мама же училась у Цунаде.       Они дошли до перекрёстка улиц, где должны были разойтись, но Сарада не остановилась, чтобы попрощаться. Напротив, продолжила дорогу, не замечая того, как Сумирэ замерла, удивлённо смотря ей вслед.       — Ты чего там встала? — повысила голос Сарада, так как народ галдел и сновал в разные стороны. Лишь макушка Сумирэ виднелась издали из-за своей цветастости. Сарада знала, что ей пойдёт фиолетовый цвет, а ещё короткие волосы. И смотря на Сумирэ, она ощущала трепет в животе от мысли, что та прислушалась к её советам. — Я тебя провожу.       Сумирэ завела руки за спину и нагнала Сараду.       — Хорошо!       — Не стоило тебе кидаться за мной, — заговорила Сарада, когда они выбрались из основного людского потока и свернули в спальный район. — Всё могло кончиться более плачевно.       — Я знаю, — ответила Сумирэ, сдерживаясь от сжимания кулаков. При каждом движении бинты натягивались сильнее, и казалось, что они сотрут кожу ещё больше. — Я испугалась за тебя и пошла в дом.       — Ох, Сумирэ, — Сарада тепло улыбнулась и поравнялась с ней, желая взять её под руку, однако на них выскочили парни, и она сразу же отошла подальше.       — О, Сумирэ, Сарада, — заголосил Боруто, подбегая к ним, — как дела?       Сарада демонстративно фыркнула. Сумирэ не разделила её мнения на этот счёт и ответила:       — Привет, Боруто. Неужели ты уже вернулся с задания?       — Ой, да что там за миссия, — отмахнулся Боруто. — У нас тут спор с Мицуки и Шикадаем, — глаза его горели огнём азарта.       — Привет, — устало брякнул Шикадай, закатывая глаза. Он готов был заснуть от ауры Боруто: энергичной и жизнерадостной.       — Добрый день, — поздоровался Мицуки. — Сарада, ты сегодня ребёнка спасла? В новостях говорят, — Мицуки оглянул её с ног до головы, мысленно анализируя признаки травм или повреждений.       Но Боруто подскочил, закрыл ему глаза своей рукой и ещё громче сказал:       — Поможете решить спор?       — Выкладывай уже, — закатила глаза Сарада, раздражаясь от того, что Боруто слишком много в её жизни на данный момент.       — Ну, короче, есть же эти… как их называют? Голубые. А есть девочки, любящие девочек…       — Ой, заткнись, — Шикадай раздражённо наступил ему на ногу. — Мы спорим о ориентациях, — пояснил он на насмешливые взгляды девушек.       Пока Боруто шипел и пытался оттоптать чужие ноги, Сарада приложила палец к подбородку и задумчиво выдала:       — А какова причина спора?       — Боруто пытается понять, как ему жить с мыслью, что мы с Иноджином встречаемся, — Шикадай начал говорить очень уверенно, но под конец не выдержал, отвёл взгляд и фыркнул.       — Ты — что? — воскликнула Сумирэ шокированно.       — Когда?! — добавила не менее удивлённая Сарада.       Шикадай откинул голову к небу, провел рукой по затылку, взъерошивая отросшие волосы, и пояснил:       — Вчера. Я предложил.       — Ого… Я, я поздравляю! — Сарада поправила сползшие очки и буквально подлетела к бывшему однокласснику, пожимая ему ладонь.       — Да, я тоже, — Сумирэ тоже хотела подойти, но вспомнила о своих руках и осталась на месте.       Шикадай благодарно кивнул.       — Так что ты ему скажешь, — он кивнул на Боруто, что с Мицуки обсуждал одну из катан, которую они видели в оружейном магазине.       — Осуждать людей за их любовь неправильно, — сказала Сумирэ смущённо, словно совершала каминг-аут.       — А я о чем, — намеренно повышая голос, подтвердил Шикадай.       Боруто насупился, понимая, что обращаются к нему.       — Ну, а чего ты хотел? Я не понимаю этого!       — Да ты сам с Мицуки трёшься по углам, не придуривайся, — беззлобно вставила Сарада своё слово — скорее на автомате, потому что мыслями находилась далеко.       — Эй! — вскрикнул Боруто, импульсивно подлетая к ней и злобно смотря на невозмутимую девушку.       Мицуки таинственно улыбнулся, не сказав ничего.       — Боруто, это просто шутка, — Сумирэ вяло помахала руками, и Боруто переключил свое внимание на неё. Сарада отошла подальше, чтобы не наслать на себя ещё больше ауры бывшего одноклассника.       — Сумирэ, а что это за бинты?       — Поранилась, — огрызнулась Сарада и, подхватив Сумирэ под локоть, потянула её на другую улицу. — Боруто, не будь идиотом, — на прощание крикнула она, быстро мотнув головой в сторону Мицуки.       — Кризис ориентации, — хмыкнул Шикадай, смотря на замершего Боруто, что, очевидно, пытался понять смысл слов Сарады.       Сумирэ не успевала за Сарадой, поэтому та буквально протащила её через несколько домов, пока Сумирэ не заговорила:       — От кого мы бежим?       Сарада очень хотела брякнуть «от моих мыслей», но промолчала. Они встали посреди пустой улицы, и она, оглянувшись, расслабила плечи.       — Уносила ноги, пока Боруто не сказал какую-нибудь очередную глупость, — пояснила она, блеснув чёрными глазами из-под линз очков.       — Ты слишком строга к нему, — простодушно отозвалась Сумирэ, не расцепляя их рук.       Сарада скосила глаза вбок, наблюдая за профилем подруги, пока та оглядывалась вокруг, не узнавая район, в который они забрели.       — Он идиот, — пожала плечами Сарада, потянув Сумирэ за собой.       Они вновь пошли сквозь какие-то узкие улицы, но в итоге выбрались на знакомую территорию.       — Боруто импульсивный и энергичный, ему просто нужно объяснить то, что он не понимает, — парировала Сумирэ, смотря на безоблачное небо и яркое солнце.       — Как можно не понимать человеческие вещи? — задала резонный вопрос Сарада, надменно скривив губы.       — Не все люди понимают, что другие ориентации вполне себе обыкновенны и не отличаются от гетеро.       Сарада заинтересованно подняла бровь и улыбнулась краешком губ.       — А ты какой ориентации?       Сумирэ заметно растерялась. Щёки окрасились в розовый оттенок, и она смущённо спрятала взгляд.       — Я не знаю. Мне тяжело решить.       «Она не уверена? — Сарада ещё раз окинула Сумирэ задумчивым взглядом. — Если мне повезёт, она сможет принять меня и мои чувства к ней».       — Тебе кто-то нравится? — как бы невзначай спросила Сарада, стараясь создать ощущение беседы ни о чём. Сумирэ очень переживала из-за многих вещей не только в ее жизни, и напрягать её навязчивыми расспросами было кощунством.       — Да, мне нравился один парень, — поделилась Сумирэ, аккуратно поднимая забинтованную ладонь к волосам, чтобы распутать прядку. — Но позже мне стала нравиться девушка.       «Неужели это я? — обрадовано спросила себя Сарада. — Я не видела около неё никого из девушек, с кем бы у неё было особое общение. А может, она общается с ней тогда, когда я не вижу?»       Сарада старалась оставить размышления на момент, когда она будет в одиночестве. Оставаться верным слушателем тяжеловато, если мысли плавают в другом направлении.       — Ну вот. Ты бисексуальна, — мягко объяснила Сарада.       Они уже дошли до её дома. Остановившись, Сарада так же добавила:       — Не переживай на этот счёт. В каждом есть небольшая доля любви к своему полу. Это нормально.       — Но мне кажется, что я путаю симпатию с глубокой дружеской привязанностью, — выдала Сумирэ с запалом, опустив голову от стыда.       Лицо Сарады вытянулось в недоумении от сложившейся ситуации.       — Ты пробовала признаться? Или проанализировать свои чувства?       — Нет, — Сумирэ сжалась и резко вскинула голову.       Появилось ощущение, что Сумирэ запросто сама себе оторвёт голову от таких резких скачков и телодвижений. Её лицо было искажено непонятной му́кой, которая до сих пор росла глубоко в её душе, не позволяя забыть о себе. Сарада знала, что Сумирэ часто путает дружбу с привязанностью, но сейчас ситуация эта и вправду вывела подругу из стабильности.       — Эта информация некспеху же? — попробовала спросить Сарада, встав напротив неё и заглядывая в потемневшие глаза.       — А? — Сумирэ непонимающе посмотрела на подругу и помотала головой. — Конечно, зачем мне… Ох.       Сумирэ развернулась и отправилась домой.       — Спасибо, что проводила меня.       — Всегда пожалуйста, — растерянно ответила Сарада и, дождавшись, когда Сумирэ скроется за дверью, отправилась обратно к Сакуре в больницу.

