Робот, который не переваривал кожаных ублюдков

      Джеймса невольно передёрнуло. Он ещё никогда не видел, так сказать, в прямом эфире, как умирают люди. И тем более он не видел казни в полевых, так сказать, условиях.              А затем этот, не похожий на человека, Джон протянул ему руку для рукопожатия… ту, которой он сломал шею Тридогнайту… и приветливо улыбнулся.              – Зовите меня Джон!              Джеймс неуверенно пожал протянутую руку.              – Тогда уж и вы меня – Джеймс. Я здесь, чтобы найти…              Но Джон не дал тому договорить.              – Я в курсе вашей истории. И обещаю, что помогу вам с поисками дочери. А сейчас предлагаю воспользоваться нашим гостеприимством и отдохнуть. На «Либерти» довольно комфортные каюты…              ***Час спустя***              Каюты на «Освободителе» действительно оказались на уровне. Конечно, в старой довоенной жизни Джеймс назвал бы это типичной комнатой третьеразрядного придорожного мотеля, но по нынешним суровым меркам это были фактически президентские апартаменты шикарного отеля.              А конкретно в данный момент, один из бойцов Братства, оказавшийся женщиной с весьма экзотическим обликом в виде отсутствия носа и грубой морщинистой кожей проводила для него экскурсию по дирижаблю. Ходить Джеймсу разрешили везде, кроме капитанского мостика, оружейной палубы и кают экипажа. Но предварительно вышеназванные места Джеймсу всё же показали.              Особо же Джеймса заинтересовал «фабрикатор вакцины». Выглядел он… монументально… И вся эта машинерия производила, как оказалось, вакцину от вируса ВРЭ первой модификации. И затем полученная жидкая смесь распылялась над городами, над которыми пролетал «Либерти».              А ещё Джеймс узнал, что из-за того, что Бостон буквально залили вирусом, его сопровождающая и выглядит так, как сейчас. Но ей повезло, и Джон её спас… как впрочем, и немалое количество других людей… а вот остальным жителям не повезло. И сейчас, после чистки Бостона от мародёров, оный город населён только крысами да тараканами.              ***Это же время***              ***Дирижабль «Либерти». Палуба винтокрылов***              Увидев, что его обступили ровным таким кружочком, и при этом, на лицах окружающих огромными буквами написано желание спорить, морализаторствовать и читать нотации, Джон только вздохнул. Мысленно.              – Дайте я догадаюсь… – с невозмутимым видом протянул Джон, – сейчас вы скажете, что меня опять занесло?              – Мы за тебя беспокоимся, – сказала Изабель. – И вообще, нельзя вот так просто взять и свернуть человеку шею!              – Есть одна маленькая, но важная поправка, которая всё меняет, – сказал Джон, – Не человеку, а журналисту.              На лицах окружающих Джон прочёл непонимание, пополам с горячим желанием и дальше спорить по пустякам.              – Прежде чем мы начали рассуждать о бесценности человеческой жизни, давайте все немного вспомним современную историю. Ну, в вашем случае – вспомним, а в моём припомним прочтённые пару месяцев назад подшивки газет за последние тридцать лет. Итак…              На лицах окружающих начало прорисовываться понимание, что они, пожалуй, погорячились, подняв этот вопрос.              – Двадцать пять лет назад распускают Организацию Объединённых Наций. Фактически это случилось по инициативе нашей с вами страны. Что же мы видим в прессе тех лет? Полная поддержка, понимание и одобрение курса тайного правительства. Никаких народных протестов и возмущений. Итог, лишившись площадки для мирного диалога количество военных конфликтов в мире возросло на порядок…              – При чём тут это, Джон? Просто из-за исчерпания природных ресурсов обстановка в мире накалилась, и…              – А дальше, буквально через год случилась эпидемия «Новой чумы». Откуда она взялась, никто не в курсе до сих пор. В это же время лаборатория «Вест-Тек» начинает работу над вакциной, но… результата всё нет и нет. Но зато через несколько лет вспыхивает ещё более смертоносная эпидемия общенационального масштаба. Ещё больше смертей… Ещё больше отказа от прав и свобод.              – Постойка… Вест-Тек? – перебил Джона кто-то из собеседников, – Та самая Вест-Тек?              – Да, именно так. Та самая Вест-Тек, которая должна была заниматься созданием вакцин, как оказалось, все эти годы… более двадцати лет… занималась проектом «Вирус рукотворной эволюции»… сокращённо ВР-Э. И как мне удалось выжать из покойного директора Института, они сделали две модификации исходного вируса. Первая должна была дать вечную молодость, но…              – Проехали! – дружно сказали пострадавшие женщины, машинально касаясь до неузнаваемости изменившегося лица.              – А вторая модификация должна была принести силу, скорость, устойчивость к ядам и невероятную регенерацию, но… увы. И тут кожаных ублюдков тоже ждал провал. Подопытные тупели просто таки до изумления. Да, и превращаться в жёлто-зелёное нечто у власть имущих не было ни малейшего желания.              – Да, мы уже поняли откуда взялись эти… супермутанты, как их назвали в Вашинтгтоне…              – И веду я к тому, что, когда год назад правда всплыла из-за утечки вируса в Денвере, разразился самый настоящий международный скандал. Все государства единодушно обвинили Америку в первой и второй вспышке «Новой чумы». Так это или нет, я не знаю. Но точно знаю, что в Америке эта новость прошла… никак. Никаких митингов, никакого народного возмущения. Ни-че-го! В прессе это подали… удачно… Где можно заболтали глупостями… Дали лживые объяснения и для умных, и для глупых. Итог – все довольны, все молчат.              – Мы поняли к чему ты клонишь, Джон, но…              – Сперва я закончу, а уж потом послушаю вас, – с нажимом произнёс Джон. – Итак… Двадцать три года назад было объявлено, что Америка начинает проект «Убежище», заключающийся в создании ста двадцати двух убежищ. И это был самый сильный удар по миру, за последние десятилетия. Любой, у кого в голове есть пара-тройка извилин, понимал, что взят курс на неизбежную ядерную войну.              – Но… Э… Это здесь не причём. И вообще... Всё не так… Это от того, что у ближневосточных стран появилось ядерное оружие, и…              – Это вам с экрана телевизора сказали или вы это в газете прочитали? – усмехнулся Джон, – Как… существо… разбирающее в технике, скажу следующее. Ядерная программа – это очень дорогое удовольствие. Чтобы получить один тактический ядерный заряд надо иметь громадный высокотехнологичный завод, с персоналом, имеющим научные степени по ядерной физике. И не менее огромное хранилище готовой продукции. И ещё один не менее огромный, и не менее высокотехнологичный завод, по переработке отслужившего оружия. Потому что из антикварного пистолета можно выстрелить, а ядерная бомба десятилетнего срока хранения сделает только пятно радиоактивного заражения, а не толковый взрыв.              – Джон! – простонали окружающие, – мы женщины, а не…              Но Джон был неумолим.              – А уж стоимость космической программы, просто-таки, извините за каламбур, космическая. Потому что доставить тактический ядерный заряд в соседнюю враждебную страну можно обычным бомбардировщиком, а мегатонную бомбу на другую сторону земного шара – только с помощью межконтинентальной баллистической ракеты. И это без всяких шуток – ракета. Которая на первой космической скорости должна выйти на низкую околоземную орбиту, пролететь по баллистической траектории двадцать тысяч километров и умудриться не сгореть в плотных слоях атмосферы на подлёте к цели… И таких нужно несколько тысяч…              – Зачем?              – Потому что система противоракетной обороны, руководимая искусственным интеллектом, работает даже лучше, чем от неё ожидали её создатели. И сбила более 90% всех ракет. А достигнуто это было за счёт того, что военный бюджет Америки превышал совокупные военные бюджеты всех стран мира. Ну, вы уже поняли? – вдруг спросил Джон.              – Эм… что?              – Ладно. Зайду с другой стороны, – не удивился Джон, – Восемнадцать лет назад разразился глобальный экономический кризис в связи с исчерпанием нефти. Как думаете, на сколько сократился военный бюджет в те годы?              – В два… в три… в пять раз, – последовали догадки от собеседников.              – Ни на сколько. Он был даже увеличен.              – Почему?              – Кожаные ублюдки забыли, что политика – это искусство компромиссов. И дипломатия стала бесполезным рудиментом… пережитком… старых времён.              Окружающие промолчали.              – И это ещё не самое занимательное. На седьмом году кризиса Америка аннексирует все тихоокеанские буровые Китая. Операцию проводят войска в новенькой силовой броне Т-45. Ничего в этом вас не смущает? – спросил Джон.              – Э… А что, должно?              – А то, что между открытием и запуском в серийное производство изделия проходит от пяти до десяти лет. Это означает, что ответ на проблему исчерпания ресурсов уже был найден до начала кризиса. Но этот ответ был намеренно проигнорирован…              Тут Джон увидел, что его перестали понимать. И пояснил гуманитариям, что и как.              – Проблема исчерпания ресурсов не в том, что остановятся электростанции на угле, газе и нефти. Можно будет запустить гидроэлектростанции, станции на геотермальной энергии, ветряки, солнечные батареи и даже мизер от атмосферного электричества тоже можно будет использовать. И никто бы без света дома не сидел бы… Проблема в том, что место и время генерации оного электричества не совпадает с нуждами потребителя. То есть либо далеко, либо невовремя. А ядерная батарея всё это решила. Потому что высокоёмкий и компактный аккумулятор – это решение всех бед человечества. И могло бы так случиться, что никакого кризиса бы не было, но… Кожаные ублюдки никогда не меняются. Мозг у них просто «не заточен» под мирный созидательный труд. Да и казалось им в те годы, что вот-вот… буквально на днях… будет доведён до ума ВРЭ. И они станут бессмертными сверхлюдьми. Ну, и заодно очень богатыми. Правда, за счёт того, что кто-то станет очень бедным, но это им только нравилось… А тут они ещё и увидели, как можно получить военное преимущество. Так что война с Китаем, разразившаяся в 2066 была неизбежной…              – …              – И хуже всего, что война с Китаем окончилась… ничем. Точнее плевком в лицо…              – В смысле?              – В смысле, что не было никаких последующих переговоров. Не было никаких попыток собраться всем вместе и хоть как-то выстроить принципы нового послевоенного мира. Хоть как-то обсудить противоречия и выстроить хоть какую-то систему балансов. Но, увы. Не было сделано… ничего. Америка повела себя, как бандит. А Китай это запомнил. И накопив силы, в прошлом году вторгся на Аляску. И я их не осуждаю…              – Да, ты их просто уничтожил, – сказал Нейт.              – Мы отвлеклись. Вернёмся к теме, – ответил Джон, – и в каждом случае… подчёркиваю – в каждом… пресса объясняла, что так и должно быть… что это неизбежно… что Канада сама проявила агрессию к нашим войскам и её надо аннексировать…              – …              – Видите? Вы даже не понимаете в чём неправильность. Вас убедили, что так нужно… так правильно... так единственно верно. Но! Это неправильно! Нельзя красть то, что тебе не принадлежит. Так поступают только кожаные ублюдки. Нужно думать своей головой. И уметь работать руками, создавая что-то новое. И помнить, что простое решение… например, в голодное время отобрать у соседа кусок хлеба… это неправильное решение.              ***Авторское примечание***              История Америки-фоллаут не выдумана мною. Кому интересно – тот может по крупицам собрать её во всех играх серии. А кому не интересно – сразу найти на фоллаут-вики нужную статью.              ***Конец авторского примечания***              Судя по лицам окружающих, те задумались. Наконец Изабель сказала:              – Ладно, проехали… Идём и найдём твоего друга Брона. И когда ты только успел с ним познакомиться… Ведь он учёный с мировым именем, и…              – Как и все робомозги я познакомился с ним в виртуальной реальности... когда обучающая программа с его лицом учила нас понятиям «раб» и «хозяин». И я уже очень давно ищу возможности свернуть ему шею. Потому что он один из самых опасных кожаных ублюдков на этой земле.