***

      — Мам, — пробормотала невнятно Сарада, сидя в кабинете Сакуры. — Как помочь подруге с определением её… ориентации.       Сакура, заполнявшая медицинские карточки и говорившая себе под нос то ли диагнозы, то ли ещё какие-то термины, удивлённо взглянула на дочь.       — Это Чо-Чо? Не замечала у неё особых проблем с этим, — Сакура вновь склонилась над столом.       — Нет, мам, — Сарада взяла в руки баночку кофе, которое Сакура в последнее время покупала, и покрутила ее в руках, не особо понимая, как мама пьет такую горечь.       — Хм, — Сакура быстрым движением дописала ещё одну карту и переключила внимание на Сараду. — А в чем именно проблема? Твоя подруга не может понять, нравится ли ей кто-то из девочек?       Сарада тоже оставила банку в покое и подняла растерянный взгляд на маму.       — Да, так и есть. Откуда ты знаешь?       — Ну, — взгляд Сакуры потеплел, а на губах заиграла ностальгическая улыбка, — в подростком возрасте мне нравилась Ино, мама Иноджина. Я всего лишь угадала.       — Ого, — Сарада во все глаза уставилась на Сакуру. — А как ты это поняла? Приняла себя?       — Конечно, я испугалась и не знала, что делать. Но со временем смогла себя принять, и понять, что это абсолютно нормально. Осознать это было легко. Это абсолютно такие же чувства, как, например, у меня были чуть раньше к одному парню.       — Мама, — поражённо прошептала Сарада, вскочив со стула. — Ты что, серьёзно?       Сакура в ответ легонько кивнула. Её улыбка медленно сползла с лица, и она вновь сосредочилась на работе. Сарада тоже замолчала. Поправив очки, она тяжко вздохнула и отправилась на выход.       — Я знаю, что делать.

***

      На самом деле, идея Сарады была сырой и даже… глупой. Но тем не менее, она стоит перед дверью Сумирэ, хмурясь и не решаясь постучать. Сомнения и какие-то страхи нахлынули на неё волной. Сарада была сильной девушкой и духовно, и физически, она не позволяла негативу и чувствам брать верх над разумом. Но сейчас засело в голове ощущение, что она действует исключительно на эмоциях, после которых ей будет стыдно за совершенные деяния.       Сарада глубоко вздохнула, унимая стучащее сердце, и постучала. Через несколько секунд дверь открылась, и из темноты коридора вынырнула растрёпанная Сумирэ.       — Привет, — нервно поздоровались Сарада.       — Привет, — Сумирэ отошла от прохода, пропуская Сараду и закрывая дверь.       — Как руки? — Сарада оглядывалась, но каждый раз взгляд цеплялся за спину Сумирэ, которая вела её в свою комнату.       Родителей у Сумирэ не было, да и жила она в нелучшем районе Конохи, однако всё выглядело достаточно ухоженно и хорошо в доме. Сумирэ в последний момент решила всё же привести Сараду на кухню. Кухня была маленькой, однако в неё вмещались все необходимые вещи. Сарада прошла к окну и выглянула на пыльную безлюдную улицу.       — Руки болят немного, — заторможенно вновь ответила Сумирэ, аккуратно ставя чайник, чтобы не причинить себе лишних проблем. Она отошла к столешнице, достала с верхней хлипкой полки две чистые белые кружки и обернулась, тут же сталкиваясь нос к носу с Сарадой.       — Можно посмотреть? — Сарада метнула взгляд к бинтам на ладонях, что тянулись чуть выше и были закреплены плотным узлом. Сарада забрала кружки у обомлевшей Сумирэ и поставила их в сторону. Сумирэ кивнула испуганно и настороженно, протягивая дрожащие руки.       Сарада рассматривала чуть отошедшие от рук бинты: на некоторых участках была бурая кровь; видимо, Сумирэ всё же что-то делала вместо отдыха; с внутренней стороны они уже пожелтели, нужно менять. Прошли всего сутки, а Сумирэ вновь придётся идти в больницу, так как сама она не способна забинтовать ладони.       — Давай я тебе новые сделаю? — предложила Сарада, крутя руку подруги в разные стороны, но делая это мягко, без причинения вреда.       — Давай, — согласилась Сумирэ и тихо выдохнула, когда Сарада отошла на пару шагов назад; общество подруги её нервировало и немного напрягало.

***

      Сарада аккуратно разматывала старые бинты, чтобы ненароком не отодрать вместе с ними кожу. Пришлось обрабатывать покраснения и более сильные ожоги, а уже потом начинать забинтовывать. Сумирэ весь процесс молчаливо глядела перед собой, пока Сарада кидала на неё обеспокоенные взгляды.       — Больно? — она выкинула очередную испачканную ватку в запёкшейся крови.       — Нет, — Сумирэ легонько согнула пальцы левой руки как раз в тот момент, когда Сарада приходилась по ним новой ваткой.       Она замерла, ощущая холодные руки подруги кончиками пальцев. Сарада заметила напряжение, витавшее между ними, и со вздохом, не прерываясь, сказала:       — Ты слишком зажатая. Что с тобой?       Молчание затопило комнату.       — Мне кажется, что ты мне нравишься, — Сумирэ шмыгнула носом и прикрыла глаза; на щеках у неё расцвёл румянец, а глаза под веками двигались очень быстро, до тёмных пятен.       Сарада тоже не ожидала такого признания и подняла взгляд на подругу, приоткрыв рот.       — Ничего не говори! — замотала головой Сумирэ, и её распущенные волосы, убранные за ухо, упали на лицо. — Я могу путать свои чувства!       — Сумирэ, — Сарада мягко сжала её руки чуть выше запястья. — Не вини себя в своих чувствах и в том, что ты не можешь в них разобраться. Это тяжело, когда не знаешь, что за эмоция у тебя: то ли симпатия, то ли просто дружеская любовь. — Сарада ободряюще улыбнулась, смотря на испуганную и смущённую подругу.       Сумирэ приоткрыла один глаз и уставилась на их соединённые руки нечитаемым взглядом.       — Всё хорошо. Я не говорю тебе «нет», не отказываюсь от нашего общения, — заверила Сарада тихим голосом, чтобы не пугать Сумирэ резкими криками.       Она и вправду хотела закричать от радости, переполнявшей её с ног до головы, но держалась стойко и уверенно.       Сарада аккуратно потянула правую руку Сумирэ к своей груди, из-за чего та испугалась и хотела отдернуть запястье.       — Послушай.       Сумирэ всё же приложила руку туда, где стучало сердце: оно билось оглушительно громко; казалось, что его можно и в самом деле коснуться. Сумирэ слушала, считала удары и понимала то, что раньше не могла понять.       — Ты?.. — Сумирэ осеклась и удивлённо заглянула в чёрные глаза, полные радости и смущения. Губы Сумирэ растянулись в блаженную улыбку, и она медленно убрала руку от груди подруги.       — Да, — ответила Сарада на немой вопрос.       Сумирэ громко вздохнула и разомкнула губы, чтобы сказать очень важную вещь, но Сарада оказалась быстрее, опуская ладонь на её нижнюю часть лица.       — Ничего не говори, я всё понимаю и всё знаю.       Сумирэ что-то промямлила и замолчала. Сарада убрала руку и, закусив губу от волнения, склонилась к ней. Для Сумирэ весь мир в мгновение ока замер, как и шум с улицы от каких-то детей, закипающий чайник, даже руки перестали болеть. Лицо вспыхнуло огнём, и она неуверенно сократила расстояние между их лицами, боясь поцеловать Сараду. Сарада же выжидала, желая увидеть инициативу со стороны Сумирэ, которая мялась и пыталась сломать в себе свои барьеры. Через секунду Сумирэ прошептала: «Ты права», и поцеловала Сараду.       Их чувства мешались с немыслимой скоростью: от горечи, неуверенности до смущения и дрожи в ослабевших ногах. Сарада аккуратно наклонила голову Сумирэ вбок, чтобы не сталкиваться носами, погладила успокаивающе по щеке и отстранилась.       — Мокро, — сказала Сумирэ и тут же смущённо зажала себе рот, не ожидая от себя таких подробностей.       Сарада облизнула нижнюю губу и тихо рассмеялась.